Tiean
Оценил книгу

Две тысячи лет люди ожидают пришествия Мессии — Искупителя. И вот он пришел. Не важно, что не к нам, а в некий придуманный автором альтернативный мир. Мир этот не так уж отличен от нашего. В нем те же люди, те же народы, те же проблемы. Правда, Сын Божий был убит вместе с детьми человеческими в страшную ночь избиения младенцев, а Пасынок Божий Мессией стать не захотел или не сумел, предпочтя путь земного Владетеля. Зато Чудо миру дал, осязаемое, доступное каждому, кому механизм свершения известен. Весьма функциональное чудо, позволяющее богатства сохранять и путешествовать налегке. У нас такого нет. Но есть та же потребность понять суть и смысл библейских истин — значение таинства искупления, соотношение добра и зла, смысл жизни и суть смерти. Мы тоже ищем Небо, каждый на свой лад.

Мессия пришел. И что же? Он добр, он жаждет справедливости, он знаком с идеями нойона Кропоткина о свободе, равенстве и братстве и владеет инструментом, позволяющим сделать материальные блага мира равно доступными для всех. Поможет ли это сделать мир лучше, а живущих в нем людей счастливее? Мальчик Маркус, который считает себя Мессией, полагает, что да. Но избирает тот же путь, что и предыдущий Искупитель — путь земного владыки. А осчастливить людей намеревается дарением им материальных благ, накопленных в мире. Следующие за юношей сподвижники числом двенадцать верят в его мессианство в разной степени. Кто-то слепо, не рассуждая, как Луиза, кто-то с надеждой от безысходности, как Иенс, кто-то просто по солдатски следуя за командиром, как Луи, а кто-то с сомнениями великими, как Жерар, Жан, Антуан, Ильмар.

Чем обширнее знания сподвижника, тем глубже сомнения его. В мальчике-мессии умудренные жизнью сподвижники не видят зла, но сомневаются в исполнимости его планов, в его способности улучшить мир и жизнь людей. Опять же религиозные тексты сомнения подпитывают. В мир может прийти не только Искупитель, но и Искуситель. Как различить их, как не ошибиться в выборе — кого поддержать, а кого остановить? Мудрость божественная — не математика. Нет формулы, позволяющей Искусителя от Искупителя отличить. Различие лишь со временем проявляется, когда все уже свершилось. А выбор делать надо сейчас. И только один сподвижник решается на этот выбор — тот, который отступился. В тексте настойчиво проводится параллель с двенадцатью апостолами и Иудой, но Ильмар с Иудой не ассоциируется. Он не выдает Маркуса врагам, он просто уходит из числа его сподвижников, намереваясь следовать своим путем.

Следуя за мальчиком-мессией, Ильмар постепенно понял нечто важное. Автор не выдает выводы Ильмара открытым текстом, оставляя читателю возможность самостоятельно поразмышлять. Книга усыпана философскими и этическими рассуждениями. Об этом говорят и размышляют почти все персонажи книги, каждый с учетом своих знаний и жизненного опыта. А незадолго до финала звучит потрясающий монолог поэта-летуна Антуана о радости и счастье, который объединяет вокруг себя все ранее прозвучавшие мысли и смысли.

"— Всю жизнь я мечтал летать, — ответил Антуан. — Это мое счастье, но не радость. Радость — глоток воды в жаркий день, уютное кресло вечером после тяжелой работы, долгая беседа, когда ты истосковался по умному собеседнику. Счастье — совсем другое. Путешественник счастлив, поднявшись на высокую гору. Но он не радуется, он знает, что ему предстоит долгий и тяжкий обратный путь. Радость — это итог. Счастье — это путь. <...> Когда ты голоден и тебе нужно поле, ты выжигаешь лес. Становишься огнем — и вековые деревья вмиг превращаются в золу. Но наступает день, когда ты понимаешь — тебе нужны деревья. Строить дом, топить очаг, укрываться от зноя. И ты сажаешь лес. День за днем, год за годом. Зная, что при твоей жизни лес не поднимется. У тебя есть цель, но ты ее никогда не достигнешь. Ты можешь думать лишь о тех, кто придет за тобой. Становишься одним целым со всем миром, с прошлым и будущим. Ты отказываешься от радости ради счастья. Ильмар, ты замечал, как часто мы путаем радость и счастье? Говорим об одном, а хотим совсем другого. <...> Садовник в своем саду, живописец у полотна, моряк у штурвала — это вовсе не радость! И человек мечется, не понимая, где же грезившаяся ему радость. Боясь понять, что счастье не равноценно радости. Что нельзя их путать, как нельзя путать Слово, владеющее мертвым, и слово, что говорят живым!"

Пока владыки земные гонялись за Словом, владеющим мертвым, мудрый Антуан произнес слово, что говорят живым. Он все понял про искушение и искупление, но убоялся взглянуть правде в глаза и не стал вторым отступником. Вопрос не в том, является ли Маркус Искупителем, Искусителем или обычным подростком, завладевшим древней тайной. Вопрос в том, возможно ли в принципе Искупление — можно ли дать людям радость без счастья и нужно ли лишать их счастья без радости...

Замечательный роман. Из тех, которые надолго запоминаются заключенным в нем смыслом, идеями, атмосферой.