Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
  • По популярности
  • По новизне
  • уважаемого и состоятельного каллиграфа Хамида Фарси, сбежала от мужа.
  • После обеда ее начала мучить совесть. Быть может, она всего лишь неблагодарная изменница и подло обманывает человека, давшего ей достаток? И Нура решила, что в следующий раз окажет Салману холодный прием: просто протянет ему матбакию и закроет дверь. Снова и снова убеждала она себя, что так будет лучше для всех. Потом ей захотелось, совсем как в одном египетском фильме, поблагодарив его за минуты счастья, прочитать проповедь о долге и супружеской верности. Подготовка речи была в самом разгаре, когда Нура взглянула на часы. Почти одиннадцать. Салман вдруг стал ей нужен, как утопающему глоток воздуха. Она втащила его в дом, не дожидаясь второго удара дверного молотка.
    И время исчезло.
  • В течение 1956 года Салман почти полностью освоил основы арабской каллиграфии. Он изучил ее составные части, узнал о равновесном расположении строчек на поверхности листа, о ритме шрифта, который, как и в музыке, имеет свои законы, о доминировании одной части слова или буквы над другими, о гармонии, симметрии и контрасте, о перекрывании и отражении и о тайнах пустого пространства.
  • В дополнение к упражнениям он читал одну небольшую книжку, доступную всем работникам мастерской. В ней говорилось, что пропорции арабских букв основываются на законах геометрии, открытых больше тысячи лет назад гениальным каллиграфом Ибн Муклой. Их гармония проистекает из равновесия между разными противоположностями: прямого и изогнутого, сжатого и расслабленного, видимого и скрытого. Вскоре Салман научился различать семь стилей арабского письма. Одни давались ему легко. Юноша буквально влюбился в популярный стиль «нас-ши», которым написано большинство книг, а вот стиля «тулут» боялся. Однако Салман занимался с таким рвением, что время от времени удостаивался похвалы самого мастера.
    Имя Ибн Муклы упоминалось почти в каждой главе этого небольшого учебника. В ателье мало знали об этом гении. Тем не менее не проходило и недели без того, чтобы мастер Хамид не превозносил багдадского каллиграфа, чье учение о пропорциях букв до сих пор оставалось в силе.
  • Собственно, что есть арабский шрифт, как не музыка для глаз? Поскольку пробелы между словами отсутствуют, особое значение получает длина связующей линии. Ее сокращение или приращение равносильно изменению долготы звучания тона. Буква «алиф», имеющая вид вертикальной прямой, играет роль такта. При этом, поскольку согласно законам пропорции размеры этой буквы являются определяющими для всех остальных, она устанавливает и высоту «звучания» каждой строчки в целом. Различная ширина букв и переходов от одной части буквы к другой также оказывает влияние на мелодический рисунок, равно как и удлинение горизонталей, чередование закруглений и углов наклона. В результате надпись получается либо игривой и легкой, либо спокойной и меланхолической, либо печальной.
    И если подобное «музицирование» невозможно без внимательного и осторожного обращения с буквами, то работа с пустотами между ними требует еще большего мастерства. Незаполненное пространство в каллиграфии равносильно паузе. Как и арабская музыка, это искусство опирается на периодическое повторение определенных элементов, не только ритмизирующих движения тела и души в танце, но и уводящих в иные сферы.
Другие книги подборки «Что читали в MyBook летом 2016: Часть первая»