Книга или автор
3,5
4 читателя оценили
193 печ. страниц
2016 год
16+

Ольга Маслюкова
РАЙ ВО ТЬМЕ

Глава 1

Деревня раскинулась вдоль озера. Около сотни домов, утопающих в густой зелени деревьев, расположились по обе стороны дороги, вымощенной когда-то мелким щебнем и гравием. С течением времени на ней образовались колдобины, которые после дождей почти не высыхали и становились местом для игр деревенской детворы. Метрах в пятидесяти от деревни находилась заброшенная свиноферма, за которой начинался смешанный лес.

– Помогите! – кричала девочка, бегущая по дороге. – Мамочка, помогите!

Босая, она выбежала из дома, который стоял на окраине, и неслась в сторону свинофермы. Две косички хлопали по ее худенькой спинке, будто подхлестывали ее.

– Ах ты дрянь такая, – пыхтел, преследуя ее, толстый мужик, тряся своим голым жирным животом, – я тебе сейчас покажу и мамочку, и папочку.

Даша бежала из последних сил, споткнулась и упала прямо на острые камешки. Не обращая внимания на в кровь разбитые коленки и боль, она тут же попыталась подняться, но перед ее глазами уже стояли огромные ноги в калошах. Подняв голову, девочка посмотрела на толстяка.

– Ну что, попалась! – злобно сопя, произнес он, ударив ее с размаху по щеке.

Даша не заплакала, закрыла лицо ладошками и, медленно раздвигая пальцы, открывая обзор глазам, смотрела на дорогу. На мгновение ей показалось, что, когда она закрывает лицо, будто прячется от него. Но ее сердечко так колотилось от страха, что девочка, как загнанный зверек искала выход, чтобы вырваться из клетки.

– Что вылупилась? Так и сожрала бы меня, да? – прорычал мужик, дыхнув на нее перегаром.

Даша посмотрела на коленки и увидев кровь, провела рукой по одной из них, размазывая липкую алую жидкость по всей ноге.

– Мамочка, – скривив губы от боли, жалобно всхлипнула она.

– Шлюха твоя мамочка! И ты такая будешь! – Мерзко ухмыльнулся толстяк, пытаясь толстыми пальцами расстегнуть ремень на брюках.

Увидев это, Даша вскочила и бросилась бежать. Страх придавал ей силы, и она мчалась без оглядки.

– Ах, ты дрянь! Ну ладно, попадешься мне еще. Пока с мамашей твоей разберусь, а потом ты ее заменишь. И тогда узнаешь, где раки зимуют. Я тебе еще всыплю, как следует! – застегивая ремень, ругался толстяк.

Он медленно пошел назад к дому. Даша добежав до свинофермы, наконец оглянулась. Увидев, что он двинулся обратно, остановилась, села на траву и заплакала. Слезы ручьем катились по ее щекам. Она смахивала их ладошкой и рыдала так, что ее худенькие плечики сотрясались. Девочка еще долго не могла успокоиться.

В конце лета ей должно было исполниться одиннадцать лет. Своего отца она не видела, и мать никогда не говорила о нем. Однажды Даша попыталась расспросить ее, но ответа не получила. От людей она случайно услышала, что мама ее нагуляла. Не понимая до конца смысла этого слова, Даша сделала вывод, что, видимо, так бывает. Мать любила выпить и приводила в дом разных мужчин. Когда дочь догадалась, зачем они приходили, ей стало стыдно за маму. Та по-прежнему не обращая на нее внимания, частенько отправляла ее погулять. Даша могла целый день не появляться дома, и никто о ней не вспоминал. Вот и сейчас у них живет этот толстяк Гриша. Они каждый день пили. В доме было не прибрано.

Девочка часто оставалась голодной и злилась на мать за то, что та ничего не готовит. В этот день она забежала домой и в поисках хоть чего-нибудь съестного открыла шкафчик, а из него вывалилась незакрытая бутылка вина и все ее содержимое разлилось. В этот момент вошел Гриша, увидев на полу лужу вина, накинулся на нее с грубой бранью. Он попытался ухватить ее за косы, но Даша сумела вырваться и убежать на улицу. Выскочив за калитку, девчонка не подумала, что нужно бежать к людям, бросилась в обратном направлении. Мать была пьяна и спала, в то время, как разъяренный Гриша гнался за ней.

Девочка вытирала краем платья кровь с коленок и плакала. Возвращаться домой она боялась. Ее душила обида, что мать не может защитить ее. Даша обижалась на нее и жалела – ведь когда они оставались одни, мама была совсем другой.

Соседская дворняжка Жучка подбежала к ней и стала обнюхивать и зализывать коленки, будто понимая, что так раны можно залечить. Даша ласково гладила ее по шерстке и приговаривала:

– Жучка, ты такая добрая. Хорошая моя… Собака от удовольствия лизнула ее в щеку. Даша улыбнулась. Она поднялась с травы, отряхнула платье и прихрамывая побрела в сторону деревни.

– За мной! – приказала она Жучке, которая и так бежала за ней. Даша прошла мимо своего дома и села на скамеечку возле соседнего. Жучка свернулась калачиком и умастилась у ее ног. Соседка увидев в открытое окно Дашу, почувствовала неладное.

– Даша, ты чего здесь сидишь? Есть, наверное, хочешь?

Даша, опустив голову, чуть слышно сказала:

– Хочу.

– Заходи.

Даша встала и медленно пошла в дом бабы Маши. Жучка вскочила и хотела бежать за ней, но калитка перед ней закрылась. Сев на траву, она преданно осталась ждать.

– Ну, что опять случилось? – взволнованно спросила баба Маша, зная по-соседски, что происходит у них дома.

– Упала.

– Господи! – всплеснула руками женщина. – Да ты все ноги ободрала. Смотри, как кровь сочится. Садись. Я смажу зеленкой.

Баба Маша жила одна. Ей было уже за шестьдесят. Седые волосы она заплетала в косу, которую укладывала на затылке колечком. Цветной халат, о который она постоянно вытирала руки, свободно болтался на ее худощавом теле.

Она взяла тазик, налила туда воды и стала бережно мыть ноги девочки. Потом намотала на спичку ватку, обмакнула ее в зеленку и смазала ссадины. Даша кривилась от неприятных ощущений, но терпела.

– Вот и все, – вздохнула баба Маша, дуя на коленки и поднимаясь с корточек, – а теперь иди, ешь.

Она поставила на стол вареную картошку, хлеб, молоко.

– Больше ничего нет. Я же не знала, что ко мне такие гости пожалуют, – ласково улыбнулась она Даше.

– Живу на пенсию. Картошка да молоко. Привыкла так питаться. Иногда в день пенсии балую себя колбаской или селедочкой. А уж о конфетах и разных сладостях давно забыла, – оправдывалась она, что не может сейчас угостить ее чем-нибудь вкусненьким. – Так что извини.

– Спасибо, – глядя исподлобья, сказала Даша.

– Да ладно уж, «спасибо» говорить. Не за что, – усевшись напротив Даши, женщина смотрела, как та с жадностью ела картошку, запивая молоком. Баба Маша покачала головой.

– Мамка твоя совсем рехнулась! – начала она причитать. – Дочь бросила на произвол судьбы, не кормит совсем. Да что ж это на белом свете делается? Родная мать, а за ребенком не смотрит. Ты хоть в школе хорошо учишься?

– Хорошо, – набив полный рот, отвечала Даша.

Когда она доела, баба Маша принесла полную кружку малины. Они вышли во двор и сели на скамейку. Жучка тут же стала вертеть хвостом и тереться о Дашины ноги, а девочка с удовольствием ела ягоды.

– Жучка, я тебя утром накормила, что это ты еще здесь выпрашиваешь? – глядя на собаку, укоризненно произнесла баба Маша.

– Она меня провожала до Вашего дома. Очень добрая собачка, – сказала Даша, ставя кружку на скамейку. Девочка наклонилась и погладила Жучку.

– Что делать-то будешь? – спросила баба Маша.

– Не знаю.

– Каникулы сейчас. Подружки-то есть?

– Есть, но они уехали в лагерь отдыхать.

– А ты что же не поехала?

– Мамка не пустила.

– Вот злыдня, – выругалась баба Маша.

– Она хорошая, когда не пьет. Дядька этот приходит и приносит вино всегда, – пыталась оправдать мать Даша.

– Ой, детка ты моя. Не этот дядька, так кто-нибудь другой принес бы. Что я не вижу что ли?

– Баба Маша, можно я сегодня с Вашей собачкой здесь переночую?

– Господи, да что это ты придумала? – обняв и прижав Дашу к себе, воскликнула баба Маша. – Что у меня сердца нет? В доме место есть. Переночуешь. Домой не хочешь идти?

– Боюсь. Он меня убьет.

– Ну-ка, глянь на меня? – встревожено сказала баба Маша, увидев припухшую щеку Даши, которую сразу не заметила.

– Это он тебя? – возмутилась она. – Да что же это такое! Зверюга, какой!

– Да, – мотнула головой Даша.

Баба Маша прижала ее к себе.

– Пошли в дом, детка. Уже смеркается. Телевизор включим, посмотрим что-нибудь и спать будем, – ласково проговаривала она. – А искать тебя не будут?

– Нет, – ответила Даша.

Они вошли в дом. Хозяйка включила телевизор. Обе расположились на диване и стали смотреть начавшийся сериал.

Глава 2

Жанна открыла глаза и потерла виски. Голова раскалывалась и очень хотелось пить. Тело занемело в неудобном положении. Она лежала на краю кровати, сетка которой растянулась, как гамак. Посмотрев на Гришу, который лежал на спине и смачно храпел, сморщилась.

– Фу, – брезгливо сказала она, толкая его в бок, – разлегся тут на всю кровать.

Медленно поднялась и подошла к лавке, где стояло ведро с водой. Взяв кружку, зачерпнула из него и стала жадно пить.

– Ой, как хорошо-то, – выдохнула Жанна. Подняв с пола бюстгальтер, надела его, накинула мужскую рубашку и села на край металлической кровати.

Взглянула на неубранный стол, на котором стояли пустые бутылки, чугунная сковорода, банка из-под рыбной консервы и сморщилась.

– Какой запах!

Жанна встала, открыла окно, глянула на себя в зеркало и провела рукой по волосам.

– Ну и видуха, – произнесла она и села за стол, взяв бутылку, в которой еще оставался глоток вина. Допив прямо из бутылки, женщина поставила ее на стол и стала пристально осматриваться: «Мало. Неужели все выпили? Гришка, наверное, гад все допил», – подумала она.

Жгучая брюнетка, Жанна была когда-то красавицей с толстой косой на зависть подругам. Ей было двадцать восемь лет, но выглядела она на все сорок. В красивых глазах исчезли блеск и выразительность, появились мешки под глазами. А коса превратилась в каре, которое, кстати, тоже очень шло ей.

Когда Жанне было двенадцать лет, родители развелись и разъехались, оставив ее с тетей Зиной, сестрой матери. Отец и мать устроили свои личные жизни в других городах и почти не интересовались дочерью. Тетушка стала ей второй матерью. Она любила племянницу, и в их жизни складывалось все благополучно.

Но однажды летом, когда Жанна только что получила аттестат об окончании школы, к ним на практику приехал студенческий отряд. Три месяца городские парни жили в деревне и строили свиноферму. Красивая деревенская девушка влюбилась с первого взгляда в одного из них так, что забыла обо всем на свете. Жанна перестала готовиться к поступлению в институт и не представляла своей дальнейшей жизни без своего возлюбленного. До октября они не разлучались. Он клялся ей в любви, обещал вернуться и жениться, а она не могла дня прожить без него. Увещевания тети Зины никаких результатов не давали. В то время девушке было все безразлично, лишь бы он был рядом. Жанна поняла, что беременна, после отъезда любимого. Она пролила немало слез, ожидая его, но так и не дождалась. Узнав, что его возлюбленная ждет ребенка, он даже телефон отключил.

Целый месяц Жанна не выходила из дома. Но тетушке удалось вывести ее из стрессового состояния. Новость о беременности племянницы не огорчила ее, а наоборот, даже обрадовала. Они вместе ждали рождения ребенка. И вот на свет появилась девочка, которую назвали Дашей. Через несколько месяцев Жанна устроилась на работу, а тетя Зина занималась воспитанием малышки. Дашеньке исполнилось семь лет, когда ее не стало. Жанна похоронила тетушку. Ей достались дом и все, что было нажито тетей Зиной. Мать Жанны приезжала на похороны сестры, но дочь с внучкой не забрала, сославшись на то, что у нее уже двое детей и места для них нет. Тогда Жанна очень обиделась на мать, и они поссорились. Об отце она вообще ничего не знала.

С тех пор прошли три года. Оставшись одна, Жанна не смогла справиться с трудностями и стала частенько прикладываться к спиртному. С работы ее уволили. Она встречалась с мужчинами, те оставляли ей немного денег, которые тут же тратились на выпивку. Иногда часть денег перепадала на покупку вещей для Даши, которая тянулась к ней всем сердцем: ведь в минуты трезвости мама была ласкова с ней и щедра. Часто, находясь в алкогольном опьянении, Жанна забывала о дочери. Даша по-детски винила во всем мужчин, которые приносили в дом спиртное и спаивали, как она считала, ее мать.

И вот сейчас, очнувшись после очередной выпивки с Гришей, мать вспомнила про дочь и стала ее искать. «Где же Дашка? – думала она, – наверное, бегает где-то по деревне». Зевнув, женщина снова прилегла на край кровати. Гриша повернулся и положил руку ей на живот.

– Господи, ручище-то какая тяжелая, раздавишь, – сбросив с себя руку, пробурчала Жанна.

– Жанка, дай сто грамм, – простонал Гриша.

– Да иди ты к черту! Откуда у меня сто граммов. Денег ни копейки. Хлеба купить не на что.

– Иди бутылки сдай. Может, наскребем на чекушку.

– Фигушки. Никуда я не пойду. Иди сам.

Она встала с кровати и подошла к открытому окну. Потянул свежий теплый ветерок.

– Стерва ты, Жанка, – грубо крикнул ей вслед Гриша. Женщина привыкла к такому обращению и никак не отреагировала на это.

– Ты Дашку не видел? – поинтересовалась Жанна.

– Не видел. Твоя Дашка вчера пол-литра вылила на пол.

– И что ты с ней сделал?

– Приласкал, – ехидно улыбнувшись, ответил Гриша.

– Гад ты, Гришка. Теперь она спряталась где-нибудь. Домой боится идти. Где ее искать?

Она посмотрела во двор и позвала:

– Дашка! Даша!

Никто не откликался.

– Вот и пошли ее бутылки сдать! – давал указания Гриша.

– Сама знаю, что моей дочери делать. Давай вставай. Разлегся тут.

– Чего ты разошлась, – поднимаясь с кровати, пробурчал он.

Семейные трусы сползли у него до лобка, живот выпирал вперед. Он подошел и пухлыми руками провел по ее ягодицам.

– Уйди! – стукнув его по рукам, отстранилась от него Жанна.

– Подумаешь, королевна, – растопырив пальцы в сторону и виляя задом, прошипел толстыми губами Гриша.

Он вышел во двор. Жанна застегнула рубашку на пуговицы и вышла за ним следом. «Где же Дашка?» – думала она.

Гриша за углом сарая справил малую нужду и, входя в дом, проговорил:

– Твоя Дашка уже трахается с кем-нибудь.

– Дурак ты! Она же еще девочка.

– Девочка! А что девочки сейчас не востребованы? Ха-ха-ха, – нагло засмеялся он. – Я бы сам не прочь такую девочку.

Он подтянул трусы до пупка, хмыкнул и вошел в дом. Жанна последовала за ним.

– Ты что это болтаешь, козел драный? А? Ты что, спятил? Ну-ка говори, где Дашка?

Жанна так разозлилась на него, что невольно сжала кулаки, заподозрив неладное.

– Я тебя спрашиваю! Где Дашка?

– Да не знаю я, – развел руками Григорий.

– Что ты вчера с ней сделал? Паразит! – наступала на него Жанна.

– Я наказал ее. Она же бутылку разбила. Мне пришлось еще покупать.

– Ну-ка шуруй отсюда! Давай-давай, поторапливайся. Если я не найду Дашку, я убью тебя.

Жанна швырнула ему в лицо брюки. Он схватил их и стал быстро натягивать.

– Вот дура! Бешеная! – застегивая брюки, ругался Гриша. – Сама шлюха, и девка у тебя такая же.

– Что ты сказал? Говнюк вонючий!

Женщина схватила сковороду со стола и ударила его сзади по голове. Гриша повернулся и резко нанес ей удар в лицо. Жанна, падая, ударилась об угол шкафа.

Она лежала без движения, струйка крови вытекала из-под ее головы. Гриша, не обращая на нее внимания, в гневе выскочил из дома, хлопнув дверью. Бурча что-то под нос, он пошел в направлении магазина.

…Баба Маша не будила Дашу. Она испекла оладьи, чтобы накормить девчушку завтраком, достала из погреба варенье. «Пусть полакомиться, – подумала она, – бедная девочка. Такая хорошенькая. А глазки-то какие выразительные и умненькие. С характером девчонка. Может, такой и нужно быть в наше время. Молчунья только. Лишнего слова не скажет. Стесняется. Жизнь у нее несладкая».

Даша открыла глаза и услышала, как баба Маша шаркает своими тапками на кухне. Она надела свое платьице и сразу заторопилась уйти. Хозяйка остановила ее:

– И куда это ты направилась? Не позавтракаешь? А я так старалась.

– Вам и так большое спасибо. Приютили меня, – по-взрослому ответила девочка. Я домой пойду. Мама, наверное, ищет меня.

– Нет. Ты сначала поешь. Дома все равно не накормят, – настаивала баба Маша.

Даша посмотрела на оладьи, которые красовались на тарелке, проглотила слюну и не смогла устоять перед таким соблазном. Ведь она даже не помнит, когда мама пекла для нее оладьи. Переборов стеснение, она села за стол. После завтрака поблагодарила бабу Машу, попрощалась и направилась к своему дому.

Калитка была открыта настежь. Даша закрыла ее за собой и прислушалась. В доме было тихо. Осторожно переступив порог, она вошла и увидела мать, лежащую на полу. Девочка быстро подошла к ней. Голова матери лежала в луже крови. Даша закричала:

– Мама! Мамочка, вставай! – Жанна молчала.

– Мама! – кричала Даша. – Мамочка! – Она обняла мать и заплакала.

– Мама, вставай! Мамочка, поднимайся, – просила ее Даша.

Даша рыдала над телом матери. Она не понимала, что произошло, но видела, что мать не подает признаков жизни.

Баба Маша в это время решила сходить в магазин. Она вышла за калитку и приостановилась возле дома Даши. Окно было открыто и ей показалось, что кто-то плачет. Женщина прислушалась и, узнав голос девочки, бросилась в дом. Увидев склонившуюся над матерью Дашу, схватилась за сердце и присела.

– Ой, Господи, – заголосила баба Маша. – Господи, что же это случилось. Дашенька, подойди ко мне.

Даша отошла от матери, подошла к бабе Маше, прижалась к ней, и они громко заплакали.

– Детка моя, поплачь, поплачь, – приговаривала баба Маша, вытирая катившиеся ручьем слезы. – Горе случилось. Ой, какое горе, детка. Милицию нужно вызвать. Пошли, Дашенька, пошли отсюда.

– Мамочка, мамочка, – плакала навзрыд Даша, держась за руку бабы Маши.

Обняв девочку, женщина вышла из дома.

У бабы Маши подкашивались ноги. Она держалась одной рукой за сердце, другой – за руку Даши.

– Дашенька, – сквозь слезы говорила она, – пойдем к соседке, позвоним в милицию.

Они подошли к соседнему дому. Окно было открыто. Баба Маша оперлась о забор и постаралась крикнуть.

– Клава! Выйди! – не так громко у нее получилось, но Клава услышала и выглянула в окно.

– Что случилось, Мария?

– Ой, Клава, горе-то какое случилось. Звони в милицию. Жанну убили.

Клава выскочила на улицу.

– Кто? Когда?

– Да ты не спрашивай, звони. Баба Маша присела на скамейку.

– Клава, дай корвалол.

Клава выскочила из дома, держа капли и воду. Она быстро накапала в стакан капель и подала бабе Маше. Выпив капли, та немного успокоилась. Даша сидела рядом и всхлипывала. Клава взяла бабу Машу под руку и они все вошли в дом. Клава тут же позвонила участковому. Было десять часов. Молча стали ждать, поглядывая на Дашу.

Милиционер приехал быстро. Звук его мотоцикла привлек внимание жителей деревни, которые поспешили кто на улицу, а кто – к окну. Так было всегда, когда они видели участкового. Значит, в деревне что-то случилось. Люди выходили из своих домов и потихоньку шли в ту сторону, куда ехал мотоцикл.

Возле дома Жанны уже собралось около десятка человек. Участковый никого не впускал в дом и ждал следователя. Люди стояли, перешептываясь, невольно устремляя свои взгляды на Дашу, которая сидела на скамейке, тихонько вытирая слезы ладошкой. Со стороны магазина шел Гриша, держа в руках бутылку вина. Он увидел собравшихся и удивленно спросил у бабы Маши:

– А что это народ здесь собрался?

– Жанну убили.

– Кто убил? – недоумевая спросил он.

– Может, ты? – подозрительно спросила она, глядя на него.

– Ты что, рехнулась, старая, – выпучив глаза, заволновался Гриша.

Даша вскочила со скамейки и подбежала к ним. Сжав маленькие кулачки, она стала бить Гришу по животу. Худенькая девочка пыталась отомстить ему таким образом за смерть мамы.

– Это он убил мою маму! Это он! Я знаю, – кричала она.

Все повернулись в их сторону. Гриша оттолкнул Дашу и хотел уйти, но тут подошел участковый:

– Гражданин, прошу пройти со мной, – строго сказал он.

– Что происходит? – сопротивлялся Гриша, но милиционер крепко взял его за локоть и повел в дом. Не выпуская из рук бутылку с вином, Гриша подчинился. Приехала следственная группа. К дому подходили и подходили люди. Убийства в их деревне еще не бывало и все с волнением следили за происходящим.

Читать книгу

«Рай» во тьме

Ольги Маслюковой

Ольга Маслюкова - «Рай» во тьме
Отрывок книги онлайн в электронной библиотеке MyBook.ru.
Начните читать на сайте или скачайте приложение Mybook.ru для iOS или Android.