— Просторно у вас здесь, можно ходить в полный рост. Не то, что в нашем «Вирусе», там не разогнёшься. Ну ладно, не будем отвлекаться, рассказывай и демонстрируй, где у вас что! — подбодрил моазовца Мальков, отмечая, что в аппаратной «Фестиваля», расположенной в высоком кузове КУНГа, не только просторней, но и комфортней, чем в его радаре. Одна только пара удобных высоких кресел для операторов чего стоят! В таких не только работать, выспаться можно!

— Там, дизель. Он генерат питания всей радар. Два бак дизель плюс ресерф... — Шон, неверно поняв Матвея, решил провести экскурсию по георадару. — Зис... дисплей. А эта — процессор... обработка. Он индустриал компьютер, онли спешиал софт. Искусство интеллект...

— Да понятно, искусственный интеллект! — улыбнулся Матвей. — Дальше, давай.

— Да-да, искусствен-ный интел... интел...

— Интеллект. Лучше говори искин, так проще и быстрее. Или нейросеть.

— Матвей, не надо помогат! Я хочу сам. Я хочу быстро знать ваш язык. Я буду весь ночь стараться! Посмотришь завра день, я буду лучше.

— Ага, молодец, за ночь ты как раз всё изучишь! — иронично усмехнулся заслоновец. — Положишь словарь под подушку? Отличная идея! А главное, рабочая! А на суахили сможешь?

— Если надо сделать, тогда смочь! Рюсски знать время был мало, но я стараться. Хорошо стараться. — Кивнул Кейси с серьёзным лицом. — Ван... Один ночь, моя рюсский тебя удивить!

— Хорошо, ночь в твоём распоряжении, старайся. А пока поехали, рассказывай про ваш «Фестиваль» дальше.

— Поехали! — Шон с серьёзным видом кивнул и показал на панель с двумя большими мониторами. — Зис... это, есть дисплей. Система дисплей. Анд индастриал... пром-мышлен-ный компьютер, онли свой софт. Здесь задать сигнал форм... энд... ресиве ис процессед... Матвей, хелп ми.

— Насколько я понял, ты хочешь сказать, в этом блоке задаются формы сигнала и обрабатывается информация, поступающая с приёмников?

— Ес! Так правильно! — кивнул медленно покрывающийся красными пятнами Шон. Не так уж и легко ему давался русский язык. Что он и признал следующей фразой: — Так будет правильно... если ты хелп... будешь помогать мне. Окей, этот... эти фо... четыре приёмник... квадрат, — моазовец для наглядности руками показал воображаемый квадрат. — Антенн в земля. Бух-бух-бух!

Кейси, сложив руки вместе, показал, будто забивает в землю кол.

— Забиваете антенны в землю? Ну да, куда же ещё забивать антенны георадара. Варвары, кувалдой по антенне! — покачал головой Мальков. — И антенну передатчика тоже? Кувалдой?

— Окей, антенн трансмиттера тоже. Сентер. Сентер... Центр.

— Теперь всё понятно, можешь дальше не мучиться и не объяснять. Хочешь, сам расскажу, как работает ваш «Фестиваль»?

Кейси скептически улыбнулся, но спорить не стал, наоборот, с довольным выражением лица жестом руки показал — излагай.

— Антенна передатчика устанавливается в геометрическом центре, с её помощью вглубь изучаемой территории посылается мощный широкополосный сигнал. Ваши антенны приёмников расположены квадратом прямо на заглубляемых штырях. На них — приём и первичная обработка отражённой информации. Там же она фильтруется, усиливается и оцифровывается. Затем вся цифросмесь поступает на процессор. Там математические фильтры высокого порядка отделяют полезный сигнал от шума, определяет характер препятствия, сравнивает его с сигналами от других антенн. Искусственный интеллект распознаёт или интерпретирует цифровые образы и выводит всё на дисплей уже в удобной для оператора форме.

Белобрысый моазовец удивлённо захлопал глазами.

— Толко один квешн. Вопрос. — Американец поднял вверх тонкий длинный палец. — Откуда ты знать?

— А что тут знать, и так всё понятно. Шон, ты не забыл, я вам всем говорил, я сам локаторщик! Я их разрабатываю! — не удержался и похвастался Мальков. — Более того, вот тот модуль, что стоит у вас, делал наш головной офис — АО «Заслон». Производитель вашего георадара, чтобы не заморачиваться, просто купил нашу нейросеть и систему визуализации.

Кейси уважительно кивнул и демонстративно дважды хлопнул ладонями.

Матвей глянул на часы.

— Шон, есть ещё что хотел показать, или займёмся делом?

— Да-да, есть. — Кейси улыбнулся. — Сейчас... Такого ты не видел. Тебе повезло — наш радар экспериментальный. У него всё... писать память.

— Документируется, — подсказал Матвей.

— Да, именно! — длинный палец моазовца взметнулся вверх. — Он всё пишет в память. Окей. Начинаем.

Кейси показал Малькову на правое кресло, сам сел в левое. Его длинные руки дотянулись до панели с силовыми переключателями, щёлкнули автоматами защиты питания.

Зажглось неяркое дежурное освещение.

Утопив пару кнопок, моазовец дал команду на включение аппаратуры радара.

На дисплее пошли сообщения стандартного загрузчика компьютера, затем появилось меню с основными режимами работы «Фестиваля».

Размашистое движение по экрану вызвало список опций. Шон выбрал пункт «Play».

На дисплее пробежал длинный список с датами записей.

— Нау, теперь смотрим, покажу тебе вери любопытный видео, — моазовец довольно откинулся в сторону, но, что-то вспомнив, вернулся к мониторам. Вызвал на левый дополнительное меню. — Зис... это режим есть с подсказка. На здесь дисплей... эта половин — это смотреть сверх, это как вид сюда, — длинный палец упёрся в поставленную вертикально ладонь. — А это вот так.

Ладони моазовца сделали жест, будто он охватывает что-то круглое. Глобус или арбуз.

— А, дошло. Это в разрезе, а это в объёме.

— Да. Так. А ещё вот:

Кейси переключил изображение в другой режим.

— Это есть сыр... сырой материя... материал. Да-да, так правилно, сырой материал. Без обработы. Радар обнаружить... что-то, определить и вывел, бат нам тут... так информация читать плохо. Неудобно. Так делает... так работает обычный георадар. «Фестиваль» — есть супер, есть совсем новый генерейшин! Мани много стоит! Но сама идей... антенн квадрат — вери гуд!

Кейси развёл руками.

— Рекламу пропускаем. — Малькову уже надоело долгое вступление. — Дальше что?

— Нау... теперь ты будешь смотреть вот этот.

Моазовец несколько раз мазнул пальцами по дисплею.

— Зис есть участок. Там, — альбинос показал пальцем в пол аппаратной. — Под низ. Зен... после делаем больше.

— Увеличиваем, — подсказал Мальков.

— Да-да, спасибо, — закивал Кейси. — А теперь я двигать зону обзор... сюда! Лук! Смотри на эта красавица! Красота!

Мальков удивлённо рассматривал странное опрокинутое конусообразное подземное сооружение не менее полутора метров глубиной и столько же в диаметре основания. Всё пространство в этом объёме было испещрено вертикальными и горизонтальными ходами так, что непосвящённому могло показаться, что он видит растущую кроной вниз новогоднюю ёлку.

— Поразительно! — вырвалось у Матвея. — Что это?

— Не знай, как будет рюсски. Маленький битл... ант. Много-много. Хаус... дом ант.

— Ант... с усиками? Маленькие такие?

— Есс, усик. Лап. Много.

— Муравей! — Мальков почувствовал, что его актёрский ресурс на исходе. — Муравейник? Ты хотел сказать, муравейник?

— Есс-есс, мюрав... антхилл!

— Красиво, — не мог не согласиться Мальков. — Очень красиво!

— А вот... лук... смотри вторая... другой файл. — Кейси перешёл в меню, выбрал запись.

На дисплее протянулись ещё одни «тени», только теперь более толстые, плотные, узловатые.

— Корни?

— Это просто. Это да кор-ни. Я другой вопрос. — Моазовец ткнул пальцем в дисплей. — Это кто?

Мальков присмотрелся, заметил между двумя большими корнями одного дерева более плотную тень с размытыми контурами.

— Клад?

Шон довольно улыбнулся, затем приложил ладони к голове, изображая длинные ушки.

— Рэббит! Ну погоди! Картун!

Тень шевельнулась и исчезла.

— Кролик? — догадался Мальков. — Ты про мультик «Ну, погоди!»?

— Да-да, «Ну погоди»! — довольно закивал Кейси. — Кляд много говорят. Так сказат все кто смотрет. Глюпо. Начала надо знат кто... Нет, не кто, а куда смотрет. Где смотреть. Да-да, где искать? Земля есть болшой! — для наглядности моазовец раскинул свои длинные худые руки. — Вся жизнь можно дисплей смотреть и пф! И ничего! Нет ничего! Там. А смотри другой мест — там о-оо-о! Клад! Бат... но надо знат куда смотрел.

Моазовец вновь приложил ладони к лицу и стал поворачивать голову вправо и влево, изображая зону поиска.

— Жаль, я уж губы раскатал, — улыбнулся Матвей. — А глубина какая? Ну, как далеко вниз он «смотрит»? «Фестиваль», я имею в виду. На сколько метров? Или футов? Ярдов?

— Разный земля, разный метр. Грунт, камни, ривер... река, там внизу. Можно контрол рауэ... мощность. Это да, больше мощность, дальше смотри. Мы ещё не смотрел полный мощность. Ваш дэвелопер... твой коллег, разработка.

— Разработчик? — Матвею вновь пришлось прийти на помощь моазовцу.

— Да-да, раз-ра-бот-счик. Он просьба нас не дават макси мосчност. Я пробоват максим семь пять персент...

— Семь-пять?

— Нет, — Шон быстро вывел показания мощности передатчика на панель в специальное окно на левом дисплее.

— А, дошло! Семьдесят пять процентов! Это другое дело! И сколько у вас получилось? — улыбнулся Мальков, всматриваясь в показания. —Сколько? Сто девяносто семь метров? Ни фига себе!

Мальков не удержался и присвистнул. Почти двести метров! И это не на полной мощности! Молодцы коллеги! Это реально круто!

— Да, семдес пят персент, — кивнул Кейси. — Лимит. Но вичаут вотер. Без вода. Вода плох. — Моазовец ударил ребром правой руки по открытой ладони левой. — Мало метр. Вода плёхо. Вода все резат. Если вода, мало видит. И кэйв тоже плохо.

— Понимаю, нам тоже гидро и метеообразования работу осложняют. Но давай уже к делу, откровенно говоря, планировал сегодня всё закончить, а завтра на море смотаться. Никто в Москве не поверит, что был в Сочи, ну, почти в Сочи, и на море не побывал.

Шон посмотрел на Матвея.

— Здоровая идей. Ай ту... Я тоже так думал. Дэй энд найтч. Сутки. Окей? Дэй бич... пляж, афте зе ресторан, афте клаб. Найтч клаб. Гёрл, дансинг. Туда-сюда...

— Тогда давай ускоримся. Показывай, где ваш приёмник. И давай начнём по порядку, как нас в институте учили. А учили нас начинать с источника питания и антенны. Хотя, мы собирались посмотреть потроха, раз уж здесь, открывай.

— Потрёха? — на розовато-белом лбу Шона собрались морщины. — Что есть потрёха?

— Не заморачивайся, открывай.

Внешний осмотр приёмника, как и ожидалось, ничего не дал. Как и обследование непосредственно печатной платы — никаких повреждений и следов термического воздействия не обнаружилось.

— Полезли наверх к антенне, — решил Мальков. — Надеюсь, со спутниковой вы без кувалды обходитесь?