Книга или автор
4,5
23 читателя оценили
185 печ. страниц
2019 год
16+

Я стояла на оживлённой улице города, сжимала в руках большой саквояж с вещами и обречённо провожала взглядом кареты, проносящиеся мимо. Мелкий моросящий дождь вкупе с прохладным осенним ветром поспособствовали тому, что мои тёмные волосы, длинное ученическое платье и тряпичные туфли стали влажными и неприятными. По телу пробегала мелкая дрожь, из носа текло, а руки и ноги замёрзли настолько, что я их почти не чувствовала.

Тяжело вздохнув, я развернулась, в последний раз посмотрела на здание университетского общежития, ставшее за четыре года обучения практически родным, и побрела вдоль улицы в противоположную сторону. Куда шла, сама не знала. Денег у меня почти не было – в университете, где предполагался полный пансион для студентов-бюджетников, необходимость в них отсутствовала, разве что на мелкие расходы, а знакомыми, у которых можно было взять несколько монет в долг или приютиться хотя бы на время, я не обзавелась. Так и шагала, повесив голову и думая о том, как мне доучиться последний год, оставшись без места в общежитии.

Вообще-то мне, как студентке, поступившей на бюджетное отделение алхимического факультета и подтвердившей своё право успехами в учёбе, полагалась комната. И я даже жила в ней последние четыре года вместе с девочкой на курс старше. Но потом моя соседка получила диплом и съехала, а я отправилась на каникулы к родителям, которые живут в другом городе. Сегодня вернулась в родной университет, уверенная в том, что всё будет по-старому, но пожилая вахтёрша доходчиво объяснила, что свободных мест нет. Совсем. Поход к декану ничего не решил. Я выяснила лишь то, многие комнаты были отданы высокородным первокурсникам, пожелавшим жить отдельно, как от родителей, так и от соседей по жилплощади. В итоге мест не хватило, а заботиться о студентах, хоть и хорошо успевающих, но принадлежащих не к высшему сословию, никто не собирался. Вывод напрашивался сам собой: хочешь доучиться – выкручивайся, не хочешь выкручиваться – собирай манатки и езжай домой лить слёзы о потерянных годах обучения.

Я была так занята своими размышлениями, что несущееся на меня механическое нечто и восседающего сверху кричащего мужчину заметила лишь тогда, когда до нашего столкновения оставалась какая-то пара метров. Увернуться не успела – и была сбита неизвестным мне агрегатом. От удара сильно болело бедро, а кожа на ладонях, выставленных мною для смягчения падения, была содрана. Я зашипела от боли и расплакалась, вспоминая о всех свалившихся мне на голову несчастьях.

– Девушка, с вами всё в порядке? Как вы себя чувствуете? Где болит? – забросали вопросами подбежавшие прохожие. – Врача! Есть здесь врач?

– Я врач! Пропустите! – прокричал кто-то, а через секунду меня стал осматривать седовласый мужчина в сером костюме.

– Доктор, что с ней? – с волнением в голосе спросил молодой светловолосый мужчина в огромных защитных очках с резиновой окантовкой, коричневой кожаной куртке и клетчатых брюках.

– Сильный ушиб ноги и ладони исцарапаны. Вероятно, шок. Не помешал бы более тщательный осмотр, – ответил человек, назвавшийся врачом. – И если бы не вы, голубчик, девушка была бы абсолютно здорова.

Блондин побледнел и покрылся испариной, а толпа загудела, как пчелиный рой.

– Нужно позвать констебля! Это же безобразие! Людей средь бела дня сбивают!

– Не нужно никого звать! – тут же отреагировал виновник аварии. – Я отвезу девушку домой и оплачу лечение! Расступитесь!

Ничего не понимающую меня подхватили на руки и хотели уже куда-то нести, когда я запротестовала:

– Поставьте меня на место! Я сама дойду.

Меня ещё никто и никогда не носил на руках, если не считать время, когда я была ребёнком. Чувство неловкости сковало меня. Казалось, что я, несмотря на довольно стройную, хоть и не миниатюрную комплекцию, слишком тяжёлая, из-за чего было стыдно перед мужчиной, державшим меня на руках. А влажная от дождя одежда, испачканная обувь и покрасневший от холода хлюпающий нос уверенности не прибавляли.

– Точно? – бросив скептический взгляд, спросил блондин в странных очках. – Я вполне способен донести вас до машины.

– Нет-нет! Пожалуйста, я сама, – почти взмолилась я. – Мне уже не больно.

Мужчина вздохнул и поставил меня на ноги.

– Благодарю, – смущённо бросила я и опустила голову, чтобы за выбившимися из причёски волосами не было видно покрасневших щёк.

Народ не расступался, ожидая того, чем же закончится вся эта история с наездом. Я же тяжело вздохнула, подхватила чудом уцелевший саквояж и сделала шаг вперёд.

– А-а-а! – вскрикнула, ощутив пронизывающую боль в бедре, и упала на брусчатку, ударившись о твёрдые камни коленями.

Не успела опомниться, как тут же была подхвачена на руки ворчащим блондином и усажена на мягкое сидение металлического монстра, сбившего меня несколько минут назад. Потом мужчина обошёл свой агрегат, уселся рядом со мной, что-то покрутил, где-то нажал – и наша безлошадная карета загудела, задрожала, а потом поехала!

Забыв от страха о боли, одной рукой я крепко вцепилась в дверцу, а второй прижала саквояж, чудом оставшийся при мне.

– Кто вы и куда мы едем? – спросила испуганно.

Мужчина, крутящий перед собой большое колесо, бросил на меня мимолётный взгляд и, снова уставившись на дорогу, сказал:

– Меня зовут Женир Руазон. Я изобретатель. Сейчас мы едем ко мне домой, где вас осмотрит семейный врач.

Я смутилась. Порядочной девушке не пристало ехать одной в дом к неженатому мужчине. Скорее всего, неженатому, потому что ни кольца на пальце, ни следа от него у блондина не было.

– А почему не в госпиталь? Логичнее было бы направиться прямо туда, чтобы не ждать, пока врач будет добираться до места, – высказала я свои сомнения.

Мужчина хмыкнул, но ответил:

– Всё верно, но только не в том случае, когда специалист живёт в том же доме.

Я удивлённо вскинула брови:

– Как это?

Улыбка моего собеседника стала шире:

– Он мой отец. И сейчас находится дома, а не на работе. Я развеял ваши страхи, мадмуазель?

Я промолчала, не зная, что ответить.

– Как вас зовут? – спросил мужчина.

– Ариадна Данкрафт, – представилась я. – Студентка. Учусь на алхимическом.

– О! – воскликнул Женир. – Должно быть, это очень интересно!

– Мне нравится, – смущённо улыбнулась я.

– А у меня с алхимией как-то не сложилось, – поделился он. – Для машины нужны были различные жидкости и масла со специфическими свойствами. Пришлось обращаться к опытному алхимику и платить кучу денег за разработку и патент.

– Так эту штуку, на которой мы едем, сделали вы? – я удивленно уставилась на месье.

Он снова бросил мимолётный взгляд и гордо произнёс:

– Я!

От восхищения и изумления я распахнула рот.

– О, только не подумайте, что я один всё сделал! Моему авторству принадлежат только некоторые узлы, а всё остальное я собрал по чертежам, которые привёз из-за границы.

– Это, в любом случае, требует недюжинного ума.

Мой собеседник улыбнулся, продолжая смотреть на дорогу:

– Наверняка, вы знаете что-то такое, что для моего понимания окажется слишком сложным. У каждого свои склонности и способности.

– Возможно, – ответила я, соглашаясь.

Тем временем мы подъехали к просторному двухэтажному особняку в престижной части города. Тут проживали сплошь аристократы и те, кто сумел сколотить приличное состояние, иным же категориям граждан содержание особняка в этом районе было не по карману.

– Вот мы и на месте! – вывел из размышлений Женир, а потом, обойдя машину, снова подхватил меня на руки.

Боль, о которой я успела забыть во время поездки, снова вернулась, напоминая о не самой приятной «встрече» с изобретением месье Руазона. А ещё от волнения и неловкости в груди отчаянно забилось сердце. Я стала представлять, как отец блондина отнесётся к неожиданной пациентке, которую на руках принесёт его сын. Вдруг он разозлится или примет меня за распутную женщину?

– Ришар, открывай дверь! – крикнул Женир, прерывая мои размышления.

Через несколько секунд массивная дубовая створка отворилась, и меня внесли в просторный холл. Закрыв дверь, к нам подошёл высокий худощавый мужчина лет пятидесяти в классических серых брюках, белой рубашке с галстуком, жилетке мышиного цвета и чёрном сюртуке. Он очень старался не выдать своего удивления, но я всё же заметила чуть приподнятые брови и широко распахнутые глаза.

– Отец у себя? – без лишних расшаркиваний спросил блондин.

– Да, как обычно, – кивнул мужчина. – Мадмуазель, вы можете подождать месье в голубой гостиной. Я подам вам чай.

Он направился куда-то вглубь дома, как вдруг застыл, услышав слова Женира:

– Девушка со мной, Ришар. Можешь принести чай прямо в отцовский кабинет.

Мужчина в чёрном сюртуке медленно развернулся, уже не пытаясь скрыть своё удивление, и поинтересовался:

– Месье Руазон, вы уверены? Мне казалось, что знакомство девушки с родителями должно происходить в более… гм… приличной форме.

Я залилась краской от смущения и неловкости, затрепыхалась, пытаясь выпутаться из объятий блондина, но он прижал меня ещё сильнее и со вздохом произнёс:

– Ришар, я не справился с управлением и нечаянно сбил эту милую барышню. Ей требуется помощь врача, а не то, что ты подумал. А теперь иди за чаем, а я поспешу показать пострадавшую своему отцу.

После этих слов слуга облегчённо выдохнул, извинился перед нами и ушёл в неизвестном мне направлении. Мы же с Жениром в два счёта оказались на втором этаже и приблизились к вышеупомянутому кабинету.

– Всё будет хорошо, – шепнул он мне на ушко. – Постучи в дверь, пожалуйста, а то у меня руки заняты.

Едва я занесла руку для стука, как со стороны комнаты донеслись быстрые шаги, а потом створка из тёмного дерева распахнулась, являя перед нами высокого худощавого мужчину в чёрном костюме с удлинённым пиджаком, немного похожем на плащ, которые чаще всего носили состоятельные доктора. У него были такие же светлые волосы, как и у сына, только на висках виднелась паутинка седины, но самое удивительное состояло в том, что правый глаз у него был зелёного цвета, а левый – голубого.

Я так увлеклась, рассматривая незнакомца, что даже поздороваться забыла, но за меня это сделал Женир:

– Здравствуй, отец. Мы можем войти?

– Здравствуй, – безэмоционально ответил он.

– Добрый день, – пискнула я и смущённо улыбнулась.

Мужчина окинул меня заинтересованным взглядом и отошёл в сторону, открывая нам проход в кабинет. Комната была обставлена дорого и со вкусом. В отделке преобладали тёмное дерево и светлый шёлк. Из мебели, помимо традиционного письменного стола, двух кресел и книжного шкафа, там имелась кожаная кушетка, на которую Женир и уложил меня.

– Познакомься – это Ариадна… э-э-э… – он запнулся, пытаясь вспомнить мою фамилию.

– Данкрафт, – я пришла ему на помощь.

– Да, Ариадна Данкрафт. Благодарю, мадмуазель, – кивнул молодой человек. – А это мой отец доктор Виттор Руазон.

Мы с доктором кивнули друг другу, а Женир продолжил:

– Девушка пострадала из-за моей невнимательности за рулём. Я пообещал, что привезу её к врачу и оплачу лечение.

Месье Виттор неодобрительно посмотрел на сына:

– Я же говорил, что твои игры до добра не доведут.

– Я нечаянно, – он виновато опустил голову.

– Ты нечаянно, а мне расхлёбывать, – вздохнул его отец и подошёл ко мне. – На что жалуетесь, мадмуазель?

Доктор внимательно меня выслушал, а потом выгнал сына за дверь и приступил к осмотру. Обнаружилось несколько синяков и ссадин, которые месье Руазон обработал антисептиком и быстродействующей ранозаживляющей мазью. Никаких серьёзных повреждений выявлено не было.

– Так, говорите, вы учитесь на алхимическом? – продолжил нашу незамысловатую беседу мужчина.

– Да, – подтвердила я.

– И над чем работаете для защиты диплома, если не секрет?

– Не секрет, – улыбнулась я. – Пытаюсь создать универсальное противоядие.

Виттор Руазон удивлённо приподнял брови:

– Универсальное? Наука насчитывает тысячи различных ядов, разве можно для их нейтрализации придумать что-то одно?

– Эликсиры, нейтрализующие по пять-шесть зелий одновременно, у меня уже получились, – скромно проговорила я и опустила голову.

– Это ещё не прорыв, но весьма похвально, мадмуазель! Желаю вам успехов! И если поставленная вами цель будет достигнута, то я осмелился бы предложить вам место специалиста в одной из своих аптек.

– Благодарю, месье Руазон.

– Что ж, времени для того, чтобы мазь подействовала, прошло достаточно. Попробуйте встать и пройтись, – вернулся к моему лечению доктор.

Я осторожно поднялась и сделала первый шаг – ничего не болело. Потом ещё шаг, ещё и ещё, а убедившись в отсутствии какого-либо дискомфорта, я подпрыгнула на месте и с улыбкой повернулась к врачу:

– Вы просто волшебник, доктор!

– Это моя работа, мадмуазель, – тепло улыбнулся он и направился к двери, чтобы распахнуть её прямо перед носом Женира, занёсшего руку для стука. Молодой человек не удивился, в отличие от меня, и вошёл в кабинет. За время моего осмотра он успел умыться и переодеться, а также снять очки, скрывающие такие же разноцветные глаза, как и у его отца.

– Как вы себя чувствуете, Ариадна? – спросил молодой блондин, когда нашёл глазами меня.

– Отлично, – не слукавила я. – Как будто ничего и не было.

Женир тяжело вздохнул, услышав напоминание о неприятном инциденте, и произнёс:

– Я искренне прошу у вас прощения. Впредь я буду внимательней и осторожней. Обещаю. В знак извинения прошу разделить с нами вечернюю трапезу.

– Что вы, не стоит, – поспешила отказаться я.

– Женир прав, Ариадна, – вступил в разговор Виттор Руазон. – Для полного восстановления вам необходимо хорошенько подкрепиться. Полагаю, в университетской столовой выбор блюд всё так же скуден, как и во времена моей там учёбы. Прошу вас, не отказывайтесь.

Я хотела помотать головой, но вовремя вспомнила, что в университетскую столовую мне уже не попасть, так как вечером вход туда был разрешён только тем, кто обитал в общежитии. Меня же оттуда благополучно выгнали, а хорошо поесть на оставшиеся у меня гроши вряд ли бы получилось. Поэтому, недолго думая, я всё же согласилась.

Перед тем, как был подан ужин, я умылась и переоделась в сухую одежду, а позже состоялось знакомство с мадам Виолеттой Руазон, женой Виттора и матерью Женира. Она оказалась невысокой сероглазой брюнеткой, слишком худой для здоровой женщины её лет. Да и цвет лица у хозяйки дома был каким-то нездоровым. Мне показалось это странным, особенно учитывая тот факт, что её муж первоклассный врач. Тем не менее, несчастной эта женщина не выглядела, радостью, впрочем, тоже не искрилась.

За столом я сидела напротив Женира и украдкой любовалась им. Без своих странных очков блондин выглядел весьма привлекательно. Его короткие светлые волосы, разметавшиеся в лёгком беспорядке и ниспадающие на разноцветные глаза, обрамляли лицо с прямым носом, чувственными губами и широким основанием челюсти, переходящим в узкий подбородок. Мощный разворот плеч придавал ему мужественности, а длинные музыкальные пальцы, изящно удерживающие столовые приборы, говорили о его утонченности.

В беседу хозяев я не вмешивалась, предпочитая деликатно отмалчиваться. Они на это никак не реагировали, а вот Женира моё поведение чем-то забавляло, потому что я частенько ловила на себе его мимолётные взгляды и задумчивые полуулыбки. Я смущалась, но не переставала пребывать в трепетном ожидании очередного знака внимания.

Когда ужин закончился, молодой блондин вызвался довезти меня до общежития, чтобы я снова не попала ни в какую историю. То, что причиной этой самой «истории» стал он сам, Женир предпочёл забыть. Мне ничего не оставалось, как согласиться.

– Прошу, мадмуазель! – мужчина распахнул передо мной дверь своего изобретения и помог сесть. – И глазом моргнуть не успеете, как окажетесь на месте! Поехали!

Странный аппарат, называемый Жениром автомобилем, снова затарахтел и покатился по дороге. Во время пути мы почти не разговаривали. Мужчина смотрел вперёд, боясь, что в сумерках не заметит кого-то из прохожих, а я судорожно решала, стоит ли говорить о том, что в общежитии я больше не живу, а новое место для ночлега так и не нашла. Можно было бы, конечно, попытаться рассказать о своей беде и между делом напроситься остановиться в большом доме семьи Руазон. Но я не привыкла клянчить и выпрашивать, предпочитая решать проблемы самостоятельно.

Ситуация разрешилась сама собой. Не давая опомниться, Женир помог мне выйти из машины, провёл до ворот, попрощался, дождался, когда я скроюсь за дверью общежития, и уехал с чувством выполненного долга.

– Студентка Данкрафт, – раздался голос вахтёрши, сидящей за большим столом в фойе, – полагаю, вы запамятовали, что на этот учебный год комнату вам не выделили.

Я обернулась, посмотрела в выцветшие глаза вредной седовласой старушки и, ничего не отвечая, вышла из корпуса с гордо поднятой головой. Правда, оказавшись без свидетелей, я уже не выглядела такой уверенной. За плечами было здание общежития, а впереди город, на который неумолимо опускалась темнота.

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
255 000 книг 
и 49 000 аудиокниг