Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
Написать рецензию
  • strannik102
    strannik102
    Оценка:
    321

    Сильнейшая книга! Мощнейшая! Настолько, что если бы сейчас были прежние времена и я имел бы отношение к политической и антивольнодумской цензуре, то непременно и немедленно распорядился бы о полном её запрете...

    Ни о каком писательстве в случае этой книги речь не идёт — Лилиана Лунгина здесь выступает прежде всего как рассказчик. Но, мало того, Лилиана Лунгина на самом деле в этой книге является собеседником, что более глубоко и более доверительно. Собеседником потому, что волей-неволей, но ты как бы вступаешь в беседу с ней, становишься частью этого разговора, становишься стороной диалога. А это уже совсем другое качество, нежели простое писательство.

    О каких-то художественных ценностях или особенностях повествования речь совсем не след вести, потому что достоинство и ценности этой книги определяются не художественными или литературными достоинствами, а тем, что это документ. Документ эпохи. Документ субъективный, но одновременно и максимально приближенный к объективности. Лилиана Лунгина умудрилась рассказать нам о самых горьких, страшных, ужасных моментах в собственной судьбе и в судьбе нескольких поколений самых разных людей и даже государств с таким бесстрастием, с таким ограничением себя в эмоциональном плане, что эта бесстрастность имеет прямо противоположный эффект — эта книга и эти страницы становятся одними из самых страшных и ужасающих в своей простой и не ретушированной страшности и ужасности.

    А СССР скончался окончательно. Я не о той кончине государства, которая случилась вот уже более двух десятков лет тому назад — я о том, что он умер во мне, внутри меня — сейчас, сегодня, здесь, когда я закрыл последнюю страницу этой книги...

    Фильм я не смотрел. Наверное это и хорошо, потому что имел возможность прочитать эту книгу внутренним голосом и с собственными смысловыми, тембральными и прочими выразительными оттенками. И такое внутреннее подключение к рассказу собеседника позволяет как раз не отстраняться от сути рассказываемого, не воспринимать всё это как нечто внешнее, тебя не касающееся, ибо происходившее не с тобой, а, наоборот, чувствовать себя частью жизни, прожитой и рассказанной Лилианой Лунгиной.

    Фильм я не смотрел. Но теперь посмотрю непременно.

    Читать полностью
  • margo000
    margo000
    Оценка:
    164

    Дорогая Марина- Roni ! Это был ваш совет во Флэшмобе-2011!
    И я, если честно, могла бы сейчас ограничиться лишь одной фразой: "Марина, вы мне подарили ЕЩЕ ОДНУ ЛЮБИМУЮ книгу!!!".
    И всё. Ибо этим уже всё сказано.
    Я буду ее читать и перечитывать еще время от времени, да. Для меня она станет (уже стала) из тех книг, которые называются настольными.

    Но я все же ограничиваться не буду этими словами - я попробую сформулировать часть тех мыслей эмоций, которые меня переполняют.

    Скажу крамольную вещь (да пусть никто не вздрогнет от беспардонной моей самоуверенности). В Главной героине, в Рассказчице я узнала Себя-Примерно-Лет-Через-Тридцать (дай Бог прожить хоть сколько-то, не то что 30...).
    Угу.
    Ибо я узнала вот это жгучее желание наклониться поближе к человеку, сидящему рядом, и попробовать сформулировать, передать весь тот опыт, ту мудрость, которая накопилась у тебя, - передать как предостережение, а главное - КАК ЛУЧИК НАДЕЖДЫ!
    Я сейчас очень много подобного говорю своим ученикам, ибо мне кажется так важным им, еще только начинающим жить и очень этой жизни боящимся (да-да, в этом виноваты и мы, взрослые, нагнетающие чувство ужаса перед завтрашним днем!), мне кажется важным их успокоить и пробудить в них жажду жизни, интерес к ней и, может, даже какой-то азарт.

    И что же? У Лилиан Лунгиной, рассказывающей, казалось бы, о СТРАШНОМ ПЕРИОДЕ, я вижу это желание - склониться к нам, начать воспоминания, отделив зерна от плевен, и, делая акцент на человечности и наличии почти всегда нравственного выбора, пытаться донести следующие мысли:

    "Нужно надеяться и верить в то, что даже очень плохие ситуации могут неожиданно обернуться совсем другой стороной и привести к хорошему"

    и

    "Жизнь безумна, страшна, ужасна, но вместе с тем прекрасна, и я все-таки думаю, что хорошее в ней преобладает над плохим. Над страшным. Я в этом даже уверена. Во всяком случае, мой опыт этому учит. Потому что главное в этой жизни - люди, и людей замечательных гораздо больше, чем предполагаешь. Значит, все-таки хорошее побеждает плохое. Посмотрите, сколько замечательных людей попалось на нашем пути. Надо внимательнее присматриваться к людям вокруг. Может быть, не сразу увидишь, что они замечательные, - надо дать себе труд разглядеть то, что несет в себе человек. И может быть, это есть тоже маленькая тропинка, ведущая к какой-то радости."

    И в том, что я прочитала, - я увидела подтверждение правоты этих слов: Жизнь надо любить. Жить надо хотеть.
    И еще: всегда можно оставаться человеком! У тебя всегда есть и будет выбор!
    (Впрочем, мне нравится и другая мысль: "Если ты ЧЕЛОВЕК - у тебя НЕТ ВЫБОРА". А ведь хорошо сказано, а?!)

    Спасибо этой женщине, захотевшей честно обо всем с нами поговорить...
    Я читала у многих, что раздражала сухость, отстраненность рассказа? - возможно. Нет чрезмерных эмоциональных излияний, охов, ахов.
    Но разве не читались в каждой строке ужас, страх, надежда, любовь???!!!
    Я, например, всё это прекрасно видела и меня не отталкивала сдержанность повествования - даже наоборот. Это как увидеть на щеке сурового мужчины скупую слезу - эффект еще больший, чем от лица заплаканной женщины.

    Читала внимательно. Читала с карандашом.
    С удовольствием буду давать эту книгу читать своим друзьям-знакомым.
    А потом перечитывать заново. Впрочем, я об этом уже написала в самом начале...

    Спасибо, дорогая Марина- Roni !

    (P.S. Фильм я еще не смотрела. Попробую это сделать чуть позже... Пока хочется самостоятельно переварить прочитанное).

    Читать полностью
  • Fandorin78
    Fandorin78
    Оценка:
    95

    Книга появилась в списке желаемых после многих положительных отзывов и рекомендаций. Хотя само произведение не могло не заинтересовать: монолог-интервью человека, заставшего и прожившего такой временной интервал.
    Лилианна Лунгина до первых страниц была практически незнакомым мне человеком, а вернее сказать, я думал, что лишь слышал да косвенно пересекался с этим именем.

    Книга-монолог, книга-воспоминание, книга-беседа. Полная грусти, усталости и боли. За себя, за близких, за родных и друзей. Но при этом наполненная до краев жизнелюбием, жизнеутверждением, оптимизмом, надеждой и счастьем. Счастьем заразительным и радостным, не заметить которое невозможно. Женщина, прожившая большую жизнь, ставшая свидетельницей истории, наблюдателем и участником колоссальных явлений, рассказывает о своем большом пути, как о радостной прогулке, когда вокруг красота, тепло, когда друзья держатся за руки, когда вера в себя непоколебима, когда надежда на лучшее несгибаема и когда любовь всеобъемлюща.

    Рассказ о людях, о круге знакомых завораживает, затаив дыхание, слушаешь о каждом из них, далеких и таких близких, таких знакомых и таких неизвестных, проникаешься до каждой клеточки о каждом ушедшем, о каждом исчезнувшем.
    История страны, преломленная под углом личного восприятия, - сугубо субъективная оценка, становящаяся наиболее объективным взглядом на многие события "тех давних лет". А что самое главное, это самое личное восприятие, как его не хвали или ругай, безумно интересно, это опыт, это знания, это мнение, это призыв к обсуждению и осмысливанию, что дорогого стоит.
    Как итог, как вывод - книга закрыта с чувством благодарости и восхищения.

    Читать полностью
  • nad1204
    nad1204
    Оценка:
    82

    Книга-монолог, книга-исповедь. Удивительная биография замечательной переводчицы Лилианны Лунгиной, в которой отразился весь такой неспокойный и сложный XX век.
    И вот, что сразу бросилось в глаза: насколько этот монолог отличается от тех интервью, которые сейчас дают наши "звездульки". У них всё о диковинных местах, где отдыхают "избранные", о сумочках-нарядах-золоте-брульянтах, о любовниках и спонсорах, а изо всех щелей лезет последняя буква алфавита — "Я", "Я", "Я"...
    У Лилианны же в рассказе как-то не очень много её самой. Очень тепло она говорит о родителях, о муже и, конечно же, о многочисленных друзьях. Живая, очень общительная, обаятельная — она просто притягивала к себе людей и они оставались с ней надолго, многие до самой смерти. Среди них много знаменитых людей, но есть и просто друзья детства и юности, которые продолжали поддерживать с ней связь. Меня поразило, что даже с одноклассниками они встречались регулярно, даже незадолго до её смерти все собирались в её квартире. И отсутствовали только те, кого уже не было в живых. Вот это связь! Вот это интерес, не исчезнувший с годами!
    А как она скупо и точно сказала о смерти любимого мужа, с которым прожила 49 лет:

    ... горе — это отсутствие желаний... Нет желаний. Это тоже как черная дыра. Но хочется вспоминать прошлое. И именно в том смысле, в каком эта наша с Симой жизнь была не только нашей, но вобрала жизнь поколения, явилась какой-то маленькой частью в странной мозаике тех, кто уходит к концу двадцатого века...

    Боль, с которой надо жить, хоть жить уже и не хочется... Вот это прорастание друг в друга!
    А в большей степени — это рассказ об эпохе. Взгляд на неё со стороны московской творческой интеллегенции. И людей с неугодным пятым пунктом в анкете. Я не могу об этом не написать, потому как этого очень много в книге. Даже слишком много.
    Я понимаю, говорила о наболевшем, о том, что сломало жизнь многим её друзьям, о том, что так мешало в творчестве её мужу и сыновьям. Это её монолог, имела право.
    Но вот мне как-то очень хотелось узнать побольше о её работе над чудными детскими сказками, о её дружбе с Астрид Линдгрен. Об этом, конечно, есть, но очень-очень немного.
    А в целом, книга замечательная. И очень какая-то живительная. Хотя страшного и горького в ней немало.

    Читать полностью
  • Sullen
    Sullen
    Оценка:
    74

    Государство – это мы

    Кому надо, тот «Подстрочник» давно прочитал. Кроме меня. За редким исключением – мы не берем в расчет антисемитов с воспаленным сознанием – книга пришлась по душе всем. И правда, тут есть почти всё, но больше всего – оруэлловщины.

    «И вот однажды вечером мы сидели там (в ресторане «Арагви») с нашим другом, редактором издательства. Он вышел в туалет и заблудился в коридорах, поскольку основательно выпил. И увидел перед собой несколько дверей. Толкнул одну – она не поддалась. Толкнул вторую – она открылась. Он шагнул вперед и очутился в просторном зале, где крутились десятки огромных записывающих устройств. На каждом был номер, соответствующий ресторанному столику. Он вернулся, белый как полотно, и стал требовать, чтобы мы немедленно ушли».

    Всё чаще в последнее время поговаривают, мол, нужно заниматься в школах по единому учебнику истории. Тех, кто заподозрит инициаторов в борьбе с двоемыслием, успокоят казенной формулировкой: в целях формирования позитивного мнения у учащихся об истории родной страны.

    Что бы там ни сформировали, есть предложение: в курсе истории XX века давать детям «Подстрочник» в качестве внеклассного чтения. Получится таким образом полное лукошко русской социальной мысли: патриотической с одной стороны, либеральной – с другой. Если старшеклассникам не до социальной мысли, в «Подстрочнике» они хотя бы найдут красивую историю любви, смешного Солженицына, обаятельную Астрид Линдгрен.

    Лилианна Лунгина замечательным образом рассказывает о своей жизни, о себе, семье, друзьях, однако главным игроком в книге остается государство. Причем совершенно не важно, какая это эпоха, – террор ли, оттепель, – жизнь абсолютно любого человека зависела в то время от цэка. Государство беспокоит неожиданным ночным визитом с требованием на выход, оно же решает, есть ли тебе апельсины или нет. Сложно сейчас представить подобное и, что там говорить, страшно.

    У Лунгиной есть четкая гражданская позиция, на которую, безусловно, повлияло парижское детство маленькой Лили. Возвратившись в Советы, она, говорит, сразу поняла, что это такое. Но не суть… История диссидентского движения нам более-менее знакома. Более интересен взгляд парижской девочки, сказал бы я, на амбивалентный русский характер.

    Про свою жизнь в замерзающей татарской деревне во время войны она рассказывает:

    «Второе бревно мне согласился распилить конюх в обмен на последнюю вещь, принадлежащую моему папе, – красный перочинный ножик с десятью лезвиями и папиной факсимильной подписью. Согласился с таким расчетом: одну треть себе, две трети – мне. Поскольку выбора не было, я, конечно, согласилась. Надо сказать, что еще треть из тех, которые он мне перепилил (колоть маленькие я уже научилась сама), он у меня тоже украл. В общем мы к весне оказались опять без дров».

    А немногим позже по Москве прогнали пленных немцев:

    «И тут я увидела то, что меня поразило больше всего. Какие-то старушки, сухонькие бабки, похожие на черных мотыльков, подходили к колонне пленных и протягивали им куски хлеба. Вы представляете себе, как не хватало в войну хлеба, – то есть старухи отдавали долю от своего скудного, ничтожного пайка. Те отшатывались, не понимая, что от них хотят. А старухи, крестясь, настаивали, чтобы они взяли».

    Фильм «Подстрочник» лежал на полке более 10 лет и вышел как нельзя кстати, вслед за ним издали книгу. После ностальгических ахов по Союзу в нашу жизнь стали проникать кое-какие вещи из прошлого – и, что печально, не самые лучшие. Вместо того чтобы повторять ошибки, на них лучше все-таки учиться.

    Читать полностью