Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Даниил Хармс. Жизнь человека на ветру

Даниил Хармс. Жизнь человека на ветру
Книга доступна в премиум-подписке
Добавить в мои книги
91 уже добавили
Оценка читателей
4.4

Даниил Хармс (Ювачев; 1905–1942) – одна из ключевых фигур отечественной словесности прошлого века, крупнейший представитель российского и мирового авангарда 1920-х–1930-х годов, известный детский писатель, человек, чьи облик и образ жизни рождали легенды и анекдоты. Биография Д. Хармса написана на основе его собственных дневников и записей, воспоминаний близких ему людей, а также архивных материалов и содержит ряд новых фактов, касающихся писателя и его семьи. Героями книги стали соратники Хармса по ОБЭРИУ (“Объединение реального искусства”) – Александр Введенский, Николай Олейников и Николай Заболоцкий и его интеллектуальные собеседники – философы Яков Друскин и Леонид Липавский. Среди более чем двух сотен иллюстраций – воспроизведение рисунков, фотографий Хармса и его современников. Многие уникальные документы Валерий Шубинский опубликовал впервые.

Лучшие рецензии
nenaprasno
nenaprasno
Оценка:
22
«Меня интересует только “чушь”; только то, что не имеет никакого практического смысла. Меня интересует жизнь только в своем нелепом проявлении. Геройство, пафос, удаль, мораль, гигиеничность, нравственность, умиление и азарт – ненавистные для меня слова и чувства. Но я вполне понимаю и уважаю: восторг и восхищение, вдохновение и отчаяние, страсть и сдержанность, распутство и целомудрие, печаль и горе, радость и смех.»

Надо признать, что я – махровый консерватор и от произведений, к примеру, Ионеско, и вообще от всяческого абсурда, бегу, как от огня. Поэтому с Хармсом я познакомилась как раз благодаря его детским стихотворениям. Дети очаровываются – повторениями, ритмом, образами. Рациональное мышление взрослого парализовано, а ребенок просит прочитать еще раз. Мой, в то время четырехлетний, сын не был исключением.

... — А вы знаете, что НА?
А вы знаете, что НЕ?
А вы знаете, что БЕ?
Что на небе
Вместо солнца
Скоро будет колесо?
Скоро будет золотое —
Не тарелка,
Не лепешка,-
А большое колесо!

— Ну! Ну! Ну! Ну!
Врешь! Врешь! Врешь! Врешь!
Ну, тарелка,
Ну, лепешка,
Ну ещё туда-сюда,
А уж если колесо —
Это просто ерунда!...

И вдруг, и ты понимаешь, что «совы – не то, чем кажутся», и угол восприятия меняется, и тебе становится интересно. И ты готов к несерьезности, к тому самому «равновесию с небольшой погрешностью», о котором говорит Хармс. К тому внутреннему состоянию, в котором как раз только и возможны чудеса.

Биография Шубинского очень хороша. Судьбы, мировоззрения, перемены не только внешние, но и внутренние не одного лишь Хармса, но и всего его окружения составляют целостную картину. Я не люблю читать биографии, где не главные герои проходят по еле заметной касательной и превращаются в тени, наброски, теряя очертания живых людей. Как всякая хорошая биография, это в том числе общий срез времени. Как всякий рассказ о начале двадцатого века, он полон чудаков и сумасшедших, который Хармс целенаправленно «коллекционировал». И, как всякая история, о человеке начала века, это трагедия.

Хармс, кстати, неразделим с Петербургом, он почти его не покидал (не считая ссылки). И погиб в самое страшное для города время. Погиб, когда закончился, видимо, его персональный запас чудес, которых прежде так много было на жизненном пути. Потому что не быть случайно убитым на улице, не погибнуть от голода или тифа, не быть призванным на очередную войну, просочиться сквозь решето чисток и продолжать просачиваться раз за разом – на все это человеку в России начала двадцатого века требовался запас невероятного, девять кошачих жизней, неусыпной бдительности и силы ангел-хранитель.

«Он считал, что ожидание чуда составляет содержание и смысл человеческой жизни…
Чуда не было год назад и не было вчера. Оно не произошло и сегодня. Но, может быть, оно произойдёт завтра, или через год, или через двадцать лет. Пока человек так думает, он живёт.
Но чудо приходит не ко всем. Или, может быть, ни к кому не приходит. Наступает момент, когда человек убеждается, что чуда не будет. Тогда, собственно говоря, жизнь прекращается, и остаётся лишь физическое существование, лишённое духовного содержания и смысла.»
Читать полностью
peterkin
peterkin
Оценка:
3

Шубинский опять порадовал (как и биографией Гумилёва). Всё по делу, без подтасовок и выдумок (я, по крайней мере, не заподозрил ничего такого), как надо. Жизнеописание Д. Х., исполненное Кобринским (в серии ЖЗЛ), помню, читать не мог (не помню только, из-за чего) и не дочитал, - потом думал, что о Хармсе вообще написать ничего нельзя - ногу сломишь, да и поди пойми, где там правда, где домыслы, где материалы следствия (достоверность которых сомнительна), где придумки Глоцера...
Но нет, оказалось, что можно написать вполне вменяемую и достоверную книжку - пусть и со всеми вышеозначенными оговорками.

nuorimaa
nuorimaa
Оценка:
3

Самая подробная книга про жизнь Д. Х.
В своем роде собрала в себе весь опыт предыдущих исследователей. Большое количество фотографий, сканов документов и автографов. Подробно описывается жизнь не только Даниила Ивановича, но и всей обэриутской тусовки. Узнал очень много нового, хотя знал немало до этого. Приятно, что книга меня удивила.
Разумеется, по отдельным фактам жизни Хармса есть и более подробные исследования, но такая шикарная работа покрывает, в общем, все запросы любопытного читателя, глубже — только не обнародованные архивы.
Как кто-то мудро написал в одной из рецензий, что я видел в интернете, сама жизнь и творчество Д. Х. — это плевок в чекистскую рожу. Прочитав эту книгу, убеждаешься в этом лишний раз.