«Москва и москвичи. Избранные главы» читать бесплатно онлайн книгу 📙 автора Владимира Гиляровского, ISBN: , в электронной библиотеке MyBook
image
Москва и москвичи. Избранные главы

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Бесплатно

4.13 
(30 оценок)

Москва и москвичи. Избранные главы

293 печатные страницы

2013 год

6+

Введите вашу электронную почту и читайте эту и еще 360 000 книг

Оцените книгу
О книге

«Москва и москвичи» В. А. Гиляровского – это уникальное произведение, в котором в увлекательной форме рассказывается о жизни москвичей во второй половине XIX – начале XX века. Минувшее предстает перед читателями во всем своем многообразии: в блеске и нищете, в веселье и скорби.

Известный бытописатель Гиляровский не оставляет без внимания ни одну сторону жизни Москвы: здесь и шумные праздники, и тихие прогулки по тенистым бульварам, шикарные магазины и грязные опасные трущобы, экипажи и первые трамваи.

Текст В. А. Гиляровского сопровожден интересными заметками из старых газет и журналов, любопытными воспоминаниями современников, фотографиями и произведениями живописи, чтобы читатель смог в полной мере ощутить атмосферу того удивительного времени.

В формате pdf A4 сохранен издательский дизайн.

читайте онлайн полную версию книги «Москва и москвичи. Избранные главы» автора Владимир Гиляровский на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Москва и москвичи. Избранные главы» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 1 января 1926Объем: 529147
Год издания: 2013
ISBN (EAN): 9785373053181
Правообладатель
12 140 книг

Поделиться

boservas

Оценил книгу

Владимир Алексеевич Гиляровский, он же "Дядя Гиляй", около 40 лет до революций 1917 года проработал корреспондентом московских газет. Как утверждает в своих воспоминаниях брат А.П.Чехова Михаил Чехов - Гиляровский был из тех, кто знал в Москве всех, а все знали его. Конечно, насчет всех это преувеличение, но мы понимаем, что хотел сказать Михаил: Гиляровский имел множество связей практически во всех слоях московского общества - от властных структур до хитровского жулья. Это было следствием, с одной стороны, его крайне общительного сангвинического характера, а с другой - требованием его профессии.

Гиляровский работал московским городским репортером, в чьи обязанности входило освещать самые яркие и скандальные события старой столицы. Поэтому в сфере его интересов оказывались налетчики, банкиры, артисты театров, рыночные торговцы, рестораторы, студенты, воры, банщики, сыщики, проститутки, извозчики, сторожа - короче, все, у кого можно было поживиться подробностями городских событий и происшествий.

А "Москва и москвичи" является собранием очерков, написанных в разные годы, и отредактированных для общего издания их под обложкой одной книги. Поэтому и создается ощущение, что Гиляровский писал только о негативном, можно часто слышать такие упреки в его адрес. Но возьмите сегодняшнего городского репортера и отследите его контент, вы удивитесь, но, несмотря на то, что со времен, описанных дядей Гиляем, прошло больше 100 лет, ежедневная репортерская тематика почти не изменилась - убийства, пожары, ограбления, грязь, скандалы - только вместо извозчиков теперь водители автомобилей.

Москва златоглавая, звон колоколов,
Царь-пушка державная, аромат пирогов.
На проспектах и улочках в этот праздничный день
Продают сладки булочки, покупай, коль не лень.


А вот антураж и дух старой Москвы в книге Гиляровского передан сочно и натурально, чувствуется глаз очевидца.Вообще, подобные книги сильны мелкими деталями, которые невозможно ни придумать, ни предугадать, их можно знать только наверняка. И здесь писатель выступает ценнейшим свидетелем того, что было, эпохи, навсегда ушедшей от нас, со всеми её особенностями, теми, о которых можно пожалеть, и теми, исчезновению которых можно только обрадоваться.

Большой объем книги отводится под темы, связанные с московской преступностью. Одна из самых интересных глав посвящена знаменитой Хитровке, где, кстати, у Гиляя тоже было полно связей. В книге он описывает случай, как у одного из его друзей, которого он привел на Хитровку "на экскурсию", увели пальто, писатель не называет имени пострадавшего, однако, в своих воспоминаниях Михаил Чехов, о котором я уже писал, признается, что этим экскурсантом был он. Так вот, Гиляровский включил свои связи и через час пальто было возвращено его владельцу.

Помню тройку удалую, вспышки дальних зарниц,
Твою позу усталую, трепет длинных ресниц.
Всё прошло, всё умчалося в бесконечную даль,
Ничего не осталося лишь тоска да печаль.


Другой яркий случай, описанный в очерке "Кружка с орлом", перемещает читателя на Цветной бульвар, где существовала еще одна бандитская "малина". Здесь жизнь Гиляровского подверглась нешуточной угрозе, и снова спасло его знакомство с хозяином "заведения". Бандитских логовищ в Москве конца позапрошлого века было немало, по иронии судьбы, одно из них существовало на Лубянке.

Интереснейшие очерки посвящены московскому студенчеству, студенческому общежитию Ляпина, столичным художникам, их знаменитым "средам". Очень познавательный очерк о московских банях, об интереснейшем "банном" мире второй столицы, о становлении шикарных Сандунов. Трактирная жизнь тоже очень колоритно описана. При всем при этом в каждый очерк включены аппетитные истории, очень напоминающие анекдоты, как, например, история про купца Филиппова о том, как он придумал булочки с изюмом. В каждом таком случае можно усомниться, а точно так ли это было? Но давайте не будем столь строги к человеку, который писал в годы, когда почти вся информация распространялась преимущественно с помощью сарафанного радио, он продает нам клубничку за то, за что купил. Подумайте, ведь даже сегодня, когда навалом каналов, дублирующих распространение информации, полным-полно различных непроверенных фейков.

Сединою покрытая величаво стоишь
И веками воспетая Русь святую хранишь,
И плывёт звон серебряный над великой страной,
И звенит звон малиновый над родною Москвой.


На что еще обратил внимание, так это на некоторую географический ареал, в рамки которого попадают практически все очерки, собранные в книге. Создается впечатление, что Гиляровский в основном вращался в кругах центра, севера и востока столицы. Так, есть очерки о районах Таганки и Сретенки, есть очерки о центре - Китай-город, Театральная площадь, но львиная доля - это Тверская и все, что к северу от неё - Трубная, Неглинная, Цветной бульвар, Сущевка - эти района описаны очень подробно и со знанием дела. В то же время о Замоскворечье или Арбате в книге даже не упоминается. Правда, лично мне такой перекос был только на руку, поскольку я живу совсем рядом с подробно описанными районами, поэтому я не просто читал, я еще сравнивал внутренним взором современный облик знакомых мне улиц и зданий с тем, который вырисовывался из описаний Гиляровского.

Что слегка расстроило, это то, что Гиляровский восторгается переделками старой Москвы в 30-е годы, которые он уже застал. Он приветствует снос старых зданий, переделку улиц, их переименования. Я ему в этом случае совершенно не верю, думаю, это было вынужденное проявление лояльности советской власти, на которое ему пришлось пойти, чтобы книга была издана. Не мог человек, настолько влюбленный в "ту Москву", без слёз наблюдать за её уничтожением, одна Сухарева башня чего стоила. Конечно, город не может не развиваться, и приходится идти на какие-то компромиссы примирения старого и нового, но уничтожение исторических памятников - преступление при любой власти и любой идеологии. Так что, уважаемый Сергей Семёнович, будьте бережнее к тем реликвиям старой Москвы, которые, несмотря ни на что, еще радуют наши глаза.

Конфетки-бараночки, словно лебеди саночки,
Эй, вы, кони залётные, слышна песнь с облучка.
Гимназистки румяные от мороза чуть пьяные
Грациозно сбивают белый снег с каблучка.

1 октября 2020
LiveLib

Поделиться

Arlett

Оценил книгу

Я живу в Москве. Я люблю этот город. Москва полна памятных и дорогих для меня мест. ГУМ с его знаменитым мороженным – одно из первых воспоминаний детства. В Педкниге на Кузнецком мосту я не один бой выдержала в давке за учебниками, там же неподалеку несколько лет спустя купили обручальные кольца. Но что по большому счету я знала о ней? Ни-че-го. Справочные данные для первоклассника. Что это столица нашей Родины, что её основал Юрий Долгорукий и что здесь живет и работает президент. Стыдно? Еще как!

Что в борьбе с безграмотностью может быть лучше классики? Какая книга о Москве первой приходит на ум? Ответ очевиден. К чтению я приступала, можно сказать, торжественно. Вот как обогащусь знаниями, как блесну ими при случае! Знаниями я и правда обогатилась. Правда несколько однобоко и блестеть мне решительно нечем. Да, я могу выдать теперь информацию о том, что когда-то из зоопарка сбежал взбесившийся слон, его застрелили и теперь на том месте стоит Политехнический музей. Что пожарниками называли профессиональных попрошаек, которые с разрешения своих баринов приезжали в Москву за подаянием под видом погорельцев. Именно поэтому пожарные оскорбляются, если их так назвать. Что пожарных часто использовали в театре, и им случалось ехать на пожары прямо в гриме. Что они жгли запрещенную литературу. Указ такой был.

Но в большей степени я узнала кто, где и как бухал. Две трети книги посвящено трактирам и их посетителям. Там расстегай, там кулебяка, там огурцы. Бухают все. Миллионщики, банщики, портные, художники, писатели, редакторы, солдаты. Все. Столь же подробно описана их закуска. Возможно, я глуха к красоте старины, но мне, честное слово, плевать, кто какую икру жевал, какую водку пил и чем закусывал. Было скучно. Уже на третьем трактире я приуныла. Как натуру приземленную меня волнует из еды только то, что есть на данный момент у меня в холодильнике, а не чьи-то трапезы столетней давности. Умиляет только то, что в то время в Москве еще была дешевая еда. Сейчас она дорогая и очень дорогая. Один наш знакомый, встретив своего друга-иностранца, выслушав его рассказ, как тот с сыном поел в супер-дорогом ресторане аж на 500 баксов, улыбнулся и отвел парня в «Пушкинъ». Иностранец вышел оттуда седой.

Из очерков получается, что Москва до сталинской перестройки была вонючей клоакой с жульем, ворьем и деловыми ребятами в самом центре. Что генералы не гнушались сдавать свои дома самому дну (или верхушке) преступного мира. Что Московской думе было наплевать на чистоту и благоустройство города. Можно возразить, что это «история повседневности», а не путеводитель по достопримечательностям. Но однобокость представленной повседневности угнетает. Я не спорю с тем, что так оно и было. Я хотела бы знать, что было еще. Наверняка ведь было что-то хорошее. В наши дни есть метро, канализация, машины, центр Москвы выглядит не хуже других европейских городов, но при желании грязь всегда можно найти. Остались нищие, проституция, разврат в отдельных кабинетах и пьяные сделки в ночных клубах. Всё это есть. Но так же есть красота и история. И в этой истории не только погань. Пусть меня можно обвинить в дурном вкусе, не буду спорить, но после «Кладбищенских историй» Чхартишвили хотелось бежать и смотреть на всё своими глазами. После гиляровской Москвы только одно желание - врезать еще один замок в дверь и после семи вечера из дома не выходить.

За полвека жизни в Москве я тысячу раз проезжал под (Триумфальными) воротами и на конке, а потом и на трамвае, и мимо них в экипажах, и пешком сновал туда и обратно, думая в это время о чем угодно, только не о них. Даже эта великолепная конская группа и статуя с венком в руках настолько прошла мимо моего внимания, что я не рассмотрел ее — чья это фигура. Я лишь помнил слышанное о ней: говорили, что по всей Москве и есть только два трезвых кучера — один здесь, другой — на фронтоне Большого театра. Только это был не «кучер», а «баба с калачом», по местному определению.
Я поднял глаза и наконец увидал, что это «богиня славы» с венком.
Вот так вот. Это пишет знаток и бытописец Москвы. Полвека не замечать символа победы 1812 года. А когда ему? Пока все трущобы облазишь, пока по всем трактирам пройдешь, до ворот ли будет?
24 октября 2013
LiveLib

Поделиться

memory_cell

Оценил книгу

С тех пор, как я впервые прочитала «Москву и москвичей», сменился социальный строй, и даже страны, в которой я её читала, уже нет.
Совсем так же, как и в случае с самой книгой – у страны, о столице которой написаны рассказы Гиляровского, было другое название и иной социальный строй.
И так же как автор, описывая старую Москву, постоянно проводит параллели "было - стало", так и я, перечитывая книгу, постоянно сравниваю тогдашнее своё впечатление и теперешнее.

Есть о чем подумать.
До какой же степени я была когда-то «продуктом» своего времени (речь идет о конце 70-х), если мне тогда ничто в книге не казалось странным и не резало глаза.
Казалось, так оно и есть: всё старое было плохим и жило ожиданием великих революционных перемен. И только эти самые перемены сделали Москву Москвою: извели нищету, грязь и криминал Хитровки, уничтожили блеск, сытость и всяческие излишества «Яра» и «Славянского базара».
Превратившийся в Музей Революции элитный Английский клуб, аэропланы над ставшим Домом крестьянина рестораном "Эрмитаж"...
«Отречемся от старого мира, отряхнем его пыль с наших ног»

Пожалуй, я даже пожалела бы о том, что устроила сейчас перечитывание, если бы не главы о пожарных (не путать с попрошайками-пожарниками) и о московских банях.

Всё-таки настоящую любовь не перешибешь никакой идеологией и социалистическим реализмом!
Как велико восхищение автора прокопченными дымом настоящими мужиками, боровшимися с огнем в густонаселенном городе, состоящем по большей части из деревянных построек. Топорники, ствольщики, брандмейстеры, вестовые с медными трубами. А эти холеные кони, впряженные в пожарные повозки – у каждой команды своя масть: серые в яблоках, чалые, гнедые, караковые… Громыхают по мостовым пожарные обозы – это на коромысле пожарной каланчи вывесили шары – срочный вызов.

И бани! Бани – это истинная страсть Гиляровского.
Как сладок и крепок был их пар, как горячи и душисты веники. Как вкусен после жаркой парилки ледяной квас. И даже рассол из-под огурцов, которыми торговали в лавочке по соседству с ними, был «до того ароматичен и вкусен», что классовый подход оказался бессилен перед ними: Сандуновскиеми, Суконными, Челышевскими, Ломакинскими…
За «пожарную» и «банную» главы я прощаю весь соцреализм других рассказов.

Как же давно я не была в Москве … Давно, лет тридцать уже не была.
И та Москва, которую я помню, наверное, так же мало похожа на сегодняшнюю, как и на Москву времен Гиляровского.
Наивно, конечно, но лично для меня она всё так же связана с Арбатскими мостовыми Окуджавы и Охотным рядом Визбора.
«Былое нельзя воротить, и печалиться не о чем …»
Эта моя Москва не бьет с носка и верит слезам.
Счастья тебе, дорогая столица.

2 февраля 2016
LiveLib

Поделиться

Эта карикатура сатирического журнала была ответом на запрещение курить на улицах, виновных отправляли в полицию, «несмотря на чин и звание», как было напечатано в приказе обер-полицмейстера, опубликованном в газетах. Немало этот приказ вызвал уличных скандалов, и немало от него произошло пожаров: курильщики в испуге бросали папиросы куда попало. В те годы курение папирос только начинало вытеснять нюхательный табак, но все же он был еще долго в моде. – То ли дело нюхануть! И везде можно, и дома воздух не портишь… А главное, дешево и сердито!
21 февраля 2017

Поделиться

Старая Сухаревка занимала огромное пространство в пять тысяч квадратных метров. А кругом, кроме Шереметевской больницы, во всех домах были трактиры, пивные, магазины, всякие оптовые торговли и лавки – сапожные и с готовым платьем, куда покупателя затаскивали чуть ли не силой. В ближайших переулках – склады мебели, которую по воскресеньям выносили на площадь.
14 февраля 2017

Поделиться

Десятилетние пьяные проститутки были не редкость.
14 февраля 2017

Поделиться

Автор книги