Светлана Алексиевич — отзывы о творчестве автора и мнения читателей

Отзывы на книги автора «Светлана Алексиевич»

111 
отзывов

satal

Оценил книгу

...поездки в Чернобыльскую зону для всех, желающих просветиться...

(Сайт туристического агентства. Описание услуг.)

Вы уж извините, что я этот день с черного юмора начал. Я буду еще. Я специально. Уже вытертые сопли — это еще не цинизм.

Я поехал и просветился. Я хотел ненадолго (только пожалуйста — ненадолго) почувствовать себя всеми этими людьми, о которых я прочитал. Мне было необходимо, чтобы все мурашки, за последнюю неделю пробежавшие по моему телу, собрались воедино, и волна за волной, носили меня по пустым улицам уже мертвых соавторов этой книги. Чтобы этот драм-н-бейс не оставил в покое ни одну клетку моего тела, пока не произойдет кое-что естественное и скучное — пока я не стану осторожным.

Нечего и говорить, что мне понравилась эта книга. Ничем не рискуя, скажу, что она понравится:

– всем, кто любит книги о войне. Именно с войной сравнивают Чернобыль люди, которых выбрали оба эти зла. И война показалась им быстрее, яснее и нужнее.

– всем, кто любит детективы и мистику. Невозможно предугадать, чем заболеешь и от чего и когда умрешь именно ты. А по мере своего сокращения жизнь обретает внезапную интригу — что будет дальше? Кто окажется убийцей — лейкемия, ранний цирроз? А может, я сам...застрелюсь? Чья-то тонкая натура в свое время неспроста произнесла слово "Саркофаг". Он, как египетские пирамиды в шаблонном кино, для каждого приберег персональный сюрприз.

– всем, кто любит семью. И кто хочет переживать о ней. И кто не избегает слышать:

Я никого больше не смогу родить. Не осмелюсь.

– всем, кто любит ответы на вопросы вроде: а завышен ли радиационный фон в Киевском музее Чернобыля? Это был мой вопрос, когда я там был. Завышен. Но вы все равно встаньте и пойдите в него. Там нет муляжей. Там можно просветиться.

В этот день в этой книге экшна, анекдотов и смерти хватит на всех. И никто не уйдет обиженным или непросвещенным. И каждый посчитает себя счастливчиком. А значит, день удался. Только заметьте это, потому что

Жизнь прекрасна, падла, но так коротка…

Особенно на их фоне. На их фоне.

26 апреля 2012
LiveLib

Поделиться

prrr

Оценил книгу

я, знаете, читала и плакала.
я, знаете, читала и думала - по пути к ней, - а моя бабушка, она так мало рассказала, она ведь даже не воевала, просто в тылу, на заводе.
я, знаете, после этой книги и живу иначе, и эти пять звезд, они другие, они не пять, они если пять - то десять, если десять - то сто.

Знаете вы, нет?

Начался бой. Огонь шквальный. Солдаты залегли. Команда: "Вперед! За Родину!", а они лежат. Опять команда, опять лежат. Я сняла шапку, чтобы видели: девчонка поднялась... И они все встали, и мы пошли в бой...

Вы хоть знаете как это? Выпустить на войну женщин, потому что сам не справляешься. Выпустить на войну женщин, а они потом немцев на себе волочат, что уж делать, не бросать умирать же? Выпустить на войну женщин, потому что они за Родину свою, за дитя свое выстоят, выгрызут, потому что мать, потому что сестра, потому что не женское это дело, Родину отстаивать.

Я сама ничегошеньки об этом не знаю. Я знаю только, что ни в одной стране женщин на войну не пускали. Я знаю только, что ничего не знаю о том, как бросить своего 4летнего ребенка и уйти в партизаны. Я знаю только, что это тот подвиг, перед которым нам всю жизнь стоять на коленях и молиться на них. На этих слабых, хрупких женщин, которые красились на войне, которые кудри вили на войне, которые воевали на войне. Которые обеспечили будущее нам с вами. И тебе, читающий, и всем нам. Которые зарубцевали шрамами своем сердце, а выстояли, прошли войну. А мы их не помним. А мы свадебным кортежем идем к Вечному Огню и смеемся. Мы ничегошеньки не знаем об этом. Мы сидим в своем уютном мире и думаем: "Что-то денег на отпуск не хватает". Мы, баловни, тех самых Великих Женщин баловни, потому что как иначе? Как не дать самое большое тем, кто после них, кто не ведал войны? Кто может вырасти и думать, что у него проблемы, а он даже не видел, как это? Кто...да мы, кто еще. Мы ничего не знаем и знать не хотим. А их все меньше, их хоронят. У них седечко не выдерживает, - оно же То Самое выдержало, куда уж.

У меня, знаете, оба деда войну прошли, и бабушка моя одна. Я дедов-то не застала, только бабушку. Я ревела, когда ветеранам к Победе пледы давали, а сами в кризис закатывали самый большой парад в истории. А в подъезде я напечатала проспекты про ветеранов, ленточку прикрепила, а ее содрали через два часа. И у меня бабушка плакала: "Это ж вам, Сашенька, с ними жить потом, не мне, я свое отжила".

Я написала так много пафоса, как никогда в жизни, потому что, знаете, что? Потому что нельзя иначе. Потому что о Героях - только так.

4 июня 2013
LiveLib

Поделиться

TibetanFox

Оценил книгу

Документалка, способная взбередить до дна вашу душу, а то и вовсе её вытрясти.

Работа автора не всегда заключается в умелом складывании собственных слов. Иногда приходится складывать чужие слова, особенно если этим самым «другим» есть, что сказать. И всё-таки это книга Алексиевич, которая нашла тему, опросила очевидцев, отобрала те самые истории, которые наиболее ярко подчеркнут проблему, привела их в божеский вид и расставила в таком порядке, что читатель к середине книги начинает задыхаться от несправедливости,А к концу и вовсе падает в обморок. Утрирую, но не исключаю, что это возможно.

Как видно из названия, книга посвящена чернобыльской катастрофе. Не думайте, впрочем, что внутри слёзовыжималка, спекулирующая на трагедии. На самом деле, это рассказы очевидцев, а люди относятся к трагедиям в своей жизни несколько иначе, чем если бы они выдумали о них что-то художественное. Не знаю, как они умудряются вообще вписать такое страшное явление в свой жизненный уклад. Наверное, просто дело в том, что кто не смог вписать — те давно уже спились, опустили руки и просто увяли.

Начинается книга, как обухом по голове. Дело даже не в рассказе о том, что информацию о катастрофе скрывали от жителей близлежащих городов, так что они ничтоже сумняшеся отправились на пикник в честь майских праздников. Ужас пробрал меня до костей на фразе: «Вы должны не забывать: перед вами уже не муж, не любимый человек, а радиоактивный объект с высокой плотностью заражения». Уловили? Пять минут назад это был живой человек из плоти и крови, а теперь это уже и не человек дальше, а просто большая проблема. Полежит рядом с ним в палате апельсинчик полчасика, а потом этот фрукт приходится закапывать в свинцовом саркофаге. А что произойдёт с ребёночком, которого заботящаяся о муже супруга носит с собой в отнюдь не свинцовом животе…

Историй таких — вагон и маленькая тележка. И вроде многие из них я раньше слышала. Дядя моей матери подхватил где-то в армии (так и не сказал, где именно служил) лучевую болезнь. Разучился сначала ходить, потом говорить, потом — думать. Потом — разучился жить и кончился. Но пока ездил в инвалидной коляске, всё бодрился и рассказывал маме: «Это ещё что! Вот с моего сослуживца Ваньки кожа заживо стекала с рук и ног, а он даже не замечал…»

Или вот история про то, как вернулся солдатик домой, дал сыну поносить пилотку… А сынок облысел и слёг. Ничего не напоминает? Подсказываю: страшный японский мультик «Босоногий Гэн», про Хиросиму/Нагасаки. Если кто захочет посмотреть, так предупреждаю: более страшного мультфильма, где в замедленной анимации показано, как от взрыва люди распыляются на атомы и сгорают заживо, я ещё не видела.

Казалось бы, страшнее этого ничего быть не может. Ан нет. Дальше в книге идут интервью с теми, кто остался жить в зоне аварии. Люди клянутся, что видели эту самую радиацию в физическом обличьи, так они её лопатой прикопали в огородике и дальше живут. Более того, к Чернобылю ещё и другие люди-беженцы подтягиваются, кому в то время в других республиках житья не было.

Но самое жуткое, всё-таки про ликвидаторов. Роботы горели в тех условиях, которые были после катастрофы. А люди работали, горели, выплёвывали собственные лёгкие, умирали в муках, но продолжали чистить и драить. Добрые дяденьки с ружьями отстреливали всех животных, включая кошек и собак. Хотя надо было бы стрелять мародёров, которые утаскивали радиоактивное барахло и разносили заразу в дома простых людей, сталкеры хреновы.

Книжка впечатляет. Автор намеренно не вставляет нигде собственных слов, не делает выводов, никого не обвиняет и не рыдает горькими слезами. Она просто предоставляет нам тщательно отобранную хронику, а обдумывать всё оставляет нам самим. Что бы мы стали делать, повторись такая трагедия сейчас? Как я ни бьюсь над этим вопросом, а всё чувствую, что мало что бы изменилось…

17 ноября 2014
LiveLib

Поделиться

satal

Оценил книгу

...поездки в Чернобыльскую зону для всех, желающих просветиться...

(Сайт туристического агентства. Описание услуг.)

Вы уж извините, что я этот день с черного юмора начал. Я буду еще. Я специально. Уже вытертые сопли — это еще не цинизм.

Я поехал и просветился. Я хотел ненадолго (только пожалуйста — ненадолго) почувствовать себя всеми этими людьми, о которых я прочитал. Мне было необходимо, чтобы все мурашки, за последнюю неделю пробежавшие по моему телу, собрались воедино, и волна за волной, носили меня по пустым улицам уже мертвых соавторов этой книги. Чтобы этот драм-н-бейс не оставил в покое ни одну клетку моего тела, пока не произойдет кое-что естественное и скучное — пока я не стану осторожным.

Нечего и говорить, что мне понравилась эта книга. Ничем не рискуя, скажу, что она понравится:

– всем, кто любит книги о войне. Именно с войной сравнивают Чернобыль люди, которых выбрали оба эти зла. И война показалась им быстрее, яснее и нужнее.

– всем, кто любит детективы и мистику. Невозможно предугадать, чем заболеешь и от чего и когда умрешь именно ты. А по мере своего сокращения жизнь обретает внезапную интригу — что будет дальше? Кто окажется убийцей — лейкемия, ранний цирроз? А может, я сам...застрелюсь? Чья-то тонкая натура в свое время неспроста произнесла слово "Саркофаг". Он, как египетские пирамиды в шаблонном кино, для каждого приберег персональный сюрприз.

– всем, кто любит семью. И кто хочет переживать о ней. И кто не избегает слышать:

Я никого больше не смогу родить. Не осмелюсь.

– всем, кто любит ответы на вопросы вроде: а завышен ли радиационный фон в Киевском музее Чернобыля? Это был мой вопрос, когда я там был. Завышен. Но вы все равно встаньте и пойдите в него. Там нет муляжей. Там можно просветиться.

В этот день в этой книге экшна, анекдотов и смерти хватит на всех. И никто не уйдет обиженным или непросвещенным. И каждый посчитает себя счастливчиком. А значит, день удался. Только заметьте это, потому что

Жизнь прекрасна, падла, но так коротка…

Особенно на их фоне. На их фоне.

26 апреля 2012
LiveLib

Поделиться

svetaVRN

Оценил книгу

26 апреля 1986 года произошел взрыв на Чернобыльской атомной электростанции, взрыв, который изменил ход истории…
Шок распространился по всей Европе, о нем не забыли и сейчас – в европейских странах.

И я еще любила книги про апокалипсис! Боже, да он же уже наступал! Пусть в меньших масштабах, пусть весь мир не погиб, но ужас от этого не становиться слабее. В России умеют благополучно забывать то, что хочется забыть. Мы помним победы на многие столетия назад и забываем поражения и беды, которым всего несколько десятков лет. За примерами не надо далеко ходить - Афган, Чечня, Чернобыльская авария…

Я задумался: почему о Чернобыле мало пишут? Наши писатели, продолжают писать о войне, о сталинских лагерях, а тут молчат. Книг — раз, два и обчёлся. Думаете, случайность? Событие до сих пор ещё вне культуры. Травма культуры. И единственный наш ответ — молчание. Закрываем глаза, как маленькие дети, и думаем: «Мы спрятались. Нас проминет.»

Наверное, мало кто знает, что и в России сейчас есть города, где вместе с температурой, датой и временем, на городских табло показывают уровень радиации. Люди продолжают жить там и не задумываются, что несет за собой такое соседство как радиация, кроме ежемесячных доплат в сумму менее одной тысячи рублей.
Если честно, я с трудом прочла эту книгу. Она слишком страшная и чувства, что она у меня вызвала…
Нет, мне их не передать…

Плакала в туалете. Все мамы в палатах не плачут, а в туалетах, в ванной. Вернусь весёлая:
– У тебя уже щёчки порозовели. Выздоравливаешь.
– Мамочка, забери меня из больницы. Я тут умру. Тут все умирают.
Где мне плакать? В туалете? А там очередь… Там все такие, как я…

Мне стыдно, что я так мало знаю о Чернобыльской трагедии. Мне стыдно, что рассуждая о жертвах лагерей, о погибших Героях ВОВ, мы АБСОЛЮТНО не вспоминаем жертв Чернобыльской трагедии. Мне жутко от того, что мы зарываем голову в песок и не видим, что последствия этой аварии продолжаются, и будут продолжаться еще многие годы, столетия. Нас не интересует, почему так резко подскочил процент онкологических заболеваний, почему у многих молодых семей не получается завести ребенка (и не надо прикрываться этим обыденным: «хотим пожить для себя»). Почему все больше детей рождается с патологиями, часто не совместимыми с жизнью. Мы смотрим фильмы и читаем книги о катастрофах, но на случившиеся в реальности закрываем глаза.

Наверное, так проще. Наверное, так легче…

Мы всегда жили в ужасе, мы умеем жить в ужасе, это - наша среда обитания. Тут нашему народу нет равных...
15 июня 2013
LiveLib

Поделиться

svetaVRN

Оценил книгу

26 апреля 1986 года произошел взрыв на Чернобыльской атомной электростанции, взрыв, который изменил ход истории…
Шок распространился по всей Европе, о нем не забыли и сейчас – в европейских странах.

И я еще любила книги про апокалипсис! Боже, да он же уже наступал! Пусть в меньших масштабах, пусть весь мир не погиб, но ужас от этого не становиться слабее. В России умеют благополучно забывать то, что хочется забыть. Мы помним победы на многие столетия назад и забываем поражения и беды, которым всего несколько десятков лет. За примерами не надо далеко ходить - Афган, Чечня, Чернобыльская авария…

Я задумался: почему о Чернобыле мало пишут? Наши писатели, продолжают писать о войне, о сталинских лагерях, а тут молчат. Книг — раз, два и обчёлся. Думаете, случайность? Событие до сих пор ещё вне культуры. Травма культуры. И единственный наш ответ — молчание. Закрываем глаза, как маленькие дети, и думаем: «Мы спрятались. Нас проминет.»

Наверное, мало кто знает, что и в России сейчас есть города, где вместе с температурой, датой и временем, на городских табло показывают уровень радиации. Люди продолжают жить там и не задумываются, что несет за собой такое соседство как радиация, кроме ежемесячных доплат в сумму менее одной тысячи рублей.
Если честно, я с трудом прочла эту книгу. Она слишком страшная и чувства, что она у меня вызвала…
Нет, мне их не передать…

Плакала в туалете. Все мамы в палатах не плачут, а в туалетах, в ванной. Вернусь весёлая:
– У тебя уже щёчки порозовели. Выздоравливаешь.
– Мамочка, забери меня из больницы. Я тут умру. Тут все умирают.
Где мне плакать? В туалете? А там очередь… Там все такие, как я…

Мне стыдно, что я так мало знаю о Чернобыльской трагедии. Мне стыдно, что рассуждая о жертвах лагерей, о погибших Героях ВОВ, мы АБСОЛЮТНО не вспоминаем жертв Чернобыльской трагедии. Мне жутко от того, что мы зарываем голову в песок и не видим, что последствия этой аварии продолжаются, и будут продолжаться еще многие годы, столетия. Нас не интересует, почему так резко подскочил процент онкологических заболеваний, почему у многих молодых семей не получается завести ребенка (и не надо прикрываться этим обыденным: «хотим пожить для себя»). Почему все больше детей рождается с патологиями, часто не совместимыми с жизнью. Мы смотрим фильмы и читаем книги о катастрофах, но на случившиеся в реальности закрываем глаза.

Наверное, так проще. Наверное, так легче…

Мы всегда жили в ужасе, мы умеем жить в ужасе, это - наша среда обитания. Тут нашему народу нет равных...
15 июня 2013
LiveLib

Поделиться

milagro777

Оценил книгу

Девчонки, какое же счастье, что эта книга не о нас!

Мы пишем рецензии на livelib, скучаем на парах в университете, мечтаем о новых босоножках, набираем sms любимым...

А они видели столько крови, что потом даже красные розы и гвоздики вызывали отвращение, что не могли ходить на мясной рынок, не могли есть куриное мясо, потому что оно так похоже на человеческое. Обгрызанные крысами руки тяжелораненых. Мать, топящая своего грудного ребенка, чтобы он криком не выдал нахождение партизанского отряда. Белые кости на пепелище. Хруст хрящей и звериные крики во время рукопашной. Организм, истощенный до такой степени, что всю войну не было никаких «женских дел», а после войны многие не могли родить. И самое страшное – это «носить мужские трусы», потому что нет ничего хуже для девушки, чем «умереть некрасивой». Да, была и настоящая любовь. Но были и «походно-полевые жены». Сначала - «сестрички миленькие» во время войны. А после – «расскажи, как ты там б... с мужиками» или «На ком ты женился? На фронтовой... У тебя же две младшие сестры. Кто их теперь замуж возьмет?».

Светлана Алексиевич хотела написать такую книгу о войне, чтобы от этой войны тошнило, чтобы сама мысль о ней была бы противна и безумна. И это у нее отлично получилось.

И так удивительно созвучны этой книге стихи одной из девчонок тех жутких лет – замечательной поэтессы Юлии Друниной:

Целовались.
Плакали.
И пели.
Шли в штыки.
И прямо на бегу
Девочка в заштопанной шинели
Разбросала руки на снегу

Мама!
Мама!
Я дошла до цели…
Но в степи, на волжском берегу,
Девочка в заштопанной шинели
Разбросала руки на снегу.
10 мая 2010
LiveLib

Поделиться

Alenkamouse

Оценил книгу

Мы не чернобыльцы, нет...
Лето 86-го года мы с сестрой провели у бабушки в Гомельской области. Резвились в лужах после дождя, ели ягоды в огороде прямо с куста и возились в песке... С ног до головы в песке приходили. Даже из волос вычесывали...

Но мы не чернобыльцы, нет...
У мамы моей удалена доля щитовидной железы, и мы с сестрой на учете у эндокринолога. Постоянно принимаем йодосодержащие препараты и соль в магазине берем только йодированную. И салат из капусты с постным маслом перед едой уже стал традицией. Радионуклиды выводит.

Но мы не чернобыльцы, нет...
Вот через несколько километров деревня - они чернобыльцы. Дети с самого младенчества весь мир объехали, в итальянских и немецких семьях уже почти родными стали, вне конкурса в институты поступают...

Ну, а мы не чернобыльцы, нет...
Дары леса и огорода уже совсем перестали возить к дозиметристам на анализ. Куда уже от них денешься? Хотя маслята и курочки я уже забыла какие на вкус: радиацию аккумулируют...

Мы не чернобыльцы, нет...
А родной деревни моей бабушки уже почти и не существует. Приезжаем со всех концов света весной на Раданицу, на кладбище встречаемся, обнимаемся, по чарочке выпиваем за покой предков. А в деревне - с десяток домов осталось, двери заколочены, и таблички - "под снос", "под снос", "под снос"... Идешь по дороге - солнце светит, соловьи заливаются, трава по пояс, сирень полыхает. Бабушкин дом? Нет его. Снесли и в землю закопали...

Конечно, мы не чернобыльцы, но Чернобыль - в каждом из нас. В большей или меньшей степени. Где-то глубоко в душе живет этот страх, эта готовность, это бессилие...

У Светланы Алексиевич записана удивительная, пронзительно-честная и документальная человеческая правда о нас, белорусах. Обо всей нашей жизни. Обо всех наших мыслях, воспоминаниях, мечтах и надеждах. Вот так, именно так мы и живем.
Читаешь - и будто голоса наплывают, сменяют друг друга. Родные голоса. Близкие. Грустные и веселые, высокие и низкие, детские и стариковские... Еще живые. Голоса из прошлого. Из темноты недалекого нашего прошлого...

В городке Славгород Могилевской области есть целое кладбище-мемориал захороненных после аварии на ЧАЭС деревень - тенистая аллея с 16-ю табличками-названиями: Малиновка, Кремянка, Ближняя Речица, Добрый Дуб, Старинка... Тихое место. Спокойное.

А Беларусь новую АЭС строит всем миром... И снова "мирный атом - в каждый дом". Думаете, на этот раз лучше получится?

Мы Чернобыль не забыли, мы его не поняли. Что дикари могли понять в молнии?

Алена, Могилев

4 июля 2013
LiveLib

Поделиться

Alenkamouse

Оценил книгу

Мы не чернобыльцы, нет...
Лето 86-го года мы с сестрой провели у бабушки в Гомельской области. Резвились в лужах после дождя, ели ягоды в огороде прямо с куста и возились в песке... С ног до головы в песке приходили. Даже из волос вычесывали...

Но мы не чернобыльцы, нет...
У мамы моей удалена доля щитовидной железы, и мы с сестрой на учете у эндокринолога. Постоянно принимаем йодосодержащие препараты и соль в магазине берем только йодированную. И салат из капусты с постным маслом перед едой уже стал традицией. Радионуклиды выводит.

Но мы не чернобыльцы, нет...
Вот через несколько километров деревня - они чернобыльцы. Дети с самого младенчества весь мир объехали, в итальянских и немецких семьях уже почти родными стали, вне конкурса в институты поступают...

Ну, а мы не чернобыльцы, нет...
Дары леса и огорода уже совсем перестали возить к дозиметристам на анализ. Куда уже от них денешься? Хотя маслята и курочки я уже забыла какие на вкус: радиацию аккумулируют...

Мы не чернобыльцы, нет...
А родной деревни моей бабушки уже почти и не существует. Приезжаем со всех концов света весной на Раданицу, на кладбище встречаемся, обнимаемся, по чарочке выпиваем за покой предков. А в деревне - с десяток домов осталось, двери заколочены, и таблички - "под снос", "под снос", "под снос"... Идешь по дороге - солнце светит, соловьи заливаются, трава по пояс, сирень полыхает. Бабушкин дом? Нет его. Снесли и в землю закопали...

Конечно, мы не чернобыльцы, но Чернобыль - в каждом из нас. В большей или меньшей степени. Где-то глубоко в душе живет этот страх, эта готовность, это бессилие...

У Светланы Алексиевич записана удивительная, пронзительно-честная и документальная человеческая правда о нас, белорусах. Обо всей нашей жизни. Обо всех наших мыслях, воспоминаниях, мечтах и надеждах. Вот так, именно так мы и живем.
Читаешь - и будто голоса наплывают, сменяют друг друга. Родные голоса. Близкие. Грустные и веселые, высокие и низкие, детские и стариковские... Еще живые. Голоса из прошлого. Из темноты недалекого нашего прошлого...

В городке Славгород Могилевской области есть целое кладбище-мемориал захороненных после аварии на ЧАЭС деревень - тенистая аллея с 16-ю табличками-названиями: Малиновка, Кремянка, Ближняя Речица, Добрый Дуб, Старинка... Тихое место. Спокойное.

А Беларусь новую АЭС строит всем миром... И снова "мирный атом - в каждый дом". Думаете, на этот раз лучше получится?

Мы Чернобыль не забыли, мы его не поняли. Что дикари могли понять в молнии?

Алена, Могилев

4 июля 2013
LiveLib

Поделиться

TibetanFox

Оценил книгу

Документалка, способная взбередить до дна вашу душу, а то и вовсе её вытрясти.

Работа автора не всегда заключается в умелом складывании собственных слов. Иногда приходится складывать чужие слова, особенно если этим самым «другим» есть, что сказать. И всё-таки это книга Алексиевич, которая нашла тему, опросила очевидцев, отобрала те самые истории, которые наиболее ярко подчеркнут проблему, привела их в божеский вид и расставила в таком порядке, что читатель к середине книги начинает задыхаться от несправедливости,А к концу и вовсе падает в обморок. Утрирую, но не исключаю, что это возможно.

Как видно из названия, книга посвящена чернобыльской катастрофе. Не думайте, впрочем, что внутри слёзовыжималка, спекулирующая на трагедии. На самом деле, это рассказы очевидцев, а люди относятся к трагедиям в своей жизни несколько иначе, чем если бы они выдумали о них что-то художественное. Не знаю, как они умудряются вообще вписать такое страшное явление в свой жизненный уклад. Наверное, просто дело в том, что кто не смог вписать — те давно уже спились, опустили руки и просто увяли.

Начинается книга, как обухом по голове. Дело даже не в рассказе о том, что информацию о катастрофе скрывали от жителей близлежащих городов, так что они ничтоже сумняшеся отправились на пикник в честь майских праздников. Ужас пробрал меня до костей на фразе: «Вы должны не забывать: перед вами уже не муж, не любимый человек, а радиоактивный объект с высокой плотностью заражения». Уловили? Пять минут назад это был живой человек из плоти и крови, а теперь это уже и не человек дальше, а просто большая проблема. Полежит рядом с ним в палате апельсинчик полчасика, а потом этот фрукт приходится закапывать в свинцовом саркофаге. А что произойдёт с ребёночком, которого заботящаяся о муже супруга носит с собой в отнюдь не свинцовом животе…

Историй таких — вагон и маленькая тележка. И вроде многие из них я раньше слышала. Дядя моей матери подхватил где-то в армии (так и не сказал, где именно служил) лучевую болезнь. Разучился сначала ходить, потом говорить, потом — думать. Потом — разучился жить и кончился. Но пока ездил в инвалидной коляске, всё бодрился и рассказывал маме: «Это ещё что! Вот с моего сослуживца Ваньки кожа заживо стекала с рук и ног, а он даже не замечал…»

Или вот история про то, как вернулся солдатик домой, дал сыну поносить пилотку… А сынок облысел и слёг. Ничего не напоминает? Подсказываю: страшный японский мультик «Босоногий Гэн», про Хиросиму/Нагасаки. Если кто захочет посмотреть, так предупреждаю: более страшного мультфильма, где в замедленной анимации показано, как от взрыва люди распыляются на атомы и сгорают заживо, я ещё не видела.

Казалось бы, страшнее этого ничего быть не может. Ан нет. Дальше в книге идут интервью с теми, кто остался жить в зоне аварии. Люди клянутся, что видели эту самую радиацию в физическом обличьи, так они её лопатой прикопали в огородике и дальше живут. Более того, к Чернобылю ещё и другие люди-беженцы подтягиваются, кому в то время в других республиках житья не было.

Но самое жуткое, всё-таки про ликвидаторов. Роботы горели в тех условиях, которые были после катастрофы. А люди работали, горели, выплёвывали собственные лёгкие, умирали в муках, но продолжали чистить и драить. Добрые дяденьки с ружьями отстреливали всех животных, включая кошек и собак. Хотя надо было бы стрелять мародёров, которые утаскивали радиоактивное барахло и разносили заразу в дома простых людей, сталкеры хреновы.

Книжка впечатляет. Автор намеренно не вставляет нигде собственных слов, не делает выводов, никого не обвиняет и не рыдает горькими слезами. Она просто предоставляет нам тщательно отобранную хронику, а обдумывать всё оставляет нам самим. Что бы мы стали делать, повторись такая трагедия сейчас? Как я ни бьюсь над этим вопросом, а всё чувствую, что мало что бы изменилось…

17 ноября 2014
LiveLib

Поделиться