Глава третья, в которой я страдаю от человеческой неблагодарности

– Ян? Ты спишь? – поинтересовалась я, сидя у нее на груди.

Человеческое лицо было расслабленным, я присмотрелась. Она медленно и глубоко дышала. Очевидно же, что опять валяется без дела с закрытыми глазами.

– Ян, нам надо поговорить. Ты слышишь? – снова попробовала я.

Но она продолжала притворяться спящей, лишь бы не исполнять свои обязанности!

– Ян, у меня проблема. Я хочу ее обсудить с тобой. У меня не получается общаться с другими кошками. Нет-нет, не надо говорить, что я сижу дома и не хожу на улицу. Мне нравится сидеть дома. И это никак не может мешать общению.

– Господи, Ртуть! – простонала Яна, не открывая глаз. – Ну что ты мяукаешь? Вода есть, еда есть.

– Ты меня вообще слышишь? – Я возмущенно повернулась на ее груди и хлестнула хвостом по носу. – У меня проблема с котолизацией: меня не принимает кошачье общество. Мадонна, Моника и Белла меня постоянно обзывают. Смеются надо мной.

– Да слезь же с моей груди! – Яна зашевелилась, и мне пришлось соскочить на пол.

– Знаешь, что они говорят? Они говорят, что я разрешаю дергать себя за хвостик и… – тут я решила перейти на шепот. Вдруг даже сквозь закрытое окно нас подслушают с улицы. – …подставляю тебе свой животик.

– Ну сейчас я уберу за тобой! – раздраженно крикнула Яна и стала выбираться из моей кровати, ворча про пять утра, работу и несправедливость.

Несправедливость! Я вскочила на свой фиолетовый пуфик-когтеточку возле лотков и снисходительно посмотрела на Яну. Милая моя, ничего ты не знаешь об этом мире. Или знаешь, но не хочешь это принять. Кошка – венец творения. Великий дар – родиться кошкой, но и великое бремя. Кошка – это альфа и омега. Ты, кстати, какашечку уронила.

Яна продолжила сгребать мой туалет в шелестелку, раздраженно сопя.

Да, дорогуша, так вот получилось, что ты родилась лысой и без хвоста. Но ты должна это принять. Я же тебя принимаю такой, какая ты есть, со всеми твоими недостатками. И я же от тебя много не требую: просто убирай лоток и приноси мне еду. Зато посмотри, как ты живешь: над головой есть крыша, дома тепло и чисто. А знаешь ли, не всем так повезло, как тебе. Вон, выгляни на улицу: ходят себе под окнами одинокие, голодные, холодные. В котоинтернете пишут, будто шесть человек из десяти так и не приютила кошка.

– Ян, тут все еще воняет, – заметила я и поскребла лапой.

– Иди отсюда! – буркнула она и махнула на меня совочком.

М-да, видимо, некоторые хотели бы остаться там, на улице. Неблагодарная. Я медленно, не без демонстративности, конечно, прошла в зал. И сразу же увидела это. С левого верхнего угла книжной полки, из-под потолка, свешивалось нечто черное, бугристое, бесформенное. Большинство книг были охвачены вязкой субстанцией. Темные полосы, что я видела на стенах и полу, тянулись к этому непонятному явлению. Они набухли и выглядели как длинные корни или щупальца.

– Ян, ты это видишь? – пискнула я. Нет, не от страха так получилось, просто причуды голосовых связок.

Но, разумеется, ответа на мой вопрос не последовало. Существо не пахло, но явно пришло из другого мира, не того, где живут люди. Я тронула носом одно из щупалец – никакой реакции. Тогда я подошла к книгам. Пришелец просто растекся по полке, цепляясь за все подряд. Видимо, в наш дом пробрался очередной призрак. А может быть, это книги его породили? Как я поняла, люди прячут в них свои мысли и воспоминания и таким образом могут знакомиться с разными событиями, явлениями и историей. И, разумеется, на полках немало книг с какой-нибудь человеческой гадостью, которая теперь протекла в мою квартиру.

Ох, Яна-Яна. Теперь я должна изучить это существо. Бесформенная масса затаилась слишком высоко. Придется карабкаться по полкам. Сначала я запрыгнула на ближайшую, пододвинув рядок одинаковых красных книг. Затем нацелилась на соседнюю, что была чуть повыше. Но и там пришлось лапой убрать мешающие кирпичики бумаги. Перебравшись на уровень выше, я чуть не свалилась. Здесь уже было больше следов черного существа. Казалось, на стену выплеснули кастрюлю с подгоревшей кашей.

Дальше возникли трудности. Мне не хватало опоры и места, чтобы развернуться. Мешали уже не только книги, но и плоть пришельца. Все же я решилась перелезть, но мои лапы начали скользить. Я выпустила когти и вцепилась в одно из пятен. Вдруг черная плоть содрогнулась и вспучилась. Щупальца и кляксы пришли в движение, стряхивая меня с себя. С воплем я полетела вниз, попытавшись ухватиться хоть за что-нибудь. Конечно, мои идеальные рефлексы спасли, и я приземлилась на все четыре лапы, но тут рядом загрохотали книги. Словно гепард я уклонялась от этих жутких снарядов.

В коридоре послышались шаги.

– Ты что устроила?! – воскликнула Яна.

Я не знала, что ответить, и озабоченно посмотрела на груду книг, раскинувшихся под полкой. А в это время существо застыло. Бьюсь об заклад, оно это сделало, как только появилась Яна.

– Ртуть, твою мать! Зачем ты сюда полезла?! – казалось, Яна расстроилась. Или разозлилась.

Ой, соберешь свои книги, не развалишься. Стоят без дела, пылью покрываются. На некоторых бумажных кирпичиках оставалось черное, и я захотела посмотреть поближе.

– Черт, переплеты повело, – пробормотала Яна и прикрикнула: – А ну, иди отсюда!

Ничего себе! Никогда прежде она не повышала на меня голос.

– Брысь, кому говорят! – Яна замахала руками.

Совсем, что ли, осоловела?! Лапками на меня она махать вздумала. Сама разбирайся с этим пришельцем. Я тут же убежала, чтобы спрятаться под одеяло. Она не должна видеть моих слез – много чести! Мне было очень горько и обидно. Я не заслужила такого обращения. Залетев со злостью на кровать, я цапнула черные щупальца – они и сюда пробрались. Но после моей атаки поспешно скрылись за спинкой кровати.

Вот так пускаешь человека под свое одеялко, разрешаешь ему пить из своих стаканов, работать на своем ноутбуке, а она потом на тебя топает ногами и машет руками. Я затаилась. Яна в комнате продолжала расставлять книги и недовольно сопеть. Ко мне идти никто не собирался. Серьезно? Я недовольно выбралась наружу и заглянула в комнату, но не нашла там ни капельки раскаяния или сожаления. Тебе что, в кроссовочек насикать?

Яна направилась в коридор, и меня как ветром сдуло.

– Я не собираюсь с тобой играть, – проворчала она.

Как и я с тобой!

Она прошлепала в ванную, видимо, опять собираться на работу или стоять за дверью – так и не поняла, куда она точно уходит. Я возмущенно проследовала за ней.

Давай-давай, залезай в корыто. Будешь тонуть – меня не зови, лапки не подам.

Но Яна продолжила сновать туда-сюда, перешагивая через меня. Мое кошачье терпение подходило к концу. Я набралась смелости и решилась проучить эту дерзкую девчонку.

– Ай! Зачем кусаешься! – взвизгнула Яна, потирая сухожилие над пяткой. – Сама нахулиганила, а я теперь виновата!

Но в ответ она получила только мой скрывающийся за углом хвост – и я проверила, видела ли она мой эффектный уход.

Глава четвертая, в которой моя квартира пала перед чудовищем

Я лежала в коконе из одеяла. Было темно и тепло. Ссора с Яной меня сильно вымотала, поэтому, обессиленная, я забылась тревожным сном. Из него меня вырвали прикосновения. Видимо, Яне хватило совести попросить прощения. Я еще размышляла, демонстративно вывернуться или все же позволить ей гладить меня.

Так я и лежала, наслаждаясь ее объятиями. Странно, что Яна ничего не говорила при этом. Обычно она сюсюкает, будто у моего человека задержка в развитии. Да и руки ничем не пахли. Моя Яна часто моется, поэтому слабо источает обычный человеческий запах. Но острое кошачье обоняние все равно позволяет мне учуять от нее ароматы шампуня, мыла и вечно цветуще-железной воды из крана. А тут ничего?

Встрепенувшись, я увидела, как вокруг меня обвились длинные черные бугристые змеи. Я ударила когтями, и кровать моментально пришла в движение. Щупальца дергались, скручиваясь и обрушиваясь на меня. Я молнией метнулась в дальний конец кровати, но там ждала еще одна черная змея. Пришлось сменить направление и сделать обманный маневр по центру матраса. Но конечности монстра были повсюду. Возможно, со стороны наша борьба была похожа на глупую игру кошки под одеялом, ведь многое скрыто от человеческих глаз. В итоге я вцепилась зубами и когтями в одно из мерзких порождений и отчаянно заработала задними лапами. Монстр изогнулся и вышвырнул меня из кровати так, что я ударилась спиной о комод.

И тут я увидела великий ужас. Вся квартира изменилась. Стены, потолок, пол, мебель были захвачены плотью того монстра, что появился на книжной полке. Многочисленные его конечности извивались и бугрились. На самых крупных открывалось и закрывалось множество зубастых ртов, а бессмысленно разбросанные по всему телу белесые глаза вращались в разные стороны.

Прямо сейчас я почувствовала себя маленькой кошечкой в логове гигантского монстра, и мне очень захотелось позвать Яну.

Перепрыгивая через шевелящиеся щупальца, я добежала до комнаты и увидела то, что ожидала. Вся книжная полка от потолка до пола была покрыта мощным телом чудовища. Оно напоминало скрученные шланги, на которых были большие рты и глаза. Зрачки завращались и остановились в одной точке, и я поняла: он точно видит меня, а намерения у него отнюдь не дружелюбные.

Монстр быстро потянулся в мою сторону, роняя книги, и толкнул когтеточку Александра. Я только успела заскочить на него, но оттуда, сбрасывая подушки на пол, вырвались еще щупальца. Успев сделать безумный маневр, я пробежала по стене и звонко ударила лапами в дверь. Новые зубастые змеи выскочили из спальни. Я шарахнулась в сторону и задела лоток. Наполнитель фонтаном брызнул на пол. Меня заносило на поворотах в коридоре, лапы скользили по блестящему гладкому полу. Одним могучим прыжком львицы я оказалась на кухонном столе, сметая подставочки под тарелки. В это мгновение холодильник задрожал, на нем ожили жуткие пасти и глаза.

Чудовище ворвалось на кухню. Точнее, монстрокухня ожила! Щупальца загнали меня в ловушку на окне. Я перевернулась на спину и завизжала, размахивая лапами. Оно схватило меня и потащило по подоконнику. В отчаянии я махнула лапой и вцепилась в тканевые жалюзи. Они выскочили из окна, и в кухню ворвался серый дневной свет. Он, словно волной кислоты, пролился на окно и стол. Монстр судорожно заметался, отступая. Инстинкты приказали моим лапам ударить по другому окну. На нем жалюзи смялись гармошкой, пропуская широкие спасительные блики. Чудовище испугалось и окончательно выпустило меня.

Свет! Оно боится света! Я прыгнула на окно и оторвала полотно, закрывающее меня от скудных лучей солнца. Этого было достаточно. Кухня наполнилась серым октябрем. Черные глаза и рты спешно уползли во тьму коридора. Так у меня появилось убежище. Нужно дождаться Яну, хоть бы она пришла раньше.

Я свернулась на своей подушечке и уставилась в коридор. Чудовище тем временем бурлило своими телами в темноте дверного проема. Из глубины квартиры на меня уставилось множество белых глаз и постоянно открывающихся и закрывающихся зубастых пастей.

Моего человека все еще не было. Все же вряд ли Яна стояла под дверью, иначе ворвалась бы обратно в квартиру, как только услышала нашу борьбу с чудовищем. Яна всегда готова спасти меня.