ESET_NOD32

Рецензии и отзывы на Пандемия: Всемирная история смертельных вирусов

Читайте в приложениях:
240 уже добавило
Оценка читателей
4.0
Написать рецензию
  • FemaleCrocodile
    FemaleCrocodile
    Оценка:
    91

    Пару дней назад я попала в жутковатую ситуацию: несколько сотен километров я была заперта в движущемся транспортном средстве, за рулём которого находился человек, агитирующий за отказ от прививок против гриппа. Взрослый, в остальном вполне вменяемый человек, с двумя весьма внушительными дипломами о высшем образовании. Аргументация у него была, мягко говоря, паническая: коррумпированные фармацевты сознательно и коварно конструируют каждый год новые штаммы, под видом благотворительности даром их нам презентуют, а потом скупают 98% рекламного пространства и времени под арбидол или как его там. Вступать в антипродуктивные споры с конспирологически настроенными гражданами - дураков нет, из приятных собеседников они имеют тенденцию мгновенно мутировать в неприятных и шумных. Так что, вжавшись в пассажирское сидение, остаток пути я посвятила размышлениям: а) не приложить ли его чем по макушке, чтоб не мучился; б) не подарить ли ему недочитанную на тот момент книжку "Пандемия", бескомпромиссно описывающую и демифологизирующую истинную природу и способы распространения вирусных инфекций, превратив тем самым аморфный страх перед убийцами в белых халатах в полноценную и обоснованную паранойю с пожизненной привилегией полоскания всех конечностей в антисептике. Оба плана были отвергнуты: первый из естестественных соображений безопасности дорожного движения - да и добрая я, на самом деле, второй - просто потому, что я ещё и жадная.

    В принципе, моего знакомого автолюбителя понять можно: наивная вера в человеческое всемогущество и упорное нежелание верить в естестественный ход событий - в среднем по больнице явление нормальное. Однако, умение не только контролировать вирусы, но и направлять их стройными рядами в нужном направлении - никому не доступный высший пилотаж, а в случае с сомнительными препаратами - еще и овчина, не стоящая выделки - сами прекрасно продадутся. На передовой войны миров перед нашим видом стоят куда более серьезные проблемы. Книга Сони Шах - научного журналиста, и на этот раз я не стану иронизировать по этому поводу - ярко их иллюстрирует. И еще: она слишком хороша, чтобы служить удобрением для панических атак на и без того благодатной почве - оставлю себе.

    Написанная вполне эмоционально, с примерами из личного опыта, но не грешащая зашкаливающим алармом, назойливой занимательностью и зачастую неуместныи юмором, столь свойственным медийному научпопу - это не столько настольная книга Мойдодыра, сколько руководство по тактике и стратегии военных действий. Серьёзное исследование, проведённое здравомыслящим человеком, основано на множестве авторитетных работ, статистических данных, полевых наблюдений и содержит весьма конкретную информацию о непрекращающемся противостоянии, накопленную многоклеточными с тех пор, как наши далёкие предки вылезли из океана, чтобы впоследствии изобрести микроскоп и в подробностях рассмотреть тех, кто реально правит планетой миллиарды лет. На нескольких выпуклых примерах - холерный вибрион, золотистый стафилококк, древнейший враг малярия, экзотический ужас Эбола, ВИЧ, птичий и свиной грипп - автор рассказывает о том, каким путем микрооганизмы адаптируются к меняющимся условиям, стремительно эволюционируют, увеличивают вирулентность, захватывают новые территории и становятся несущими смерть патогенами. И о том, насколько прямо способность вирусов рвануть за флажки коррелирует с человеческой способностью к иммунному ответу, сплочённым действиям, адекватным реакциям и желанием жить.

    Можно тешить себя мыслью, что миру, перенасыщенному информацией, оснащённому умной сантехникой, обладающему инновационными методиками лечения и сдерживания, не грозят аншлюсы со стороны незримого врага и окончательное решение человеческого вопроса останется не за ним. Но в книге имеются не самые обнадёживащие, продиктованные цайтгастом главы "Коррупция" и "Обвинения", и да, на мой взгляд, они самые неприятные. Замалчивание эпидемий, неповоротливая система здравоохранения, прогрессирующая урбанизация, пресловутое глобальное потепление, перенаселение, общее разгильдяйство, так свойственные людям бессмысленные иррациональные поступки, неверные знания, непоправимые ошибки, неконтролируемое потребление антибиотиков, ксенофобия, варварское отношение к утилизации отходов жизнедеятельности и антипрививочные истерики - все эти человеческие факторы ставят под сомнение дальнейшую успешность нашего вида в условиях неиллюзорной опасности грядущих пандемий.

    Каков же прогноз? Мы все умрём? Определённо. Но тут уместна будет доза здоровой патетики: предупреждён - по-прежнему значит вооружён. И в наших силах сделать так, чтобы это не произошло быстро, мучительно и массово. Лучше уж медленно, весело и поодиночке. (Нет, не даётся мне патетика)

    Читать полностью
  • milyaa13
    milyaa13
    Оценка:
    16

    Как думаете, на сколько велика вероятность того, что завтра на мир обрушится новая пандемия? Остановитесь и покатайте эту мысль в сознании. Вам кажется, что пандемия -- фантазии? Мир здоров, а болезни искоренимы?

    Для тех, кто считает, что пандемия маловероятна, потому что "ну мы же живем в современном мире, медицина, технологии, чистота, санитария", научная журналистка Соня Шах написала исследовательскую работу. Она рассказывает об эпидемиях, о причинах возникновения уже существующих вирусов и инфекций (холера, чума, оспа, ВИЧ, гриппы и т.д.) и о том, как всё это интегрируется в современное пространство: откуда может взяться новый штамм? Каковы причины возникновения старых? Как это всё взаимосвязано?

    В книге много исторических сведений и о самих болезнях, и о людях, которые их распространяли, и о тех, кто пытался придумать лекарство, и о странах, где всё происходило. Шах смотрит на пандемии сквозь медицину, политику, общество. Ищет связи, доказывает, лавирует между датами и огромным количеством имён и названий.

    Перед нами действительно плотный текст, построенный на достоверной информации, который доказывает реалистичность проблемы, возникающей в умах у очень немногих людей — возможно ли появление новой холеры, нового бича, в чьих лапах будет жизнь почти каждого человека, живущего на Земле?

    Книга пугающая, страшная, сама тема отталкивающая — всё это бесспорно. Однако также неоспоримо то, что "Пандемия" — это полезный труд, и не только в роли учебника по эпидемиологии, но и как лишний толчок в сторону осознания беспомощности человечества перед неизвестностью.

    Для непосвященного читателя чтение сложное, но увлекательное. Дат, названий, терминов много, как я уже говорила, в этом плане текст плотный. Я читала книгу около 10 дней, потихоньку продвигаясь вперед. Также в конце книги есть раздел с ссылками на разнообразные научные материалы по теме, занимающий около 50 страниц, что будет интересно для тех, кто мало верит во всякие там научно-журналистские исследования.

    Читать полностью
  • Gatto_pigro
    Gatto_pigro
    Оценка:
    6

    Ох, как же я ждала выхода этой книги! Заинтересовала она не только своей красивой обложкой, но еще и содержанием. Уж очень мне нравится тема эпидемиологии и особо опасных инфекций.
    И вот, получив заветную книгу, я, наконец, принялась за чтение. Поначалу, книга немного разочаровывала. Действительно, если на обложке гласила надпись « Всемирная история смертельных вирусов», то, причем здесь отсылки к современности? Но, оказалось, это ничуть не мешает, а даже дополняет, ибо история имеет привычку повторяться.
    Книга написана простым, понятным языком, с большим количеством отсылок к авторитетным источникам. Особое внимание хочется уделить тому, что автор книги, научный журналист Соня Шах затронула не только саму область медицины, как таковую, но и подняла ряд других социально-значимых тем, которые и определяют основную мораль: мы сами, своими собственными действиями приближаем нас к катастрофе. И от осознания этого становится немного страшно.
    Определенно, книгу стоит прочесть. Может быть, для людей, не имеющих дело с медициной, книга покажется немного трудной, но потратить на нее свое время будет не жалко.

    Оценка: 5/5.

    Читать полностью
  • vanackercom
    vanackercom
    Оценка:
    4

    ПАНДЕМИЯ / Соня Шах
    ________________
    О ЧЕМ: вирусы которые угрожают человечеству не исчезли. Холера, чума несут смертельную опасность до сих пор. В зоне риска мы все. Вирусы активно эволюционируют и меняются. Я совсем не думала об этом, пока в самолёте передо мной не упал в обморок пассажир. Он оказался болен холерой и счёт пошёл на минуты
    ________________
    Пандемия - эпидемия инфекции которая поражает целую страну, континент, человечество. Интригующее название, да? Когда выбор пал на эту книгу, мне казалось что я прочту историю болезней. 21 век и человечество искусно справляется со всеми, ранее неизлечимыми, вирусами. Но оказалось, что болезни - убийцы остались до сих пор. Они стали опаснее. И только если вовремя определить заболевание можно спастись. Очень актуальное и современное исследование. Много полезной и нужной информации. Это увлекательно, убийственно интересно, много любопытных фактов. Например, я не знал, что холера осталась до сих пор и не обязательно жить в районе Африки, чтобы заразиться ей . Минусы - структура не понравилась и уровень практичности ( хотелось большей). Всем, кто увлечён медициной, историей читать 4/5

    Читать полностью
  • PavelMozhejko
    PavelMozhejko
    Оценка:
    3

    НАЗВАНИЕ: «Пандемия Всемирная история смертельных вирусов»
    АВТОР: Соня Шах
    ОРИГИНАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: Pandemic: Tracking Contagions, from Cholera to Ebola and Beyond
    ISBN: 978-5-91671-771-6
    ГОД ИЗДАНИЯ: 2017
    ИЗДАТЕЛЬСТВО: «Альпина нон-фикшн»
    СЕРИЯ: ---
    КОГДА МНОЙ ПРОЧИТАНО: Ноябрь 2017
    ИСТОЧНИК: Оригинальная книга

    МОЕ МНЕНИЕ О КНИГЕ:
    Это не первая моя книга на тематику микробиологии. Первая была «Микробы хорошие и плохие. Наше здоровье и выживание в мире бактерий» Джессики Снайдер Сакс. Та книга хоть и открывала каждую главу примером жуткой смерти, все же была очень интересна и показала полномасштабность проблемы бездумного применения антибиотиков.
    Эту же книгу мне посоветовала коллега на работе, вкусу которой, особенно в нон-фикшн литературе, я доверяю.

    Немного об авторе: Соня Шах – научный журналист и автор книг «Лихорадка: Как малярия правила человечеством 500 000 лет»; «Охотники за телами: Испытания новых лекарств на самых бедных пациентах мира»; «Сырец: История нефти». Печатается в The New York Times, The Wall Street Journal, Foreign Affairs, Scientific American и других изданиях. Живет в США. Автор авторитетный и опытный, профессиональный научный журналист. Учитывая, что родители автора родились в Мумбаи, в месте весьма неблагонадежном, с точки зрения эпидемий и гигиены, можно ожидать, что некоторые моменты в книге будут написаны из личного опыта родных Сони.

    Ну что же, а теперь давайте пройдемся по главам этой книги!

    «Вступление»
    Во вступлении Соня нас подводит к тому, что мысль о том, что мы победили вирусы еще в 1970-х ошибочна. Все чаще мы слышим о новых вспышках инфекционных болезней: Эбола, птичий и свинные гриппы, атипичная пневмония, ВИЧ, вирус западного Нила и пр. Сейчас врачи снова «отступают». Есть огромная опасность новой пандемии.
    Говоря о своей работе над книгой, Соня делится мнением, что чем больше изучаешь историю возникновения пандемий, тем более невероятным кажется стечение тому содействовавших обстоятельств и тем труднее поверить в их повторение.
    Автор делает вывод, что единственный способ предугадать и предотвратить новые пандемии – это смотреть на новых потенциальных возбудителей сквозь призму истории пандемий старых, известных истории и науке. Это она и попытается сделать в этой книге. А красной нитью через всю книгу пройдет история холеры…

    «Скачок»
    В этой главе автор рассказывает, как возникли вспышки различных инфекционных заболеваний, таких как:
    - атипичная пневмония (китайские рынки дичи, 2002г.):
    «

    Перед нами ряд за рядом представали клетки с животными, которые почти никогда (или вовсе никогда) не сталкиваются между собой в естественной среде. А здесь – дышали, мочились, испражнялись и питались бок о бок.»

    - холерный вибрион (в болотистой области Сундарбан, 1817г.)

    «В 1760-х, Бенгалию, а с ней и Сундарбан, захватила Ост-Индская компания. В мангровые леса устремились английские поселенцы. Руками тысяч наемных работников они вырубали мангры, строили запруды и сажали рис. К концу XIX века человеческие поселения занимали около 90 % когда-то девственного, непроходимого – и кишащего веслоногими – Сундарбана. Наверное, еще никогда контакт между человеком и зараженными вибрионом веслоногими не был таким тесным, как на этих покоренных тропических болотах. Благодаря такому тесному контакту холерный вибрион и получил возможность «перейти» или «переключиться» на человеческий организм.»

    - лихорадка Эбола (Гвинея, 2013г.) Из-за постепенной вырубки местных лесов люди чаще стали сталкиваться с живущими там летучими мышами, переносчиками многих инфекций. Постепенно Эбола смогла передаться и человеку.
    - обезьянья оспа (из-за более тесного и частого контакта людей с переносящими ее грызунами)
    - вирус МРЗС (передающийся человеку от свиней, и ставший более частым с развитием свиноводства)
    - вирус Западного Нила (Уганда, 1937) – флавивирус перелетных птиц. Передается через укус комара. В США случаи участились в 1990-х, ввиду того, что местных видов птиц, невосприимчивых к вирусу стало меньше из-за экологии и вырубки леса, а перелетных, переносчиков вируса, стало больше.

    Патогены из животного мира в цифрах:

    «Более 60 % известных патогенов впервые появились у окружающих нас пернатых и хвостатых, в том числе домашних животных – как скота, так и комнатных питомцев. Из них основная масса – свыше 70 % – обязана происхождением диким видам.»

    Показатель пандемии или эпидемии выглядит так:

    «Чтобы вызвать волну последовательных заражений – эпидемию или пандемию в зависимости от масштабов распространения, – патоген должен передаваться непосредственно от человека к человеку. Иными словами, его базовый показатель репродукции должен быть больше единицы. Базовый показатель репродукции (сокращенно – БПР, в науке обозначается как R0) подразумевает среднее число лиц, заражаемых одним инфицированным индивидом (при отсутствии постороннего вмешательства).»

    «Миграция»
    Главными факторами миграции болезнетворных бактерий и вирусов явились развитие транспорта и коммуникаций, географические открытия, международная торговля и туризм.
    Развитие авиации позволяет за считанные часы оказаться за тысячи километров от ядра эпидемии. Так, за время инкубационного периода, заболевший может оказаться на другом континенте. Стоит добавить, что часто в грузовых отсеках рядом перевозят клетки с животными абсолютно разных регионов и видов. То же самое касается и развития мореплавания и кораблестроения. Болезнетворные микробы жили в ракообразных, которые могли облеплять корпуса кораблей и уплывать на них за многие километры.
    Без посторонней помощи холера, как правило, убивает за неделю, не дольше. В средние века за такой промежуток уйти далеко, тем более больному, было не просто. Теперь же мы можем оказаться в семидневный срок практически в любой точке мира.
    Строительство больших кораблей, особенно круизных лайнеров, позволило обеспечить патогены достаточным количеством людей для постепенного заражения и поддержания эпидемии до прихода корабля в далекий порт.
    Еще одним источником миграции является медицинский туризм, особенно в небогатые страны (например, Индию). В этих странах стоимость операций как правило ниже европейских, но при этом уровень медицины уже достаточно высок, чтобы привлекать множество туристов. При операциях обнаженный (вскрытый) организм подвергается активнейшей атаке местных вирусов. По возвращении домой в себе такой пациент может привести новый патоген.
    Климат также активно влияет на миграцию. Так, с общим потеплением на планете температура морской воды также стала выше, что позволило ракообразным и планктону, носящим в себе опасные вибрионы, заплывать в более высокие широты, и появляться у тех берегов, возле которых раньше их никто не находил (вплоть до Гренландии!).

    «Грязь»
    Эта глава полностью посвящена антисанитарии, в современном мире, древнем, в средние века и в «викторианской» Англии. Рассматривается отношение к гигиене в разных странах, культурах, веках. Рассматривается процесс влияния антисанитарии и перенаселенности на рост числа эпидемий и заболеваний, и наоборот, как эти эпидемии меняли отношение народов к гигиене.
    Тут можно прочитать о том, как антисанитария в крупных городах рождала своеобразные «биологические реакторы» для формирования новых патогенов:

    «Последнее связано с тем, как микробы обмениваются генетическим материалом. В отличие от нам подобных, передающих гены «вертикально» от родителей к потомству, бактерии способны обмениваться генами «горизонтально» при тесном соседстве. Ученые называют это горизонтальным переносом генов.»

    Уделяется и много внимания утилизации стоков и отходов. Отношения к ним и борьбе с их излишеством:

    «Если взглянуть шире, становится понятно, что проблема не в самих в отходах. Отходы становятся серьезной проблемой, только когда они начинают переполнять отведенное для их сброса пространство. Иными словами, проблема напрямую связана с размером и плотностью человеческого населения и поголовья животных. Грязь – это лишь симптом. Настоящая проблема – перенаселенность.»

    «Толпы»
    Урбанизация в помощь эпидемиям – говорит эта глава, и рассматривает с точки зрения эпидемии большие города.

    «Таким образом, как ни обличали мастера слова пороки трущоб (Чарльз Диккенс называл их «омерзительными» и «кошмарными»), скученность, способная спровоцировать распространение эпидемии на весь город, продолжала усиливаться. К 1850 году на каждой квадратной миле нью-йоркских трущоб теснилось почти 200 000 человек. Это почти в шесть раз больше, чем в современном Манхэттене или центре Токио, и в тысячу с лишним раз больше, чем в любом другом месте человеческого обитания на тот момент.»

    Именно эпидемии холеры в чрезвычайно перенаселенных мигрантами кварталах Нью-Йорка привели к возникновению первых санитарных стандартов для жилья:

    «Вспышка фотоаппарата воинствующего журналиста-разоблачителя Якоба Рииса продемонстрировала ужаснувшейся публике самые темные стороны доходного жилья. Его книга 1889 года «Как живут остальные» послужила толчком к движению за реформу доходных домов в Нью-Йорке. Один из первых ее законов – Положение о доходных домах 1901 года – требовал наличия в городских зданиях внешних окон, вентиляции, санузлов и противопожарной защиты.»

    Теснота и многолюдие дают даже не очень опасным патогенам шанс сделать свое грязное дело по полной:

    «Патогены, распространяющиеся контактным путем, обычно по природе своей не особенно опасны. Однако в столпотворении смертоносными становятся даже они.»

    Порой нам кажется, что болезни можно поделить на те, что опасны лишь для животных, и те, что опасны для человека. Часто так и есть. Однако при определенных условиях, животный вирус может стать опасном для человека, стать «зоонозом». Пример – грипп:

    «И вот тут посредниками выступают свиньи. На поверхности их клеток имеются как «человеческие» сиаловые кислоты, так и «птичьи». Это значит, что с их клетками могут связываться вирусы обоих типов. Свиньи, живущие в непосредственной близости к людям, домашней птице и дикой водоплавающей, могут оказаться тем самым таинственным недостающим звеном между птичьими вирусами и пандемиями человеческого гриппа. Вирусологи считают их идеальным «инкубатором» для новых штаммов гриппа.»

    «Коррупция»
    В этой главе рассказывается о том, как жажда наживы некоторых лиц и компаний приводила к отказу от верных решений по организации гигиены и порядка, что в свою очередь приводило к печальным последствиям.
    Как пример берется история Manhattan Company, получившей неприкосновенную лицензию на водоснабжение Нью-Йорка и построившая дешевую и не безопасную систему, а выручинные и сэкономленные на строительстве деньги потратила на создание своего банка. На 50 лет действия той системы водоснаюжения пришлось целых 2 эпидемии холеры (1832-го и 1849 года). Сегодняшнее воплощение компании, когда-то заражавшей ньюйоркцев холерой, носит название JPMorgan Chase – это крупнейший банк США и второй по величине в мире.
    В Европе и не только практиковалась практика отстоя судов в карантине, а также создание «cordons sanitaire» на прибрежных полосах. Но в XIX веке с развитием торговли и экономики такие процедуры стали мешать выгоде.

    «Но с ростом международной торговли в XIX веке карантин и санитарные кордоны стали восприниматься как неоправданные помехи коммерческой деятельности. Социальные реформаторы и апологеты свободной торговли добивались большей открытости и доступности, а не наоборот. Карантин был «непозволительным тираническим насилием над торговцем», как провозгласила в 1798 году крупная нью-йоркская газета. <…> Ряд историков именно карантинам и санитарным кордонам вменяет в заслугу окончательную победу Европы над чумой, исчезнувшей к 1850 году. Историк Пьер Шоню назвал это «одним из величайших триумфов барочной Европы.»

    Однако несовершенство медицины и плохая изученность болезней давали поводы думать о нецелесообразности карантина. Что уж говорить, когда в целом болезни считались уделом маргиналов:

    «Врачи списывали это на моральный облик: пьяниц, проституток и других маргинальных личностей они считали более подверженными болезни, чем приличных и уважаемых граждан. (Неудобные свидетельства о противоположном и здесь было несложно сбросить со счетов. Когда монреальцы писали в газеты, что холера косит и «уважаемых», скептически настроенные редакторы попросту не пускали эти письма в печать. Если же «уважаемый» гражданин умирал от холеры, медики принимались искать у него тайные пороки.»

    Безусловно большой проблемой являются антибиотики, а точнее два аспекта с ними связанных: легкодоступность во многих густонаселенных странах и использование антибиотиков не по делу (например при вирусных инфекциях), а также проблема применения неверных для данной болезни антибиотиков или применение верных, но в слабых концентрациях, что лишь закаляет бактерии, но не убивает их.

    «Как утверждают специалисты, правильно назначаемые антибиотики могли бы не одну сотню лет с успехом лечить инфекции. А вместо этого бактериальные патогены один за другим находят способы противостоять беспорядочно обрушиваемой на них лавине лекарств. Мы вступили в эпоху «неизлечимых инфекций», как ее называют некоторые эксперты. Все возрастает доля, пока небольшая, инфекций, ставших уже «технически не излечимыми», написал в 2009 году сотрудник Британской национальной лаборатории мониторинга устойчивости к антибиотикам Дэвид Ливермор.»

    Из-за того, что в поисках финансирования такие крупные организации как ВОЗ все чаще обращаются к частным капиталам, существует огромный риск следования этой организации не защите здоровья людей, а интересам хозяев частных финансов.

    «Чтобы компенсировать недостаток бюджетных средств, ВОЗ обратилась к частным финансам, начав привлекать так называемые добровольные взносы от частных благотворителей, компаний и неправительственных организаций, а также стран-спонсоров. В 1970 году эти добровольные пожертвования составляли четверть бюджета организации. К 2015 году – уже свыше трех четвертей почти четырехмиллиардного бюджета ВОЗ.
    Если бы эти добровольные пожертвования просто восполняли недостающее бюджетное финансирование, существенного влияния на функции ВОЗ они бы не оказывали. Но это не так. Бюджет (формируемый за счет ежегодных взносов от стран-участниц) никого ни к чему не обязывает. Взносы просто рассчитываются и собираются, а дальше ВОЗ решает, на что их потратить. С добровольными пожертвованиями все иначе. Добровольный взнос обеспечивает спонсору рычаг влияния на ВОЗ, позволяющий пренебречь приоритетами организации и направить деньги на более привлекательные для спонсора цели.»

    Стоит отдельно отметить, что эпидемии из-за своей специфики активно работают и на разрушение социальных связей:

    «В отличие от военных угроз или стихийных бедствий, вызывающие пандемию патогены не сплачивают людей против единого врага и не способствуют выстраиванию совместной обороны. Наоборот, вызванные переживания скорее заставляют людей проникаться недоверием и подозрением друг к другу, разрушая социальные связи почти так же агрессивно, как разрушают организм.»

    «Обвинения»
    Конечно, с возникновением эпидемии начинается и поиск причин ее возникновения, а также и виновных. Пример: миротворцы ООН в Гаити, принесшие в страну холеру.

    «Недовольство в обществе, вызванное эпидемией, нельзя назвать неопределенным или аморфным. Как это было на Гаити, ненависть часто со снайперской точностью бывает нацелена на вполне конкретные группы людей, оказывающихся в этой ситуации козлами отпущения или «стрелочниками», – именно на них, а не на кого-то, действительно виновного, или что-то, действительно являющееся причиной, возлагается ответственность.»
    «Противодействие медицинскому вмешательству происходят и при других видах социального кризиса, не только в ходе эпидемий. Аналогичные волны агрессивного неприятия и яростного отпора вызывают и прививочные кампании. Повод другой, но итог такой же: меры по сдерживанию патогенов саботируются, давая тем самым эпидемии возможность развернуться.»

    Фармацевтика, выгода и прививки:

    «Другой распространенный довод против вакцинирования: якобы фармацевтические компании продвигают прививки, чтобы заработать побольше. Это тоже не соответствует фактам. Влияние фармкорпораций на пропаганду прививок относительно невелико. На самом деле фармацевтические компании сочли вакцины настолько нерентабельными, что в 1990-х и 2000-х вовсе отказались от их производства. В результате с 1998 по 2005 год наблюдался хронический дефицит девяти вакцин, требующихся для плановых детских прививок.»

    «Лекарство»
    Безусловно, развитие науки, накопленные знания, обмен ими, и рациональный и последовательный научный подход к изучению болезней позволяют довольно оперативно находить нужное лекарство. Но и в этом вопросе есть ряд проблем.

    «Сейчас разрыв между появлением новых патогенов и выяснением механизма их распространения не растягивается на десятилетия. <…> Тем не менее рассчитывать, что современная медицина непременно спасет нас от угрозы новых патогенов, мы не можем. Во-первых, даже если ученые разработают средство от болезни, не факт, что удастся произвести его в нужном объеме и достаточно быстро. Разработка лекарств – процесс долгий и упирается в экономические интересы фармацевтической промышленности, ориентированной на прибыль. Если спрос на новое лекарство предполагается небольшой, не важно, насколько велика потребность в нем у общественного здравоохранения и насколько обоснована наукой его эффективность, оно все равно вряд ли выйдет на рынок.»

    Как говорилось выше, грязь, бедность, антисанитария – отличная среда для развития болезнетворных патогенов и возникновения эпидемий. Все это конечно легко можно встретить в бедных странах третьего мира, что рождает проблему доступа к лекарствам, увы, экономическую…

    «Каждый год малярией заболевают сотни миллионов, но, поскольку большинство ее жертв не могут позволить себе потратить на лечение больше доллара в год, рынок лекарств от малярии исчезающе мал.»

    В современном мире, с развитым транспортом и активным вмешательством в природу, опасный вирус или бактерия могут возникнуть на стыке стихий и видов, климатических районов и областей знаний. И проблема взаимодействия и обмена данными до сих пор полностью не решена.

    «Большинство новоявленных патогенов не желает удерживаться в границах относящихся к ним областей знания. Животные патогены, изучаемые ветеринарами, переходят к людям, которыми занимаются терапевты. А поскольку эти две области науки почти не пересекаются, межвидовой перенос грозит остаться незамеченным.»

    Не редка и проблема ошибки в выборе борьбы с эпидемией или неполноценностью этого метода:

    «Когда в Нью-Йорке разбушевался вирус Западного Нила, стратегия сдерживания строилась преимущественно на борьбе с биомедицинскими причинами болезни – насекомыми-переносчиками. Другие факторы не биомедицинского характера, например, исчезновение некоторых видов птиц, упускались из вида.»

    «Месть моря»
    В главе рассказывается о процессе формирования новых подтипов старых инфекционных заболевания, как-то холера вида Эль-Тор.
    Автор приходит к выводу, что сейчас мы на пороге новой смены парадигмы о здоровье человека. На смену «гиппократовской» (здоровье, это отлаженная совокупность внутренних и внешних процессов и факторов) парадигме, и сменившей ее «микробиологической» (рассматривавшей болезни на микроскопическом уровне: нарушение работы клеток, вирусы, бактерии, нарушение обмена веществ), грядет новая, «планетарная» парадигма, рассматривающая развитие и миграцию болезней в планетарном масштабе, в зависимости от многих факторов: социологических, культурных, климатических, географических и т.д.

    «Логика пандемии»

    «Болезнь – неотъемлемая составляющая взаимоотношений между микробами и носителями.»

    Далее Соня Шах рассматривает новые теории о том, что «нелогичные» казалось бы механизмы размножения и старения вызваны нашими давними встречами с патогенами:

    «С точки зрения теории эгоистичного гена половое размножение и смерть как раз и удивительны – ведь ни половую связь, ни смерть, учитывая возможные альтернативы, эффективным средством распространения генов не назовешь.»
    «Особи, размножающиеся клонированием, создают точную копию организма, который перед патогеном уже спасовал, а значит, оставляют потомству самые ничтожные шансы умерить аппетиты патогена. Гораздо выгоднее в таком случае, производить генетически отличное от вас потомство, даже если половиной собственных генов для этого придется пожертвовать.»

    Конечно же, знание о своей недолговечности формирует и взгляд на жизнь, и культуру человеческого общество, наши взаимоотношения друг с другом.

    «Неотвратимость увядания и смерти – один из ключевых элементов нашего мировоззрения.»

    Однако, если механизм старения был когда-то запущен патогенами, быть может его можно остановить?

    «Ученые установили, что одряхление – вовсе не заведомая неизбежность, оно контролируется определенными генами – так называемыми генами смерти, или «самоубийственными». Их функция заключается в том, чтобы постепенно отключать процессы самовосстановления, поддерживающие организм в рабочем состоянии. Если эти гены «отключить» в ходе эксперимента, смерть откладывается – подопытные червяки и мухи продолжают жить.»

    Но бессмертие несет в себе новые угрозы для человечества:

    «Бессмертный вид очень быстро разрастается до исчерпания необходимых ему ресурсов окружающей среды. И тогда он становится уязвимым для таких бедствий, как голод и пандемии, которые могут уничтожить его одним махом, убив всех представителей разом.»

    Так что мы всю нашу историю плотно связаны взаимодействием с различными патогенами:

    «Отношения между патогенами и их жертвами не стремятся к урегулированию. Эпидемии – это не исторические аномалии, а естественная особенность жизни в окружении микробов.»

    Более того, именно эпидемии могут лежать у истоков эволиционирования обезьяны в более разумные виды:

    «Должен был родиться новый вид. И действительно, судя по ископаемым останкам, первый прямоходящий вид гоминид, Homo erectus , ответвился от своих предков, обезьяноподобных австралопитеков, примерно в то время, когда была утрачена Neu5Gc. Если профессор Варки прав, обезьяну в человека превратила пандемия.»

    О влиянии патогенов на отношения между народами можно сказать следующее:

    «Дифференциация культур по патогенному признаку предопределяла и исход вражды между этими культурами. Одной группе удавалось одержать верх над другой за счет «иммунологического преимущества», как его называет Макнилл. Эта группа попросту подвергала противника воздействию патогенов, к которым успела адаптироваться, а противник иммунитета к ним еще не выработал.»

    «Прогнозирование»
    Стоит отметить, что живой мир сложен и многообразен, и каждый организм, будь то даже болезнетворный микроб, имеет свою роль, наделенную и положительными и отрицательными сторонами:

    «Вредоносность даже такого обладающего пандемическим потенциалом патогена, как холерный вибрион, целиком зависит от условий. В человеческом организме это патоген; а в какой-нибудь теплой дельте – полноценный участник гармоничной экосистемы. И своим превращением из безобидного микроба в вирулентный патоген он во многом обязан нашей деятельности. Мы сами превратили его во врага. <…> Нам нужны осмысленные целенаправленные действия, учитывающие и серьезную угрозу, которую представляют собой патогены, и нашу собственную роль в формировании этой угрозы.»

    Изучая историю возникновения пандемий, можно проследить общие предпосылки к их появлению, а соответственно определить опасные места в настоящем времени:

    «Вероятность появления новых возбудителей пандемии распределена по планете неравномерно. Есть определенные «горячие точки», представляющие наибольшую зону риска, – местности, где человек стремительными темпами и новыми путями вторгается в дикую природу, где громоздятся переполненные трущобы, ширятся агропромышленные комплексы и разрастается сеть воздушных путей. Активно наблюдая за этими «горячими точками» и их населением-«индикатором», своего рода группой риска, можно отслеживать наиболее вероятные инкубаторы новых пандемических патогенов.»

    С развитием информационных технологий и глобализации мировых процессов появилась возможность активного взаимодействия врачей и санитарных служб, для диагностики, мониторинга и прогнозирования вспышек болезней.

    «Из разрозненных проектов, объединенных с усиленным надзором на основе традиционных методов, образуется что-то вроде глобальной иммунной системы общества. Благодаря ей пандемичные патогены можно будет отлавливать, не дожидаясь, пока они проберутся на международные рейсы и будут подхвачены потоками пассажиров, перемещающихся по земному шару.»

    В конце своей книги автор приходит к выводу, что все же патоген, который так значительно влияет на жизнь человека, как правило долгое время остается невидимкой и готовыми надо быть ко всему.

    «С Гаити, как и с других выездов «в поле», я вернулась, пораженная преобразующим воздействием патогенов на человеческое общество. Их разрушительная сила грозит всем нам, но лишь немногие ощутили ее на себе. И хотя следующая пандемия уже зреет, ее потенциальный возбудитель пока остается инкогнито. Им может оказаться дитя джунглей вроде Эболы. Или морской житель вроде холеры. Или что-то совсем другое. Поэтому нам придется смириться с неизвестностью.»

    Прочитав эту книгу можно сделать следующий вывод.
    Опасность пандемии актуальна до сих пор. Она так же реальна, как угроза ядерного конфликта, столкновения с астероидом и тектонических сдвигов. Многие из нас имеют снобистскую иллюзию, что все те вспыхивающие «где-то там» эпидемии характерны лишь для далеких стран, как правило не очень богатых и перенаселенных. Но именно это и дает новым патогенам шанс заявить о себе, а учитывая развитую систему авиасообщений, и переместиться в считанные часы в противоположную точку Земли, заразив миллионы. Человечество накопило много знаний, и скорее всего остановит новую эпидемию, но окажетесь ли вы среди выживших? Акцентируя внимание на целом ряде проблем современного нам мира, Соня Шах прямо и откровенно говорит нам: «Помните, КАЖДЫЙ ИЗ НАС потенциальный носитель нового патогена!» Готовы ли вы что-нибудь делать, чтобы это изменить?

    МОЕ МНЕНИЕ ОБ ИЗДАНИИ:
    Достойное издание научно-популярной книги. Устрашающе траурно-черная обложка с гравюрой «чумного доктора» сразу же говорит нам, что все серьезно, шуток не будет, да и вообще memento mori!
    Формат стандартный (145x215 мм), твердый переплет, без суперобложки, 358 страниц.
    Достоинства издания: качественный твердый переплет; отличное качество печати; белая бумага; верхний колонтитул с указанием читаемой главы; каждая глава начинается с новой страницы; наличие глоссария, предметно-именного указателя, огромного количества примечаний с ссылками на источники и информации об авторе (включая фото); запоминающаяся обложка.
    Недостатки издания: абсолютное отсутствие иллюстраций (а они тут были бы очень уместны). Т.к. большинство примечаний представлены ввиде ссылки на источник, редкие примечания- пояснения и комментарии я бы вынес в отдельные сноски, а лучше и вовсе внизу страницы, потому что комментарии ценны, а вот ссылки на источники более вторичны для рядового читателя этой книги. А каждый раз после выноски (которых очень много) лезть в конец книги не очень удобно.

    ПОТЕРЯЛ БЫ Я ЧТО-НИБУДЬ, ЕСЛИ БЫ ЕЕ НЕ ЧИТАЛ:
    Да. Несмотря на то, что книга ретроспективна, она затрагивает и современность, точнее подводит нас к некоторым выводам, относительно ее. Выводы неутешительны, но видеть проблему – это уже наполовину решить ее. После прочтения этой книги, ваш мир наверняка дополнится еще одной явной угрозой. Но разложив «по полочкам» проблему в этой книге, Соня Шах внушает надежду, что мы сможем справится, если будем благоразумны.

    КОМУ ПОРЕКОМЕНДОВАЛ БЫ:
    Любителям актуального науч-попа, тем, кого интересует история медицины, биология. Интересующимся историей развития городов книга также будет весьма интересна (канализация, санитария). Тем, кто хочет посмотреть на глобализацию через призму медицины и здравоохранения.

    ТЕГИ: Науч-поп, медицина, микробиология, вирусология, история медицины, научная журналистика; урбанистика; история; глобализация.

    ВИДЕО В ТЕМУ: Ну а чтобы у Вас сложилось впечатление о Соне Шах и о материале этой книги, давайте прослушаем ее лекцию на канале TED: «Три причины, по которым мы всё ещё не победили малярию».

    15:19
    Читать полностью