Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Рецензии и отзывы на Серця в Атлантиді

Читайте в приложениях:
26 уже добавило
Оценка читателей
4.88
Написать рецензию
  • nastena0310
    nastena0310
    Оценка:
    110
    — Да нет, — сказала она. — Сердца же очень крепки. Пит. Чаще всего они не разбиваются. Чаще всего они только чуть проминаются. (...) Внезапно мои глаза наполнились нежданными слезами. Я прижал руку ко рту, чтобы удержать рвавшееся наружу рыдание. Я не хотел будить Ната, не хотел, чтобы он увидел, что я плачу. А я плакал. Я сидел за своим столом и плакал о ней, плакал о себе, плакал о нас обоих, о нас всех. Не помню, чтобы когда-нибудь еще в жизни мне было так больно, как тогда. Сердца очень крепки, сказала она, чаще всего сердца не разбиваются, и я уверен, это так и есть.., ну, а в то время? Ну, а те, кем мы были тогда? Ну, а сердца в Атлантиде?

    Давно уже собиралась перечитать этот роман, так как первое прочтение почти 20 лет назад оставило после себя четкое ощущение, что книга хороша, но я в силу возраста не поняла в ней и половины. Прочитала и убедилась, себе надо доверять, ощущения были абсолютно верные. Книга просто шикарная! Несколько историй, вроде как между собой не особо связанных, разные зарисовки, в которых есть сквозные герои, но в итоге картина становится цельной, полной и связность историй полностью осознается только в конце, все обретает смысл и есть даже ощущение какой-то закольцованности. Например, вначале мальчишка одиннадцати лет читает «Повелителя мух», а ближе к концу в воспоминаниях о Вьетнаме есть сцена, где, убивая старуху, один неадекват кричит, что отрежет голову е..ной свинье. И так во всем, множество событий тонко переплетены друг с другом, многие судьбы соприкасаются друг с другом, а люди об этом и не подозревают, читатели тут в более выгодном положении.

    Начинается все с 60 года. Маленький сонный американский городок, самый разгар лета. Одиннадцатилетний Бобби Гарфилд знакомится с новым жильцом их дома, получает в подарок взрослую библиотечную карточку, впервые целуется с девочкой и с ним происходит столько других событий, что после этого лета его жизнь никогда уже не будет прежней, наивный ребенок с верой во взрослых в нем умрет раз и навсегда. Ну что сказать, это моя любимая часть. Не только потому что я в принципе люблю такие сюжеты, но также и потому что это еще одна глава из мира Темной Башни, еще одна глава о слугах Алого Короля и его попытках разрушить центр мироздания. Все служит Лучу и ничто не может противостоять ка...

    А еще очень интересно было сравнить свои эмоциональные впечатления. В подростковом возрасте меня дико выбесила мать Бобби, хотелось проверить как я ее восприму сейчас. Мдяя... С позиции взрослого человека она меня выбесила еще больше, единственное что к ненависти добавилась теперь изрядная доля какого-то брезгливого отвращения, и вот не жалко мне ее ни в один момент ее жизни. Ни капли! Даже тупо по-женски! Жадная, лицемерная с*ка, которая отыгрывается за неудовлетворенность жизнью на собственном ребенке. В конце одной фразой она даже мне напомнила одну из моих топово нелюбимых героинь Люси Краун. Та тоже делов понаделала, а потом говорит взрослому сыну, мол ах, что МЫ натворили... Никаких мы, дорогая! Ты, и только ты, твоя вина! Ты испортила жизнь собственному ребенку в погоне даже не за счастьем, а тупо за баблом... Я искренне рада, что приобретенный материальный успех не смог принести ей должного удовлетворения! Фуух, чуть-чуть выпустила пар, можно идти даьше.

    А дальше тоже все сложно. Но уже у другого гг. Пит Рили поступил в университет, переехал в общежитие и понеслась.Тут меня еще и ностальгия накрыла. Вспомнились свои студенческие годы. Тоже были моменты на грани, когда еще чуть-чуть и можно было доиграться во всех смыслах этого слова, и были среди моих знакомых те, кто доигрался. Были и карты, правда принципиально никогда не играла на деньги, но прогуливались пары, забивалось на учебу пока было кому расписывать пулю. У нас был преферанс, у этих ребят были черви. Увлечься в таком возрасте, поддаться за компанию, особенно когда ты только что (наконец-то!!!) вылетел из родительского гнезда из-под бдительной опеки родителей — да запросто! Тут главное суметь в какой-то момент включить мозги и попытаться понять что нужно тебе, не бойфренду, не лучшей подруге, а тебе, иначе последствия не заставят себя ждать.

    Как мне кажется, колледж — всегда время перемен: последние сильные судороги детства. Но сомневаюсь, чтобы когда-либо перемены эти были того размаха, с какими столкнулись студенты, водворившиеся в студгородки во второй половине шестидесятых. В большинстве мы теперь почти не говорим о тех годах, но не потому, что забыли их, а потому, что язык, на котором мы говорили тогда, был утрачен. Когда я пытаюсь говорить о шестидесятых, когда я хотя бы пытаюсь думать о них, меня одолевают ужас и смех. Я вижу брюки клеш и башмаки на платформе. Я ощущаю запах травки, пачули, ладана и мятной жвачки. И я слышу, как Донован Лейч поет свою чарующую и глупую песню о континенте Атлантида — строки, которые и сейчас в ночные часы бессонницы кажутся мне глубокими. Чем старше я становлюсь, тем труднее отбрасывать глупость и сберегать чары. Мне приходится напоминать себе, что тогда мы были меньше — такими маленькими, что могли вести наши многоцветные жизни под шляпками грибов, твердо веруя, будто это — деревья, укрытие от укрывающего неба. Я знаю, что, в сущности, тут нет смысла, но это все, на что я способен: да славится Атлантида!

    Но этим ребятам грозит не просто отчисление, на дворе 1966 год и из университетской аудитории можно резвенько оказаться в зарослях Вьетнама. Я очень не люблю читать про войны 20 века от лица американцев, но тут редкое исключение. Тут именно тот взгляд, что мне интересен. Дети цветов, расцвет антивоенных движений среди молодежи, травка и воробьиный знак на одежде — такое могло начаться только в среде студентов. Это именно тот срез общества, который еще наивно верит, что не все продается, что если мы объединимся, нас услышат, что руками рядовых граждан можно что-то изменить, что сильные мира сего обязаны прислушаться, если громко кричать... Когда эта вера в нас умирает, мы взрослеем, меняемся и я бы не сказала, что в лучшую сторону... Мы становимся мудрее? А может все же просто циничнее? Или это банальное снятие розовых очков?...

    Оставшиеся три истории уносят нас все дальше и дальше от шестидесятых и мы видим последствия тех событий. Они не могли пройти бесследно и не прошли. Кто-то, конечно, сумел убедить себя, что так просто было нужно и я не такой уж урод (ага...), но те, у кого есть хоть намек на совесть, обречены до последних дней своей жизни расплачиваться за содеянное. Кто-то живет, видя призрак убитой старушки, кто-то превратил свою жизнь в ежедневное покаяние, распавшись на несколько личностей, кому-то вообще пришлось «убить» старую себя, чтобы попробовать начать жизнь заново пусть и с огромным грузом вины на плечах (но мы же хотели как лучше, почему же так?...) Жизнь — тяжелая штука и порой бьет наотмашь, разбивая сердца...

    Кэрол не продалась, думается мне. Кэрол и ее друзья.., ну, а что насчет студентов-химиков, которых они убили своей бомбой? Это была ошибка, я всем сердцем убежден, что это была ошибка. Та Кэрол, которую я знал, понимала бы, что это был просто еще один хренов способ сказать, что нам пришлось уничтожить деревню, чтобы ее спасти. Но вы думаете, родственникам этих ребят легче оттого, что случилась ошибка — бомба взорвалась не тогда, когда должна была взорваться, извините? Вы думаете, вопросы о том, кто продался, а кто нет, имеют значение для матерей, отцов, братьев, сестер, любовников, друзей? Вы думаете, это имеет значение для людей, которые вынуждены подбирать клочки и как-то жить дальше? Сердца способны разбиваться. Да, сердца способны разбиваться. Иногда мне кажется, что было бы лучше, если бы мы умирали, когда они разбиваются. Но мы не умираем.

    Дальше...

    Читать полностью
  • yahooella
    yahooella
    Оценка:
    88

    Появившееся с первых страниц чувство, что я читаю хорошую книгу, вскоре сменилось на уверенность, что это лучшее произведение Кинга!
    Описание утверждает, что "это — Стивен Кинг, которого вы еще не знали". Но нет, именно такого Кинга я знаю, люблю и стараюсь отыскать среди его многочисленных ужастиков. Здесь он последователен и понятен, лиричен и мудр, но никак не страшен. "Сердца в Атлантиде" – это драма, с налетом мистики и историзма. И хотя в книге есть от чего сердцу сжаться от ужаса, но это не кровавые сцены или психологические пугалки, — а то, на что порой способны люди – например, избить маленькую девочку бейсбольной битой, смеяться над безногим калекой или воткнуть нож в беззащитную старушку... Несмотря на это книга скорее очень грустная, чем тяжелая.

    "Сердца в Атлантиде" – с одной стороны - роман об эпохе самого Стивена: о поколении времен хиппи и войны во Вьетнаме; с другой – [как бы заезжено не звучало] – о жизни: о несбывшихся мечтах, о совершенных ошибках, о раскаянии...

    Композиция романа своеобразна – пять повестей с отдельным сюжетом, которые объединены общими героями и расположены в хронологическом порядке. В каждой части главные герои меняются, но события прямо или косвенно связаны с тремя персонажами — друзьями детства — Бобби, Джоном и Кэрол. Ключевая и самая захватывающая, как мне кажется, — первая часть, но без всех последующих не было бы столь целостной и очень сильной картины.

    Ассоциации:
    Литературные: "Тело" , "Вино из одуванчиков"
    Киношные: "Эффект бабочки"
    Музыкальные: Green Day – "Wake Me Up When September Ends"

    10 из 10

    Спасибо Стивену за ликбез о происхождении знака пацифистов ("ядерное разоружение") и за чудесную музыку 60-х, которой наполнен этот роман.

    Книгу случайно нашла на первом месте в ТОП10 любимых произведений Фоззи:

    Абсолютно лучшая книжка. Каждый раз, когда я осенью хочу какую-нибудь печальную песню хорошенько написать, я сначала перечитываю «Сердца в Атлантиде», и как раз в конце первой части открывается специальный краник.
    Читать полностью
  • JewelJul
    JewelJul
    Оценка:
    87

    Давно прошли те времена, когда я думала, что Кинг- это кровь-кишки-распополамило, ужасы-скримеры-фу не буду такое читать. Все чаще и чаще берусь я за Кинга и получаю великолепную психологическую прозу, а сейчас так и вовсе чуть ли не постмодернизм. Любимая моя паутина событий, выстроенная черти как, в хаотичном, но тщательно выстроенном порядке, но как же интересно ее распутывать деталька за деталькой. Порадовал Кинг, что и говорить. И даже мистические вкрапления, которые обычно меня охлаждают, в этот раз сработали как надо, ведь это не просто мистика из ниоткуда, это мир Темной Башни прокрался в американский Коннектикут. Ха, вы ожидали Мэн? Мэн тоже будет.

    Собственно книга о взрослении, о детях, об Америке 60-х, многое крутится вокруг войны во Вьетнаме, да в общем-то, все события крутятся вокруг нее, и Кинг не стесняется выражать свое к ней отношение, и, как я понимаю, оно крайне далеко от ее одобрения. О том, как могут нестандартно повернуть жизненные пути-дорожки в связи с одним лишь небольшим событием. О перекрестках этих жизненных дорог. И несмотря ни на что, о ностальгии. Кинг, и это предельно очевидно, скучает по тем временам, когда трава была зеленее, рутбир вкуснее, а свои эмоции американцы выражали протестами, демонстрациями и митингами.

    Три повести, связанные общими героями и бейсбольной перчаткой: мальчиком Бобби, девочкой Кэрол и еще одним мальчиком Джоном Салливаном, перчатка осталась безымянна. Перчатка - якорь для этих ребят и читателя. Вот мальчик Бобби, мечтает о велосипеде, знакомится с новым соседом Тедом, читает ему газеты, зарабатывая на этот самый велик, а Тед между делом из "тех миров, что есть и кроме этого". И в тревожной атмосфере противостояния с пришельцами, мальчик Бобби понимает много про себя, про этот мир и про девочку Кэрол. Вот роковая девочка Кэрол, в которую влюблен Бобби, потом Джон Салливан, Салл-Джон, а потом и Пит Рили, студент университета штата Мэн (ха, я же говорила, что Мэн тут будет). Пит Рили поступил в университет, и ему очень нужна стипендия, очень, но на 3м этаже, в гостиной общежития, Ронни Мейлфант играет в "черви", и весь курс вместе с ним, и стипендия вдруг становится размытой, абстрактной идеей, а главное - вот оно тут, "травить Стерву", стерву травить, кому говорю, все остальное пусть катится к чертям, и социология, и антропология, и особенно геология, и все прочие логии вместе взятые пусть идут к вьетнамской мамасан. И только Кэрол, и Скип, лучший друг, и бейсбольная перчатка, смогли остановить "червовое" безумие. Вот постаревшие мальчики и девочки, давно потерявшие друг друга из виду, встречаются то здесь, то там, в основном, на похоронах. У мальчиков лысины, у девочек сменилось имя и семейное положение, у всех давно жены, дети, ну, или нет, но это неважно. И вот тогда-то и оказывается, что бейсбольная перчатка может вызвать давно ушедшие в прошлое события, но не забытые нет, может воскресить чувства, может вызвать слезы. Безымянная перчатка. Якорь.

    Вообще, многое можно написать о событиях, но главное тут все равно между строк. Взросление героев, преодоление внутренних препятствий, рост над собой, стремление себя улучшить, вот что потайное и не выпячивается, но сквозит холодным ветром. И у некоторых героев получается. А у некоторых нет. А некоторые остаются в своем червовом мире, и даже в джунглях, во вьетнамской мясорубке из него не выходят. И любовь еще. Важная ж тема. Кроме одноразовых перепихонов, кроме "потрогать ее там под кофточкой", бывают такие встречи, которые остаются с тобой навсегда, хоть как бы ты себя не уговаривал, что "мне хотелось пощупать ее и только, а не менять всю мою хренову жизнь. Да и ее жизнь, если на то пошло. Но она мне нравилась, правда, нравилась. И очень. И эта ее улыбка, и остроумие." Но поздно, pity Пити, эту развилку ты проехал, Пити, и не в свою пользу, 1-0 в пользу Кэрол. Но в момент этой развилки это кажется фигней же, Пити, правда. Ну, девочка симпатичная, сколько еще таких будет. И кто ж знал, что всю последующую жизнь, Пити, ты будешь вспоминать ее жаркие губы да Platters в машине на стоянке.

    В книге так много масс-культуры. "Повелитель мух", запрещенная книга-открытие на тот момент, с ней много перекличек, кстати, взять тех же американских парней во Вьетнаме, съехавших с катушек, и никаких взрослых вокруг. Хорошо, что Ральфы в некоторых парнях еще остались живы. И музыки много, правда, переводчик зачем-то упорно переводил названия групп и песен. Давайте послушаем группу "Двери"(Моррисон там перевернулся три раза, наверное)? Или "Детки не в порядке" группы "Отпрыск", звучит, а? Аж прям обидно за Offspring.

    Все не то, все не так, не могу ухватить нужное, все так и остается между строк у Кинга, потайным, запрятанным, личным. А личное пусть остается личным, у каждого оно свое. Главное, чтобы Кинг до него достучался. Со мной у него получилось.

    Читать полностью
  • LiLiana
    LiLiana
    Оценка:
    74

    Это, пожалуй, самое тонкое, лирическое и ностальгическое произведение, что мне довелось читать у Кинга. И посвящено оно "затонувшей Атлантиде", той, которая есть у каждого, той, где когда-то бились живые людские сердца. Да, это детство и юность. Трепетное, безвозвратно ушедшее прошлое. Первый поцелуй с девочкой, игра в бейсбол, уличная драка, несбывшиеся и сбывшиеся мечты, предательство, дружба, карты, влюбленность, бунтарские идеи, студенческие годы и столкновения с жестокостью мира, которая и ставит на путь взросления. Теперь эта Атлантида живет только в воспоминаниях, в уже далеко не молодых сердцах. В книге нет всяких сверхъестественных ужасов, хотя есть мистическо-фантастический элемент, в виде косвенной связи с циклом «Темная Башня». Ужасы тут вполне бытовые, человеческие. Например: война, издевательства сильных над слабыми и т.п.

    Роман имеет необычную композицию. Повествование ведется от лица нескольких персонажей, существующих, в разных временных пластах. Все они взаимосвязаны друг с другом, родом из детства или юношеских лет, но сам сюжет все же разветвляется и соберется в одну линию только в конце. Где-то я вычитала, что "Сердца в Атлантиде" в оригинале считается даже просто сборником. Основной и ключевой повестью является первая - "Низкие люди в желтых плащах". Именно здесь завязывается вся история, история трех неразлучных друзей, которых в будущем, судьба распределит по разным дорогам. Здесь же герои встретились с Тедом Бротигеном, как раз с ним и связан тот самый мистическо-фантастический элемент.

    Наверное, такие книги хорошо читать в позднем возрасте, подальше, от возраста Атлантиды. Когда уже пожил достаточно на свете, повидал всякого. Тут ведь история целого американского поколения, временной отрезок жизни самого Стивена Кинга. Детство, юношество, хиппи, война во Вьетнаме, антивоенные движения... Поднимаются сложные вопросы о жизни и смерти, о природе человека. Да, чем ты старше, тем глубже можно нырнуть в роман, рассмотреть с разных сторон. Послушать внутри себя музыку ушедших времен, поразмышлять о судьбе. Жизнь - неизведанный сценарий, его пишешь отчасти ты сам, отчасти обстоятельства вокруг.
    Но это я так, философствую. Хорошие книги всегда хороши. И по молодости роман отлично заходит.

    Надо отдельно выделить, что в произведении, в первой части, часто упоминается чтение книг, ведь главный герой Бобби обожал это занятие. И особенно настоятельно "рекламируется" "Повелитель мух" Голдинга. Аж, ознакомиться захотелось.
    "Мир книги стал настолько живым, что этот - настоящий - выглядел теперь поддельным и тусклым"./ "Книга должна быть как неисследованные земли. Приступай к ней без карты. Исследуй ее и составь собственную карту".
    Ну вы поняли, короче. Я за одни только эти цитаты уже люблю "Сердца"!

    Хорошие книги для того и пишутся, чтобы над ними потом размышляли.

    Вот здесь однозначно есть над чем поразмышлять. Стивен Кинг у себя в книге, про свою же собственную и написал. :)

    Куда уходят детство и юность? Они тонут в пучине времени, погребенные жизненными трудностями. Но навсегда остаются в памяти людей. У каждого своя Атлантида внутри, она не может быть одинакова абсолютно у всех. Но что-то общее, конечно же есть, возможно сама ее суть...
    Грустный, тоскливый роман, до щемящего чувства в сердце.

    Читать полностью
  • sireniti
    sireniti
    Оценка:
    61

    Так уж вышло, что со Стивеном Кингом я знакома мало. Учитывая его «плодовитость», то даже очень мало. И в основном это книги совсем не на тему ужасов, хотя писатель и признан королём этого жанра (хотя лично я бы назвала его королём психологии).
    Вот и «Сердца…» тоже оказались совсем не ужастиком. И книга попадает в любимые, потому что автору удалось коснуться самого сокровенного, потому что есть в ней что-то такое, что не отпускает.

    Книга состоит из пяти частей, и все они, так, или иначе, связаны друг с другом. Героями, сюжетом, поднятыми вопросами.
    С героями мы знакомимся в совсем юном возрасте, но они взрослеют, стают всё старше и старше. Милые кудри превращаются в лысины, стройные тела обрастают брюшками. Да, время неумолимо. И от этого роман только притягательнее, потому что здесь всё, как в жизни. И радостно, и горько, и весело порою, и печально.

    Итак, начало 60-ых. Небольшой городок Харвич. Пыльный, знойный, ничем не отличающийся от сотни похожих пригородов.
    У юного Бобби Гарфилда вдруг появляется странный друг.
    Это лето вообще запомнится Бобби надолго. Ведь это последнее лето детства. Лето, когда мечты о велосипеде и невозможность купить его- были самой большой проблемой.
    Но вместо велосипеда мама на день рождения дарит абонемент во взрослую библиотеку.
    А в их дом вселяется новый жилец, и Бобби тянет к нему всё сильнее и сильнее, несмотря на запреты матери.
    А жилец и правда странный. Мало того, что он подсовывает Бобби почти запретного Повелителя мух, так ещё и рассказывает какие-то непонятные вещи о низких людях в жёлтых плащах, о каком-то побеге, об объявлениях со странным содержанием. Даже детская игра в классики по его понятиям иногда становится предметом обмена информацией. Да и сам иногда он словно застывает, становится недоступным и пугающим, будто уходит в другое измерение.
    А тут ещё первая любовь и первый поцелуй, и постоянная, какая-то неясная тревога. И мать, которая прстоянно выбивает почву из-под ног (вот уж мамаша, так мамаша, мне её постоянно хотелось стукнуть, да чем-то потяжелее и пообъёмнее).
    Первая часть- самая милая, самая романтичная, самая светлая, пусть даже иногда этот свет закрывали тёмные пятна.

    Конец 60-ых. Кэрол, первая любовь Бобби, теперь учится в колледже. Но в этой части не она выступает на передний план.
    Повествование ведётся от Питера Рили (новый персонаж, студент). По иронии судьбы он влюбляется в Кэрол, но она уходит из университета после первого семестра, оставив Рили почти с разбитым сердцем и застывшим вопросом: «Почему?»
    Это время протестов против войны во Вьетнаме, время зарождения разных студенческих движени «против всего».
    Для Питера, помимо утраченной любви, это ещё и проблемы в учёбе. Ему нужно учиться хорошо, чтобы получать стипендию, чтобы его не выгнали из общежития. Но в том то и дело, что в общаге идёт турнир по червям (карточный вид игры), и трудно удержаться, и страшно поддаться слабости.
    Но Атлантида идёт на дно, и разбиваются сердца, пусть даже Кэрол утверждала обратное. И это не только сердца влюблённых.
    Сколько их разбросает по миру?! Сколько их разобьются навсегда?

    После Вьетнама. Вьетнам.
    Две следующие главы самые мрачные и самые страшные. Она о пареньках, ровесниках Билли, некоторые родом из того же Харвича. То же самый Салли-Джон - бывший лучший друг.
    (Старая боксёрская перчатка и всё та же Кэрол, да ещё воспоминания детства- не так уж у них мало общего с Билли, даже несмотря на давнюю размолвку.)
    Они прошли Вьетнам, прошли ужас и ад, давно вернулись из него, но их сердца и души навеки остались там. Как и сотни их погибших товарищей. Жизнь продолжается, но для них она уже не будет прежней никогда «потому что мы так оттуда и не выбрались. Так и не выбрались из зелени. Наше поколение погибло в ней.»

    Круг замыкается в 2000-ном году. Встреча Кэрол и Бобби после грустного события трогательна и печальна. Нет возврата к прошлому, даже если последний подарок друга вызывает щемящее чувство нежности и ностальгии. Мир поменялся, они поменялись, уцелевшие сердца обросли бронёй.
    «Бобби, а зачем он это сделал? И как он узнал, что мы вернемся? Сорок лет — долгий срок. Люди взрослеют. Люди взрослеют и оставляют в прошлом детей, какими были.
    — Так ли?»

    Для клуба Последний романтик ЛЛ

    Читать полностью