Цитаты из книг автора «Ольга Назарова»

За любовь невозможно отплатить, потому что она не покупается, а дарится.

Просто… просто, когда встречаешь СВОЁ, то крайне глупо его не замечать и отказываться от него!

Мaт так вообще не употребляю, зато отлично умею им смотреть!

Говорить можно что угодно, а вот в душе себе не наврать, не обмануть. Плохо вам – и душе плохо, хоть обговоритесь!

Закон третий касается поиска очень нужных вещей. Если у вас пропала ОЧЕНЬ нужная вещь, прежде всего, посмотрите под кошкой! Они любят греть такие вещи, чтобы вам потом комфортно было с ними общаться!

Закон второй сообщает, что, если есть что-то что можно уволочь и потребить, кошка вполне может это сделать. Если это уволочь нельзя – понадкусает на месте.

Закон первый гласит о том, что если у вас есть емкость, в которую можно влезть, кошка туда непременно влезет! Если туда влезть нельзя, тем более влезет. Короче – влезет ВЕЗДЕ!

Объясняется всё просто – думаем мы по-разному, соответственно, и видим в первую очередь совсем разные вещи. Мужчина увидит что-то глобальное, а женщина скорее заметит миллион мелких деталей.

Сказка живет до тех пор, пока её кто-нибудь помнит и любит. Когда не помнит никто или она безразлична, сказка уходит. Насовсем, – тоскливо вздохнул Баюн. – Ну, так вот, одна нянюшка, Ариной ее звали, рассказывала мальчику Сашеньке сказки, которые ей её бабушка рассказывали и прабабушка тоже. А мальчик-то оказался необычным. Он сказки не забыл и вернул их, тех, которые ещё не совсем ушли. А потом сделал удивительную вещь. Он сделал нам заповедник!

– Нарика? – c презрением спросил Макс. – И такое бывает, – пожала плечами Лена. – Ну, сам подумай. Она берёт ожерелье, точно зная, что надеть его не дадут. Это ведь не просто обычные гости, как к простым людям ходят, а практически приём! Никто на такие мероприятия не надевает «мамины серёжки» особенно, если мама только что их сняла, и гости знают, что это за украшение. Ты что! Там надо демонстрировать статус, принадлежность к узкому кругу очень и очень состоятельных людей, да ещё со своим дресс кодом. Так что её нытьё отцу про «ой можно ли я сейчас это надену» – бред сивой кобылы! Ей надо было, чтобы ты взялся за застёжку. Потом она запросто сказала бы, что застёгивала ожерелье сама, и ты на её глазах к нему не касался. Зато, у тебя аж глаза горели! – Да не горело у меня ничего! – возмущенно крикнул Макс. – Это я поверю, что не горело, а служба безопасности банка? – хмыкнул Сергей. Макс только застонал, снова схватившись за голову. – Блин! Тогда я попал! Если это так, то мне не доказать, что я ничего не брал. Этот бобёр – папенька её, сто процентов дочке поверит! – Поверит, конечно, – вздохнул Сергей. – Ты, правда, попал… – Утешил! – заорал Макс. – На меня-то ты чего вопишь? Я себе девушку по принципу «а почему бы и нет, вроде никто не против» никогда не выбирал. – Тыыы! – взвился Макс, который от ужаса и соображать стал не очень-то…