«Адреса любви: Москва, Петербург, Париж. Дома и домочадцы русской литературы» читать онлайн книгу 📙 автора Вячеслава Недошивина на MyBook.ru
  1. MyBook — Электронная библиотека
  2. Библиотека
  3. Вячеслав Недошивин
  4. «Адреса любви: Москва, Петербург, Париж. Дома и домочадцы русской литературы»
Адреса любви: Москва, Петербург, Париж. Дома и домочадцы русской литературы

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Премиум

3.52 
(81 оценка)

Адреса любви: Москва, Петербург, Париж. Дома и домочадцы русской литературы

773 печатные страницы

2014 год

16+

По подписке
549 руб.

Доступ ко всем книгам и аудиокнигам от 1 месяца

Первые 14 дней бесплатно
Оцените книгу
О книге

Вячеслав Недошивин – журналист, автор книги-путеводителя «Прогулки по Серебряному веку. Санкт-Петербург». В его новой книге «Адреса любви» – три места действия: Москва, Санкт-Петербург и Париж. Дома и домочадцы русской литературы неразрывно связаны. «Адреса любви» – не учебник по литературе, а уникальный путеводитель.

«Здесь всё выстроено на документальной точности. Кто где жил, бывал, с кем спорил в знаменитых салонах, в кого влюблялся в поэтических кабачках – обо всем этом узнаешь, погружаясь в рассказы, объединившие историю, литературу, биографические загадки и – Географию Великой Поэзии…»

читайте онлайн полную версию книги «Адреса любви: Москва, Петербург, Париж. Дома и домочадцы русской литературы» автора Вячеслав Недошивин на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Адреса любви: Москва, Петербург, Париж. Дома и домочадцы русской литературы» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 1 января 2014Объем: 1391951
Год издания: 2014
ISBN (EAN): 9785170843060
Правообладатель
10 807 книг

Поделиться

Lika_Veresk

Оценил книгу

…разве история не убеждала нас, что легенды рождаются там, где есть Личность?!

Специалисты, вполне вероятно, возмутятся: дескать, автор излагает факты, хорошо известные по мемуарной литературе об эпохе Серебряного века, да еще показывает знаменитых писателей порой с неприглядной стороны. А мне как раз очень импонирует то, что знаковые фигуры этого времени предстают без хрестоматийного глянца, просто людьми, которые радовались, огорчались, любили, теряли, ошибались, искали свой путь в жизни и литературе, жили, как умели, в очень непростое для русской истории время. Ох, как будто в историческом пути России были времена простые… Исходя из этого посыла, понимаешь, что в книге наряду с главами о Куприне и Бальмонте, Сологубе и Брюсове, Блоке и А. Белом, Гиппиус и Хлебникове, Есенине и Волошине, Цветаевой и Ахматовой, Мандельштаме и Ходасевиче, Булгакове и Пастернаке совершенно органично выглядят очерки о Денисе Давыдове и Фёдоре Тютчеве.

Вячеславу Недошивину удалось мастерски соблюсти баланс между строгостью фактов и занимательностью, интонацией неравнодушного рассказчика. Где-то прочитала обвинение автору в некоем панибратстве по отношению к русским мастерам слова. Это вовсе не так. На мой взгляд, стиль книги – как раз ее сильная сторона. При этом В. Недошивин – настоящий исследователь, на счету которого есть интереснейшие открытия (чего стоит, например, глава о Блоке!). Он не копается в грязном белье, отлично, я полагаю, помня известную фразу А. С. Пушкина о праздном интересе его современников к дневникам Байрона: «Оставь любопытство толпе и будь заодно с гением. Толпа жадно читает исповеди, записки, потому что в подлости своей радуется унижению высокого, слабости могущего. При обнаружении всякой мерзости она в восхищении: "Он мал, как мы! Он мерзок, как мы!" – "Врете, подлецы! Он мерзок, но не так, как вы – иначе!». Автор «Адресов любви» имеет иную цель: через изображение частной жизни показать Человека на фоне Истории, в гуще ее драматических, а часто и трагических перипетий. В моем восприятии книга об этом, а не только о любви, как заявлено в ее названии. «Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые», – отмечал уже упомянутый Тютчев. Но не всегда это высшее «блаженство» оказывается благом для самого человека в его повседневной жизни, в его отношениях с другими людьми...

Немыми свидетелями Истории становятся дома, где жили и бывали писатели. Да, перед нами в некотором роде путеводитель. И в ходе прочтения меня не раз посещало острое желание пройтись по улицам Москвы и Петербурга (да и Парижа, конечно, чего греха таить), посмотреть на эти дома, чтобы прикоснуться к атмосфере, в которой жили их известные домочадцы и постояльцы.

Книгу я читала достаточно долго, почти месяц. И не потому, что неинтересно или трудно, как раз наоборот. Настолько интересно, что всё время останавливалась, чтобы залезть в интернет и посмотреть фотографии писателей и их близких, найти дополнительную информацию о них, прочитать мемуарные свидетельства и даже научные статьи о творчестве художников слова. Так что отдельное спасибо автору книги за это приобщение к богатейшему пласту русской культуры.

23 сентября 2017
LiveLib

Поделиться

«Я много думал, для чего нужно искусство, – сказал как-то Курт Воннегут, американский писатель. – Самое лучшее – это моя теория канарейки в шахте. Художник нужен обществу, он наделен повышенной чувствительностью. Он как канарейка, которую берут с собой в шахту: посмотрите, как она мечется в клетке, едва почуяв запах газа, а люди с грубым обонянием и не подозревают еще об опасности…» Не ощущают отсутствия воздуха. Да, художника всегда убивает общество. Он говорит правду, а она – невыносима самодовольному миру. И вождям, и обывателям. В этом, думаю, конфликт – вечный и неминуемый! Каждый решает его по-своему.
13 августа 2021

Поделиться

Вот тогда Цветаева и усмехнется, как с Марса: «Награда за стихи из рук чиновников! А судьи кто? Поэт орденоносец! Поэт медаленосец! Какой абсурд! У поэта есть только имя и судьба». И чтоб запомнили, услышали и мы, повторит: «Судьба и имя»!..
13 августа 2021

Поделиться

Но если специалистов по Волошину интересует мое мнение, то скажу: в их отношениях, точнее, в ней, не было ни грана того изощренного лукавства духовной «элиты», от которого он, прямой по сути человек, не только мучился всю жизнь, но которое с годами легко научился распознавать. Белое в Заболоцкой было белым, а не «как бы белым», доброта была добротой, а не оправданием собственного эгоизма, а правда – правдой, а не демагогическим приемом в «философском» якобы споре. Он только не сразу убедился, что и новая власть, звавшая себя «высшей справедливостью», как и всякая власть, в глубине своей столь же лукава и хитра, как и знакомые ему по жизни «духовные тусовки»…
13 августа 2021

Поделиться

Автор книги

Подборки с этой книгой