Глава 4 – Приятный человек желает познакомиться-2

Жизнь познаётся в сравнении. И по сравнению с жизнью в Африке дела у Киры обстояли неплохо, но были свои нюансы. Так Солнцева и вспомнила случай, который рассказал в институте профессор

Однажды один антрополог предложил детям африканского племени сыграть в игру. Он поставил рядом с деревом корзину со вкусными фруктами и сказал им: «Первый, кто добежит до дерева, получит корзину». И когда дал сигнал для старта, белый человек был удивлен тем, что дети шли все вместе, держась за руки. Так они вместе и добежали до дерева, затем просто поделили фрукты поровну. А когда антрополог спросил у детей, почему они так поступили, (ведь каждый из них мог получить всю корзину в одиночку), то дети с удивлением ответили: «Убунту»!

Термин «убyнту» в их цивилизации означает: «Я есть, потому что есть МЫ».

То есть они ответили: «Как мы можем быть счастливыми, пока остальные несчастны»?

Это племя знает секрет счастья, потерянный во всех обществах, которые считают себя цивилизованными. А её белое племя, которое в целом можно называть «цивилизацией», походу, заблудилось в поиске счастья.

И Кира с унылым видом начала писать подруге сообщение с просьбой занять денег. А чтобы не посчитали за мошенника или не подумали, что телефон взломан, подписала: «и да, я всё ещё помню, как ты припустила в пятом классе на уроке истории, потому что молодой учитель тебе так понравился, что постеснялась отпроситься».

«Сучка»! – тут же пришёл ответ от Ирки Черепановой по вполне ожидаемой кличке "Череп" и чуть позднее: «Сейчас скину, Сол. Сама там не ссы в трусы».

Пришло пополнение на карту. Кира оплатила счёт и с унылыми видом покинула заведение. Это сражение она проиграла. Настроение было испорчено. Денег не осталось, а ещё существовал кот, которого нужно кормить пока он будет отчитывать её за все провалы.

А ведь он обязательно будет, так как побед у неё пока – кот наплакал.

Разозлившись на себя, Солнцева пошла домой быстрее обычного. Но вино ударило в голову и вскоре напала сонливость. Захотелось присесть. Сражаясь с этим ощущением расслабленности, кожа стала влажной, пульс зашкаливал, а дыхания вскоре не хватало, пришлось сбавить темп, но всё равно старалась как можно быстрее попасть домой.

«Вдох – на две секунды, выдох – на четыре, дыши»! – тут же посоветовала Люба, которая очевидно не желала помирать вместе с ней.

Хозяйка молчала, прокручивая в голове лишь сцену унижения в кафе. И до того увлеклась, что напрочь потеряла ощущения самосохранения. Сначала перестала обращать внимание на дорогу, затем на всё, что происходит вокруг.

«Так недолго и под колёса попасть», – промелькнуло в голове.

И восстановив дыхание, Кира продолжила движение по улице, шагая уже плавно и размеренно. Переходя дорогу, она, однако, услышала резкий свист тормозов. Какой-то внедорожник резко развернулся через две сплошные и практически перекрыл ей движение, явно нарушая правила дорожного движения.

«Придурок», – подумала про себя Кира и продолжила путь.

Но внедорожник продолжал ехать параллельно, подстроившись под её темп.

Кира на миг обернулась. Вполне вероятно, что человек за рулем большой машины просто искал место для парковки.

«Или нет»?

Послышался сигнал, ещё один, а за ним ещё два коротких сигнала и Кира обернулась снова, остановилась.

Явно же, не отстанет!

– Девушка, ну постойте уже! – сказал мужской голос из внедорожника через опущенное окно со стороны водительского сидения.

Автомобиль остановился, и мужчина вышел из машины. Кира застыла на месте в недоумении, не зная, как реагировать. Бежать и кричать, отступая? Или идти в атаку и требовать, чтобы отвалил? Напор порой сбивает насильников с толку, но как же всё это сейчас было неуместно с перепугу.

– Не бойтесь, я не причиню вам вреда, – тут уверил мужчина, как и положено маньяку. – Просто ехал домой. Вот буквально пол часа назад прилетел с командировки с Дубая, забрал автомобиль со стоянки. А тут Вы!

– Что вам от меня нужно? – спросила строго Солнцева, глядя прямо в глаза, но держа руки поближе к сумочке на всякий случай.

Успеет ли выхватить газовый баллончик? Вопрос спорный Но не для неё.

Сама Кира знала, что – нет, не успеет. Как всегда, баллончик лежит на дне сумочки. Чтобы резко извлечь, нужно попросить паузу, затем вытряхивать содержимое на асфальт и просить потенциального насильника подсветить фарами.

«Умнее нужно быть сразу, а не потом», – тут же включила воспитательницу Люба: «Достать баллончик нужно было ещё у столика. А ты сразу пёхом пошла. В темноту, надеясь на придорожные фонари. А могла бы ещё занять и такси заказать, чтобы безопасно домой попасть. Ну не дура ли? Дура»!

– Дело в том, что я был недавно у кинезиолога, – тем временем объяснил мужчина. – И он посоветовал мне искать женщину по телу. Вы уж не подумайте ничего дурного, но ваш вид сзади заставил дать по тормозам. А перед оказался ещё прекраснее, чем зад. А мой шаман всегда говорил, что главное в женщине то, что позади неё. Это же он про зад имел ввиду, да?

– Это что, комплимент? – даже удивилась психолог, вспоминая, что она не только красивая, но и умная, а ещё дипломированный специалист и может залезть под черепушку кому угодно. Просто нужно сосредоточиться.

– Да! – рассмеялся мужчина. – В смысле, я хотел сказать, что вы «красивая». Я бы так просто не останавливался. Честное слово!

Люба разинула рот, заулыбалась во все тридцать два и как давай подталкивать к развитию диалога: «Это твой шанс, детка! Смотри! Он же на крутом внедорожнике, а не дешёвом паркетнике. И судя по заходу, не готов продать тебя за бутылку. Да такой ещё и сам нальёт! Бери»!

– Благодарю, но я спешу, – сказала Кира, разворачивая корпус тела пятой точкой к собеседнику, чтобы ещё раз полюбовался.

Так все получат своё. Этот – полюбуется. А она спокойно уйдёт, прекрасно понимая, что подворотня – не лучшее место для знакомства с прекрасными принцами. Только с бандитами и бомжами, но против первых она всё-таки достанет злосчастный баллончик, а против вторых достаточно громко крикнуть «атас, менты!» и дать по тапкам, пока пациенты поймают когнитивный диссонанс.

– Давайте я вас подвезу! – тут же включился в беседу мужчина, явно не желая её отпускать.

«Ничего хорошего из этого не выйдет», – подумала психолог и Кира, напротив, пошла в другом направлении, прекрасно понимая спустя пять шагов, что ей туда не надо.

Лишь бы отвязался. А то выследит, где живёт. И дальше уже не отвяжется. Сталкеры современности – бич для красивых девушек.

– Девушка, ну куда же вы?

«Сталкер, что ли»? – снова подумала Кира, пытаясь на ходу придумать как избавиться от непрошенного внимания. Как обычно от волнения ничего путного в голову не лезло, и реагировала на нервах как простая растерянная девушка, а не специалист, которому только дай в руки рупор. Любого грабителя банка на муки совести выведет.

Да, это после душа на ночь глядя ей бы не помешала грелка из подобного мужчины на внедорожнике в полный рост. Чтобы тоже после душа был и от него пахло апельсиновым шампунем, пока подмышки не покажет. А сейчас он ей зачем? Вот домой придёт и придумает достойный диалог, который должен был здесь прозвучать. А сейчас, как и положено – паника, хаос и анархия в мыслительном процессе!

– Нет уж, на сегодня хватит с меня знакомств. Лимит исчерпан, – пробурчала Солнцева, на ближайшие сутки разочаровавшись в сильном поле.

«Дура!» – тут же прошептала Люба: «Идиотка! Этот нормальный! Бери, что небо даёт, а не то за запрос из-под земли ответят. Сунут какого-нибудь черта из табакерки, а тебе потом с ним жить».

– Вас как зовут? – продолжал настаивать на диалоге мужчина. – Я Алексей и я не женат, если что! Даже детей нет.

– Кира! – резко повернулась она и снова пошла в другом, но уже нужном ей направлении. – И я тороплюсь. И до ваших детей мне дела нет.

– Ну, как знаете, очень жаль, – судя по голосу, расстроился мужчина, но надежда умирает последней. – Вы приятная, с такой и общих детей завести можно. Может хоть номер оставите?

Но Кира снова зашагала быстрым шагом подальше от собеседника, немного жалея о своём решении и раздумывая, а не совершает ли ошибку?

Люба ещё злилась и бормотала себе что-то под нос почти неразборчиво.

Алексей удалялся, оставшись в недоумении. Вечер стал совсем прохладным. Но все-таки Кира заметила, как согревалась от недавнего знакомства с кавалером из джипа. За комплимент – приятно. За попытку знакомства – тоже. Вот только была проблема с самими владельцами джипов. И даже имя было то же самое, что и в её прошлом.

А все проблемы как известно, тянутся за человеком из прошлого.

* * *

Первым самостоятельным клиентом Киры ещё на практике, по скромным подсказкам профессора Цыпкина, стал его благодарный должник – Алексей Борисович, депутат городской думы, конченный психопат и бандит. Тот самый тёзка и обладатель внедорожника и даже целой серии автомобилей.

Работать пришлось на его условиях. То есть ходить вокруг клиента на цыпочках и приезжать на приём к нему домой.

За последние несколько лет Алексей Борисович нажил немало врагов и светиться в городе ему было нельзя. Он послал за Кирой машину с водителем вечером. Было ещё довольно светло, но солнце уже садилось. Ехать никуда не хотелось, но и голодать тоже не хотелось. Поэтому работа – есть работа.

У дверей подъезда остановился бронированный автомобиль. Водитель встретил её, вежливо усадив на заднее сидение и накинув повязку на глаза.

– Зачем это?

– Вам не нужно знать, куда мы поедем, – обрубил водитель. – Не снимайте, пожалуйста. Иначе придётся везти вас в наручниках. Сразу скажу, что я одним глазом пялюсь на дорогу, а другим приглядываю за вами.

«Хамелеон?» – ещё хотела добавить Кира, но не решилась спорить с серьёзными дядями.

Уж больно неплохие деньги платили.

Минут сорок потребовалось, чтобы выехать за пределы города, местность которую она узнать не смогла бы и в темноте, а тем более запомнить дорогу до объекта в повязке.

Наконец, послышалось шуршание и шевеление. Водитель достал рацию и проговорил:

– Открывай ворота, подъезжаем, – а затем добавил. – Можете снимать повязку, Кира Эдуардовна.

«Неужели я так плохо выгляжу, что достойна отчества»? – уныло подумала молодой психолог, но подчинилась.

Сквозь тонированные стёкла Кира увидела огромные ворота, медленно распахивающиеся перед ней. Справа от центрального въезда был пруд, к котором плавала пара лебедей и плескалась рыба. Слева стоял большой дом квадратов на 400. На территории пахло растопленной баней и хвоей.

Кире стало одновременно жутко любопытно и не по себе. Водитель проводил её внутрь, ничего не добавляя, но и не требуя. Дом был просторный, всё в современном стиле «опенспейс». Это открытое пространство подчёркивало яхтенное оформление дизайна. Было много дорогого дерева и потрескивающий живыми дровами в центре комнаты камин.

– Проходите, – скорее повелел, чем сказал голос, звучащий где-то в пространстве первого этажа.

Кира осмотрелась, подошла к витражному окну.

– Бронированные, – добавил тот самый Алексей Борисович. – Здесь нам ничего не угрожает.

– Зачем мне эта информация? Вы пугаете меня или хвастаетесь? – спросила Солнцева с улыбкой, всё ещё пытаясь понять откуда доносится голос.

Голос рассмеялся и подозвал гостью подойти поближе к камину. Солнцева увидела мужчину в кресле под пятьдесят. Выглядел он хорошо, ухоженно, но следы усталости на лице прослеживались ясно, а по щеке проходил косой шрам, как от ножа.

Мужчина протянул ей в руки что-то твердое. Сообразила уже, когда взяла.

В руках Солнцевой оказался пистолет. Такой тяжёлый и маленький, на котором она уже успела оставить свои отпечатки пальцев.

– Что это? – тупо спросила она.

– А ты сама как думаешь?

Она промолчала, но в голове уже прокрутились десятки вариантов, где самым ходовым был тот, где оставила отпечатки как раз для возможного следствия. И если из этого пистолета кого-то убьют в ближайшее время, то ей явно не поздоровится.

– Мне бы в уборную на минутку, – наконец, сказала она.

– Первая дверь направо, – порекомендовал мужчина, совсем не собираясь держать её на коротком поводке.

Солнцева быстрым шагом отправилась в уборную, чтобы позвонить профессору и выяснить какого чёрта происходит. Нашла дверь, открыла и долго искала где включить свет, как вдруг свет включился сам. И следом зашёл Алексей Борисович, закрыв дверь за собой на замок.

Как оказалось, это далеко не уборная.

– Уп-с! Не та дверь? Сочувствую, – хмыкнул хозяин дома.

Солнцева стояла посреди гардеробной, где на полу горой было навалено оружие разного калибра от винтовок до автоматов Калашникова. Во рту от этой картины пересохло.

– Вот так я и живу, – шёпотом сказал Алексей Борисович и добавил чуть громче, и гораздо увереннее. – Но не советую вам от этом кому-то рассказывать. Так что телефон обратно в сумочку. Будьте добры.

– Вам нравится ваша жизнь? – спросила Солнцева, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, а не блеял как у овечки, пока сунула телефон в карман.

Хоть что-то привычное должно быть под рукой при таком раскладе.

– Это просто жизнь. И она может в любую минуту оборваться. Я привык, – холодно и бесчувственно, даже с каким-то железным привкусом в голосе ответил Алексей Борисович, пока Кире последовательно перехотелось звонить или отпрашиваться в туалет.

Она даже поставила себе новую цель – выбраться отсюда!

– Вы хотели меня напугать? – уточнила Солнцева, понимая, что мёртвый психолог – плохой психолог.

Она всё-таки не одноразовый курьер, которым можно пожертвовать после доставки.

– Зачем мне пугать слабых женщин? – почесал густую бровь заказчик.

– Затем, что другого оружия, видимо у вас против них нет! – повысила голос Солнцева, не планируя умирать на этих выходных. – В этом ваша проблема? Я так понимаю, Вы не женаты.

– Как поняла? – он даже пощупал пальцы с золотыми кольцами и массивной печаткой на указательном.

– Женщины в доме я не чувствую, – сказала Солнцева и когда они вернулись в холл, снова окинула взглядом пространство. – Здесь дорого, но неряшливо. Ни одна хозяйка бы так не расставила мебель. Какая-то бессмыслица! Или вы старались лишь для себя одного? Урвать всё крутое, подороже, понятно. Так вот у меня для вас новость. Весь дом похож на сплошную «мужскую берлогу», а для этого хватило бы пространства в подвале. Или в домике для гостей.

Алексей Борисович снова присел в кресло и указал на соседнее:

– Да на кой хрен мне женщина? Разве что для секса. Иногда. Хотя, признаюсь честно, на него сил и желания всё меньше и меньше.

Кира вздохнула, и грустно улыбнулась. Даже психопаты нуждаются в любви, нежности и заботе. Но Алексей Борисович явно был недоволен и скалил улыбку сквозь зубы.

– Плохо вы разбираетесь в людях, сударыня, – добавил он.

– Вы поэтому так разозлились сейчас?

– Почему «поэтому»?

– Потому что вас никто и никогда не любил «просто так»? Без этой показной «мишуры?» – нащупала слабое место Солнцева и ввиду малого опыта тут же на него надавила.

– Вздор, миллион женщин готовы быть со мной! – тут же завёлся клиент, явно недовольный тем, что так низко оценили его берлогу.

– Почему вы так думаете? Потому что у вас есть деньги и власть? – хмыкнула она. – А без денег и власти сколько из этого миллиона с вами останется?

Алексей Борисович замолчал. Но цвет его кожи на фоне всполохов камина стал будто бы серый. Он встал нехотя с дивана и как будто медведь выполз из берлоги. Высокий, крепкий, когда-то даже красивый мужчина.

Он мог убить её одним ударом. Но даже не замахнулся. Лишь налил коньяка в два бокала со стойки и один из них протянул ей. Со словами:

– Любовь? В мужском мире ей нет места.

– Вам так отец говорил? – тут же уточнила Кира, только понюхав содержимое стакана. Пахло приятно. Не походило на то, что её собираются отравить. – Или это была мать?

Он выпил стакан, сначала так ничего и не ответив. Но немного подумав, вдруг сказал:

– Мне кажется, что на сегодня хватит вопросов Скажу водителю, чтобы отвёз Вас куда скажете. А как довезёт, там и рассчитается.

– Сопротивление – это нормально, – кивнула Кира. – Захотите поговорить – вы знаете как со мной связаться.

В явно раздражённом виде Алексей Борисович молча вышел из зала и где-то за углом послышались его тяжелые шаги, поднимающиеся вверх по ступенькам. Топал как медведь.

И всё же медведь – хозяин тайги. И всё случилось ровно так, как он и сказал. Её отвезли к самому подъезду на большом чёрном внедорожнике, а открыв дверь, водитель, который так и не представился, протянул следом довольно крупные купюры.

Если переводить на минуты разговора и фактической работы, то это был самые крупные чаевые в её жизни Но если брать вместе с нервами, то ещё и недоплатили.