4,0
1 читатель оценил
52 печ. страниц
2019 год

Лилия
Руслан Гавальда

© Руслан Гавальда, 2019

ISBN 978-5-4496-7665-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

I

Девочка была слаба, больна, но не ограничена в движениях. Выглядела как все, но таковой не являлась, ведь иначе бы не получила инвалидность.

Родители не боялись оставлять её дома присматривать за хозяйством, пока сами прибывали в отъезде. Считали, что девочке не интересно разъезжать с ними, это лишние переутомления и боли. Никто не спрашивал её мнения на этот счет, и не знал, чего хочет она.

А девочка мечтала, давно мечтала если не увидеть мир (свыклась с мыслью: таким как она это недоступно), то хотя бы узнать, что находится за забором её дома, какие школы и какие из магазинов.

Ведь школу, находясь на домашнем обучении, девочка не посещала. Взамен имела трех учителей. Инна Пахомовна заходила к ней трижды в неделю и обучала всему в школьной программе. Маргарита Карловна являлась по вторникам и занималась с девочкой немецким. Альфред Борисович давал нагрузки лечебной физкультуры по пятницам.

Продуктовый магазин «Лия» находился прямо напротив дома. Он принадлежал родительским друзьям (особенно, конечно, другу той мамы, которая, работая в полиции, каждый раз спасала незадачливого предпринимателя то от высоких налогов, то от наглеющих бандитов), поэтому, являя семье просто безлимитный шквал блата по снабжению необходимым, в принципе, это был единственный магазин, который она знала.

Что за заборами больниц? За черными, высокими заборами из частых прутьев и мрачным садом, засаженным хвойными деревьями? За стенами угрюмых коридоров с белыми стенами в желтых пятнах и тяжелым, тоскливым, безысходным запахом?

О больничных палатах девочка думала меньше: за время, проведённое в медицинских учреждениях, у неё сложилось мнение, весь мир из них и состоит. Все люди: больные, доктора. С давних времен люди делили себя, одних возвышая над другими по: полу, расе, уму, силе, богатству и месту жительства.

Еще девочка мечтала. Пока лишь чаяниями жила по-настоящему: бывала, где хочется побывать, говорила, что хотела сказать, пила то, что не имела возможности попробовать в реальности, делала невероятные покупки, совершала геройские поступки, даже те, что являлись геройскими исключительно для неё.

Она вместе со всеми идет на прогулку, на равных общается с разными людьми, потом оказывается на танцах. Танцует там, танцует не одна, с друзьями, коих никогда не имела. Она представляла, им весело, вокруг цветомузыка, красивые девушки, и случается медленный танец. Он случается, она приглашает на него её. Она не представляла себе её, но искренне и сильно любила ту, что не побоялась довериться ей, что заранее согласна рука об руку пройти с ней весь путь!.. Конечно, умереть в один день не получится, она это понимала, но все же, они будут счастливы, будут жить на земле вечно – в своих детях. Благородство, справедливость, ум, честность – то, что передадут оба. Хорошее воспитание – именно то, что поможет их детям в жизни и останется с ними навсегда. И, не смотря ни на что, они дадут им наказ сеять добро по всему миру, где бы те не оказались! Делиться светом и теплом со всеми, кто бы им ни повстречался на пути!

Она не подозревала, настоящая дискотека давно не такая. Нет на свете и людей, которых она представляла.

Дискотека перестала быть местом для отдыха, для танцев, куда приходили лишь ради них, безумно любя это занятие и музыку. Люди не появлялись здесь ради танцев, танцевать одному в большом доме в толпе незнакомого народа непонятно и странно.

Дискотеки потеряли первоначальный романтический вид места, где девушка боялась подойти к девушке, а вторая, опустив глаза, переживала, у неё нет подружки. Дискотек с красивой музыкой не осталось, по крайней мере, ни в одном уважающем себя клубе. Музыка перенеслась в рестораны, её исполнители в метро и консерватории.

Настоящих дискотек, сейчас, в самой строгой школе не сыщешь, до чего все стало раскрепощенным. Скромности нет. Стесняться дурно и именуется – закомплексованностью. Ни одной фотографии, за исключением, для паспорта, не делается без эпитета sexy-sexy. Девушки считают недостойно быть несексуальными, и, уж тем более, они не снесут оскорбления – «невинная особа». Культ зла, и только! Верующим трудно, как бы ни популяризировали Бога. У Дьявола есть печеньки, не только хлеб насущный с солью.

Люди разучились общаться друг с другом, доверять друг другу, радоваться друг другу. Каждый сам за себя. А танец – определенная форма общения танцующих партнеров. Если их двое – это интимно, если танцует один, он наедине с самим собой, со своею душой в гармонии и единстве, а людей больше, то это вроде скрепляющего дружбу магического ритуала. Танец был, есть и будет оставаться общением, являться тем, что отгоняет отрицательную энергию и придает духовных сил.

*

Лиля получила свой диагноз на шестой день после рождения. Диагноз звучал пугающе, но с небрежностью, подававшей надежду: все еще может быть в порядке. Возможно, эта небрежность являла первые шаги к перемене общества, окружавшего друг друга вниманием и добродетелью на общество негодяев, живущих по законам улицы.

«Вроде бы, какие-то проблемы с сердцем» – так было сказано изначально. Позже, проведя много дней в больнице, пройдя огромное количество исследовательских процедур и поездок по кардиохирургическим центрам, удалось выяснить истинное заболевание. Сердечнососудистая и дыхательная системы у малышки были серьёзно поражены. И если сейчас принято изображать фантастические фильмы со странными голубыми существами, такое существо и осталось жить у горе родителей дома. Оно было голубого цвета, даже синего не от холода, ни по своей природе, а из-за нехватки воздуха в организме.

Спустя десятилетие девушка подросла, превратилась в обладателя всех болезней бабок, судачащих о бедной пенсии и неуважении к старшим в общественных транспортах. Имела серьезнейших болезней в городе больше, чем, наверное, все взятые вместе его пассажиры в час-пик.

Как все обделенные, отличающиеся дети, она страдала и отставала от сверстников, правда, ни в умственном развитии. Ум – это все, что у неё было, она отличалась периодами дозволения.

Каждый человек учится быть личностью, хорошей или плохой, активной или пассивной, через ряд вещей, через которые все должны пройти. Это люди, это тенденция молодежи их времени, того, что потом через несколько лет они будут вспоминать, говоря о своем детстве с друзьями, отмечая юбилеи и события, это то, что они вспомнят и обязательно захотят вернуть. Это то, что, может быть, они постараются, чтобы было и у их детей тоже, минуты счастья, а, может то, от чего будут беречь свое чадо. У каждого есть дорогие сердцу воспоминания, которые иногда приносят обиду, иногда радость и гордость. В общем, те вещи, за которые они будут ругать детей, обязательно произнося при этом избитую фразу, прозванную «стариковской», уже все и боятся её, понимают: слишком часто возвращаясь к ней, начинают стареть, не догонять молодежь. Фраза – «а вот в наше время, я помню…»

*

Инвалиды одиноки, необщительны, недоверчивы. Эти ярлыки вешаются, потом вплетаются в жизнь не по их вине. Их не боятся. Многие болезни нисколько не заразны. Они не чувствуют себя униженными или лишенными чего-то. Вполне полноценные люди, способные обладать высокими амбициями и позитивными взглядами на жизнь, что, порой, ни один здоровый человек не осмелится найти, а достичь тем более. Может быть, они слабы физически, но духом намного сильнее людей здоровых. Всегда есть стремление и воля. В сердцах хранят мечты, не грезы, до самого последнего вздоха.

Дружба строится на взаимном использовании людей. Информационном, энергетическом, каком-либо еще. Обязательно нужны точки соприкосновения, которые объединяют. Иногда к удивлению масс, двух совершенно противоположных людей, иначе бы люди никогда и не сошлись вместе на одном пути, если только не в бою.

Поэтому и происходит так, что, вследствие своей болезни они должны искать другие интересы в жизни, преследовать другие цели, иметь собственные развлечения. А в этом не совпадают дети. Не осознают, что возможно что-то иное, кроме них и их интересов. Проблемы им еще не понятны, они смеются над неясными по поведению людьми, которые увлечены странными занятиями, постоянно болеют, как немощные старики. Они отворачиваются от них, идут расти и развиваться в собственную, понятную среду здоровых людей.

В принципе, невозможность понять, принять другое и есть большая часть современных проблем: молодежных, государственных, международных, культурных, национальных, религиозных…

*

О детстве помнить было нечего. Она была больна. Помнила бы боль, но и это невозможно. Не от того, что все страхи быстро уходят из сознания, а от того, что прошло уже достаточно времени, чтобы она привыкла к уколам, обследованиям, горьким лекарствам и даже острой боли по всему телу. Рецепторы свыклись, перестали подавать организму знаки об опасности, которые врач причиняет тому или иному участку тела.

Улучшения шли не от пресытившихся медикаментов, которые стали нормой для организма, а от внутреннего желания бороться и веры в то, что бороться можно. Веры, которую занесла в душу обида. Если инвалид, если не может лучше, разве обречена? Хотела доказать обратное, добиться всего сама и пройти с достоинством испытания здоровых людей, ни на что не жалуясь, с самой лучшей закалкой. И проходила.

Может, это юношеский максимализм. Может, вырвалось на свободу детское «я – сам» и теперь реализовывалось в полной мере, ведь даже девчушкой сама сделать ничего не могла.

Вот как она отставала. И она, и все больные дети на свете. Не умственно, в получении удовольствия от жизни. Слишком много запрещенного по состоянию здоровья, слишком много лишений из-за отсутствия друзей, из-за никчемности тела.

Оформите
подписку, чтобы
продолжить читать
эту книгу
215 000 книг 
и 34 000 аудиокниг
Получить 14 дней бесплатно