Читать книгу «Хочешь крылья белые? Сделай сам!» онлайн полностью📖 — Владислава Николаевича Макина — MyBook.

Хочешь крылья белые? Сделай сам!
Владислав Николаевич Макин

Редактор Надежда Семеновна Максимова

© Владислав Николаевич Макин, 2019

ISBN 978-5-0050-2505-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Признаюсь сразу: все получилось случайно.

Была толстая пачка листов со стихами. Раскладывая их, как пасьянс, в желании как-то упорядочить, мы внезапно получили своеобразный роман в стихах. Этакое «собранье пестрых глав». Почти по Пушкину.

Исследователь творчества Александра Сергеевича Е. А. Маймин в свое время писал: «Пушкин особо подчеркивал, что писать стихами роман значит писать принципиально иначе, чем прозой, подчиняться иным художественным законам, создавать иной по своей внутренней структуре художественный мир. Стихи не только условны, но и допускают условность. Поэт в повествовании может опускать некоторые обязательные для прозаика связи и мотивировки, смешивать временные и повествовательные планы, допускать больше стилевой и художественной игры, уходить от событийной линии сюжета и, по желанию и внутренней потребности, снова возвращаться к ней».

Хорошо сказано. Все точно, как в нашем случае! Читаем дальше: «В посвящении Плетневу Пушкин называет свой роман «собраньем пестрых глав», в «Отрывках из путешествия Онегина» характеризует его как «рассказ несвязный». Опять в точку! Все, как у нас! Оказывается списывание полезно… «При всем этом роман представляет собой удивительно цельное произведение. В самой пестроте и разнохарактерности картин, в разнообразии настроений, в быстрых переходах от темы к теме – цельное. Эта цельность обусловлена прежде всего единством и цельностью личности автора». Ибо в свободном романе «… автор неотступно присутствует во всех сценах».

Немножко коряво по стилю, но не будем придираться. В конце концов, литературоведы учат нас, а не мы их.

«…подобно большинству произведений этого жанра, роман основан на событийном сюжете. Этот событийный узел необычайно прост».

Естественно! Чего уж сложного: герой любит героиню, а она любит его. Затем герой снова любит героиню, а она снова любит его. И в последствии герой неоднократно любит героиню, а она, как и в предыдущих частях, отвечает ему взаимностью. Дополнительную остроту повествованию придает тот факт, что герой постоянно один и тот же, а героини разные.

Но, в сущности, литературное произведение создается не сюжетом, а мастерством и талантом автора. О результате судить читателю.

Вернемся к списыванию. «За годы, в течение которых создавался роман в стихах, многое менялось и в России, и в самом авторе, и все эти перемены не могли не найти своего отражения в романе. Роман создавался по ходу жизни и становился поэтической хроникой русской жизни и своеобразной ее поэтической историей». С этим тоже трудно не согласиться. Времена всегда меняются, но «лишний человек» в России всегда остается. Такая уж страна.

Как сообщает далее Е. А. Маймин: «Пушкин пишет, «отдаваясь течению жизни». И здесь полное совпадение с нашим случаем… «Ограниченный по объему, роман был далеко не ограничен по своим художественным целям. Это видимое противоречие находило разрешение в принципе поэтической свободы. Автору была нужна свобода для быстрого и широкого, не стесняемого никакими ограничениями движения художественного материала и движения мысли».

Думаю, достаточно для того, чтобы заинтриговать (или раздразнить) потенциального читателя. (Так и видятся бушующие толпы литературоведов, вздымающие руки с криками: «Распните их!!! Распните их!!!» (Как минимум!)). Но надеюсь, вы достаточно интеллигенты, чтобы уничтожать меня аргументированно. Для этого надо прочесть роман. Да, я настаиваю. Роман в стихах.

(Или, по американской терминологии, «Евгений Онегин-2»).

Читайте. Мы предаем себя в ваши руки. Аргументы перед вами. В добрый путь!

Попытка №2

Мы обращаем себя в слова,

И приходят мертвые и говорят:

Кайтесь, грешные, вы еще не все знаете!

Мы воплощаем себя в дела,

И приходят живые и говорят:

Прекратите, вы нам мешаете!

И только дети, эти загадочные создания,

Понимают, как это весело —

ШУРШАТЬ УПАКОВКОЙ,

Отделяя бытие от сознания.

От сознания себя жителем бездны.

Эти Загадочные Создания.

Трудно только первые полчаса

Суета на паперти, суета.

Двери храма заперты, красота.

Смотрит голь довольная, ну и ну,

Нынче с колокольни я сигану.

Я же крылья белые сделал сам,

Трудно было первые полчаса.

Утомил я ноженьки, говорю,

Нынче я до боженьки воспарю.

У толпы шевелятся волоса,

Все никак не верится в чудеса,

Вот сидит юродивый, крестит рот.

Матерится вроде бы, ну народ.

Лишь кустов орешника полоса

Провожает грешника в небеса.

Этот час я выстрадал, видит бог,

Сколько реек выстругал, сколько сжег.

– Эй, вы люди пешие, – я кричу, —

Разбегайтесь к лешему, я лечу.

Направляю тело я в небеса.

Хочешь крылья белые – сделай сам.

Баллада о бедном рыцаре

Подари стихи простушке, золотой браслет пастушке,

И она себя послушно даст на сено завалить.

Но иной не тронут девы мавританские напевы,

Сердце гордой королевы очень трудно покорить.

Их богатство не прельщает, их ученость не смущает,

Ничего не обещает, но дает надежды нить.

Восхитительна не в меру, собираясь на премьеру,

Улыбнется кавалеру… и велит его казнить.

И спокойно примет ужин, и никто-то ей не нужен,

Или что еще похуже, нужен кто-то но не ты.

О, загадочная дева, рыцарь справа, рыцарь слева…

Но не девственная плева ныне символ чистоты.

Суть – банальные причины. Стали мелочны мужчины,

И геройство их по чину для кухарок в самый раз.

Для восторженных простушек, для простуженных пастушек,

Для гостиничных подружек, для мальчишеских проказ.

Ну, а ты, мой рыцарь бедный, что такой сегодня бледный?

Пусть трещит твой флаг победный, и над шлемом перьев куст.

Ты забыл, как страшный дьявол в черной луже мертвый плавал,

И твоя гремела слава, заглушая боли хруст.

И она сказала: «Бедный! Что-то вы сегодня бледный.

Разрешите флаг победный я заштопаю к утру?

Ах, из вас торчит железный, глупый стержень бесполезный.

Вы не ранены ль, мой рыцарь? Кровь позвольте вам утру».

И когда, собравши силы, ты из тела вынул вилы,

То она сказала: «Милый! Восхищенья не тая,

Я в восторге, мой любимый! Ты такой неистребимый!

Монтигомо ястребиный, где твой коготь, я твоя».

И ее сверкали глазки, и ее душили ласки,

И она любила сказки, и она была твоей.

Королева, королева, рыцарь справа, рыцарь слева.

Королева – тоже дева. Так что рыцарь, не робей!

Новогоднее спаслание

Реки иссякнут и горы рассыплются прахом

Свечи мерцают налей мне вина дорогая

В черном зрачке отражается зеркало ночи

Помнишь ли поступь героев имперского Рима

Клекот орлов и брянцание бронзы о камень

О, улыбнись, поцелуй меня в губы, родная

Запах волос твоих полон речною прохладой

Камень истерся и бронза земле возвратилась

Реки иссякли и горы рассыпались прахом

Сгинули цезари зевсы и прочие вещи

встретились мы и зажгли новогодние свечи

Ближе придвинься, мне что-то сказать тебе надо.

Санкюлот

 
Суров сидит наш литератор.
О жизни думает, наверно.
И вдруг завыл свежо и тонко,
Ага! Картошки захотел.
И входит пламенная дева,
Чадит и брызгается салом,
И зубом цыкает проворным,
И усмехаясь говорит:
– Дурак. А если непонятно,
Думкопф, а если непонятно,
Мужик, сходил бы ты на рынок!
Самсунг ты, или не Самсунг?
И тут как вскрикнет литератор,
Как топнет ножкой загорелой!
Возьмет Муму, да и утопит.
И спит потом до часу дня.
 

Это вам, романтики, Это вам, родимые

 
Бросая пить вино и пиво,
Напрасно думать, что тебя
Возьмут за талию красиво
и поведут, лаская и любя.
 
 
Когда сухим и трезвым взором
Окинешь мир себя вокруг,
Цветами скорби и позора
Земля и небо вспыхивают вдруг.
 
 
Нелепый час сердечной муки
Не превращай в тоски года,
Давай пожмем друг другу руки
И разойдемся раз и навсегда.
 
 
Прощальных слов, мой друг, не надо,
Отныне пой за нас двоих.
И пусть забвенье и отрада
Хранят тебя от глупостей иных.
 

Крещенские морозы

 
– Что происходит со мною?
– Зима происходит.
– Мне одиноко.
– Я занят, родная, я занят.
– Кто-то царапает стекла, все ходит и ходит…
– Ветка царапает, мечется снежная замять.
– Ты разлюбил меня?
– Что ты, родная, однако…
– Ты не целуешь меня, почему?
– Ты же видишь, я занят…
– Страшно мне, милый, все воет и воет собака.
– Ветер, родная.
– Одна я.
– Я знаю, я знаю.
 

Бесконечная история

 
Город, распахнутый, словно рана,
Открытый ветрам, приносящим прохладу,
Тебя населяют ящеры и дети, чей смех —
Откровенье.
 
 
Дети вырастают и превращаются в ящеров,
Обертывают себя шелками
И берут девиз: Ярость.
 
 
Но некоторые остаются людьми
И говорят детям: Радуйтесь!
Это Учителя.
 

Номенклатурное сафари

 
Едва я появился в этом мире,
Мне сунули в руки лопату
И заорали: Копай быстрее,
Рой в направлении к центру!
 
 
Я ничего не понял, но рыл, как безумный.
Наконец, я остановился и закричал:
– Эй, там, наверху! Что это будет?
Зачем нам эта яма?
 
 
И сверху ответили:
– Это ловушка для дикого вепря Ы.
Его уже

Стандарт

0 
(0 оценок)

Хочешь крылья белые? Сделай сам!

Установите приложение, чтобы читать эту книгу

На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Хочешь крылья белые? Сделай сам!», автора Владислава Николаевича Макина. Данная книга имеет возрастное ограничение 18+, относится к жанру «Cтихи и поэзия».. Книга «Хочешь крылья белые? Сделай сам!» была издана в 2019 году. Приятного чтения!