Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Рецензии и отзывы на Языкознание: От Аристотеля до компьютерной лингвистики

Читайте в приложениях:
309 уже добавило
Оценка читателей
4.38
Написать рецензию
  • nekomplekt
    nekomplekt
    Оценка:
    12

    Лингвистика, terra incognita для непосвящённых, более или менее выходит на люди. Особенно это хорошо, когда в серии «Библиотека „Постнауки“» это уже вторая тематическая книга. Как человека, наслаждающегося порталом «Постнауки» и всем сердцем любящего его языковую часть, это не может не радовать. Учебного предмета, посвящённого языкам, к сожалению, нет в школе. В вузе же, обычно для филологов, профессионально связанных с языком, есть как минимум «Введение в языкознание», и я благодарен судьбе, что она решила раскрыться мне с этой стороны, показав целую вселенную, о которой до этого не подозревал. Не подозревал — и не мог любить. А узнав о её существовании, остался в ней жить. А сколько ещё людей может и не предполагать, что это настолько серьёзно, сложно и прекрасно одновременно?.. Уже в зрелости я приобрёл нежное воспоминание: как мимо проходящая студентка взахлёб рассказывала подруге о впервые услышанных на лекции агглютинации, изоляции и фузии. Столько в её голосе было восторга и волнения, а также чёткости мысли, которая говорила об упорядочении в голове таких банальных для лингвиста понятий — и снизошедшего откровения для неофита. Невольно вспоминаешь и самого себя на первых лекциях, которые внимал с открытым ртом, а позднее размышлял над тем, что многие простые вещи остаются вне поля зрения нас всех, пользующихся языком, из-за отсутствия знаний живущих лишь полузабытыми школьными правилами, почерпнутыми из жизни стереотипами. А некоторые впадают в ненаучную ересь, пытаясь что-то объяснить другим.

    Вот поэтому хотелось, чтобы книга Владимира Алпатова (в недавнем прошлом директора Института языкознания РАН) была этакой дверцей в непознанные земли. Но, в целом, «не взлетело», и расскажу почему. Владимир Михайлович — крупный специалист в области истории языкознания, и естественно, что для темы книги его кандидатура прекрасно подходит. А тема-то всеобъятна и неисчерпаема. Достаточно будет полистать его учебник «История лингвистических учений» , чтобы понять насколько. Тут приходится буквально на нескольких страницах излагать несколько сотен лет лингвистической мысли, выдернуть одно-другое имя, вспомнить пару-другую фактов и связать какими-нибудь размышлениями.

    Да, об агглютинации и кое-каких ещё понятиях будет сказано (есть даже скромный глоссарий, неверно названный тезаурусом, в конце), но, надо сразу сказать, что качественного научпопа тут не будет. Это, скорее, собрание проблемных очерков, раскрывающих по верхам суть работы лингвиста и стоящих перед ним задач. Размышления хоть и занимательны местами, но по большей части представляются спонтанными вспышками мысли и изложены в суховато-педантичной манере, свойственной монологу лектора, а не диалога автора и читателя. Алпатов стремится излагать последовательно, но всё равно присутствует неопытность разговора с неподготовленным читателем, и картина, что в итоге складывается после прочтения, больше похожа на недостроенный паззл старательного знатока, чем на готовую картину виртуоза. Не соблюдён баланс освещения разных подходов к языковому материалу: есть большой упор на фонологию (по всей книге), но когда дело касается других областей знания, то много воды и мало концентрации. И чем дальше, тем меньше оправдываются ожидания. В последней главе, про прикладную лингвистику, создаётся впечатление, что все современные исследования прошли мимо, так как она ограничивается очень кратким резюме начала машинного перевода и ещё меньше — создания корпусов. В общем — это главное разочарование по части содержания.

    Из плюсов. По своей главной специальности Алпатов — японист, поэтому много отсылок к японскому языку. Интересно описание подвижности границ лингвистики, о которых говорится не только в одной главе, а также отдельная глава «Строение мозга и национальные традиции», посвящённая восприятию лингвистами других языков через призму родного языка. Также отмечается умение находить нужные цитаты в лингвистических трудах. Поэтому в целом можно порекомендовать вдумчивому чтению (и это будет вряд ли три часа, указанные на обложке).

    Post scriptum. Абзац «Исследования детской речи показывают...» на сс. 198–199 в двадцать одну строку (а это фактически полстраницы) целиком повторяется на с. 222 за исключением одного предложения, перемещённого в абзац за ним. Как будто сказать было больше нечего, а то, что об этом говорили, легко забылось. Печально.

    Читать полностью
  • Inku
    Inku
    Оценка:
    8

    Остановите на улице случайного прохожего и спросите у него: что значит «изучать язык»? Почти со стопроцентной вероятностью вы получите ответ: ну, учиться говорить на иностранном языке. Мало того, термин «лингвист» все чаще используют в значении, стандартном для английского, но не для русского языка: a person accomplished in languages, especially one who speaks several languages (человек, владеющий иностранными языками), причем даже в, казалось бы, профессиональной среде – и множатся выпускники лингвистических институтов, которые никогда не слышали о Соссюре и Хомском (попробуйте представить себе студента физфака, которому неизвестны не то что теории, но даже имена Эйнштейна и Бора).

    Как дипломированному лингвисту (в «русском» значении этого слова), обидно мне это все: языкознание не ограничивается преподаванием иностранных языков. Составлением словарей, придумыванием правил пунктуации и навязыванием среднего рода для слова «кофе» – тоже. Поле действия современной лингвистики необычайно широко, от физиологии речи до, не побоюсь этого слова, эпистемологии, не говоря уж о том, что без лингвистов ни «Окей, Гугл», ни «Привет, Сири» никогда бы не взлетели.

    Поэтому, когда мне попалась аннотация на книгу Алпатова, в которой он обещал рассказать, чем действительно занимаются лингвисты, я даже не стала дожидаться ее появления на Букмейте или э-э… в другом известном месте, а побежала за бумажной версией. Ну что сказать, обещание он сдержал: об истории лингвистических учений поговорил, базовые принципы компаративистики, типологии и генеративной лингвистики изложил, основные задачи, стоящие перед современным языкознанием, обрисовал — на все про все ушло двести с небольшим страниц.

    Думаю, что неспециалисту особенно интересны будут разделы Письмо, Как и почему изменяется язык, Картины мира, Компьютерная лингвистика – в них рассматриваются вопросы, с которыми мы сталкиваемся в обычной жизни, да и стиль изложения более щадящий чем, например, при описании проблем фонологии: там, боюсь, далекий от лингвистики человек будет чувствовать себя примерно как я за чтением «Достающего звена» Дробышевского:

    Ладоне– и костяшкохождение отражается на разных костях скелета, сильнее всего, очевидно, на пястных и фалангах кисти. На головках пястных костей и основаниях проксимальных фаланг суставные поверхности у ладонеходящих приматов ориентированы дорзально…

    В целом, эта книга не из тех, что заставляют гореть глаза и предопределяют выбор профессии. Ни блестящих идей, ни интереснейших личностей, ни захватывающих (или хотя бы курьезных) историй вы в ней не найдете — хотя в языкознании все это было и есть. В результате текст вышел довольно сухим и дидактичным.

    Читать полностью

Другие книги подборки ««Просветитель 2018»: лонг-лист»