july_sale

Рецензии и отзывы на Крепость

Читайте в приложениях:
1768 уже добавило
Оценка читателей
4.12
Написать рецензию
  • Оценка:
    когда начала читать книгу,думала получу массу удовольствия про монголо-татарское иго, про крепость.если хотите узнать , как зимуют в деревне и как алкаши в деревне впадают в запой.не более 100 страниц об отдельно взятом монголе.а о крепости как таковой всего 200-250 страниц.так тягомотно и нудно читается,что ждешь,когда же дочитаешь.читала,думала букер. обязательно надо прочитать,но такой тягомотной нудятины я еще не читала.недаром главный герой часто впадает в миланхолию.вот и книга такая получилась.в общем-то книга ни о чем.
  • serovad
    serovad
    Оценка:
    210

    Люди живут лишь затем, чтобы нести знание. Выбрать пригодное и припомнить в нужный момент может только сметливый.

    Почему одни люди несчастны, другие одержимы? Кто больше достоин жалости? Достойны ли вообще люди жалости?

    «Крепость» - очень точное название романа. Не только потому, что действие то косвенно, то прямо (и больше прямо, чем косвенно) касается древней крепости и раскопок, но и в связи с тем, что одна из идей книги (на мой взгляд) заключается в том, что у каждого человека есть своя крепость. В которой он либо прячется, либо обороняется, либо развивается. А ещё либо строит, либо разбирает, либо рушит, либо сохраняет. Вот так и персонажи Алешковского (их, слава Богу и самому Алешковскому, в романе много) – всяк в своих стенах. И дело только в их толщине и высоте.

    Главный персонаж – Иван Мальцов, историк, археолог, человек, пнутый начальством, женой, в каком-то смысле и самой жизнью. Его крепость – в верности профессии, в честности перед собой и перед людьми. Стены этой внутренне-духовной крепости толсты и прочны, хотя именно благодаря им Мальцов не способен договориться с теми, кто снаружи, то есть с обществом. Он не может приспособиться к современному укладу, к сегодняшней действительности, к тому, что теперь всё решают деньги и чьи-то чужие интересы. Время, понимаешь, такое (а время действия самое что ни на есть современное, там даже события с Крымом упоминаются. Но – ВНИМАНИЕ! – они только упоминаются и как раз именно для того, чтобы лишний раз подчеркнуть, что на дворе, то бишь на страницах, середина второго десятилетия двадцать первого века. Ну, ещё про Крым несколько раз говорится в разрезе древности, но это никак не связано с текущей политикой).

    Другой вопрос – а надо ли, чтобы главный герой был приспособленцем, чтобы умел договариваться? Ответ очевиден – не надо. Хотя бы потому, что тогда бы романа не получилось. А если мы позабудем, что всё прочитанное есть выдуманный сюжет, то всё равно не надо. А то уж как-то совсем получается грустно от ощущения, что в наше время честного и принципиального человека, готового наплевать на внешние условности, днем с огнём не найти. Тем более историка, с горечью признающего, что Настоящий историк обязан иметь предельно оголенные нервы, постоянно страдать, переживая то, о чем пишет, даже упиваться человеческой болью, из которой соткана история. И что Историку в наследство остается одно воображение и черепки, датирующие слой. И вообще, История всегда страшное дело , делает он грустный, но опять же принципиальный вывод. И вот именно эта принципиальность и приводит Мальцова к тому, что случилось с ним в финале. А что там случилось – это уже будет спойлер, так что все вопросы к Алешковскому.

    Крепость олигарха местного масштаба Бортникова, ясное дело, построена из денежек и некоторой доли жлобства. Тут всё понятно. Человек привык, чтобы ему все подчинялись. И что все вопросы можно решить некоторой суммой. Или, как вариант, дачкой в виде хорошего алкоголя, свежей свинины и прочих презентов. В своём поведении он отчасти тоже бескомпромиссен. Но если Мальцов руководствуется общими или научными интересами, то Бортников за ними ширмует личные. Вот одна из вариаций конкретного мышления по Христу: да – да, нет – нет, а всё что кроме, то от лукавого. Но Бортников сам лукавый чёрт, ибо как ни крути, а всё подгребает под себя. Ладно, хотя бы это не худший вариант представителя своего класса – людей на стрелках не мочит, баб местных не насилует. Уже хорошо.

    Нина, бывшая жена Мальцова, к тому же ждущая от него ребёнка, но сбежавшая от него в очень трудный для него момент да ещё и к мужику, карьера которого начиналась благодаря Мальцову. Ещё один человек по фамилии Маничкин, тоже некогда близкий Мальцову товарищ, а теперь строящий ему всякие пакости. Впрочем, не только ему. Стены крепости этих и им подобных строятся на беспринципности, подлости и предательстве, и роман очень наглядно показывает, как крепки и надёжны стены таких крепостей и почти ничто их может взять.

    Инок Николай. Тут, я пожалуй, расписывать, ничего не буду, напомню лишь анекдот про то, как один бизнесмен ехал в купе с батюшкой и работал всю ночь на ноуте, а батюшка курнул, выпил да и к бабам пошёл развлекаться. Да и бизнесмена всё звал за компанию, только тот отказывался. А под утро батюшка с красным и довольным лицом приходит в купе, а бизнесмен с красными глазами его спрашивает – мол, батюшка, я вот работаю, работаю, работаю, на баб не смотрю, водку не пью. Может, я неправильно живу? А священник ему – да нет, живёшь ты как раз правильно. Только скучно. Вот такова же и крепость монаха Николая.

    Есть ещё одна великая крепость в романе, на которой стоит целый пласт нашего народа. Это лень и водка. Несколько месяцев Мальцов прожил в деревне, отдельно от цивилизации, городских будней и суеты. Всё, что видно за этот период – как деревня спивается, пустеет да гробит сама себя. Приятного мало, но, к сожалению, это и есть действительность. В этом отношении Алешковского можно назвать бытописателем. Другое дело, что конкретно по данной теме он не сказал ничего нового.

    Читателям, которые не любят исторические параллели, а также вещие сны, вызванные, вдобавок, употреблением чего-то околонаркотического, книгу читать не порекомендую. Потому что один из ключевых персонажей монгольский воевода Туган Шона дважды приходит Мальцову именно после употребления им некоего кайфа. Но вот что занимательно: в романе Туган Шона изначально позиционируется как исторически достоверное лицо, то есть не созданное одурманенным сознанием Мальцова. Более того, историк сам является дальним потомком Тугана. Вчитываясь в подробности биографии монгольского воина, поневоле думаешь: а Иван-то не реинкарнация ли Тугана Шоны? Вполне правдоподобно. (Тогда получается, что и инок Коля тоже реинкарнация другого Николая). А что? Туган ведь духовно очень похож на историка (точнее, историк на Тугана). Упрямый. Принципиальный. Верный себе. Способный на самопожертвование. Даже в шахматы хорошо играет. В общем, с такой же крепостью мужик.

    Это что касается персонажей. Теперь обо всём остальном в двух абзацах. Ладно, в четырёх.
    Лично для меня одним из критериев качественной книги является необходимость прочитать её второй раз. «Крепость» - роман как раз из такого ряда. Написанный простым языком, без лишних и непонятных хитросплетений и без многословия (несмотря на почти шестисотстраничность), требует повторного прочтения для более глубокого понимания. А так всегда бывает со знаковыми произведениями. Так что к «попсе» роман относить ну никак нельзя, при том, что особо глубокой философии или размышлений о судьбе всего нашего Отечества вы там не найдёте.

    Впрочем, вот тут может быть самому с собой и поспорить можно. А что, разве исторические параллели с историей – не есть своего рода размышления о судьбе Отечества? А такого добра в романе тоже навалом – знай, успевай ориентироваться, причём тут Борис и Глеб, а причём Тохтамыш. И зачем всех в старом городе Деревске так интересует и волнует старая Крепость. Только ли бабки отмыть да бизнес сделать, али на самом деле кого история интересует? Не все же в этой жизни рассуждают, что ...мир крутится, либо поспевай, либо не выживешь!

    А вот моральная сторона всех этих, к сожалению риторических вопросов, далась Алешковскому на все сто. Правда, по завершении книги грустно становится, потому что невесело завершается. Ибо с моралью в современной России ничуть не лучше выходит, чем во все предыдущие времена. В общем, От кого же нам бежать, как не от самих себя?

    Что ещё могу сказать. Да всё сказал. Единственное, что пожелаю издателям – если будут продавать электронную книгу, пусть переформатируют контрольный файл, а то в отдельных словах вместо ударений знак # стоит. Глаз напрягает, знаете ли. А книга хороша, и мне пришлось попотеть, чтобы не испортить её бледным отзывом. В общем, как сам Алешковский заметил, По мощам и елей. Впрочем, какие тут мощи? Скорее, наоборот!

    Читать полностью
  • zhem4uzhinka
    zhem4uzhinka
    Оценка:
    131

    Плотный, многоуровневый роман, в котором переплетены история далекого истертого временем прошлого, которое благодаря мастерству и фантазии автора оживает, и печального настоящего. Жилистые монголы гонят по пыльной степи покрытых потом коней, заливают руки кровью, наносят звенящими мечами точные удары – в российской глухомани археолог вяло бодает бессердечную чиновничью стену и заливает водкой отчаяние. Все это в красочных образах – текст очень плотный, лексически богатый, щедрый на описания и детали. За объемные картины – довольно мрачные по большей части – я буду вспоминать роман с благодарностью. Один только кабан, которого Мальцов подстрелил на охоте, чего стоит, а это ведь незначительный, маленький эпизод.

    Вот только сюжет оказался совсем не таким, какой я надеялась увидеть. В аннотации фигурирует таинственная неисследованная Крепость, и я надеялась, что книга будет полна ошеломительных археологических открытий. Они были, но занимали от силы страниц пятьдесят в последней части книги. Все остальное время Крепость маячит где-то на дальнем плане как фон для излюбленной темы в русской литературе: все плохо, давайте поговорим об этом на протяжении пятисот страниц.

    Повествование об археологе Мальцове делится на три части: город, деревня, снова город. И время от времени вклиниваются большие вставки о монголах – в виде алкогольных или наркотических снов Мальцова. В первой части беды начинают валиться на голову нашему герою: подлый коллега пытается добиться права на реконструкцию Крепости, что ее погубит; в родном музее какие-то политические дрязги, все врут, лебезят перед чиновниками из Москвы и всячески ищут личной выгоды, забивая на науку; жена бросила, предпочла более деятельного и хваткого соперника. И эта часть сочетает в себе все то, что я в литературе не люблю: все эти nothing personal just business, кто чей человек, кто за кем стоит, кто на какое место метит, тьфу. И кроме того, в образный роман время от времени врывается учебник истории. Столько-то десятков лет назад здесь жили те-то, затем им на смену пришли другие, когда князь такой-то направил многочисленные войска туда-то и разбил князя того-то, хрррр…

    Зато вторая, деревенская часть, мне понравилась. Читать ее морально тяжело: деревню населяют глубоко несчастливые люди, большая часть которых достигла крайней ступени падения, и они доживают последние дни, безобразно распухнув от паленой водки и едва переставляя ноги. Но в этих созданиях все-таки видятся люди, которых мне никогда не удается разглядеть за политической или бизнесменской суетой. Здесь и внезапных лекций по истории меньше, и насыщенность текста достигает своего пика. «Евгения Онегина» называют «энциклопедией русской жизни», и мне кажется, некоторые классические русские романы тоже достойны такого звания – а роман Петра Алешковского вполне можно считать современным дополнением к этой многотомной энциклопедии. Множество подробностей русского пьяного быта, не слишком приятного, но достоверного, а заодно и жизнь степного монгола-воина, которую можно представить тоже в деталях.

    Но даже если бы роман целиком был «деревенским», я бы его не оценила на высший балл, поскольку очень уж не нравится образ самого Мальцова. Это человек верный науке, но совершенно бесхребетный, да и просто хорошим человеком его не назовешь. За исключением третьей части Мальцов почти ничего не пытается предпринять для сохранения своей драгоценной Крепости, кроме как орет на коллег и стенает о том, что все вокруг предали науку. Ни словом, ни делом не перечит, когда бывшая жена вытирает об него ноги и обманывает его – он ни свою честь не пытается отстоять, ни хотя бы вернуть драгоценную супругу, если уж настолько любит ее. Ничего. И главный, наверное, маркер его характера – то, как он относится к своему щенку, найденному в деревне. Конец истории со щенком показывает, что Мальцов собаку любил, но щенок получал от него пинки и невнимание (вот как можно на целый день забыть пса на улице в мороз и только к вечеру спохватиться? Особенно если живешь с этим псом ты один, и отвлекаться не на кого, как и перекладывать ответственность). Иногда фигура Мальцова кажется несколько героической и романтичной: вот он пытается отстоять Крепость перед жадным начальством, вот мужественно переносит обиду, нанесенную женой, вот принципиально отказывает пропойце в деньгах на водку – но за этой красивой фигурой на самом деле прячется хлюпик и нытик. И в его нытье слышится, что раньше трава была зеленее, солнце ярче и люди лучше, а сейчас, вот именно сейчас все прогнило и разваливается. Терпеть не могу такой подход.

    Ну а третья часть, хотя и подарила долгожданные археологические находки, окончательно подпортила впечатление от романа. Происходящее на последних десятках страниц в контексте предыдущих событий выглядит абсолютно неуместным голливудским боевиком со взрывающимися вертолетами на сцене Большого театра. Все вдруг ведут себя нелепо и гротескно в угоду зрелищности и красивого драматичного конца. В романе другого тона и другого жанра я была бы рада увидеть подобную концовку, но только не здесь.

    И под конец сильно наспойлерю, кто не читал роман, но собирается – остановитесь здесь.

    Дальше...

    Так вот. Наш герой Мальцов оказался замурованным в пещерах рядом с Крепостью, в которых спрятана древняя церковь. Глубоко, телефон не ловит, никто о произошедшем не знает (слабоумие рабочего, который все видел, но никому не сказал, опустим). Есть запас еды, питьевая вода. Есть окошки наружу, в которые падает солнечный свет (!). Наш герой пытается позвонить, соорудив «стремянку» к окошку и просунув в него руку – все равно не ловит, толща земли слишком большая. После этого он немного ждет и бросается исследовать «шкурники» в надежде найти ход к другим пещерам с выходом наружу. «Шкурник» - это такой узкий лаз, в который можно протиснуться только ползком, и в незнакомом лазе без подстраховки напарников можно намертво застрять и погибнуть от жажды, потому что сам от питьевой воды и провизии уполз.
    Такое решение принял опытный археолог. Что бы сделала я? Во-первых, орала бы в окна, пока не охрипла. Ну допустим, хотя пещеры поблизости от города, и на раскопках Мальцова все время кто-то ошивался, меня никто не услышит. Тогда я взяла бы доски, которые там были, и топор, который там тоже был, расщепила бы доски на тонкие палки, связала бы их вместе собственной рубашкой, порванной на лоскуты. Затем нужно набрать несколько смс, привязать телефон к полученному моноподу, выставить его в оконную расщелину как можно выше, profit. Может, я как-то не так представляю себе эти окна, но ситуация, что Мальцов попытался поймать связь в окно и забил на эту идею, потому что длины руки не хватило, и только, мне все равно представляется полным идиотизмом. Зато помер, конечно, красиво, вполне в духе его характера.

    Читать полностью
  • amos90
    amos90
    Оценка:
    69

    Для меня очевидно, что жанр большого русского романа переживает явный ренессанс: увесистые по формату и сложные по содержанию книги неожиданно становятся лидерами продаж, их обсуждают в социальных сетях, их авторы становятся гостями теле и радиопередач в рейтинговое время. Новый роман Петра Алешковского "Крепость" идеально подходит под вышеперечисленные параметры: написанная сочным, размашистым, ярким русским языком, "Крепость" оказалась одной из важнейших книг осени и совершенно явно запомнится прочитавшим её.
    В центре сюжета - провинциальный археолог Иван Мальцов, 50-летний крепкий мужчина, полностью погруженный в свои изыскания истории вымышленного маленького городка Деревск, затерявшегося где-то между Петербургом и Москвой. Мальцов - упёртый фанатик своей мало оплачиваемой работы, от него уходит глубоко беременная жена, в городе у него конфликт с коллегами из музейной среды, откуда его почти выдавили, но влиятельный покровитель - владелец заводов, газет, пароходов, этакий современный Паратов по фамилии Бортников - не дал до поры расправиться с упрямым археологом. Всё дело в Крепости - сооружении ХV века на берегу реки - на которое положили глаз как местные нувориши, так и приближенный к высшей власти московский олигарх с говорящей фамилией Ройтбург. Хозяева жизни хотят превратить Крепость в ещё один культурно-исторический комплекс отдыха, понастроить новоделов и привлечь в город туристов, но под ногами вечно путается Мальцов, такой местный любящий выпить Дон Кихот, который своими изысканиями в культурном слое Крепости и прочей неуместной суетой пытается остановить этот в прямом смысле слова сокрушительный смертельный каток.
    Мальцов, как уже было сказано, не только по профессии, но и по призванию археолог: человек с факультета ненужных вещей и смешной, как по деньгам, так и по статусу, работой. Он пишет книгу о связях Руси с Ордой, так как семейное древо Мальцова уходит в монгольские степи, к одной из ветвей Борджигинов - дальних родственников повелителя мира Чингисхана. Как-то, возвращаясь домой, он приглашает к себе соседку - весёлую разведенку Танечку с крымско-татарскими корнями - и после бурного секса обнаруживает себя в далекой донской степи, только под именем Туган-Шона. Густое, насыщенное повествование теперь переносится в средневековье, в ставку темника Мамая, у которого служит Таган-Шона - предок Мальцова.
    Так и идёт в двух измерениях - наше время и эпоха Орды - книга Алешковского: стоит только главному герою выпить таинственного зелья соседки Тани, как его переносит на Куликово поле или во дворец грозного Тимура. По сути, Алешковский рассказывает о двух жизнях, двух сторонах одного человека: в совсем русском Мальцове проглядывают черты его далекого монгольского пращура, прежде всего, чувство собственного достоинства и гордыня, от которой Туган-Шона не избавился, даже оказавшись на службе московского князя Василия и приняв в православие так же неизбежно, как за несколько лет до этого пожертвовал своей крайней плотью, обратившись в ислам. По сути, это и есть подлинный русский мир: славяне, татары, православные, мусульмане, все давно перемешались в огромном плавильном котле под названием Россия, в ХV веке малонаселенная окраина Большой Орды.
    Совершенно блистательный как по слогу, так и по описанию пласт романа - это рассказ о нынешней русской деревне, куда на несколько месяцев убежал из города Мальцов. Василёво - почти мёртвая деревня на несколько домов, включая семейный дом, доставшийся Мальцову от деда-священника. Изумительные пейзажи осени и зимы в романе Алешковского достойны пера Пришвина, а жёсткая, бесцензурная лексика в изображении деревенских алкашей и упырей посрамят своей точностью и безжалостностью матёрых писателей-деревенщиков, склонных в своей прозе, за исключением Астафьева, идеализировать давно ушедший в прошлое деревенский уклад. Российские осень и зима - время мрачное, холод, слякоть, переходящий в снег дождь, колкий ветер... Конечно, не стоит село без праведника: деревенская соседка Мальцова - пожилая Лена - воплощение терпеливого русского характера, усталая, ко всему привычная, сочувствующая окончательно спившимся односельчанам.
    Вообще, у Алешковского замечательно прописаны характеры-типажи: глумливый и смешливый странник Коля, что числится при монастыре, но промышляет подаянием и кражами, бывшая жена Мальцова - Нина, провинциальная звезда, думавшая поначалу сделать себе карьеру в исторической науке при помощи супруга, но тот оказался излишне принципиальным и молодая дама предпочла кавалера помоложе и побогаче, всякие Маничкины и Калюжные - шакалы от археологии - распиливающие гранты от столичных исследовательских институтов и не брезгующие дружбой и совместной охотой на кабанов с областным прокурором и другими нужными людьми. Такова она сейчас, наша Россия...
    Ордынская линия рассказана Алешковским не как острый памфлет, а как глубокий исторический очерк: чувствуется, что там автору как-то приятнее находиться. Странствия Туган-Шоны, его жизнь под жарким небом Крыма, в великой степи, под убивающим солнцем пустыни, показаны словно реальное свидетельство: веришь, что именно так и было, что ушёл Туган из-под Куликова поля вместе с Мамаем в Крым, оттуда, уже без своего сюзерена, через зной пустыни отправился на службу к Тимуру, потом - так уж вышло, всё обжорство, вероятно, да интриги - пришёл на Русь, где всё время, привыкший к солнцу и зною, мёрз, но пустил своё семя в русские боярские фамилии.
    Я заметил, что тема Орды в последний год снова вошла в большой русский роман: персонажи книги Олега Радзинского "Агафонкин и Время" так же свободно перемещались в эпоху ранних чингизидов... Не могу сказать, с чем это связано: возможно, наша внутренняя природа, то, что называют национальным характером, сформировалось во взаимодействии и под влиянием Великой степи, двух сотен лет под властью Орды...
    Крепость в русском языке - это отнюдь не только наименование защитного сооружения, но и оценка человеческих качеств: вот этой крепости Ивану Мальцову не занимать. Удивительный, метафорический, глубоко-религиозный финал романа подводит нас к простой и ясной мысли, как мне кажется, что гордая, одинокая, пусть и несуразная, но достойная жизнь человека на своём месте куда важнее всей бренной суеты, главное, не изменять себе, в любых обстоятельствах оставаться собой, будь ты Туган или Мальцов. Как говорится, по мощам и елей, тут уж в прямом смысле...

    Читать полностью
  • boris_alihanov
    boris_alihanov
    Оценка:
    42

    В 2016 году роман Петра Алешковского «Крепость» получил престижную (по отечественным меркам) премию «Русский букер». В этом нет ничего странного. «Крепость» соответствует очень многим требованиям современного российского читателя.

    Дальше...

    Это очень русский роман. «Русскость» романа, в первую очередь, в его персонажах, героях, если можно так выразиться. Хотя какой герой, к примеру, Иван Мальцов? Да, он очень крепкий, несгибаемо-принципиальный человек, каких мало. Но при этом он совершенно неидеальный. Точно так же, как и все, может заливать горе водкой, пусть даже и не опускаясь до паленой. Может сгоряча наорать, наговорить чего-нибудь такого, о чем потом будет всерьез сожалеть. Может пойти на принцип, а потом сожалеть о своем поступке, но гордость не даст ему попытаться что-то изменить. Вы много знаете таких людей? Я – достаточно. Или вот Лена, деревенская соседка Мальцова. Совершенно нередкий и привычный для провинциальной России персонаж. Пожилая одинокая женщина, год за годом соблюдающая исконный круговорот деревенской трудовой жизни, - засеять, прополоть, полить, собрать. На досуге смотреть дурацкие шоу и сериалы по плохо показывающему телевизору. И ведь тоже со своими убеждениями, с некой своей жизненной философией, с взглядами и правдой. Или ее сосед, Сталек – деревенский пьяница, способный на многое, трудолюбивый и «рукастый», но сраженный самым распространенным в деревне недугом – водкой… Таких героев в книге достаточно. И все они типичны, всех их легко можно встретить в наше время.

    «Русскость» романа и в местах, где происходит действие. Вот вам случалось, например, выйдя на какую-нибудь Дворцовую площадь пусть даже в сотый раз в жизни, замереть в восхищении и подумать «Вот строили же люди!» или просто «Какая красота!»? Вам приходилось в глубине себя отмечать некую нереальность того, что находится перед вами, может быть, даже ощущение того, что вы не заслуживаете находиться в такой красоте, лицезреть это великолепие? Мне случалось. И в этом плане, конечно, «Крепость» - это очень русский роман. В нем вы не найдете богатых залов и лестниц, не увидите внутренним взором виды ухоженной рукотворной красоты. В романе главная красота – красота привычной русскому человеку природы, суровая проза сменяющих друг друга времен года. А главная рукотворная красота – это сама Крепость со всеми ее трещинами в стенах и облезлой штукатуркой. Все остальное же и вовсе еще более плачевно. Почерневшие от сырости бревна деревянных домов, запущенная лепнина старинных особняков, разбитые дороги в ямах и ухабах, редкая, но неизменно аляповатая, безвкусная «краса» новодельных, «под старину» домов современных богатеев. Как ни оправдывайся, а эти виды никогда не создадут диссонанс в душе читателя. Ведь как ни неприятно об этом читать, представить себе разбитую до основания, пусть даже и центральную улицу провинциального города, проще, чем какой-нибудь Аничков дворец. Аничков дворец – явление неземное, нереальное. А глубокие ухабы в асфальте – это обыденно. Это нормально. И это очень по-русски.

    «Русскость» романа в том, что Алешковский пытается определить границы пресловутой «русской души». Постараться, если и не найти ответы на все вопросы, то хотя бы твердо сформулировать эти вопросы. Попробовать хоть немного приблизиться к их ответам, рассуждая голосами и олицетворяя поступками своих героев. О том, что для русского человека свобода – это термин непонятный и лишний. О том, что легко в русском характере может сочетаться широта и низость, милосердие к ближнему и отвратительная звериная жестокость. О том, что прочно в человеке сидит это распутинское «не согрешишь – не покаешься», и что ключевое слово романа – не угроза или брань, а честное «прости».

    В современной отечественной литературе есть такой тренд, некая такая ностальгия по прошлому, возможно, даже рефлексия. Это мы видим и в «Авиаторе» Водолазкина, и в «Калейдоскопе» Кузнецова и много-много где еще. Проявляется это в разных формах, конечно, но в итоге все равно соблюдается некая историчность. Историчность «Крепости» не только в том, что второй линией его сюжета идет история Туган-Шоны, близкого соратника хана Мамая, которому в жизни трижды приходится менять и войско, и господина, и религию. Связь с историей в романе поддерживает и само место действия – провинциальный Деревск, подверженный всем недугам современности, но в то же время и город, населенный и духами прошлого и остатками уходящих традиций, передающихся из уст в уста многие сотни лет. Да и сам воздух этих мест, который несмотря на наличие скоростной федеральной трассы в нескольких километрах от города, все же ближе к истории, чем к настоящему. Связь с историей поддерживают и сами люди, век за веком «клонируя» распространенные психотипы. Иван Мальцов - несгибаемый человек. Его антипод Маничкин - беспринципная личность. Соседка Мальцова Таня - молодая, развязная цыганка-гадалка с выводком безродных детей. Пьяница-балагур монах Коля. Купец-нувориш Бортников, уверенный, что все возможно купить за деньги…

    Немного отвлекшись, хочется сказать еще об одном «герое» романа, о щенке по имени Рей. Уж не знаю, отчего, но когда в жизни главного героя появился этот вечно голодный друг, сразу становится понятно: «Пес - не жилец». И все дальнейшее повествование поневоле ожидаешь, что со зверьком случится что-то плохое. Что, конечно же, и случилось, правда, чуть позже, чем ожидается. Это, конечно, подло со стороны писателей, вводить вот такие вот умилительные персонажи, писать, как пес жалобно скулит во сне, вспоминая свою прежнюю голодную жизнь, рассказывать о теплом сытом собачьем пузе, время от времени по ходу сюжета напоминать о щенке, радующемуся любому вниманию к своей хвостатой персоне. Зачем? Чтобы потом со всей жестокостью расправиться с этим чудесным, хоть и выдуманным существом. Чтобы потом описать вмерзшую в наст собачью тушку с раскроенной топором головой… Мне кажется, это несколько…спекулятивно, что ли… Если писателю хочется создать определенную тягостную атмосферу, все равно это не стоит делать, вводя в повествование вот такого заранее обреченного щенка или котенка. Зачем это делать? Для того, чтобы читатель поплакал хотя бы над несчастной животинкой, если ему от злоключений человеческих персонажей не плачется? Скорее всего так…

    Кто-то однажды говорил о том, что книга хороша тем, что останется с читателем после того, как он прочитает ее последнюю страницу, что читатель вынесет оттуда. И, боюсь, то, что осталось после прочтения книги со мной, трудно будет облечь в слова, ведь роман задает такие вопросы, на которые читатель должен ответить себе сам. И вопросы эти просты и задаются человеком самому себе уже многие столетия. Кто я? Какой я человек? Что для меня важнее – материальное благополучие или совесть? Что оставлю я после себя на свете? Возможно, кому-то и посчастливится после «Крепости» найти ответы на эти вопросы. А может быть и просто вспомнить, как радостен и светел был когда-то главный праздник – Новый год. Как в детстве было хорошо у бабушки и дедушки в деревне. Какими добрыми и по-своему мудрыми людьми они были, мягко, но упорно всей своей непростой жизнью олицетворяя простую мысль:

    Следуй за сердцем, не ищи поблажек, их никто не выпишет, не справка.
    Читать полностью
  • GeorgijBarbashov
    GeorgijBarbashov
    Оценка:
    24

    Впервые я увидел обложку романа на livelib. Тут все просто, лайвлиб - кинопоиск, своего рода смысл у сайтов идентичный - информационный портал. И проинформировал меня этот чудесный портал выдав обложку в разделе новинок. Я посмотрел на автора, разглядел обложку - все это заинтересовало, а также, меня посетила мысль, что нужно расширять горизонты литературного жанра, ведь я не читал русскую прозу, тем более историческую. Я люблю историю и об этом, помню, писал в отзыве на книгу "В темноте" Кристины Хигер. Конечно следующим делом я прочел аннотацию! Золотая Орда - тема, которую я очень люблю, в школе от зубов отскакивала, в университете преподаватель ставил автомат, кстати, пользуясь случаем, хочу написать пару строк про преподавателя. Он читал нам лекцию по Гумилеву. Читал так, что его слушали даже совсем далекие от истории разинув рты, без шуток. Время прошло, не помню имя, но... кто из Новосиба и учится в НГАСУ - знайте, препод по истории - огонь, все остальное в этом универе - дерьмо, включая алчных заведующих кафедрой, которые сделают все, чтобы ты, либо платил, либо катился ко всем чертям. А историк - от бога, серьезно. Преподы по архитектуре тоже классные. А вот архитектура - это уже совсем близкая к книге тема. Дело в том, что наш герой - археолог, мужчина в возрасте, с непростым характером, упертый, души не чает в природе России, прошлом истории страны. Он настоящий коренной житель, который любит и ценит свое дело. Настоящий баран, который прет напролом! Как это связано с архитектурой? Иван Сергеевич Мальцов - так зовут нашего главного персонажа, мечтал исследовать территорию в округе от церкви, храма, в те времена церквей не было, не так они назывались во всяком случае, а это уже есть архитектура. Чем больше мы знаем о прошлом, о нашей с вами истории, тем лучше понимаем самих себя в настоящем. Это не цитата, это я рассуждаю, не более.
    Книга очень серьезная, мне понадобился день, чтобы обдумать все как следует и набрать отзыв. Я ленюсь использовать в качестве помощи стикеры, а потом кусаю локти из отзыва в отзыв. Дурак, сам же виноват.
    За этой книгой, после того как прочел о содержании на лайвлибе, я наблюдал достаточно долго, ждал, пока не сдаст чутка цена, без малого, за нее на тот момент просили около шести ста деревянных. Скидки в читай-городе сказали, что я обязан купить раз так хочу.
    Почему я перескакиваю с одного на второе, а потом возвращаюсь к начальному - именно таким было повествование в Крепости. Я слегка недоговорил, когда написал про главного героя, их в книге два, ведь она делится на два самостоятельных сюжета и то, что вынесли в аннотацию - вообще не раскрывает и десяти процентов сюжетной линии. Второй, скажем так, подсюжет, посвящен другому герою - бесстрашному, брутальному, а главное, верному - Туган Шона. Он "жил" во времена правления, если более точно, уже, существования Орды - Золотой и Синей, кстати, я сейчас сижу в кресле в том самом месте, где находилась как раз та самая, Кок Орда (Синяя).
    С первых страниц автор нас вводит в курс дела в настоящем времени, объясняет кто есть кто, сопровождает нас на охоту, помогает подстрелить здорового секача и... знаете, в этот момент, на дворе стояла прохладная августовская погода, по книге, но меня не покидало чувство, будто я читаю, а вокруг героя снег, зима, холод. Я не знаю почему, может потому что в настоящем за окном реальная зима? Возможно. Мне почему-то вспомнился фильм "Особенности национальной охоты в зимний период". Отечественный фильм, мне нравится именно часть зимняя, а не обычная, ну уютнее для меня снежное время года, что поделать, сибирский я человек! Ну не могу я ныть как половина мальчишек-педовок в инстаграм: ой, что-то зима у нас длинная и холодная, когда за окном начало декабря и -10. Щелкает свои контрастные фотки на айфон, светит модную прическу с бритыми висками, очки стильные с прозрачными стеклами и ноет, что холодно ему, езжай в Европу, там таких любят, а мне стыдно за такого "сибиряка". Сдать бы тебя медведям на прокорм.
    И таки да! Дождался в итоге! Будет в книге и зимнее время года! Будет... никуда оно не денется.
    После того, как автор нас расположил к себе и к настоящему, резко кидает нас в прошлое, к монголам. Честно, я называю себя любителем истории, но уже подзабыл многие определения и понятия тех времен, автор возвращает меня и окунает в них будто в прорубь на зимней Оби, с головой так и макает, ага.

    Дальше...

    И следующие пятьдесят страниц книга читается настолько тяжело, что у меня мелькают тревожные думы, а как же осилить мне такой язык, впереди еще пять сотен, что же делать, кого звать на помощь. Очень печально осознавать, что тебе тяжко дается слог, а ты при этом, только-только за книгу взялся, а если она еще и объемная... Очень печально.
    С горем пополам пересилил я себя и добил таки текст о монголах, в реалии вернулся как в дом родной после долгого отсутствия. Не поверите, так оно и было. Конечно я опасался, что повествование настоящего времени, где наш главный персонаж - Иван Мальцов, вновь прервется на монголов и лидера истории прошлого, поведанной Алешковским - Туган-шона. Это случилось через 150 страниц ровно. Вообще, меня удивила эта закономерность, так вышло, что текст перевоплощался через круглый промежуток чисел. Но на этот раз я столкнулся с неожиданным, текст шел как нож по талому сливочному. И вот уже строки про Орду было читать в удовольствие. Исчезли эпитеты, вернулась логика. Ушла предвзятость, пришла разумность. Меня было не оторвать, такие захватывающие события происходили в жизни Туган-Шоны.
    Знаете, одна из привилегий того, что ты читаешь очень много и разную литературу, то что можешь воспользоваться уже прочитанным и привести ту или иную книгу в пример. Читая монгольскую сюжетную линию, в голове пробегали параллели с Туарегом Васкеса-Фигероа. Такой же сильный, мощный, верный самому себе персонаж. Обзор на Туарега, кстати, тоже можно найти в моем профиле, заглянув в прошлое. Туган-Шона был мне симпатичен. Это боевая сталь, боевая единица, которая скрывалась за лицом, а не маской всего лишь одного человека. Он прошел в книге через многое, он был воплощением порядочности и верности слову. Герой не тот кто лезет первым, герой тот, который умен.
    Книга делится на три части и пролог: город, деревня и крепость.
    Если город была вступительной частью, в которой пришлось столкнуться с обманом, болью, алчностью, хитростью, то во второй, деревне, мы повидали жизнь. Русскую жизнь. Знаете, после того как прочел эту историческую отечественную прозу, захотелось ознакомиться еще с какой-нибудь книгой редакции АСТ: Елены Шубиной. Нашел Захара Прилепина, прочел первую рецензию на толстенную и, как мне показалось, серьезную книгу "Обитель". Убедился в одном, рецензенты много на себя берут. Да, я всегда говорил, что без читателя писатель - никто, это по логике вещей же так и есть. Но иногда нужно писать от души, а не на публику. Я сталкивался на просторах интернета с автором рецензии, вывод был сделан о человеке в пользу - из тех людей, которым жмет корона, когда в руках сосредоточена власть. В отзыве была претензия к автору как к личности, что, мол, Прилепин представляет в роли героев себя, что пишет якобы по чистому лицу, но на самом деле повторяет за первопроходцами. Я не скажу что та отрицательная рецензия была плоха, нет, у меня даже появились вопросы, мне стали интересны фамилии первопроходцев, я бы почитал и их. К чему я это, человек имеет свое собственное мнение, но передать вам словами свое мнение о книге Алешковского будет очень трудно, напечатав уже столько строк в этом отзыве, я понимаю, что не справляюсь. Чтобы описать всю ту реальную жизнь, которую показал мне автор романа, нужно быть Сергеем Безруковым. Над этим артистом шутят и троллят, мол, природа, любовь, березки, да, ага, но вы его троллите, потому что неспособны мыслить и понять то, что понимает он и мыслить как это делает он. Лично для меня, Алешковский выступил в роли преподавателя. Он показал в своем герое как я выгляжу со стороны, ведь я такой же упрямый баран как Мальцов, мне дают деньги - я отказываюсь из-за принципов, мне дают повод что-то замять, а я не могу себе этого позволить, потому что замять - это не по справедливости, не по совести. Мальцов - это совестный герой. Он сделал пару ошибок, за которые жизнь его нагнула. Жизнь она ведь нагнет каждого хотя бы разок, будь ты сыном олигарха, будь ты Колькой лопоухим, который заработал 300 рублей за то, что колол дрова чужой бабушке на зиму, потому ей больше не от кого получить помощи - дети разъехались и забыли, а муж он же дед помер давно. Вот она - настоящая закулисная жизнь русского человека. Рисуйте себе пестрыми красками что хотите, государством правят алчные собаки. Мужик на работе вещал, у него друг, в политику пошел, собирался честным быть и дать то, чего обещал. Чем, думаете, все закончилось? Правильно, мужику этому жизни не дали, задавили в гор.думе. Потому что его совесть не совпадала с их бессовестностью. Гиены нас окружают и в большинстве случаев сами мы гиены. Уже не для кого не секрет, что обзоры на человечные книги для меня базируются с позиции, что человек - говно. Так оно и есть. Ты хочешь справедливости, а тебя топчут, потому что руки длиннее, власти больше.
    Часть, которая носит название деревни, меня взяла за душу крепко, крепко, да так, что чуть не вытряхнула все из меня. Трясла держа вверх ногами за лодыжку, да чуть не вытряхнула, зато встряхнула, закалила. Очень крепкая часть. Если вы не уважаете себя именно как русского человека, вам не стоит даже держать эту книгу в руках. Если вы часами можете любоваться, как ветви колышутся от порыва ветра в лесу, лежа на траве - книга точно для вас!
    Когда я взялся за чтение, роман носил имя финалиста премии РУССКИЙ БУКЕР, когда я закрыл ее - роман взял эту премию. За что автору огромный респект. Я не читал другие его книги, но очень надеюсь, что он на этой не остановится. Работа проделана колоссальная и я хочу повтора труда, но уже с новыми темами для осмысления.
    Как видите, отзыв вышел стойким, серьезным, без пафоса и смешинок, такие бывают редко. В книге есть маты, потому что книга русская, в русской книге просто обязаны материться, ибо в нашей стране это основная речь. В стране, где гостиница привилегированней старой исторической территории, под пластами почвы в которой, быть может, находятся артефакты, которые дадут еще более ясно взглянуть на наше прошлое. Такой уж мир. Так все устроено. Семь лет назад выложить фото в купальнике - было за гранью благого воспитания, сейчас это главное оружие по набору подписчиков, а подписчики сисек - вторая часть быдла.
    На обороте книги правильные слова написаны под цитированием Майи Кучерской, не знаю, принадлежат ли они ей на самом деле, а слова такие:

    Это роман трагический - о вытеснении человека с совестью за пределы общества, прямым следствием чего становится уничтожение культуры, а значит - и жизни.

    (с)
    Эту книгу могжно обсуждать бесконечно, а я, ничего больше не хочу говорить, занавес!

    Читать полностью