4,3
54 читателя оценили
196 печ. страниц
2017 год

Татьяна Нильсен

«Под знаком радуги»

«– Послушайте!– Ещё меня любите,

За то, что я умру.»

Марина Цветаева.

Посвящается сестре Гале.

Глава 1.

Она сидела в камере с такой разномастной публикой. Что хотелось рассматривать каждого персонажа отдельно и долго.

«Интересно, в Берлине камеры для задержанных лучше чем в Москве»?– размышляла женщина, сидя на бугристом матрасе. Не с чем было сравнивать, она никогда не была в местах такого рода, понятия не имела как надо себя вести, что можно говорить, что нельзя. В фильмах актёры визжали, требуя адвоката, когда находились в подобной ситуации. У неё никого нет в этой стране кроме подруги, и кажется, что в целом мире она одна. Телефон отключен, потому что даже такси невозможно вызвать, когда говоришь на другом языке. Уж что там говорить про адвоката. Одна надежда на подругу. А надеяться надо было, потому что обвинение, которое предъявлялось могло иметь тяжкие последствия. Это тебе не воровство, лифчика в супермаркете и не пьяный дебош в ресторане, это убийство. Даже в страшном сне не могло привидеться, что её, женщину уважаемую, с отличными характеристиками, пенсионерку в конце концов изолируют от общества из-за подозрения в убийстве человека. А что её изолировать, она и так, будто отрезана от мира, не понимает тех, кого слышит, и не в состоянии объяснить чего хочет. Хотя то, зачем она вообще приехала в эту страну, достигнуто. Да только имеет ли это достижение смысл? И нужно ли было идти на такие жертвы? Сидя в прокуренной камере рядом с проститутками, воровками, мошенницами разных возрастов, сословий, национальностей, Лариса задавала себе множество вопросов и почти не находила ответов, а может не хотела находить.

За несколько месяцев до этого…

– Ну-с, одевайтесь голубушка.

Доктор поправил её кофточку, поднялся и скрылся за белой ширмой. Лариса потянулась следом, но не поспела за ним, былая прыть осталась только в голове. Она по-прежнему быстро разгадывала кроссворды, за вечер могла прочесть толстенную книгу, писала острые комментарии в интернете на волнующие темы и в магазине в течение нескольких минут проверяла длинную портянку чека. А вот с телом творилось что-то неважное. К вечеру наваливалась невероятная усталость, утром просыпалась как будто не спала вовсе, а разгружала мешки с картошкой и по несколько минут сидела на кровати собираясь с силами прежде чем двинуться в ванную комнату. Стоять у плиты и готовить еду стало невмоготу. А кашеварить надо было– дочь с зятем работали, а она, как пенсионерка, должна за хозяйство отвечать– убирать квартиру, утюжить бельё, выносить мусор и оплачивать коммунальные платежи. Кто такой порядок завёл Лариса знала очень чётко– она сама. Когда год назад её торжественно выдворили на пенсию, энергия ещё фонтанировала, она с усердием и рвением посвятила себя тому, до чего раньше не доходили руки. На столе появились пирожки, блины, сырники на завтрак, она научилась консервировать компоты, помидоры в собственном соку и мариновать капусту. И вот ни с того ни с сего тело перестало слушаться, а ноги держать. Зять скоро обратил на это внимание и взялся подначивать:

– Что-то вы, маменька, неважно выглядите. Парикмахер вас давно не обихаживал, да готовить стали без прежнего энтузиазма.– он громко хлюпал борщом и уминал вприкуску охотничьи колбаски.– Так мы скоро по ресторанам пойдём! Где же нам столько денег взять, для ресторанов то?

Лара молчала, знала, если ответит остротой, там недалеко до скандала. Зятю нравилось делать из мухи слона. Ей казалось, что таким нехитрым образом он развлекается, надо же куда-то тратить энергию, которая скапливалась в огромных количествах от безделья.

«Мимо тёщиного дома я без шуток не хожу, то ей хрен в окно поставлю, то ей жопу покажу.– думала она с сожалением глядя на здоровенного увальня.– Вон уже бока поплыли как у бабы, да и весь уже принял форму дивана. Угораздило же Вероничку полюбить такого. Уж лучше жить одной, чем с бесталанным захребетником».

Отношения с зятем складывались прямо сказать нелёгкие. Когда Лариса работала, то на него обращать внимание не имелось ни времени ни желания, а вот сейчас они вынуждены были целые дни проводить вместе, в силу того, что Алексей считал себя писателем и черпал вдохновение возле телевизора, поджидая свою музу на диване. Она жалела дочь, ведь росла без отца, тот бросил их когда Вероничке исполнился год, а как только девушка поступила в ВУЗ подвернулся вот этот. Да прилип просто как банный лист. Ну что делать, любовь!Хотя на тот момент этот вариант казался не самым худшим– всё-таки студент Литературного института! А Нику в то время заносило в различные «кружки по интересам», да так заносило, что однажды пришлось забирать из полицейского участка! Сыграли свадьбу и зятёк перебрался от пьющих родителей в просторную квартиру жены. Лариса сама не знала радоваться или печалится тому факту, что у молодых никак не получалось иметь детей. Она прекрасно понимала, что забота о малыше ляжет на её плечи. Дочь, как можно скорее, вырвется на работу, а ей отведут роль заботливой бабушки. Вероничка с детства мечтала стать актрисой, и ведь всё для этого имелось и высокий рост, и лицо-картины можно писать, и волосы вьющиеся, каштановые, но как бы не топырилась начинающая звезда ни одна комиссия не смогла рассмотреть задатки таланта. Как её ни крути верти, нет актёрских дарований, даже самых глубоко скрытых способностей и тех нет. Однако дочь шла по жизни с завидным упорством– уж если в театральный не поступила в этом году, то на следующий год обязательно получится. Чтобы не терять времени даром, благодаря уговорам матери окончила Институт бизнеса и дизайна, а позже устроилась работать в театр помощником костюмера, всё ближе к богеме. Время шло, однако подмостки никак не хотели ей поддаваться. Часто Вероничка винила всех вокруг себя, особенно мать, а вот муж прекрасный, талантливый писатель, просто не оценён сегодняшними критиками и читателями. Но ничего, наступит и на их улице праздник! Лариса сокрушалась глядя на эту пару, живут, как в мыльном пузыре, напридумывали себе достоинств которыми совсем не обладают, подпитывают и убеждают друг друга в исключительности. И ведь обоим уже за тридцать, пора бы обрести реальность, начать хотя бы зарабатывать для того чтобы прокормить семью, а не ждать когда тёщина скатерть– самобранка заблагоухает пирогами. Ночами Лариса долго ворочалась в своей комнате, она боялась посмотреть правде в лицо, но в данный момент надо что-то делать с её непослушным телом. Всё это произошло не вдруг и она не сразу заметила и обратила внимание на недомогания, но последние дни чувствовала себя хуже некуда. В одно не совсем прекрасное утро она отложила все дела и начала свои хождения по мукам, пока не добралась до последней инстанции в виде моложавого профессора медицины Забелина Ивана Петровича, который вот в эту минуту готов поставить ей диагноз. Лариса сидела на высокой кушетке и боялась выходить из-за ширмы. Ей казалось, что услышав что-нибудь страшное весь этот разноцветный мир перестанет существовать, краски поблекнут и останется лишь чёрное и белое, а может не останется ничего.

– Ну что же вы, голубушка, не торопитесь, меня другие пациенты ждут.

Мягкий голос не сулил ничего хорошего. Лариса поправила волосы, обула туфли и села напротив Забелина. Он немного помолчал, потом прочистив горло спросил:

– Вы с кем живёте? Я хотел бы поговорить с кем-нибудь из ваших близких.

– Говорите со мной. Я готова.– она опустила глаза, собираясь с мыслями. Лариса никого не ставила в известность о своих походах по клиникам, и сейчас не хотела травмировать дочь плохими новостями, а то что известия будут плохими она уже не сомневалась.– Говорите всё как есть.

– Ну хорошо.– начал доктор после небольшой паузы. Он внимательно посмотрел на женщину и решил не подбирать слова, не юлить и не приукрашивать действительное положение вещей.– У вас рак.

Она ожидала чего-то подобного, но сообщение раздавило безысходностью. Холодная волна окатила тело с головы до ног, во рту пересохло и на лбу выступили ледяные бисеринки пота. Лариса прочистила горло:

– У меня есть шанс?– вдруг захотелось закричать, упасть на пол и биться в истерике пока сознание вместе с этими простыми словами не исчезнут из памяти. Она с надеждой посмотрела на профессора и из глаз, без её ведома потекли слёзы.– Вы ведь поможете мне?

– Послушайте, голубушка, Лариса Николаевна, мы сделаем всё, что в наших силах.– он поднялся, налил из графина воды и протянул женщине.– Честно сказать, шансы есть всегда. Завтра же начнём курс терапии, а дальше посмотрим.

– Может быть нужны какие-то препараты или специализированная клиника?

Она с надеждой взглянула на доктора, но тот энергично замотал головой:

– Давайте я объясню реальное положение вещей. Бытует мнение, что где-то есть край похожий на рай, там излечивают все болезни и горести и беды покидают душу. Это не правда. Вы можете поехать в Израиль, в США, в Германию. Не сомневаюсь, что там действительно в состоянии помочь, уход за больным отличный, эффективнейшая аппаратура, препараты, но только за первичный осмотр, подчёркиваю– первичный, надо выложить около двух тысяч евро.– профессор вздохнул.– Я уже не говорю о лечении. И потом в нашей клинике есть всё необходимое для оказания полной медицинской помощи, и всё это вы получите совершенно бесплатно. Онкологические больные проходят по стандартной обязательной страховой системе. Кое-какие препараты необходимо приобретать и оплачивать некоторые медицинские услуги, но это не большие суммы. Даже обидно за такое отношение к отечественной медицине.

Вернувшись домой Лариса выпила таблетку аспирина, закрылась у себя в комнате и укрывшись одеялом с головой тревожно уснула. Её разбудил какой-то шум. В гостиной ходили, сидели, разговаривали люди, выпивали и громко смеялись. Дочь и раньше приглашала в дом околотеатральную тусовку, которые, собственно, к высокому искусству не имели никакого отношения, но она хотя бы предупреждала о своих планах. Лариса незамеченной прошла на кухню, где Вероничка готовила нехитрые закуски и громыхала хрустальными бокалами.

– Почему ты не ставишь меня в известность о своих планах?

– Ты это о чём?

– О твоих гостях.

– Ты знаешь, всё так внезапно получилось.– девушка закинула в рот оливку.– У помощника звукооператора сегодня день рождения, а он живёт в коммунальной квартире.

– Мы тоже в каком-то смысле живём в коммунальной квартире, есть я и со мной надо считаться.

– Ты что не в духе сегодня? Раньше мои гости тебя не напрягали.

Вероничка нервно тряхнула кудряшками и, схватив бокалы, направилась к шумным гостям. Лариса встала в дверях и преградила ей путь.

– Мне надо сказать тебе только несколько слов.– она помедлила рассматривая чистое, правильное лицо дочери. Девушка раскраснелась от выпитого от неё пахло сигаретами, облупился лак на ногтях и на блузке оторвалась пуговичка.– Я хочу предупредить, что с этого дня я не буду на свои деньги оплачивать коммунальные услуги, закупать продукты и забивать холодильник, так же чистить и убирать квартиру и готовить еду. Все хозяйственные расходы и домашние дела будем делить на пополам.

– Мам, ты что с дуба рухнула?

– Перестань разговаривать со мной со мной в таком тоне. Скажи спасибо, что я не делю на три, то есть на всех членов, проживающих в этой квартире. Лучше заставь найти работу собственного мужа. Хотя бы какую-то копейку принесёт в семью.

Дочь задохнулась от негодования, выпитый алкоголь ударил в голову и на кончике языка назрел скандал. Она сдержалась лишь потому, что её тянуло к гостям в шумную, беззаботную вечеринку, да и руганью с матерью может испортить хорошее настроение присутствующим. Ника прошипела тонкой ниточкой губ:

– Мой муж талантлив, просто он в творческом кризисе. Один режиссёр взял на рассмотрение его сценарий. А ты, просидела всю жизнь без мужа, хочешь, чтобы я повторила твою судьбу.

– Нет не хочу! Я всегда желала тебе счастья, поэтому всю жизнь посвятила тебе и не привела в дом другого мужчину. Сейчас стало ясно, что всё было неправильно и настало время исправить собственные ошибки.– Лариса посторонилась пропуская оторопевшую дочь, потом бросила вдогонку.– Я тебя предупредила.

Она включила чайник, бросила пакетик зелёного чая в кружку и повернулась к окну. Город горел вечерними огнями, и автомобили бесконечной световой рекой двигались по проспекту. Как всегда, в марте грязные сугробы просели и вытекали ручейками, образовывая лужи и целые реки. Лариса услышала бурление кипятка и горестно подумала, что её жизнь тоже дошла до точки кипения и многого уже не вернуть. Душа внутри скрутилась в тугой жгут из которого вот-вот хлынут слёзы. Нет, она не намерена тихо умирать, надо бороться! Но где же взять силы? С завтрашнего дня начинается новый виток жизни и не известно куда он приведёт. Она совсем забыла про чай, зашла в ванную, умылась и посмотрела на своё отражение. Как же так? За что это испытание? Ведь не старая совсем, не увлекалась пьянством, когда-то курила, но давно бросила. Не предавала, не завидовала, не распутствовала! От чего эта зараза прилепилась именно к ней? Женщина, не обращая внимание на шумную, пьяную компанию, тихо вернулась в комнату.

Ночь пролетела без сна. Лариса просидела в своей кровати укрывшись пледом и поджав ноги. Слёзы лились ручьём, как будто копились долгое время специально для этого случая. Вся жизнь пролетела в памяти. Она вспомнила маму, папу, брата Ваньку, который ушёл в Армию и не вернулся из Афганистана. Плыли образы её подружек сначала школьных, потом институтских. Её первая любовь… как там его Семён или Фёдор или Валентин. Наверное и не любовь это была вовсе если память даже имя не сохранила. Зато чётко нарисовался красавец Илья, отец Веронички, который воспринимал жизнь как череду удовольствий от вкусной еды, красивых женщин, пьянящих напитков, и все эти пелёнки, распашонки не про него. Его уход лишь придал силы, она наняла няню и окунулась в работу с утроенной энергией. Вскоре Лариса покинула заштатную бухгалтерию небольшого предприятия– поступило приглашение на должность заведующей бухгалтерии в более крупную организацию. А через какое-то время генеральный директор, который пошёл на повышение взял её с собой. Таким образом Ларису назначили главным экономистом в крупной энергетической компании. Появилась возможность приобрести просторную, четырёхкомнатную квартиру в центре города, автомобиль и множество приятных вещей, о которых мечтает каждая женщина– золото, бриллианты и шубки из драгоценных мехов. Основные средства уходили на Вероничку– она ни в чём не знала отказа. Мать потакала прихотям девушки, как будто компенсировала то время, которое отнимала работа.Однако такое существование не могло длиться бесконечно– как только генеральный директор то ли ушёл, то ли его ушли с занимаемой должности, Ларису тоже терпели недолго. Когда подошло время выходить на пенсию, ей в корректной форме указали на дверь. Лара не особенно сопротивлялась, хотя была полна сил идей и энергии, но вставать на пути нового всесильного босса не решилась. Перед рассветом навалилась чуткая дремота. Робкие лучи прорвались сквозь шторы. Лариса лежала с закрытыми глазами и понимала, что жизнь раскололась на до и после. В этой войне, её личной войне она осталась один на один с невидимым противником. Хоть бы знать как этот враг выглядит, какие жертвы ждёт от неё. Что надо? Душу? Тело почти уже получил! Или хочет показать, какой ничтожной была её жизнь и какая жалкая она сама? Рыдания снова рвались наружу. Лара кое-как отдышалась, села на кровати, ожидая когда её больное тело сможет двигаться. В квартире стояла тишина. В гостиной висел прогорклый запах табака и алкоголя, под столом валялись пустые бутылки, белая скатерть пропиталась пунцовыми, винными пятнами. Она привела себя в относительный порядок, взяла необходимые вещи и отправилась в клинику. Машина давно принадлежала дочери– сама и переоформила у нотариуса. Такси поймала быстро, ничего не замечая вокруг доехала до клиники. Так бы и продолжала сидеть изваянием, но голос шофёра привёл в чувство.

– Женщина, с вами всё в порядке?

– Простите.– она достала из сумочки деньги и протянула пожилому мужчине.

– Вам плохо?– таксист то ли утверждал, то ли спрашивал. Лариса слабо улыбнулась и выбралась из салона.– Вам помочь?– мужчина выскочил и помог подняться на крыльцо.

– Спасибо. Вы хороший человек.

Она скрылась за дверями, а мужик с грустью покачал головой. Ему вдруг захотелось перекреститься, он сдержался, лишь прошептал: «Дай Бог здоровья».

Оформите
подписку, чтобы
продолжить читать
эту книгу
219 000 книг 
и 35 000 аудиокниг
Получить 14 дней бесплатно