Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Цитаты из Взвод, приготовиться к атаке!.. Лейтенанты Великой Отечественной. 1941–1945

Читайте в приложениях:
143 уже добавили
Оценка читателей
4.13
  • По популярности
  • По новизне
  • не свое, растаскивали склады. А перед нами, оборванными в боях, страдающими от холода, братья-югославы тут же выставили посты, чтобы мы не растащили «их» добро. Вот такую правду я увидел в 1944 году в Петровграде. Быть может, мое восприятие действительности было усугублено моим состоянием. В какой-то мере – да. Но не больше.
    Не знаю, как воевали титовские партизаны. Возможно, так же храбро, как и мы. Но не мог не видеть, что города и деревни на нашем пути были все целые и невредимые. Ни разрушений, ни пожарищ. Да и нам постоянно шли команды: тяжелого вооружения не применять, трассирующими по окнам домов не стрелять… У себя на родине лупили по всем объектам, по всем целям, откуда стрелял противник. Всего не жалели. А ведь каждый сожженный дом – это горькая судьба целой семьи.
    Да, между оккупацией, которую пережили в России, в Белоруссии и на Украине русские, белорусы и украинцы, и оккупацией Югославии разница была существенная. Примерно такая же, как между ситным белым караваем и лепешкой из мерзлой карт
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • не свое, растаскивали склады. А перед нами, оборванными в боях, страдающими от холода, братья-югославы тут же выставили посты, чтобы мы не растащили «их» добро. Вот такую правду я увидел в 1944 году в Петровграде. Быть может, мое восприятие действительности было усугублено моим состоянием. В какой-то мере
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • так же храбро, как и мы. Но не мог не видеть, что города и деревни на нашем пути были все целые и невредимые. Ни разрушений, ни пожарищ. Да и нам постоянно шли команды: тяжелого вооружения не применят
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • ье в деревнях и селах, в городах и поселках сожжено, разбито авиацией и артиллерией. И живут там люди в подвалах и блиндажах. В банях и хлевах, где уцелели хотя бы какие-то постройки. Едят один картофель, если он еще остался после грабежей.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • оумением. Невозможно было и представить, чтобы в оккупированном Минске, Харькове или Смоленске немцы позволили бы учиться в вузах местной молодежи. Наши студенты были на фронте, в партизанских отрядах или оказались насильственно угнанными на работы в Германию. Имущество учебных заведений, учебные пособия, лаборатории, библиотеки оказались разграбленными или уничтоженными. А многие профессора погибли в дивизиях народного ополчения еще в первый год войны
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • заговорила об университете и посмотрела на молоденькую племянницу, мы не сразу ее поняли, но потом, поняв наконец, переглянулись с
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • А здесь, в селах и городах, которые мы освобождаем, неся потери, люди живут хорошо. В кирпичных домах. Спят на кроватях с чистым бельем, под теплыми одеялами с пододеяльниками. Едят белый свежий хлеб, сало, мясо. Пьют вино. Употребляют много винограда и разных фруктов, полезных для организма. Всего у них хватает.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Его отвели в окоп, который опустел после гибели тех двоих, которые побежали, и закололи там штыком. А что мы могли сделать? Как я мог поступить иначе? Сохранить ему жизнь ценой жизни сво
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Как потом выяснилось, командир полка, застав политработника, этого самого лакированного старшего лейтенанта, за каким-то занятием, весьма далеким от военного, отчитал его как следует и послал на передовую возглавить атаку с целью хотя бы локального выхода на новый рубеж и доложить об исполнении. Комсорг повернул приказ комполка так, как ему было выгоднее. В атаку он идти и не собирался.
    Новым рубежом оказались два ветряка. Комсорг конечно же рассудил так: захватить ветряки и доложить – эффектно. Любили наши командиры штурмовать высотки и высоты, а потом докладывать об их захвате. Мой взвод, к несчастью, ближе других находился к этим ветрякам. Значит, нам и выполнять задачу локального выхода на новый рубеж… Сидишь вот так, впереди, под пулями, в окопе, и не знаешь, что там, в тылу, плетется интрига, что кто-то, проштрафившись или на бабьем фронте, или на трофейно-вещевом, или продуктовом, тебя же и назначит козлом отпущения.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • И в окружение больше не попадал. Бог миловал. В окружении ведь что хуже всего. Что губит. Неразбериха. Паника. Народу вроде и много, и оружие есть. А все мечутся, у всех глаза навыкат, и толку нет. Немец цепью подойдет и начинает всех полосовать. И бежит батальон или весь полк. А немцев, может, взвод всего подошел. Но с пулеметами, с минометами. С усилением. С предварительной разведкой. С налаженной связью.
    В мои цитаты Удалить из цитат
Другие книги серии «На линии фронта. Правда о войне»