Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Цитаты из Агафонкин и Время

Читайте в приложениях:
90 уже добавило
Оценка читателей
3.13
  • По популярности
  • По новизне
  • Как же? – удивился Митек. – Объекты Выемки-Доставки – важная вещь. Они, Алеша, вроде как дверцы в другие Линии Событий – другие варианты судеб. Я ж сказал: каждому раз в жизни даю выбор, шанс – посылаю Объект. Пусть подержит у себя, может, и вспомнит, что у него имеются другие жизни. Это – Доставка. Если не использовал – не вспомнил, Объект забирается. Это – Выемка. Знаешь, – улыбнулся Митек, – каждый человек однажды находит у себя какой-нибудь с виду бесполезный предмет и смотрит на него, пытаясь вспомнить – откуда? Зачем? Вспомнит – изменит жизнь. Не вспомнит, что ж: приходит Курьер и забирает Объект. И человек об этом забывает. Вот ты для чего, Алеша, – закончил Митек. – И вот отчего Курьерам нельзя вмешиваться. А ты вмешался.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • чужие
    И другие чужие по всей российской земле оставили разную работу, что делали для чужих, взглянули на клеймо Мигранта и пошли на Зов Ибрахима
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Новая Линия Событий переставала быть зыбкой, временной интервенцией. Она становилась полноправным, постоянным вариантом реальности. Юла могла показать, предложить, но чтобы сохранить новую версию реальности, был нужен он – Агафонкин.
    А что? Могло и получиться – сотворить новый мир. Будем как боги.
    – Вот, Алексей, – радостно сказал Путин, – без вас – никак. Потому вы и должны закрутить юлу. Решайтесь.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – У нас что произошло? – продолжал Путин. – Что произошло в 90-е? СССР потеряли? – Он загнул крепкий большой палец. – Потеряли. Национальное богатство во время приватизации разбазарили? –
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – И Владимир Владимирович как раз такой человек? – спросил Агафонкин.
    – И Владимир Владимирович как раз такой человек, – подтвердил Сурков. – И оттого я с ним, поскольку он – правильный для страны человек. На данном отрезке.
    – Это вы про особый путь России? – поинтересовался Агафонкин. – Мол, что европейцу, как, например, гражданское общество, хорошо, то русскому смерть? Вы про это? Про особенности российской истории?
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Осознанное желание, – объяснил Канин. – Вы ж юлу закручивали, не так ли?
    – Закручивала, – призналась Алина. – Там были мои другие жизни.
    – Раз юлу закручивали, имеете право на вызов Кареты, – сообщил Канин. – Когда Карета вызывается неосознанным желанием увидеть другой мир – незнамо что, лишь бы отсюда, то приходит без кучера. Потому что непонятно, куда везти. А если вызывающий знает, куда хочет, – если желание осознанное, Карета приходит с кучером и везет куда пожелали, – пояснил Канин. – Главное – успеть в свое окно.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • “Что мне спички? Я вообще бабочка”, – подумала Алина, но огонь от этой мысли не загорелся.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Придя после работы в полученную после войны комнату в большой коммунальной квартире на Солянке, Нина Николаевна грела на общей кухне сготовленный в воскресенье на всю неделю суп, уносила горячую тарелку к себе, нежадно ела и, аккуратно обтерев рот, доставала альбом с вклеенными в него фотографиями дорогой ее сердцу стальной машины. Она глядела на снимки, вырезанные по большей части из газет и журналов, и сладкая истома охватывала Нину Николаевну – окутывала, топила в себе, подчиняла. Голова ее начинала кружиться, ей становилось жарко, мелкие мураш
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • юди кричали, плакали, но никто – ни один человек – не попытался бежать: они закрывались от падающих сверху блоков штукатурки, летящего из разрушаемых стен кирпича и обезумевших крыс, но оставались на месте.
    – Почему они не бегут, господин? – спросил Ибрахим. – Ведь двери открыты?
    – Привыкли, милый друг, – пояснил Гог. – И не такое видали: в России живут. Да и куда? Здесь их дом. – Он повернулся к стоявшему у окна Магогу и скомандовал: – Алле – о-о-оп!
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Когда мы с женой думали над будущим законом, она предложила разбить его на разделы наподобие сталинской Конституции: государственное устройство, права и обязанности граждан, государственная символика – флаг, герб, гимн. Мы долго обсуждали, спорили – шепотом, по-русски – одни в большой ханской юрте и решили, что нужно начать с декларации единовластия. Почему я – единый, единственный владыка монголов? Потому, сказала моя умная жена, что на небе только один бог, а на земле только один хан. Оттого первый закон Ясы гласит:
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Она боялась и любила его, и часто, оставшись одна, плакала, что недостаточно для него хороша. Он был старше и воевал три года – пока не ранили. Его первая жена и грудная дочь умерли от тифа в войну.
    Он любил ее каждую ночь – кроме месячных, заполняя, наполняя, вдавливая в пружины старого матраса, заставляя зажимать рот, чтобы не разбудить спящего в той же комнате ребенка, и кусать губы от счастья.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Соски напряглись, вытянулись, готовые к мужским губам, просто готовые, и Катя потрогала под халатом между ног. “Сделать себе? – мелькнула горячая, влажная – как Алешин язык – мысль. – Прямо здесь, в его кабинете?” Ей почему-то казалось, что если она поласкает себя в кабинете мужа, то тем са
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Как ему объяснить? При чем тут “любишь”? Она принадлежала Алеше с той секунды, как его увидела, но, по правде, и раньше: ждала всю жизнь. Такой мужчина бывает у каждой женщины, если повезет: ты ему принадлежишь, пойдешь за ним, побежишь – без обещаний, без будущего, без надежд. А мужу она не принадлежала: это он принадлежал ей. Он был ее, а она его не была. Она была Алешина. Так просто. Но мужчине не объяснишь
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Курение производило на Катю оргазмический эффект, и оттого она не думала бросать, хотя знала: плохо для горла. Певцы не должны курить. Как и певицы. Впрочем, Катя делала многое, что не должна была делать, и не сильно тревожилась.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Мансур взъерошил жесткие короткие волосы, снова вытащил сигареты, но курить не стал.
    – Задача, которую я поставил перед Чингисханом, – не покорить Россию. Задача – уничтожить Европу. Чтоб Европы не было. Совсем. Ее, по сути, и нет: так, окраина Азии, спрятавшаяся от нас за горами и проливами. А не будет Европы, не будет и европейского лобби на Руси. Подумайте: одна азиатская империя – не евразийская, нет! – азиатская, и чтобы никакого раздвоения, ничего сборного, составного, никаких двух корней: не Евразия – Европа и Азия, нет! Азия! Азия! – Он стукнул ладонью по столу и посмотрел на Агафонкина и Олоницына – согласны ли.
    В мои цитаты Удалить из цитат