Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Рецензии и отзывы на Английский с Р. Л. Стивенсоном. Странная история доктора Джекила и мистера Хайда / Robert Louis Stevenson. The Strange Case of Dr. Jekyll and Mr. Hyde

Читайте в приложениях:
376 уже добавило
Оценка читателей
4.62
Написать рецензию
  • Shishkodryomov
    Shishkodryomov
    Оценка:
    139

    Остров Детства. Вот он - всегда светлый, добрый, лучистый, с абрикосовыми деревьями. Плывешь ли куда-то, тонешь ли, дрейфуешь в проруби - на остров Детства ты всегда можешь вернуться. Там всегда ждут друзья, они тебе искренне рады. Но на этот Остров кое-кого лучше высадить сразу и навсегда, чем топить его уже потом на вполне взрослой глубине. Куда лучше образы некоторых авторов оставить в своей памяти чистыми, детскими, незапятнанными. Вот, ты подплываешь и они машут своими разномастными шляпами издали. Здравствуйте, дорогие друзья детства, Теодор Драйзер, Джек Лондон, Майн Рид, Рафаэль Сабатини, Эмилио Сальгари. Примите еще в свои ряды Фенимора Купера. Конан-Дойль? Ну, что вы. Плывет дальше. Пристли тоже. И Ремарк. Ну и что, что весь прочитан. В перечитывании особый смак. Ах да, простите, попросите господина Стивенсона на борт. За ним-то мы и приплыли.

    Когда я просмотрел список прочитанного у любимого Стивенсона (впрочем, а у кого он не любимый), то пришел в ужас. Пять произведений! И это при том, что собрание сочинений демонстративно стояло в дефицитные книжные годы на самом видном месте. Справедливости ради следовало бы заметить, что основные тяготы чтения легли на второй том, он выделялся на общем фоне своей потрепанностью, ибо заключал в себе "Остров сокровищ" и "Черную стрелу". Остальное же или было читано по одному разу, или было оставлено на черный день. В результате со Стивенсоном в детстве произошло тоже самое, что сейчас происходит с Диккенсом. Мне жалко его читать. Что делать, если он кончится?

    "Странная история доктора Джекила и мистера Хайда" даже не короткая повесть, а большой рассказ - венец творчества Роберта Льюиса Стивнсона. Можно даже не предполагать, а утверждать, что таковым бы он не являлся, если бы судьба была более благосклонна к замечательному автору и его жизненный путь не прервался во цвете лет. Тема двойственного союза доктора Джекила и мистера Хайда настолько глубока, многогранна и объемна, что будет актуальна всегда и во все времена. Приписывать этому произведению лишь одни мистические корни было бы чрезмерным упрощением и вызывает некоторое недоумение тот факт, что "Странная история" не стоит на одних полках с признанными мэтрами мировой классической прозы. Связано это прежде всего с тем, что время и читатели нарекли Стивенсона писателем для детей и юношества, автором приключенческих романов.

    Почему это так? Вряд ли сам Стивенсон ориентировался на подобную аудиторию, поэтому корни ответа на этот вопрос следует искать в самой личности автора. И действительно, нечто лирическое из-под пера Роберта Льюиса выглядело бы несколько неестественно, но такие вещи как схватки с пиратами, лесные охоты, поединки, любой другой экшн, требующий недюжинной фантазии и концентрации волевых усилий - это именно то, что всегда привлекало читателей. И, хотя на войне чаще всего четко разделается свой и чужой, белое и черное (все это является ярким признаком детского произведения), мы хорошо помним неоднозначные образы очаровательного Сильвера или мастера Хэтча из "Черной стрелы", которым просто невозможно не симпатизировать. У каждого автора свои сильные и слабые стороны. Похожим путем сейчас, вслед за Робертом Льюисом идет Джоан Роулинг. Пройдет время и, дай бог, читательская община забудет ее невнятные эксперименты, навсегда вписав ее в мировую историю литературы как писательницу для детей и юношества.

    Доктора Джекила и мистера Хайда было бы недостаточно только сравнивать, делая упор на том, что в человека мы превращаемся лишь тогда, когда над нами властвуют не только одни животные инстинкты. Все мы изображаем в этой жизни кого-то другого, играем какую-то роль в своей пьесе жизни, стараемся казаться лучше в чужих и собственных глазах. Наш личный мистер Хайд всего лишь затаился и ждет своего часа. "Эффект Джекила", свойственен на разных уровнях только общей недоразвитой массе. Пример доброго и вечного искусно используется истинными Хайдами, которые пускают в дело это свойство обучаемости народа в своих личных корыстных целях. В идеале человек развитый приходит к собственным понятиям и на него больше не влияют ханжеские тиски общества и ограничения. Природу добра и зла рассматривать не буду - это слишком банально.

    Если углубиться в дальнейшие дебри этого необъятного произведения, то можно бы было сделать много выводов о проблемах воспитания детей и формировании у них личности Джекила и личности Хайда. Не думаю, что злобный образ Хайда все же является потаенным желанием самого Стивенсона и он воплотил в нем все то, что не смог получить в реальной жизни. Скорее, он, со свойственной ему проницательностью, просто видел и чувствовал ту самую грань лучше многих, которую так мистически описал. История бы была странной, если бы была написана кем-то другим. В данном случае достаточно упомянуть лишь фамилию автора.

    Пятнадцать звезд и бутылка рому сверху. Светлого.

    Читать полностью
  • TibetanFox
    TibetanFox
    Оценка:
    74

    "Странная история доктора Джекила и мистера Хайда" — настолько хрестоматийный и важный сюжет, что чем раньше его прочитаешь, тем лучше. Если даже упустишь шанс увлечься сюжетом (который, как и "Франкенштейна" или "Дракулу" знают все, даже не читавшие повесть), то можно поймать ещё мрачную атмосферу, которая затянет не каждого. Я вот, честно, читала впервые, так как пытаюсь понемногу стыдливо прикрывать дыры в собственном читательском опыте. Общее впечатление явно слабее того, что могло бы появиться в детском или подростковом возрасте.

    Хотя один момент меня всё-таки поразил до чрезвычайности. Мистер Хайд настолько оторван от моральной стороны всего человеческого, что, когда он сшибает с ног девочку, то не останавливается, а прямо по ней проходит. Эта сцена в буквальном смысле вышибла из меня дух, так я её ярко представила. Очень точно определил сам Стивенсон: джаггернаут, тут Хайд выступил джаггернаутом и в физическом, и в метафизическом плане. Что ему эта живая плоть под ногами, что ему эта живая душа на пути, разорвёт, истопчет, оттолкнёт.

    Идея двойничества, конечно, издревле появлялась во многих сюжетах. Всё же Стивенсон воплотил её не без любопытства. Персонаж доктор Джекил — обычный человек. Даже если он гениален в каких-то областях, то личность у него заурядная. Сколько-то добра, сколько-то зла, сколько-то разнообразных качеств, которых нельзя отнести ни к знаку плюс, ни к знаку минус. Окружающие отзываются о нём, как о человеке положительном, хотя в пылу исповеди Джекил признаётся, что хотел бы быть более бэд боем, но робость никогда не позволяла ему вольничать. И тут у этого стареющего обыкновенного дядька появляется возможность вычленить из своей личности только отрицательные черты, которые обладают большой жизненной энергией. Решительный джаггернаут Хайд решается на то, что Джекил никогда бы не рискнул попробовать, и перед таким соблазном безнаказанной гульбы тютя Джекил не устоял.

    В итоге получается, что славный добряк Джекил куда хуже, чем воплощённое зло мистер Хайд. Ведь именно с его попустительства Хайд вообще появляется и творит свои злодейства, пока Джекил втайне удовлетворённо ими наслаждается. Хайд хотя бы действует напрямик, уж если отвращать, то по полной, не нравится, так на всю катушку. Джекил же хочет, чтобы его все любили, но при этом и распутства бы тоже ложечку. Словом, типичный мерзковатый филистер. Всегда подозревала, что именно в таких робких почти ханжах и скрываются настоящие гнусные дьяволы вроде Хайда, только вычленить их волшебной тинктурой нет возможности, и они гадят исподтишка.

    Получается, что самого Джекила в рамках морали держит только... Страх. И больше ничего. В своих исповедях, в своём поведении он показывает, что не виси над ним угроза наказания, так он бы и сам грабил, убивал, мошенничал, распутничал и топтал девочек. Как только угроза наказания исчезает так он - именно он, а не механический голем Хайд - пускается во все тяжкие, открывая клетку с дьявольским львом. Интересно, как бы выглядел анти-Хайд, если бы Джекил нашёл тинктуру, позволяющую вычленить добро во плоти.

    А что вас останавливает от того, чтобы неудержимо распутничать, бухать и веселиться?

    Читать полностью
  • KorolskyyMax
    KorolskyyMax
    Оценка:
    68

    Потрясающая история, написанная в форме мистической сказки, захватывает с первых страниц и не отпускает до конца. Прекрасный стиль автора, все грамотно, продумано и без излишеств.
    Это повесть о том, как зло может захватить власть над человеком, если один раз ему уступить. Если ты не можешь искоренить зло в себе, прячь его ото всех, и в первую очередь от себя. Стивенсон восхитительно передал двойственность человеческой натуры.

    Путь к переменам должен начаться в сердце

    Мистер Хайд - злое начало доктора Джекила, которое в итоге начинает пересиливать, и личность доктора Джекила потихоньку растворяется. Обе личности друг о друге знают и борются за тело всеми правдами и неправдами как днем, так и ночью. В итоге, одна из личностей однозначно возьмет вверх, полностью испепелив другую, кто окажется сильнее добро или зло?

    Со мной произошло то же, что происходит с подавляющим большинством моих ближних: я выбрал свою лучшую половину, но у меня не хватило силы воли остаться верным своему выбору.

    Короткая повесть, но смысл в ней огромный. В каждом человеке есть и плохое, и хорошее. Эта история помогает понять, что не стоит пытаться отделить одно от другого, иначе это может плохо кончиться. Читать обязательно.

    Читать полностью
  • WornTime
    WornTime
    Оценка:
    52

    Познакомилась я с этими замечательными персонажами благодаря двум последним сериям 5-го сезона "Однажды в сказке". Там доктор Джекил и мистер Хайд были настолько харизматичными и до ужаса интересными персонажами, что мне захотелось и ознакомится с произведением, откуда они появились.

    Сразу скажу, что возлагала я просто огромные надежды на Роберт Льюис Стивенсон. У него это почти получилось: интересные персонажи, интересная и немного пугающая история, но сам язык просто ужасен. Я еле-еле прочла его "Странную историю доктора Джекила и мистера Хайда". Не преувеличиваю, я просто засыпала при прочтении. Может дело во мне, ведь большей части читателей произведение понравилось безоговорочно, а мне как всегда чего-то не хватает.

    Повествование ведется от третьего лица, представляемое через стороннего наблюдателя нотариуса Гэбриэла Аттерсона. В Лондоне происходят странные события — некий демонический человек по имени Эдвард Хайд, внушающий необъяснимое отвращение всякому, кто с ним общается, делает ряд отвратительных проступков, бессмысленных и жестоких. Выясняется, что он каким-то образом тесно связан с уважаемым в обществе доктором Генри Джекилом. Хайд временами появляется у него дома, и слугам дано распоряжение выполнять все его просьбы. Более того, доктор пишет завещание, в котором в случае своей смерти или исчезновения оставляет всё Хайду.

    Прекрасная задумка. Если бы не "Однажды в сказке", то я бы не сразу догадалась, что Хайд и Джекил являются одним человеком. Из всей этой истории моим любимчиком стал мистер Хайд. Люблю отрицательных персонажей.

    Посмотрим, что дальше с этим героем замутят в сериале, ну а самой книге я ставлю твердую 3. Поставила бы и больше, если бы она не действовала на меня как снотворное.

    Читать полностью
  • red_star
    red_star
    Оценка:
    38
    Non amo te, Sabidi, nec possum dicere quare;
    Hoc tantum possum dicere, non amo te.
    Марк Валерий Марциал

    Готический английский Обломов . Картина распада человеческой личности, вроде бы более страшная, чем Сердце тьмы , но на деле несколько пародийная.

    Перо Стивенсона так легко, так быстро скользило по бумаге - книга поражает легкостью стиля и изяществом нуара.

    Она о том времени, когда малочисленный правящий класс, насквозь пуританский и правильный, стоял во главе Британской империи. И думал, что управляет и Лондоном, мировой столицей. Но сфера их власти была с очень небольшим радиусом. А за ней лежал полусвет, мир запретных желаний, полупустых улиц, куда джентльмены заглядывали неохотно.

    Как тонок их мир, мир классического образования! Три друга - герои произведения - все время обращатся к древнегреческим и древнеримским аллюзиям (с которыми переводчик не всегда справлялся). Тут и Дамон и Пифий, и побежденные из Филипп. И вот в этот мир врывается демонический Хайд, который всем не по душе, а почему - никто не знает. И тут Стивенсон упоминает доктора Фелла, аллюзию, которую переводчик не понял и из русского варианта вообще убрал. А это, опять же, опосредованный Марциал, вынесенный в эпиграф.

    Книга о том, что занятия игрой в бисер на фоне нерешенных социальных проблем могут привести к полному краху. Тянуло Стивенсона к темной стороне силы, это очевидно.

    Читать полностью