Прежде чем говорить о содержании и моем мнении о прочитанной книге, я хотела бы остановиться на некоторых нюансах, которые, на мой взгляд, стоит учесть перед чтением.
Во-первых: Набоков – лицо не нейтральное. Он творец и, как вы понимаете, он ДОЛЖЕН быть субъективен. Сложно представить себе писателя, совершенно спокойно относящегося к творчеству своих собратьев.
Во-вторых: Набоков – представитель русской интеллигенции, которая была вынуждена покинуть свою Родину после кровавого месива революции. И, естественно, этот факт не мог не отразиться на его отношении к писателям советского периода.
В-третьих: книга представляет собой лекции, т.е. когда-то они читались как учебный материал студентам колледжа Уэлсли и Корнеллского университета. Должны ли лекции быть беспристрастными? Да. Беспристрастны ли лекции Набокова? Нет. Мог ли он читать по-другому? Нет (см. предыдущие два пункта). Итак, вводное слово бсказано, теперь остановлюсь на каждом из писателей, творчества которых коснулся Набоков.
1. Гоголь. И сразу хочу признаться, что я открыла для себя «Мертвые души» заново! Если мысль, что Чичиков «низко оплачиваемый агент дьявола» приходила мне во время чтения ни раз, то шкатулка Чичикова прошла мимо меня, и я так и не поняла, зачем Гоголь так подробно ее описывает. Наверняка все или почти все читали эту поэму. Признайтесь, приходило ли вам в голову такая трактовка шкатулки Чичикова:
...В самой средине мыльница<Чичиков — мыльный пузырь, пущенный чертом>, за мыльницею шесть-семь узеньких перегородок для бритв<пухлые щеки Чичикова, этого мнимого херувима, всегда были гладкими, как атлас>; потом квадратные закоулки для песочницы и чернильницы с выдолбленною между ними лодочкой для перьев, сургучей и всего, что подлиннее<писчие принадлежности для собирания мертвых душ>; потом всякие перегородки с крышечками и без крышечек для того, что покороче, наполненные билетами визитными, похоронными, театральными и другими, которые складывались на память<светские похождения Чичикова>. Весь верхний ящик со всеми перегородками вынимался, и под ним находилось пространство, занятое кипами бумаг в лист<а бумага — главное средство общения у черта>, потом следовал маленький потаенный ящик для денег, выдвигавшийся незаметно сбоку шкатулки<сердце Чичикова>. Он всегда так поспешно выдвигался и задвигался в ту же минуту хозяином<систола-диастола>, что наверно нельзя сказать, сколько было там денег<автор и сам этого не знает>
Согласитесь, это действительно гениально! Набоков открывает такие подтексты Гоголя, о которых я не догадывалась и это, безусловно, было для меня очень интересно и познавательно. Известная фраза "Вся русская литература вышла из "Шинели" Гоголя" обрела для меня смысл после чтения набоковских лекций. Кроме прекрасного анализа "Мертвых душ" и "Шинели", Набоков останавливается и на личности писателя. Показывает его метания, в какой-то степени его деспотизм и его трагедию. Рекомендую читать всем
2. Тургенев. Хочу заметить в скобках, Тургенева я не люблю. Его произведения кажутся мне притянутыми за уши, надуманными и описывающими блуждающий взгляд человека, который думает о чем-то и попутно ведет беседу. Конечно, это только мое мнение, ну а кто ж мне может запретить его иметь? Набоков говорит, что Тургенев - не гений и, тем не менее, довольно долго восхищается его пейзажами, описаниями отблесков заходящего солнца в волосах очередной тургеневской героини... Да, конечно это красиво, но... Но, опять же на мой взгляд, у Ивана Сергеевича пейзаж отдельно, сюжет отдельно и связь между ними может быть обусловлена только грозой или дождем... У Майринка или Достоевского город становится полноправным героем повествования. Представьте "Ангела западного окна" без Праги или "Преступление и наказание" без Петербурга. А вот "Отцов и детей" как и любое другое произведение Тургенева, можно перенести куда угодно, в любой город, любой сезон и т.д... Но Набоков в восхищении и у него прекрасно получается привлечь внимание слушателя (не забываем, что это лекции) на капли росы, порывы ветра. Все-таки считаю, что каково бы ни было Ваше отношение к Тургеневу, прочитать стоит обязательно. Зачем? Это прекрасный урок чтения, внимания к деталям и, если можно так выразиться, созерцания текста.
3. Достоевский. Вот тут мне нужно было собрать всю волю в кулак, чтобы не вышвырнуть книгу в окно...
Когда-то давно прочитала, как один мужчина, смотря на "Мону Лизу", которую привезли в Москву, сказал: "Не понимаю, и почему ей все так восхищаются!". Мимо проходила Раневская и заметила: "Эта дама уже давно сама может выбирать кому нравиться, а кому - нет".
Именно этот случай я повторяла про себя практически все время, пока читала рассуждения Набокова об обожаемом мной Достоевском. Он его не просто не любит. Он его НЕНАВИДИТ. Все его рассуждения - поток желчи. Для меня загадка: как можно было увидеть глубину Гоголя и пытаться смешать Достоевского с грязью именно за отсутствие глубины. Немыслимо, но это так! Но, вспоминаем о том, что Набоков не может быть нейтральным, как говорилось выше, читаем/пролистываем, как кому больше нравится то, что он написал о Достоевском и переходим к следующему писателю... Не расстраивайтесь, о Достоевском написано достаточно и без Набокова и нам с Вами лучше обратиться к Бахтину.
4. Толстой. Очень жаль, что нет лекций Набокова о “Войне и мире” (не знаю, нет ли их в этой книге или он совсем решил не замахиваться на такую махину). Но есть “Анна Каренина” и, поверьте, это стоит почитать! Набоков скрупулезно разбирает образы, выстроенные Толстым, сны героев, предметы, которые то тут, то там “случайно” встречаются в романе и, как проводники, направляют читателя по страницам. Я читала “Анну Коренину” очень давно, лет 15 назад, если не больше. После недавнего перепрочтения “Войны и мира” поставила “галочку”, что “Каренину” нужно перечитать обязательно и теперь я лишний раз в этом убедилась. Тогда я возмущалась, почему Левину и Кити автор уделят больше внимания, чем Анне и Вронскому! Не знаю, смогла бы я сейчас увидеть противопоставление этих пар и понять, что это не просто описание разных героев, а противопоставление любви физической и любви истинной. Трудно сказать... Но Набоков так точно расставляет акценты, беря в свои свидетели не только действия, но даже время, по-разному текущее у этих пар, что сомнения, если таковые и были, исчезают. Читать обязательно!
5. Чехов. Странное чувство от лекции. Конечно, Набоков считает Чехова гением. Но если его слова о Толстом или Гоголе захватывают, они проникнуты любовью и уважением, то о Чехове Набоков говорит очень хорошо, но очень... спокойно... “Чайку” он пересказывает лишь изредка вставляя комментарии, которые вполне понятны в среде иностранных студентов, которым эти лекции и читались, и кажутся излишними для русскоговорящего читателя. Может быть, что это мне только показалось и Вы увидите в них нечто большее, что пропустила я. Если так, дайте знать, мне действительно очень интересно.
Он не был словесным виртуозом, как Гоголь; его Муза всегда одета в будничное платье. Поэтому Чехова хорошо приводить в пример того, что можно быть безупречным художником и без исключительного блеска словесной техники, без исключительной заботы об изящных изгибах предложений
Может быть отсутствие словесных изысков не дало Набокову заразить читателя Чеховым, а может быть его гениальность на столько проста, что в агитации и разжёвывании просто не нуждается? Не знаю... Я, честно говоря, ждала раскрытия каких-нибудь лаконичных чеховских образов, как, например, тарелка крыжовника в одноименном рассказе, но нет... жаль...
6. Горький. И тут мы слышим только ПШИК!
Когда пьеса «На дне» была окончена, успех ее превзошел ожидания автора. Каждый персонаж, выведенный в пьесе, — живое лицо и настоящее раздолье для хорошего актера. Постановку осуществил Московский Художественный театр, который разделил ее неимоверный успех: пьеса прославилась на весь мир.
Потом мы читаем о замечательном Московском Художественном театре, о том, что на его сцене всегда будут идти пьесы Чехова и “На дне” Горького... и...
В нем нет ни одного живого слова, ни единой оригинальной фразы, одни готовые штампы, сплошная патока с небольшим количеством копоти, примешанной ровно настолько, чтобы привлечь внимание.
Бац! Что-то с логикой его стало... Странно? Ничуть! Мы же помним, что Набоков - эмигрант, он вынужден был уехать из-за таких революционеров как Горький. Разве он может быть объективен? Думаете да? Сомневаюсь... Даже не знаю рекомендовать ли кому-нибудь читать эту небольшую лекцию. Ну уж если Вы вытерпели и прочитали о Достоевском, то и Горького осилите, я в Вас верю!
Что же сказать в заключении... Думаю, что лучше всего привести прекрасные слова Набокова о читателях, настоящих читателях, надеюсь, что когда-нибудь я приближусь к этому кругу.
Настоящий читатель не интересуется большими идеями: его интересуют частности. Ему нравится книга не потому, что она помогает ему обрести «связь с обществом» (если прибегнуть к чудовищному штампу критиков прогрессивной школы), а потому, что он впитывает и воспринимает каждую деталь текста, восхищается тем, чем хотел поразить его автор, сияет от изумительных образов, созданных сочинителем, магом, кудесником, художником. Воистину лучший герой, которого создает великий художник — это его читатель