Книга или автор
Дистанция спасения

Купить книгу “Дистанция спасения“

Стандарт
Купить книгу “Дистанция спасения“
3,9
77 читателей оценили
82 печ. страниц
2018 год
16+
Оцените книгу

О книге

Героиня книги снимает дом в сельской местности, чтобы провести там отпуск вместе с маленькой дочкой. Однако вокруг них сразу же начинают происходить странные и загадочные события. Предполагаемая идиллия оборачивается кошмаром. В этой истории много невероятного, непостижимого и недосказанного, как...

Покупайте книгу «Дистанция спасения» автора Саманты Швеблин по доступной цене на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Книгу «Дистанция спасения», а также сотни тысяч других можно купить и скачать в форматах fb2, txt, epub, pdf или читать онлайн в удобном приложении для iOS или Android.

Подробная информация

Дата написания: 2014

Год издания: 2018

ISBN (EAN): 9785171061616

Дата поступления: 14 августа 2018

Объем: 148.5 тыс. знаков

Купить книгу

  1. bastanall
    bastanall
    Оценил книгу

    Дистанция спасения — это расстояние между матерью и ребёнком, которое означает, что она успеет прийти ему на помощь в случае беды. Это расстояние, на которое мать может удалиться от ребёнка, не беспокоясь о его безопасности. Но что, если инстинкт, определяющий дистанцию, даст сбой, и даже на расстоянии 10 сантиметров у матери не получится заметить опасность? Тогда случится нечто ужасное.
    Роман Саманты Швеблин рассказывает историю о такой вот связующей нити мамы с дочкой и о моменте, когда эта нить обрывается. История мрачноватая, со своими тараканамичервями, навевающими самые тёмные впечатления, с необъяснимым ужасом и полной, физически ощутимой безнадёжностью.

    Аманда с маленькой дочкой Ниной приезжают в провинцию отдохнуть. Там они знакомятся с Кларой и её сыном Давидом. В местности, где они живут, происходит что-то странное. С Давидом за шесть лет до этого случилось несчастье, и теперь собственная мать его боится. Её рассказы вселяют в Аманду страх, хотя та пытается найти происходящему логичное объяснение. Но отчасти именно из-за этого страха беда случается уже с Амандой и Ниной. Наверное, можно сказать, что вина лежит на матери, раз она не уследила за собственным ребёнком, однако это не кажется правильным. Во-первых, Аманда и Нина выдуманы, во-вторых, невозможно отгородиться от всех опасностей мира, беда может случиться с каждым — где угодно и когда угодно.
    Но это не значит, что можно быть беспечными. Поэтому, на всякий случай, я бы посоветовала закрыть этот роман от греха подальше, если у вас есть дети. У меня их нет, но если я уже сейчас так напугана, то что бы со мной стало, если бы они были? Страшно представить.

    Последний раз я испытывала подобный ужас, когда читала сборник рассказов другого латиноамериканского мастера — Лижии Фагундес Теллес. Разница лишь в том, что её тексты относятся к 1960-м годам и пропитаны страхом иррациональным, тогда как роман Швеблин написан в 2014 году и описывает теми же словами и красками ужас вполне реальный. Но и там, и там не даётся окончательного объяснения, в чём таилась опасность. А необъяснимость — это уже характерная черта магического реализма.
    Впрочем, разница есть и в композиции. У «Дистанции спасения» очень интересная структура. Автор создала поверх основного нарратива как бы надреальность, дополнительный сеттинг. Для этого она использовала простой приём — диалог женщины с мальчиком. Давид задаёт вопросы, Аманда подробно рассказывает о случившемся, иногда тоже задаёт вопросы, а мальчик или игнорирует их, или обстоятельно отвечает. Случившееся составляет костяк основного повествования и является единственным, в чём читатель может быть уверен. Но что же случилось?

    Если очень хочется узнать, можно посмотреть под катом, но не советую.Впрочем, внушаемая читателю уверенность — ложна, потому что нарратив можно интерпретировать по-разному, в зависимости от восприятия диалога, а сам диалог, сама надреальность — неоднозначна. Существует не один, а несколько принципиально разных взглядов на случившееся.
    1. Давид считает, что ничего сверхъестественного не произошло: Аманда с дочкой просто отравились. Но его уверенность зиждется на том, что с ним самим случилось нечто похожее — и он научился видеть смерть. Он пришёл в сон к умирающей Аманде, чтобы всё ей объяснить и проводить в последний путь.
    2. Клара, мать Давида, уверена, что в лежащем на их местности проклятии виноват Давид: он по своему желанию притягивает смерть, и вокруг него постоянно случаются страшные необъяснимые вещи. После перенесённой болезни (сходной симптомами с болезнью Аманды и Нины) её сын изменился, потому что местная ведунья переселила душу мальчика в чужое тело — а в его тело, соответственно, вселился кто-то чужой. И вот этот-то чужой пугает Клару до ужаса.
    3. Клара делится своим иррациональным страхом с Амандой, та пугается, но продолжает цепляться за реальное, рациональное, поэтому диалог Аманды с Давидом можно воспринимать как попытку угасающего сознания, отвергнув мистическое, найти простое и понятное объяснение. Беда может случиться с кем угодно и где угодно. А последняя сцена, которую Аманда видит как бы в перспективе, через месяц после своей смерти, — это галлюцинация, вызванная страхом, что всё рассказанное Кларой — правда. Однако то, что умирающее сознание бредит, не значит, что на самом деле случилось что-то нормальное и легко объяснимое.
    В итоге надреальность двусмысленна, так как диалог мог быть, а мог и не быть, — автор не подтверждает ни одну из версий. Если диалог был, и Давид сказал правду — это одна история, если диалог был, но Давид соврал — это придаёт роману совершенно иной смысл. Если диалога не было, то это третья история — со своими бедами, страхами и неопределённостью.
    Читатель видит картину в целом и сам решает, чему верить. Например, мы можем решить, что отчасти правы все: земля действительно отравлена, души действительно переселяются, беда действительно может случиться с кем угодно, а у рационально объяснимого несчастья могут быть иррациональные причины. Или мы можем подумать, что Аманда просто испытывает дикий смертельный ужас — она не готова умереть и расстаться с дочерью, поэтому перед смертью ей мерещится всё самое страшное, что она способна вообразить.свернуть

    Так же, как от мастерского описания событий учащается пульс и по коже бегут мурашки, интерпретация событий доставляет чисто интеллектуальное наслаждение. У Швеблин богатая фантазия, поэтому писательница заигрывает с ужасом, который знаком каждой матери, — ужасом, что с её ребёнком может что-то случиться. Опасности, описываемые автором, — необъяснимы и неизбежны, а это способно напугать любого человека, уверенного в своём здравомыслии.
    Диалог призраков, черви в теле, зелёный дом (отсылка к Теллес?), смерть земли и животных, дистанция спасения, массовый исход людей, фраза «это не важно» — из художественных образов, использованных в романе, самым впечатляющим является, конечно, дистанция спасения. Не из-за того, что на нём основан сюжет. Героиня так образно описывает свои мысли, когда прикидывает дистанцию спасения дочери, что невольно возникает ассоциация с пуповиной. Что есть пуповина как не символ нерушимой связи между матерью и ребёнком? И что может быть ужаснее, чем преждевременный разрыв этой связи? Это может поразить каждого — пусть не все из читателей матери, но каждый когда-то был ребёнком. Такого опыта никому не пожелаешь, так что хорошо бы он был и оставался только на страницах книги.

  2. DelanocheConcurring
    DelanocheConcurring
    Оценил книгу

    Поначиталась довольно противоречивых отзывов на книгу и даже не знала, что от нее ждать, но само описание заинтересовывало. Прочитала за вечер, объем маленький, а сплошной текст повествования и отсутствие разбивки на главы не дал оторваться от нее. Да и интересный и довольно жуткий сюжет также способствовали быстрому прочтению)
    Книга жуткая! Автор мастерски нагнетает атмосферу надвигающейся беды. Это буквально ощущается! И это здорово! В этой книге для меня была ценна именно гнетущая атмосфера, а не сюжет, хотя он тоже неплох.
    Это история об ужасах материнства, о постоянном страхе за своего ребенка, о постоянной боязни что что-то обязательно случится и ... это случается. Вся история представляет собой некий диалог умирающей женщины с душой мальчика Давида, заключенной с чужом теле. Разговор, честно говоря, крайне странный и пугающий, и очень похож на бредовые галлюцинации. События постоянно прыгают то в один промежуток времени, то в другой. Это было несколько безумно, но крайне интригующе.
    И мне понравилась эта нотка (ну ладно не нотка - нотище!) безумия во вроде бы реалистичной истории, перемешанной с магическим реализмом, хорошо так перемешанной. В общем, книга определенно произвела на меня впечатление! Это было необычно!
    Правда несколько расстроил финал истории своей недосказанностью. И вроде примерно понятно, что произошло (хотя тут наверное каждый увидел финал по своему) но все равно присутствует невольное разочарование. Мне бы хотелось, чтобы автор не оставляла концовку на усмотрение читателя, а предложила именно свой вариант окончания этой страшной истории и поставила четкие точки над i. Но это мое мнение, я в принципе не особо люблю открытые финалы, многим же они наоборот нравятся.
    Определенно не стоит читать эту книгу мнительным мамам, которые очень сильно переживают за своих детей, хотя может быть как раз и нужно было бы, но это может вместо того чтобы показать бессмысленность гиперопеки и чрезмерного контроля за детьми, которые зачастую мешают жить не только детям, но и самим мамам, вызвать наоборот еще больше страхов и фобий. В общем, палка о двух концах.

  3. majj-s
    majj-s
    Оценил книгу

    В числе любимых авторов аргентинская писательница с немецкими корнями Саманта Швеблин называет Кафку. Если искать источников "Дистанции спасения" у венского страдальца.то это не кристальное "Превращение" и не сложный обаятельный "Замок", но мутное и намеренно максимально остраненное "Описание одной борьбы"

    По сути, в своей повести она делает вот что:
    1. берет животный ужас каждого родителя перед физической потерей ребенка ;
    2. добавляет страх на любом из этапов сделать что-то не так, оттолкнув от себя сына или дочь "отравление" в терминах книги, после чего с тобой останется лишь физическая оболочка. а душа будет безвозвратно потеряна - хоть в кровь разбейся о барьер между собой и подменышем, заместившим любимое дитя;
    3. полирует опасением оказаться беспомощным, утратить возможность влиять на ситуацию, любым способом исправить ее, - в реалиях книги рот паралича или кататонического ступора, в который впадает героиня, когда опасность грозит ее дочери;
    4. круто замешивает все на подспудном знании, что второе неминуемо случится, потому что это происходит по достижении определенного возраста со всеми, а третье случится тоже. хотя значительно позже.

    В книге есть еще черви, пятна и пыльная грязь на детских руках. Первое возможно метафорически апеллирует к разъедающей душу ребенка паразитической субстанции, внедренной в него враждебным миром в момент "отравления". Второе сигнифицирует родителю о произошедшей необратимой перемене. Третье - знак, что дитя твое утратило чистоту. Хорошо, а намокнуть, равнозначное "отравиться"? Здесь чуть сложнее, потому что раскладывается на два ассоциативных пласта: вода забвения в Лете, обнуляющая прежнюю близость и социально обусловленный страх намочить штаны (ситуация второго рода, отравление, бывает связана со внешним фиаско) - когда это происходит с тобой, ты уже не можешь претендовать на прежнее место в иерархии. автоматически опускаясь на некоторое количество ступеней.

    Задумка госпожи Швеблин интересная, но исполнение из рук вон плохо и не стоит пытаться увидеть хорошую литературу, где ее по определению нет.