Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
Написать рецензию
  • Jasly
    Jasly
    Оценка:
    30

    Возможно, то, что я напишу ниже, не встретит понимания среди ценителей классический русской литературы. И они будут кидать в меня камни, палки, другие увесистые предметы, которыми не запредельно дорожат. В принципе, я готов.

    Так вот, я подумал следующее: можно не читать Толстого, Салтыкова-Щедрина, Бунина, Достоевского, даже Пушкина. Что-то важное, скорее всего, пройдет таким образом мимо нас. Конечно, это будет упущение, да мало ли в жизни важного, которое до нас не достало.

    Шаламова не читать нельзя. Очень нужно его читать, необходимо. Зачем? Я не могу твердо сформулировать, чувствую только вот здесь, в неанатомической области, где сердечная мышца затейливо тыкается в мозговые клетки. Тяжело понять умом то, о чем он рассказывает, тяжело это впустить в себя и принять. Тяжело осознать, что это не чудовищная антиутопическая фантастика, не распланированное, мастерское давление на ловко выбранные точки, не кошмар, сконструированный в уюте рабочего кабинета изобретательным авторским умом.

    И, допуская спорность этой мысли, я все-таки скажу: стыдно будет не попытаться. Особенно когда мы говорим о величии нашей страны, величии ее культуры, величии и трагизме ее истории. Я не очень верю, будто человечество учится или способно учиться на собственных ошибках, потому что история это пока, в общем, опровергает. И невозможно по-настоящему разделить чужое горе, как невозможно снять часть невыносимого груза с чужих, уже мертвых плеч. А все-таки нужно попытаться, если мы считаем себя людьми.

    Это не аналитическое, конечно, суждение, и, облеченное в слова, оно звучит наивно и сбивчиво; внутри головы все было как-то стройнее и лучше. Но это я старался как-нибудь передать свое эмоциональное состояние. Получилось так.

    Шаламов был освобожден из лагеря в 1951 году, а реабилитирован только в 56-м. Мой отец родился в 55-м.
    Такая страшная близость дат.

    Читать полностью
  • eternal_way
    eternal_way
    Оценка:
    6
    "Каждая минута лагерной жизни - отравленная минута.
    Там много такого, чего человек не должен знать, не должен видеть, а если видел - лучше ему умереть".
  • giggster
    giggster
    Оценка:
    3

    Человек не должен знать, не должен даже слышать о нем. Ни один человек не становится ни лучше, ни сильнее после лагеря. Лагерь - отрицательный опыт, отрицательная школа, расстление для всех: для начальников и заключенных, конвоиров и зрителей, прохожих и читателей беллетристики, пише у передмові сам Шаламов.
    І все-таки Шаламова прочитати треба всім - як щеплення від комунізму і туги за СРСР.
    Я був підготовлений до "Колимських оповідань" прочитаними до того десятком різних досліджень сталінизму, біографією Єжова з натуралістичними описами робочих методів НКВД. Але і я на якомусь етапі відчув по-новому глибини радянських практик, що націлено зводили людину до тварини.
    У книжці нема смакування тортурів чи особливого натуралізму. Всі знущання, через які проходили політичні зеки, Шаламов описує в обсягах, яких вимагає оповідь, але не концентрується на них. Книжка більше про межі людських можливостей. Не про стійкість духу, а про те, скільки здатна витримати людина перед тим, як вмерти. Від цього і виникає картина безкінечноï і безнадійноï пітьми, в яку загнано мільйони і в якій людське зникає швидко, у лічені тижні.

    Читать полностью
  • Sasha_Grey
    Sasha_Grey
    Оценка:
    1

    Нисколько не жалею денег и времени, потраченных на книгу. По сюжету и написанию книга напоминает "Архипелаг Гулаг" Солженицына и его же "Один день Ивана Денисовича".
    Моралистам лучше не читать, поскольку они просто забрызгаю книгу слюной от гнева и бессилия что-либо изменить и гневных комментариев будет прорва)
    Книга, в которой абсолютно не ценится человеческая жизнь. В которой люди цепляются за возможность существования не руками, в которых не осталось сил, но одной лишь мыслью. В которой такие же люди теряют всякую надежду и убивают сами себя. В которой шерстяной свитер, сахар и сигареты ценятся дороже человеческой жизни. Книга, читая которую не понимаешь, как автор, прошедший через всё это, сам остался жив.

  • viktork
    viktork
    Оценка:

    Автор был не в неволе. Он был в аду. Из этого холодного ада не удалось вырваться даже после возвращения с Колымы в Москву. Душу не отпустили! Адские муки – плата за гениальность рассказов Шаламова. Сам «виноват»? Пострадал за свою «левизну» увлечения? Но разве в аду это важно!
    Обычно сравниваю рассказы Шаламова с поэзией Анны Барковой.
    Лица Барковой и Шаламова на фотографиях очень похожи. Суровые, «злые» русские лики, навсегда отмеченные страданием. Они были «виноваты» в своих левых увлечениях, но заплатили за поветрие эпохи безмерную цену. У них другая точка отсчета, другая система координат. Попытки обвинить их в «аморальности», «левом уклоне» или «трусости» (из-за письма Шаламова в «ЛГ» с протестом против публикации КР либерасты того времени развели вонь) и прочих «смертных грехах» - смешны и подлы. Шаламов и Баркова после перенесенного стали как бы «бессмертны»

    Читать полностью