Книга или автор
3,8
5 читателей оценили
114 печ. страниц
2020 год
18+

Странно: Саша так долго ждал этот день, и когда он наконец наступил, ему показалось, что он перегорел, и этот момент принесет совсем не то, что он ожидал. Обычный октябрьский день. Тучи слились с серостью зданий. Сегодня освобождается из тюрьмы брат. Его старший брат. Не рядовое событие в жизни любого человека.

Саша как-то провел аналогию происходящего с рождением человека: вот он вынашивается в чреве исправительного учреждения определенный срок и выбрасывается в социум, в новый мир, так как старый мир уже стерся, растворился, умер. Остался лишь в памяти людей, на фото, на цифре. Но все эти носители довольно зыбкие – время стирает из памяти людей, человеческие предрассудки стирают со всего остального.

Звонок телефона вырывает из раздумий.

– Привет.

– Привет.

– Ты не забыл?

– Нет.

– Может, я тоже поеду?

– Нет!

– Перезвони, расскажи, как все прошло…

– Да…

Холодный душ. Не менее холодный завтрак – нетронутый вчерашний ужин. Холодный зеленый чай. Дышат теплом лишь автомобиль и мажорные ноты латинской музыки. Три часа дороги. И три до встречи.

Что она несет? Любая встреча несет в себе что-то. Ожидания, последствия. Эту встречу ожидают не только он и Дэн. Еще масса людей – людей, которых трясет от ожиданий и которые планируют результат этих ожиданий, закладывая в проекции успех для себя и неминуемый крах для других. А как же еще? Как иначе? Ведь инакомыслие противоречит жестким внутренним правилам. Идет вразрез с гипертрофированным эго, создающим эти правила. Конечно, никто не хочет быть изгоем и уж тем более "изгеем"– одним из геев. Хотя при этом каждый третий представляет собой морального гея. Такую двадцатидолларовую бл…дь, при этом твердо декларирующую о моральных ценностях.

Звонок.

– Да, мать.

– Ты забрал брата, Сашенька?

– Только еду.

– Не поздно?

– Нет.

– Есть ли у него теплые вещи? – вот что меня беспокоит.

– Ма, ему не бежать в поле голому!

– Ну да, ну да… Позвоните сразу: отец волнуется!

– Да…

"Хотя, может, ему лучше бы бежать в поле голому?"

В лобовое стекло заколотил дождь, заставляя трудиться дворники. Сумерки поглотили магистраль. Мелькают указатели, чередуясь с дорожными знаками. Автомобили слепо крадутся, высвечивая фарами куски дороги. Оголтелая "электронщина" даже гармонирует с утренним дождливым мраком.

Отношения людей, сама жизнь, весь мир поделились на временные отрезки. Три периода: до того как Дэн "уселся", после этого знаменательного события и на момент, за две недели предшествующий сегодняшнему дню. Все отрезки разные, друг на друга не похожие ни по времени, ни по важности, ни по яркости текущих событий.

Дэн старше Саши на пять лет. Разные, как небо и земля. Дэн – худой, прямой и взрывной. Саша же – плотно сбитый, с открытым сознанием и трезвым рассудком. С непохожим мировосприятием, словно люди из разных миров.

Дэн участвовал в сомнительных мероприятиях, вплетая в свой жизненный опыт события в основном темного характера. Саша строил проекты и разрабатывал стратегии в чуть ушедших в сторону от легальных направлениях. Оба смотрели на деятельность друг друга с явным скепсисом.

Но, как ни странно, именно Дэн залез в один полутемный коридор между двумя, казалось бы, легальными трансконтинентальными компаниями. Став прочным звеном в цепи.

Говорят, что незаменимых людей нет, но, как оказалось в действительности, Дэн им стал. Два потока разного, но равноценного товара сошлись в середине между точками А и Б. На одном человеке. Им и оказался Дэн. Товар одной компании, идущий в потоке, представлял собой основную стратегическую единицу, хоть и не совсем светлую. Ну а товар, идущий в обратном направлении, был абсолютно левый, хоть и востребованный на рынке. Вторая компания, находящаяся в противоположной точке земного шара, не заботилась о прозрачности своих бизнес-ходов. Всех интересовала генерация доходов. Свел их не кто иной, как Дэн. Саша помог ему только с логистикой.

Проект просуществовал ровно год. Все были довольны и заглядывали в долгосрочную перспективу. Но оба потока остановил Дэн, решив, что ему просто необходимо отдохнуть, подлечить нервы, расшатанные его бесконечными "расколбасами", восстановить душевное и физическое состояние. В силу безвременной актуальности проекта, не поддающегося влиянию ни экономического, ни демографического положения, ни микросреды, его все-таки было решено приостановить. Менять ключевую фигуру – Дэна – никто не хотел. Он устраивал обе стороны. А принесенный за год доход покрывал с лихвой период простоя. Все ждали. Надо отдать им должное – они умели ждать.

Дождь хлестал легче, и серость мрака расступалась, указывая дорогу. Саша резко нажал на педаль тормоза, заметив в свете фар светлый предмет. Джип слегка таскануло вправо, и он замер перед неопознанным объектом. Сквозь полируемое дворниками стекло Саша увидел тело собаки, лежавшее на спине, с кровавыми пятнами на голове. Включив аварийки и выйдя, он махнул рукой проезжающему мимо гудящему автомобилю. Он закурил, разглядывая тело друга человека. Саша знал, что докурив, он оттащит тело в кювет.

Лилька приучила его к подобным «почестям». Хорошо, что ее нет. Она дальше по трассе указала бы на раскатанный клочок шерсти и сказала бы: "С ним могло произойти то же самое… Мы не допустили этого!" И когда он ехал один, то выходил и, используя пластиковый пакет, убирал с дороги трупы животных. Он не мог проехать мимо. Нет, не из-за Лильки. Ему казалось, что уложенные ранее в кювет тела станут бесполезны, если он проедет хоть мимо одного.

Накрыв тельце пакетом и листвой, он сказал:

– Не склеп, конечно, извини, Мухтар, но хоть что-то…

Все собаки были Мухтарами, а коты Барсиками. Они иногда приходили к нему во сне – армия Мухтаров и Барсиков.

Дождь прекратился, и на дорогу выехал транспорт. "Словно черви после дождя!" Дорога стала веселей. Электронные цифры часов на спидометре приближали Сашу к пункту назначения, к волнующей встрече.

Дэн не так тривиально сел на нары, как могло бы показаться с позиции обывателя. Конечно, он вел себя отвратительно в своих "бенефисах". Он всегда был скандальным типом и презирал инакомыслие. Если веселился он, значит, должен был веселиться весь мир вокруг него. И даже те люди, кто был объектом его весьма дерзких шуток, и те, кому было совсем не до шуток в этот момент. Те, кто судорожно набирали номера своих знакомых и номера знакомых своих знакомых, пытаясь найти хоть кого-то, кто мог бы хоть как-то избавить их от этого "веселого" парня. Саша не раз был очевидцем этих разговоров и последующих дискуссий на абстрактные темы.

Раньше это заканчивалось и драками. После запуска проекта "двойной поток" все стало заканчиваться гораздо корректней. Дэн попал в разряд "неприкасаемых". Но он сам никогда не использовал это. Он продолжал себя вести так же, как и раньше.

Просто некоторые личности с аппетитами и шеями гиен, но зубами хомячков не могли оставить без внимания финансовый рост этого драчуна и "дрочилы" мозга местного истеблишмента. Но все-таки, какая бы шея ни была, жаба – одна из самых сильных земноводных. Они принялись копать под Дэна с настойчивостью кротов, но, видимо, не совсем слепых, так как смогли различить предупреждающие знаки.

Что Саша ценил в брате, так это то, что при слове «работа» тот выходил из орбитального витка своих пристрастий, растворялся и выполнял свою уникальную работу. Это все же раздражало тех, чья грудная жаба была не физическим недугом, а основной чертой их многогранных характеров. Это стадо бизонов с поросячьими глазами все-таки выпросили для себя карт-бланш на смещение Дэна с его веткой потоков, но с условием, что предложенная ими не будет уступать той, которую проложил Дэн.

Людям свойственно ошибаться. Скорее всего, жаба передается воздушно-капельным путем на закрытых совещаниях. Но Саша и Дэн предполагали подобное развитие событий, и новые потоки после серии скандалов и фотосессий в криминальной хронике прекратили свое существование, так и не успев набрать «ход». Дэн стал необходим как воздух. Но он объективно оценивал поступки, будь то предательство или дружески протянутая рука.

Ко всему прочему, семейные передряги Дэна достигли кульминации. Каролин устала от этого хоть и швыряющего банкнотами, но порой неадекватного человека, с которым они поклялись в присутствии родственников, находясь в экстатическом состоянии счастья, дойти рука об руку до смертного одра. Были еще препараты. От экологически чистых до тех, что синтетикой обновляли рынок. Дэн, как спортсмен, добежавший до пагубных привычек, и здесь собирался ставить рекорды.

Саша принял решение Дэна как должное.

В тот весенний день солнце уже пекло буйные головы населения и укорачивало своими лучами, как ножницами, юбки изящных и желанных. Глянцевый, модно одетый молодой человек уселся на центральной площади в такси и, ткнув в пузо таксиста «вороненую сталь», потребовал денег, а затем приказал вызвать полицию и до приезда представителей правопорядка нюхал какую-то дурь и кидался окурками в прохожих. Приговор суда – семь лет тюрьмы закрытого типа. Суд был беспристрастен.

Своим поступком Дэн довел до дрожи корыстолюбивых руководителей компаний, участвующих в потоке. Их нечеловеческие усилия привели к тому, что задним числом в приговор была добавлена строка об освобождении заключенного с половины срока, если исправительное учреждение будет не против. " Нечеловеческие" усилия дотянулись и до учреждения – до тех, кто устанавливает режим, и тех, кто этот режим подстраивает под основную массу. Дэн смог сравнить эти заведения с теми, которые испытывал на прочность раньше. У него была возможность, сидя на казенных хлебах, дегустировать новинки веществ, создаваемых в лабораториях. Но он оставался непоколебимым. Что радовало регулярно посещающую его Каролин и мужающего на глазах Сашу.

Сам Саша был глух к наркотикам, ловя кайф от одного вида употребляющих. Его забавляла сама структура изменения состояния человека, тот циклический процесс от человека к богу (условно, конечно) и от второго к животному. Ему нравилась эта ускоренная эволюция, и он не хотел попасть в качестве подопытного кролика в поле зрения какого-то наблюдателя.

Чтобы продолжить, зарегистрируйтесь в MyBook

Вы сможете бесплатно читать более 46 000 книг

Зарегистрироваться