Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Долгожители (сборник)

Добавить в мои книги
3 уже добавили
Оценка читателей
4.5
Написать рецензию
  • Krolichek
    Krolichek
    Оценка:
    4
  • viktork
    viktork
    Оценка:
    3

    Мне Маканин советского периода нравится куда больше постсоветсвого (точнее, ныне этот писатель мне совсем не нравится).
    Но потом все мутировали - и герои, и авторы. Стоит ли удивляться, что мутации пошли в разных направлениях, ведь это такой способ выживания/адаптации.

  • pgauguin
    pgauguin
    Оценка:
    2

    Лирическая повесть о детстве, о прекрасном и неповторимом времени, когда в жизни делаются первые шаги
    PS
    Это сборник из двух повестей

  • Svetlanaj
    Svetlanaj
    Оценка:
    1

    Пустым местом, оказывается, можно кормиться,
    им можно жить, оно наполняется бытийной тяжестью.
    Лев Аннинский
    Владимир Семёнович Маканин входит в круг лучших прозаиков России второй половины XX века – начала XXI века. Канадский славист К.Н. Шнейдман о нём написал: "Сегодня Маканин – один из немногих русских писателей, кому удалось за пределами брежневской эры сохранить уровень художественности своей прозы… Он создаёт сюжеты, впечатляющие своей философской значительностью, которые обновляют без тривиализации обсуждаемые им темы" (Лейдерман Н.Л., Липовецкий М.Н. Современная русская литература. 1950 – 1990 – е годы. В 2-х томах. – М., 2006, т. 2, с.626).
    В центре повести 1982 года "Человек свиты" три основных героя: Дмитрий Родионцев, Вика Журавлёва, секретарша директора Аглая Андреевна. Они работают в одном из учреждений города. В каком – неважно, кем – тоже неважно. Ибо настоящая их жизнь – это жизнь свиты. Аглая Андреевна в силу своей должности играет роль могущественного лица, а Вика и Родионцев – её приближённых. С точки зрения Вики и Мити, Аглая Андреевна и директор – короли, цари, небожители. Попасть в солнечную приёмную, пить чай с секретаршей – это и есть счастье, солнечное местечко. Неслучайно слова "солнечное" и "солнце" повторяются много раз. Работники свиты чувствуют себя значимыми только в свите, рядом с начальством. Вне свиты они теряют себя. Мечта Вики и Мити – как можно дольше удержаться в "солнечной приёмной" секретарши. Поразительно то, что это "солнечное местечко" не даёт им никаких материальных выгод. Они изредка ездят с директором в командировки да ежедневно пьют чай с Аглаей. Для этих героев самое главное - ощущать себя людьми свиты. Эти ощущения создают видимость полноты жизни, собственной значительности.
    Читатель застаёт Митю в тот момент, когда Аглая Андреевна очень тихо и спокойно отстраняет его от свиты. Начинаются мучительные размышления героя о причинах этой отставки. В сознании Мити утрата места в свите – трагедия. Потеряв "солнечное местечко", Родионцев теряет самого себя. "Человек свиты" Митя Родионцев всегда будет стремиться примкнуть к какой-нибудь стае – в воровской ли шайке, в институтских ли междоусобицах или же в литературных группировках. Ему страшно обрести свободу, стать хоть какой- то личностью. Под крылышком у вожака всегда спокойней, даже проигрывать, даже унижаться, даже погибать. Такие, как Митя, иногда идут на большой риск во имя того, чтобы не стать личностью, чтобы не выйти из стаи, чтобы не совершить поступок…"люди свиты" отказываются от пьянящей свободы, от жуткой независимости. Они знают, что ползающего человека невозможно уронить" (Бондаренко В. "Московская школа", или Эпоха безвременья. – М., 1990, с.113 – 114). Жизнь свиты – это жизнь людей с "гнущимся позвоночником", людей, не способных на собственные волевые решения. Отстранённый Родионцев и сам понимает незавидность своей роли в свите, называет себя не только "референтом", но и "шутом", "увеселителем", "массовиком-затейником". "Не в силах справиться с обстоятельствами и Митя Родионцев…хотя его ситуация представляется трагикомической, а не драматической: Митю "удалили" из свиты директора…Родионцев (и другие герои) написаны Маканиным как подчиняющиеся быстрому течению "реки жизни" (позитивному для "везунчиков", негативному для "невезучих")" (Иванова Н. Точка зрения. О прозе последних лет. – М., 1988, с.220).
    В финале у Мити появляется мысль о свободе. Только мысль эта возникает в мозгу пьяного Родионцева, да к тому же её подсказывает совершенно посторонняя женщина.
    Автор постепенно нагнетает ироническое отношение к Аглае Андреевне. Особенно ярко это проявляется в эпизоде со шторами. Автор противопоставляет неприступность секретарши – "богини" и "мелкость" "гномика" из хозобеспечения. Даже выбирая шторы, Аглая Андреевна сохраняет свою царственность.
    Особенно насмешливо относится автор к Санину, молодому "заместителю" Родионцева в свите. В эпизоде со шторами группа слов "по – суздальски, многотрудную, работяга" создаёт ироническое авторское отношение к Санину. Этот герой прекрасно чувствует настроение начальства, оказывается в нужном месте в нужное время – заслуженно занимает место в свите. Но он ещё только начал превращаться в полулакея. Хотя Санин очень хочет оказаться в солнечной приёмной, стать человеком "середины", он может в командировке напиться, встречаться с чужой женой, дарить цветы не тем, ругать за спиной Аглаю.
    Попытаюсь обнаружить значимые словесные ряды (ключевые слова) повести. Вероятно, уже в названии содержатся главные ключевые слова: "человек" и "свита". 1.Свита: "нам надо быть начеку, угадать и исправить, всегда на подхвате, воркует, лепечет, обласканная, в опале, судьба почему – то отвернулась, любовь Аглаи Андреевны, он не ропщет, отставили, работник свиты, Митю заменили, бороться за место под солнцем, мальчик на побегушках, прочая деловая обслуга, причастность к власти и суете людей, отставленный шут, постаревший увеселитель, человек свиты, прилипала и ловчила, полулакей, живучесть и приспособляемость, свитские люди царствуют и пылят в глаза, солнечное местечко (5 раз), место под солнцем, местечко, мелкота". 2. Человек: "моложавый мужчина, поджарый и быстрый для своих сорока лет, он жил и жил, никто его поймёт, этим ли заниматься в сорок лет, ему хочется поговорить по душам, но не с кем, впервые Родионцев сам по себе, свободен, я увидел, что я ничто и ноль, а в итоге вспомнить мне нечего, а поезд ушёл, я сбился (3 раза), мог бы и я прожить другую жизнь – совсем другую, я человек, тебе пойти некуда, гулял как хотел, меня любили, а теперь не любят, теперь сами по себе, свободны, свободен от свиты – это же замечательная мысль".
    Родионцев мучительно осознаёт, что он сбился, что он человек, что он свободен. Это ему помогают понять молчаливые мужики в ресторане, пьяный юноша на улице, незнакомая женщина. В финале Митя – человек (пусть и пьяный). "Я знаю: ничто не меняется к лучшему в духовном составе героя…Я знаю, что серединный человек не становится при этом ни выше, ни лучше, ни счастливее. Я только чувствую мгновенным уколом боли, что он – человек. И мне достаточно" (Аннинский Л. Структура лабиринта. – В книге: Маканин В. Избранное. – М., 1987, с.18).
    Эссе на основе моей статьи в журнале "Литература в школе", 2013, №3.

    Читать полностью