Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Цитаты из Послушайте! (сборник)

Слушать
Читайте в приложениях:
3062 уже добавили
Оценка читателей
4.17
  • По популярности
  • По новизне
  • Кроме любви твоей,
    мне
    нету моря,
    а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
    3 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Послушайте!
    Ведь, если звезды зажигают —
    значит – это кому-нибудь нужно?
    Значит – кто-то хочет, чтобы они
    были?
    2 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Вот вы, мужчина, у вас в усах капуста
    где-то недокушанных, недоеденных щей;
    вот вы, женщина, на вас белила густо,
    вы смотрите устрицей из раковин вещей.
    2 В мои цитаты Удалить из цитат
  • вы смотрите устрицей из раковин вещей.
    2 В мои цитаты Удалить из цитат
  • буду безукоризненно нежный,
    не мужчина, а – облако в штанах!
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Эй!
    Господа!
    Любители
    святотатств,
    преступлений,
    боен, —
    а самое страшное
    видели —
    лицо мое,
    когда
    я
    абсолютно спокоен?
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Послушайте!
    Ведь, если звезды зажигают —
    значит – это кому-нибудь нужно?
    Значит – кто-то хочет, чтобы они
    были?
    Значит – кто-то называет эти
    плево́чки
    жемчужиной?
    И, надрываясь
    в метелях полу́денной пыли,
    врывается к богу,
    боится, что опоздал,
    плачет,
    целует ему жилистую руку,
    просит —
    чтоб обязательно была звезда! —
    клянется —
    не перенесет эту беззвездную муку!
    А после
    ходит тревожный,
    но спокойный наружно.
    Говорит кому-то:
    «Ведь теперь тебе ничего?
    Не страшно?
    Да?!»
    Послушайте!
    Ведь, если звезды зажигают —
    значит – это кому-нибудь нужно?
    Значит – это необходимо,
    чтобы каждый вечер
    над крышами
    загоралась хоть одна звезда?!
     
    1914
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • грозящих бровей морщь,
    а во рту
    умерших слов разлагаются трупики,
    только два живут, жирея —
    «сволочь»
    и еще какое-то,
    кажется – «борщ».
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Мысли, крови сгустки,
    больные и запекшиеся, лезут из черепа.
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • скачут бешеные,
    и уже
    у нервов подкашиваются ноги!
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Дым табачный воздух выел.
    Комната —
    глава в крученыховском аде[4].
     
     
    Вспомни —
    за этим окном
    впервые
    руки твои, исступленный, гладил.
    Сегодня сидишь вот,
    сердце в железе.
    День еще —
    выгонишь,
    может быть, изругав.
    В мутной передней долго не влезет
    сломанная дрожью рука в рукав.
    Выбегу,
    тело в улицу брошу я.
    Дикий,
    обезумлюсь,
    отчаяньем иссечась.
     
     
    Не надо этого,
    дорогая,
    хорошая,
    дай простимся сейчас.
     
     
    Все равно
    любовь моя —
    тяжкая гиря ведь —
    висит на тебе,
    куда ни бежала б.
    Дай в последнем крике выреветь
    горечь обиженных жалоб.
    Если быка трудом умо́рят —
    он уйдет,
    разляжется в холодных водах.
    Кроме любви твоей,
    мне
    нету моря,
    а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
    Захочет покоя уставший слон —
    царственный ляжет в опожаренном песке.
    Кроме любви твоей,
    мне
    нету солнца,
    а я и не знаю, где ты и с кем.
     
     
    Если б так поэта измучила,
    он
    любимую на деньги б и славу выменял,
    а мне
    ни один не радостен звон,
    кроме звона твоего любимого имени.
    И в пролет не брошусь,
    и не выпью яда,
    и курок не смогу над виском нажать.
     
     
    Надо мною,
    кроме твоего взгляда,
    не властно лезвие ни одного ножа.
    Завтра забудешь,
    что тебя короновал,
    что душу цветущую любовью выжег,
    и суетных дней взметенный карнавал
    растреплет страницы моих книжек…
    Слов моих сухие листья ли
    заставят остановиться,
    жадно дыша?
    Дай хоть
    последней нежностью выстелить
    твой уходящий шаг.
     
    26 мая 1916 г. Петроград
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • И небо,
    в дымах забывшее, что голубо́,
    и тучи, ободранные беженцы точно,
    вызарю в мою последнюю любовь,
    яркую, как румянец у чахоточного.
     
     
    Радостью покрою рев
    скопа
    забывших о доме и уюте.
     
     
    Люди,
    слушайте!
    Вылезьте из окопов.
    После довоюете.
     
     
    Даже если,
    от крови качающийся, как Бахус,
    пьяный бой идет —
    слова любви и тогда не ветхи.
    Милые немцы!
    Я знаю,
    на губах у вас
    гётевская Гретхен.
     
     
    Француз,
    улыбаясь, на штыке мрет,
    с улыбкой разбивается подстреленный авиатор,
    если вспомнят
    в поцелуе рот
    твой, Травиата.
     
     
    Но мне не до розовой мякоти,
    которую столетия выжуют.
    Сегодня к новым ногам лягте!
    Тебя пою,
    накрашенную,
    рыжую.
     
     
    Может быть, от дней этих,
    жутких, как штыков острия,
    когда столетия выбелят бороду,
    останемся только
    ты
    и я,
    бросающийся за тобой от города к городу.
     
     
    Будешь за́ море отдана,
    спрячешься у ночи в норе —
    я в тебя вцелую сквозь туманы Лондона
    огненные губы фонаре
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Бог доволен.
    Под небом в круче
    измученный человек одичал и вымер.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Всех пешеходов морда дождя обсосала
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • ий рабочий, бывший партиец, ныне жених.
    В мои цитаты Удалить из цитат
Другие книги серии «Классика в школе (Эксмо)»