Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
Написать рецензию
  • Neznat
    Neznat
    Оценка:
    16

    Последние пару лет озабоченные читатели все жаловались: рассказ умер, умер рассказ. Ну вот, он ожил. Что, лучше стало!?

    В сборник рассказов Ольги Славниковой вошли произведения, которые она писала для железнодорожного журнала “Саквояж”, так что все они, более или менее, о поездах. И честно говоря, иногда становится обидно за “Саквояж”. Кажется, автор часто торопился и как мог отписывался от редакции. Может, это эффект сборника? Эффект жанра?

    Есть такая обманка - гомеопатия. След лекарства в воде с глюкозой. Получаются такие бесполезные катышки сахара, но если съесть сразу горсть - будет хотя бы сладко. А если есть по одному - даже этого не получится. Сборник же рассказов предполагает, ну, в идеале, дюжину маленьких катарсиков. Здесь нет ни одной развязки, после которой читатель бы отложил книгу и сказал: “Вот это да!” Можно, правда, облиться слезами над “Тайной кошки”, но причиной тому скорее сентиментальное, лирушное содержание. Она шагнула с крыши - и полетела…

    “Норковая шапка В.И.Падерина”, “Старик и смерч” и “Восьмой шар” мне показались самыми надуманными и неудачными рассказами. Выдавать не буду, многим все равно стоит прочитать книгу - она может понравиться за стиль, за все эти лесные ягоды, за “Участковый Петя, долговязый мужик, весь состоящий из хрящей и розовеющей в мелких сосудах мороженой крови…” и тому подобные описания. За патриотизм, кстати. Очень народная книга. Болотца, перелески - возможно, РЖД обязывает.
    Приятно, что Славникова честно называет свои рассказы фантастическими. Но на издателя и магазины это почему-то не повлияло: в фантастическое гетто книга не попала. Я предупреждаю, это правда фантастика! Причем женская. Поэтому фантастический элемент часто забываются и начинаются описания шмоток и женщин. Женщины у автора, как на подбор, словно из секонд-хэнда, не понятно, почему. Еще одно интересно - почему в рассказе о сестрах Черепановых снова возникла тема призрака несуществующей башни, которая так полно раскрывалась в “2017″. Призрак в рассказе был совсем не обязателен, он вообще выбивается из сюжета. То ли тема любима автором, то ли рассказ старше романа…

    Читать полностью
  • timopheus
    timopheus
    Оценка:
    8

    Пример нагляден. Великолепный, затягивающий, изящный и безмерно грамотный славниковский язык, сочный, полный отвлечённых мыслей, но при этом не отрывающийся от предмета, в данном случае совершенно не нужен. Потому что при описании картонных, пустых персонажей в совершенно бессюжетных, оборванных рассказах, где экспозиция занимает чуть ли не 3/4, а развязки нет совсем, причём создаётся впечатление, что Ольга хотела, но не смогла развязку сделать, язык спасти ничего не может. Фантик, фантик, фантик, а конфеты да и нет. У Быкова вот в "Ж/Д рассказах", написанных тоже для журнала "Саквояж", как и этот сборник, конфета есть. А тут - фантик. Ну, красивый, ну и что? 3/10.

  • bukvoedka
    bukvoedka
    Оценка:
    5

    "Любовь в седьмом вагоне" - сборник рассказов, написанных для глянцевого журнала "Саквояж-СВ". Может быть, слабый по сравнению с другим творчеством Славниковой, чтение для путешествия и дороги. Я неторопливо прочитала его в маршрутках.
    Автор назвала свою книгу "достоверной фантастикой" - то, что могло бы быть: в сборнике есть сверхскоростные поезда, гигантские смерчи, настоящий шаман, ожившая статуя (история Командора, Анны и дона Хуана), "вещество", убивающее всё живое, паровоз, работающий на самогоне. Объединяет рассказы тема железной дороги.

  • gurenovitz
    gurenovitz
    Оценка:
    4

    я не люблю рассказы в принципе, взялась читать эту книжечку, т.к. застряла на самом начале 2017 и решила облегчить себе участь. эти рассказы все объединены темой железных дорог - действие или какая-то его часть как правило происходит в поездах или чо-то там в сюжете с поездами связано. рассказы так себе, какого-то особенного впечатления не производят.

    мне понравился только один - "Статуя командора": интерпретация истории про дона Жуана, или точнее, "Каменного гостя" Пушкина. там типа телочка вышла замуж за бандита какого-то по прозвищу Командор, его потом убили, а он в завещании написал, чтобы она каждый день приходила на его могилу, где будет его статуя в полный рост. и вот она приходит, т.к. иначе у нее отберут содержание, которое он ей оставил. она боится, что там камера какая-то в статую вмонтирована и поэтому сразу станет известно, если она не придет. потом она на кладбище с чуваком знакомится, который проникся её печальным образом, они вроде как влюбляются и решают сбежать из этого города, чтобы освободить её от каждодневного похода на кладбище. и вот они садятся в поезд и тут к ним приходит каменный гость - статуя с могилы.

    меня удивило, что в рассказах нет этого ужасного графоманского стиля Славниковой, когда она пишет не предложениями, а периодами, на середине которых ты уже забываешь о чем там в начале было-то. меня её такие тексты в сон погружают и я не могу их дочитать. удивительно, но она способна оказывается и нормальным языком писать, только видимо считает, что для рассказов еще можно не заморачиваться предложениями по пол-страницы, а вот для романов уже несерьезно как-то.

    Читать полностью
  • lenulia
    lenulia
    Оценка:
    4

    Небольшая преамбула: текст писался в рамках курса по современной отечественной литературе как попытка литературоведческого анализа, которого, к сожалению (или к счастью?), не вышло. Не берусь определить жанровые границы того, что получилось в итоге, но мне хочется думать, что это скорее эссе или отзыв. Засим и оставляю его здесь.

    Путешествие (не так важно, как именно оно происходит – в салоне автомобиля, на борту самолета или палубе корабля) – всегда связывается с особым душевным состоянием: человек, выпавший из привычного ему мира, еще не попал в новый и находится где-то «между». Преимущество поезда среди прочих видов транспорта заключается, наверное, в том, что он наиболее «социален». Ведь замкнутое пространство вагона располагает не только к околомедитативному созерцанию проплывающих мимо пейзажей, но и замечательно способствует разговору. А, как известно, случайные попутчики вызывают порой гораздо больше доверия, чем самые близкие люди. Думается, что именно эта железнодорожная романтика, а не солидный гонорар от глянцевого журнала, побудила создать сборники рассказов о поездах сразу двух крупных писателей – Д. Быкова («ЖД-рассказы») и О. Славникову («Любовь в седьмом вагоне»).
    Написанная последней «Русская пуля» – рассказ не только о сверхскоростном поезде «Россия», способном преодолеть расстояние от Москвы до Иркутска всего за шесть с половиной часов, но и о собственно России, которую «аршином общим не измерить»: о ее истории и перспективах, о людях и их менталитете, о знаменитом русском «авосе» и чуде, на котором все здесь держится.
    Главные герои – журналист Голубев, сквозь призму восприятия которого показывается происходящее, и врач Бибиков, находящийся в весьма почтенном возрасте, спустивший все свои сбережения на авантюрное приключение. Обоих связывает интерес к сверхскоростным «пулям», а также мечта стать их пассажиром. У каждого есть опыт встречи с ними.
    Голубев такой поезд впервые повстречал во время случайной прогулки вдоль рельсов. Встреча эта его глубоко поразила: поезд показался необузданной инфернальной силой, в управление которой «входил контроль над всей реальность». Бибиков подобное чудо инженерной мысли встречал еще в юности: он был свидетелем появления модели «аэропоезда Вальднера», о котором его отец метафорично отзывался как о семечке с семенами будущего. Впрочем, семечко не проросло, проект был свернут, а причастные к нему получили «по двадцать пять лет без права переписки».
    Мотивом создания таких поездов служит, конечно, огромная территория России – страны «подобной земляному океану», неуправляемой и безудержной, казавшейся Голубеву «Атлантидой, тонущей вот уже многие столетия». Сверхскоростные поезда в тексте сравниваются с пулями, причем сравнение это довольно амбивалентно. Оно, конечно, характеризует их скорость, но в некоторых эпизодах актуализируется и другое значение: «Точно, – думал Голубев, чувствуя сердце под рубахой. – Действительно, пуля. Пуля-дура. Мы, начинка выпущенной пули, уже никак не связаны с действительностью. В кого попадем, останемся ли сами целы – ничто от нас уже не зависит…».
    Как следует из текста, спасти «Россию»/Россию может только чудо. О нем Бибиков сперва рассуждает в беседе с Голубевым («Мы в России сильно зависим от чуда: случится, не случится…»). А затем, пытаясь в условиях полнейшего безразличия власть имущих спасти человеку жизнь, молит о нем Бога («Чуда! Господи, чуда!»). Здесь следует вспомнить упомянутого выше Д. Быкова и главный тезис одного из его стихотворений: «Чудо вступает там, где помимо чуда не спасет никто, ничто, никогда». В ситуации, казалось бы, абсолютно безвыходной, когда смерть грозит уже не одному человеку, а всем пассажирам, когда технологический прорыв рискует обернуться катастрофой сродни гибели «Титаника», поезд замедляет свой бешеный темп и останавливается за секунду до краха. Но может ли быть иначе у народа, способного сначала создать сверхскоростной поезд, а затем пытаться отломить в качестве сувенира кусочек «шершавой шкуры «России»?

    Читать полностью