Читать книгу «Счастливое нечто» онлайн полностью📖 — Виталия Гринберга — MyBook.
image

Счастливое нечто
Виталий Гринберг

© Виталий Гринберг, 2016

© Наталья Ростовская, иллюстрации, 2016

ISBN 978-5-4483-2889-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Счастье

Я был одним из тех немногих людей, которые занимались решением несуществующих проблем, таких как: «Чем считать приём пищи в три часа ночи – поздним ужином или ранним завтраком?».


Я сидел в съемной квартире, из мебели в которой были: матрас с рваной дырой по центру, шкаф без дверей и трёх нижних полок, письменный стол с огромной надписью «хер», старый стул с облезлой полиролью и две стопки бумаги. Одна из них являлась кучей скомканных и исчерканных листов, содержание которых было чуть глупее надписи на столе.

Стулу следует уделить отдельное внимание. Я подобрал его у дома, когда возвращался из магазина с дешёвым вином и яичной лапшой на завтрак. По привычке подошёл к подвалу, чтобы справить нужду, но на месте жёлтых сердечек в снегу стоял ОН с пятью ножками. Я открыл бутылку и заткнул её горлышком нескончаемый поток мыслей в простуженной голове. Так мы и познакомились.

Изучив внешний вид нового друга, я посмел предположить, что люди его выставили во двор из-за пятой ноги. Видимо он не вписывался в интерьер их богатых квартир и кожаных кресел в гостиной. Он выглядел слишком уродливо на их фоне, убого и неестественно. Для меня же, он был особенным – индивидуальным. Вы ведь не часто видите стул с пятью ножками в прокуренных кухнях знакомых. Готов поспорить на этот самый стул, что никогда не встречали подобного. В этом и есть его ценность, не так ли?

Люди часто ошибаются, проводя черту между уродством и особенностью. Это звучит смешно, когда я рассказываю о стуле, на котором провожу вечера за бутылкой и нелепой писаниной, содержание которой чуть глупее надписи на письменном столе. Увы, иногда речь идёт о человеке.


Мой рацион не отличался разнообразием, как у тех людей, в чьих квартирах стояли кожаные кресла вместо стульев. На завтрак лапша, в лучшем случае пельмени из маленького магазинчика под названием «Счастье», что был встроен в дом, напротив моей девятиэтажки. Всё это я запивал стаканом алкоголя с таблеткой успокоительного – день не мог начаться иначе. Я садился писать, когда солнце выползало из-за безжизненной стройки, освещая на три с половиной часа надпись на моём столе, и заканчивал, когда оно скрывалось за соседним зданием. В детстве мне постоянно твердили, что человеку необходим режим, и каждое утро должно начинаться с одно и того же. У меня был режим, я с гордостью мог называть себя человеком.

Любовь к письму у меня обнаружили ещё в дошкольном возрасте, когда я выцарапывал слова на обеденном столе в столовой. Жаль, что тогда я знал всего лишь три буквы. Хотя, что бы выразить все чувства мне хватало одной надписи «хер». Не понимаю, зачем говорить и писать так много, когда есть такое ёмкое слово. Сейчас мне было, что сказать. Поэтому я работал в редакции с названием, которое до сих пор не могу запомнить, и ежедневно, по три часа в день придумывал никому не нужные поздравления с также никому не нужными, стихами.

Я ненавидел свою работу. Бездушные роботы постоянно твердили мне, что в написанном мною нет души.

– Твои стихи никчёмны, их никто не понимает, как и тебя самого. Ты должен писать для людей, даже если это будет просто записка из нескольких слов. ДЛЯ ЛЮДЕЙ, ПОНИМАЕШЬ? – Кричал мужчина, столкнувшись со мной в тот редкий день, когда я зашёл в офис за зарплатой и списком имён поздравляемых на этой неделе.

– Я понимаю вас. – Как учили, вежливо ответил я.

– С радостью буду писать записки для самоубийц, но такой работы не существует. Хотя, казалось бы, именно так можно писать для людей, ведь они прирожденные суицидники.

– Глупец! Никто в здравом уме не станет убивать себя!

– Мужчина достал сигарету из пачки с надписью «самоуничтожение».

– Радуйся жизни, придурок. – Сквозь булькающий кашель прохрипел он, натянув на череп улыбку, обнажая жёлтые зубы.

Я поспешил выбежать на улицу. Люди и время без остановки куда-то шли. Их связывала лишь одна цель – уничтожать. Мне казалось несправедливым то, что дождь шёл так редко, по-моему, идти имел право только он. Он один не нарушает гармонии.

Присев на лавочке в центральном парке, чтобы отдышаться, я задержался больше положенного и провёл там около часа. К тому времени капли дождя перестали накрапывать. Я хотел было уйти и спрятаться от солнца в своей квартире, как вдруг какой-то сорванец бросил полкуска черствого хлеба в лужу рядом со стаей птиц. Было интересно наблюдать за тем, как голуби вонзались клювом в мякоть и, пытаясь оттащить пищу от сородичей, дёргали головой. Таким образом, получалось, что над черно-серой, перетекающей волнами массой, постоянно подлетал уменьшающейся кусочек хлеба. Голубям доставались лишь крошки, а основная часть оставалась на асфальте в грязи у моих ног. Голуби любили хлеб, а я любил тебя до одури. Так что вместо: «полбулки белого, пожалуйста», я просил билет до твоего города и недоумевал, почему в магазине с названием «Счастье», нет того, что сделает меня счастливым… Глупо.

Трапеза закончилась, когда кусок намок и утонул в луже, а голуби, будто ничего не заметив, разлетелись по своим делам. Надо же, они так быстро потеряли то, за что выклёвывали глаза друг другу пару мгновений назад, и уже забыли об этом. А хлеб «выдыхал» свой последний воздух, оставляя пузырьки на поверхности грязной жидкости.

– Тимофей, дружище, тебя почти не узнать без бутылки, – со смехом произнёс человек в толпе. Его гогот я не мог перепутать ни с чьим другим, смесь повизгивания свиньи и брачной песни тюленей. Несмотря на это, Славик был единственным, с кем я мог перекинуться больше, чем парой слов о погоде. Слава выделялся в толпе не только смехом: непонятная прическа из рыжей копны волос, напоминающих ирокез после бурной пьянки, трёхдневная щетина, туннели в ушах и кривой от рождения нос. Бабки на лавочках крестились при его виде, а припозднившиеся прохожие обходили стороной в переулках. Не то чтобы он отличался желанием набить кому-то рожу, или ограбить одинокого путника, так, на всякий случай. У людей слишком много предрассудков.



В это время мой приятель, гремя цепями на джинсах, игнорируя лужу, наступил в место скопления пузырьков и бухнулся рядом, слева от меня на лавочку.

– Там был хлеб, Слава. Голуби любили хлеб, а ты на него наступил, – от души рассмеялся я.

– Держи. – Он протянул горсть семян. – Корми своих голубей.

– Мы болтали около часа, прежде чем солнце стало выжигать мои глаза, не привыкшие к дневному свету. Пришлось уйти в кафе неподалёку и продолжить беседу там. Было смешно наблюдать, как люди косятся на нашу странную компанию. Да и я сам засмеялся, увидев наше отражение в зеркале на входе, рядом с молчаливым охранником в так ему не идущем, пиджаке с сиреневым галстуком.

Вечно веселый панк под два метра ростом и исполинской шириной плеч. На его фоне охранник выглядел как провинившийся ребёнок, который съел последнею конфету, не оставив младшему брату. И мужчина в черном пальто, из-под которого выглядывал край бардовой, цвета артериальной крови, рубашки. Картину дополняла моя недельная небритость поверх шарфа и запах утреннего перегара. Мы сели за столик в самом углу и пытались на спор опустить четыре кубика сахара поставленные друг на друга в принесённый чай, при этом не разрушив конструкции.

– Чёрт. Теперь сам пей эту бурду. Он приторный. – Славик сплюнул в кружку и громко выкрикнул: – Никто, никогда не спорьте с этим придурком, вы потом ещё неделю не сможете есть сладкое. – Просмеявшись он оглядел пустое кафе, где кроме нас сидел лишь хозяин заведения.

– У каждого должны быть зрители, – пробормотал он и вышел в уборную. Я неплохо знал этого не отличавшегося многословностью парня. Хитрые глаза, что дополняли собой вздёрнутый нос, черного цвета коротко стриженые волосы и вечная улыбка до ушей. Звали его подобающе – Артур, с ударением на первую букву. Иногда мне кажется, что всех владельцев забегаловок, кафе и шашлычных непременно должны звать Артур. Это придаёт им Шарм. Кстати так и называлось заведение.

Поверхность пола была зеркальной, наверное, чтобы люди могли

Стандарт

4.75 
(8 оценок)

Счастливое нечто

Установите приложение, чтобы читать эту книгу

На этой странице вы можете прочитать онлайн книгу «Счастливое нечто», автора Виталия Гринберга. Данная книга имеет возрастное ограничение 18+, относится к жанру «Современная русская литература».. Книга «Счастливое нечто» была издана в 2016 году. Приятного чтения!