Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
  • strannik102
    strannik102
    Оценка:
    60

    Поневоле сравнивается с такого же рода книгой авторства Георгия Данелия (оба автора грузинских кровей, оба широко и мастерски отмечены в кинематографе, оба яркие и талантливые Личности, оба люди одного поколения...). Грустная повесть. Основной тон книги — минор, минор, минор. Знаете, вот как в музыке, в гитарном аккомпанементе, — один и тот же аккорд в разных аппликатурах звучит по-разному. Так и здесь — явный ля-минор-септ, взятый с ноткой соль на третьем ладу на первой струне... Отсюда лёгкий оттенок грусти и горечи, горечи и грусти.
    Воспоминания и размышления Басилашвили написаны короткими тематическими главами, и поначалу кажется, что эти главы разрозненны и порой некоторые эпизоды повторяются в разных местах. Однако это впечатление быстро проходит, потому что по мере чтения вырисовывается цельная, объёмная и фактурная картина описываемого времени и людей, картина, наполненная особенными и уникальными деталями, мелкими, но точными приметами того времени, тонкими чертами характеров, всем тем, что делает твоё сопричастие и соучастие в жизни актёра практически полным и достоверным. А вообще книга читается на одном дыхании, легко и свободно.
    Очень трогательно пишет автор воспоминаний о своей семье, начиная с прадеда и прабабушки и заканчивая своими детьми. И главы, посвящённые в отдельности бабушке и отдельно маме, трогают за чувственные струны едва ли не сильнее всего. Тем более, что написаны они (да и весь текст воспоминаний) весьма открыто и доверительно-беззащитно-доверчиво.
    Особое место в книге занимают строки, посвящённые жизни в театре и с театром (ещё бы, ведь Басилашвили не только актёр кино, но в гораздо бОльшей степени актёр БДТ). А его отзывы о своих театральных учителях, коллегах-актёрах, о гримёрах, режиссёрах и о простых рабочих сцены наполнены такой любовью к Театру, что поневоле накатывает волна ностальгии по своему собственному, безусловно незначительному и весьма провинциальному театральному прошлому, и ловишь уже себя самого на горьком как порошок хины и остром как порез ножом сожалении, что твой кусочек сценической жизни давным-давно позади и твой выход на сцену уже никогда не состоится более...
    Книга противопоказана любителям экшена, ибо в ней ничего "не происходит", однако всё "п р о и с х о д и л о". Всем прочим милости просим читать всенепременнейше!

    Читать полностью
  • nad1204
    nad1204
    Оценка:
    52

    Я люблю читать мемуары. Особенно актеров. Потому как каждый из них представляется мне этакой странной личность, состоящей из черт сыгранных ими героев. А ведь это не так! Поэтому мемуары — возможность посмотреть на человека с другой стороны. То, какие воспоминания из жизни для него ключевые, как он описывает своих родных, друзей и сослуживцев, что для него является важным в жизни — читаешь и понимаешь, нравится тебе этот актер как человек или лучше смотреть на него только на экране.
    В Басилашвили я не разочаровалась. И что самое интересное, я в его героях увидела Басилашвили-человека! Платон Рябинин — интеллигентность, самопожертвование, скромность. Милый Бузыкин — мягкость, неумение отказывать, лиричность. Юрий Самохвалов — яркая внешность, харизма, шик.
    Жаль, что я так и не увидела Басилашвили на сцене. Четыре раза (четыре!) у меня были билеты на спектакли с его участием и каждый раз что-то мешало актеру приехать в Москву. Увы! Не судьба, видимо.
    А книга хороша! Очень понравилось, как Олег Валерьянович пишет о своих родных и близких. С какой теплотой вспоминает маму, папу, пропавшего без вести брата. Как нежно говорит о своей жене, с которой они вместе более сорока лет и о дочках. Как деликатно рассказывает о своем не очень-то удачном первом браке с Татьяной Дорониной, восхищаясь её талантом и успехами. И как ярко, без тени зависти, упоминает своих друзей-актеров. И это о многом говорит. Очень приятно читать книгу позитивно настроенного человека.
    Доброго здоровья и долгих лет жизни, уважаемый Олег Валерьянович!

    Читать полностью
  • amanda_winamp
    amanda_winamp
    Оценка:
    38

    Об одном я только сейчас жалею, что я не видела его всех ролей! Как же мне хочется, пройдя с ним его жизненный путь увидеть его на сцене, зная, как ему давалась та или иная роль, через что он прошёл, как он играл. Очень интересный собеседник Олег Валерьянович. Я, признаться, обзавидовалась его книжным шкафам, даже зачитала этот момент сыну. А уж поход по книжным магазинам Олега Валерьяновича это что-то! Это же я так хожу по книжным магазинам! И стал мне этот человек близким и родным.
    Очень интересная жизнь у Олега Валерьяновича. А главное, насколько он искренен, добр, правдив. Все свои взлёты, неудачи, жизнь в театре он описывает с такой любовью, с нежностью вспоминает своих товарищей по актёрской жизни.

    Дальше...

    Мне близок этот человек. Близок тем, что однажды выбрав свою стезю, он не изменял ей, хоть тяжело приходилось, но он знал, что он актёр, что другого в его жизни нет и не будет, что бесконечная любовь одна на всю жизнь и эта любовь - театр. Мы не погружаемся в мир сплетен и интриг, нет, мы погружаемся в мир искусства, настоящего, в мир людей, которые полностью отдали себя этой профессии. Можно сказать, да нет, я уверена, что Олег Валерьянович счастливый человек. Потому что по-настоящему может быть счастлив тот, кто найдёт себя в этой жизни.
    Интересное оформление книги. Олег Валерьянович на фоне своих ролей. Эх, ещё раз скажу, жаль, что я не видела всех его ролей! Я знаю этого актёра больше по кино, а так хотелось увидеть его на сцене, почувствовать его энергетику! Если его театр приедет к нам на гастроли, пойду обязательно не задумываясь. С книгой в руках. Всеми правдами и неправдами подберусь к нему и скажу: «Подпишите мне». И, зная, как Олег Валерьянович относится к автографам, я уверена, что он обязательно подпишет мне книгу.
    О ролях в кино в книге значительно мало. Мне бы хотелось больше, так как я, скажу ещё раз, знаю этого актёра больше по фильмам. Очень мне хотелось услышать о его отношении к роли Воланда в экранизации Булгакова «Мастер и Маргарита» (режиссер В. Бортко). На мой взгляд, это самая удачная экранизация (тут мнения разные, я лишь говорю о своём восприятии). Но об этой роли ничего. А хотелось бы. Надеюсь, что Олег Валерьянович напишет ещё одну книгу, где будут его воспоминания о ролях и жизни в кино. Ведь он не собирался останавливаться только на одной книге, он сам сказал!
    И всё равно, мелькает между строк ниточка грусти. А воспоминания не могут быть другими, как бы не сложилась жизнь. Грусть по тому, что ушло, о тех, кого нет рядом, о том, что не сбылось. И просто ностальгия по жизни, какой она не была трудной, Олег Валерьянович вспоминает о ней с нежностью и любовью.
    Эх, всё-таки очень жаль, что я не видела всех его ролей!

    Читать полностью
  • Celine
    Celine
    Оценка:
    21

    Соглашусь со всеми рецензентами, которые говорят о невероятной теплоте этой книги, о любви к окружающим Олега Валерьяновича - родственникам, родителям, учителям, коллегам, друзьям, театру и кино. Честно и откровенно Олег Басилашвили рассказывает о горестях и радостях, каждодневном тяжелом актерском труде, смешных и трагических, радостных и грустных, но таких жизненных ситуациях.
    Кстати, помимо почитателей таланта Басилашвили эта книга будет интересна к чтению тем, кто страдает по СССР и полагает, что всем жилось светло, прекрасно, сытно и замечательно. Бытовые трудности не обходили даже именитых актеров, вот как Басилашвили "доставал" (помните этот прелестный глагол?)

    Идет, к примеру, человек по улице, а в авоське у него, допустим, бананы. И он не удивляется, когда к нему обращаются прохожие: «Где достали бананы?», или «Где бананы дают?», или – еще лучше – «Где бананы (капусту, яблоки, муку, импортные ботинки, да что угодно!) выбросили?»
    И тут все зависит от владельца авоськи. Если он добр, расположен к людям, счастлив выпавшей удачей и вообще хороший человек, он скажет: «в Соловьевском, идите скорее, там очередь, спешите!!» Таких людей теперь называют лохами, не умеющими жить.
    А вот человек, радостный от того, что у него есть бананы (капуста, яблоки, мука, импортные ботинки), а у спрашивающего, да и у всех прохожих, шаркающих мимо ортопедией от «Скорохода», нет, – сделает загадочное лицо, промычит нечто невнятное: «Да тут… не всем… так…», чтоб продлить радость обладания тем, чего у других нет, донести эту радость, ничем не омраченную, до дома. Такие ребята теперь предприниматели. Дилеры-шмилеры…
    А уж если этот обладатель авоськи с бананами достал эти бананы «с черного хода» (о этот черный ход, о эта мечта, о этот сон наяву!) – ну, тогда он по праву считает, что «приобщен», достиг многого в этой жизни, замечен, жил не зря.
    Я – отец и муж, пользуясь популярностью, пришедшей ко мне от кино, от великого товстоноговского БДТ, тоже иногда «доставал» кое-что через черный ход.
    Представьте: июль, жарища, духота липкая, а жара в Ленинграде особая, умноженная на влажность… Вхожу я с черного хода в мясной магазин (на вывеске – «Мясо», на прилавках – обглоданные кости, «суповой набор», более ничего) с бутылкой «Пшеничной» (тоже достать надо было), в директорский закуток. Говорю, что, дескать, выпить очень хочется, не разделят ли компанию, а закусь у меня найдется: вот хлеб, вот сырки «Дружба» плавленые, мятые, мягкие… а иногда и баночка шпрот (достать!!). А мясники – здоровые ребята – кобенятся: да нет, дескать, мы на работе, вон – туша прибыла, рубить надо и прочее. Потом, как бы нехотя, надевают ватники (и я тоже), и идем мы все в морозильную камеру, озаренную стосвечовой лампочкой на гнутом проводе.
    Стены сверкают ледяными иглами. Вокруг туши мясные для достигших многого в этой жизни, значит, и для меня тоже. Садимся, разливаем, пьем – на морозе-то оно ох как хорошо! Идут в дело и сырки, и шпроты, потом мясники топором ххэ-эк! ххэ-эк! Отсекают мне вырезку, да еще и порубят ее на ломти, я еще для блезиру пару-тройку якобы смешных историй из актерской жизни выдаю, потом дверь распахивается, и мы из мороза выходим в жару, навстречу солнцу и радостям жизни.
    Они – за прилавок, а я – домой, с авоськой, набитой завернутыми в обойную бумагу кусками мяса.
    Жара, липкий грязный ленинградский зной быстро делают свое дело, и я неуверенной рукой жму кнопку дверного звонка. Заливает жгучим потом глаза, бухает сердце, отдает в мозгу…
    – Кто там?
    – Кто? Это я, я! Вдупель пьяный, но гордый!! Еду вам… несу…

    Вы себе можете представить, ну скажем, Тома Круза "сообращающего на троих" с мясниками, чтобы урвать для Николь Кидман с детьми кусок хорошего мяса?
    А чего стоило вырваться за границу? Прохождение всяких комиссий неоднократно описано, на комиссии могли зарубить подозрительного претендента на заграничную поездку каким-то каверзным вопросом. Не дай бог вам ляпнуть на вопрос о том, "как вы готовитесь к поездке" что вы "пакуете чемоданы". Лучше учите имена и биографии руководителей всех компартий всего мира. А вот Олег Валерианович придумал свой способ прохождения комиссий, как я хохотала! Это самый гениальный способ обмануть всех дятлов и дуболомов имеющих в голове только одну установку "не пущать!":

    Перед каждым выездом участников гастролей вызывали в райком, где опытные партийцы проверяли лояльность каждого, его политическую подкованность и преданность делу социализма. Все волновались, начинали читать газеты, заучивали имена генеральных секретарей компартий и глав государств, чтобы не срезаться, а то ведь не пустят в тот мир, таинственный и неизвестный, невиданный, но настолько знакомый по книгам и фильмам. Позже перестали вызывать, комиссия приезжала в театр, члены ее рассаживались по одному в гримерных, а мы томились в коридорах.
    Никто не считал подобное унижением… А ведь как унижалось человеческое достоинство каждого, как растаптывалось его «я», как заставляли его почувствовать, что отнюдь не он хозяин своей судьбы и не Господь Бог, а они – партийные номенклатурщики. Проводился этот экзамен не для выяснения «знаний», а для того, чтоб выяснить лояльность отъезжающего – не сбежит ли, не ляпнет ли чего лишнего не там, где надо, не польет ли воду на вражескую мельницу.
    Я это понял раньше многих.
    На одном из таких собеседований пожилой, с орденскими планками партиец спросил меня, кто такой Вилли Брандт? (Государственный деятель ФРГ). Отвечаю: «Фашист!» – «Как? – поражен спрашивающий, – он же социалист…» – «А мне все равно, как он себя называет, фашист он и провокатор! Все они там фашисты!» – «Где там?» – «Всюду, – отвечаю, – всюду там, за рубежом, фашисты и провокаторы». – «Ну хорошо, а в Италии какая государственная система?» Отвечаю: «Фашистская! Ненавижу!» – «Ладно. Идите».

    Можете представить себе Джорджа Клуни проходящего проверку и инструктаж в каком-нибудь лос-анжелеском обкоме республиканской партии США если ему надо будет съездить в Европу на какой-нибудь там "Золотой лев"?
    А потом Клуни с Крузом будут давиться сухомяткой в номере отеля (какое там сходить в ресторан!) чтобы на сэкономленную драгоценную валюту купить гостинцев.

    Следующий шаг подготовки к езде в незнаемое – достать питание. Ибо суточные тратить на это нельзя. Они пойдут на покупки. Питаться будем из чемодана. Едем на пятьдесят дней: завтраки в гостинице, обед и ужин сами готовим. Считаем: ужин – 2–3 палки твердокопченой колбасы, 4–5 пачек сухого печенья «Мария»; обед – 20–25 пакетов «супа овощного» и «макарон по-флотски». Полпакета в день – порядок. Ходим к директорам магазинов, в подвалы: не там, так здесь урвешь то суп-письмо, то баночку кофе (страшный дефицит!), то колбасы копченой. Ну, а уж если перепадала банка «говядины тушеной» или «филе цыпленка в собственном соку» – это предел мечтаний. Еще чай (дефицит) и спички – коробков пятнадцать.
    Затем – проверка и настройка электроплитки, кипятильника, походно-полевого ножа – там и ложка и вилка! Кастрюлька с ручкой из пластмассы, чайник… чуть не забыл: сахар-рафинад! Ну, а после этого всего – белье, рубашки – необходимый минимум. Еще «Беломор» – 15–20 пачек! Полпачки в день. А то и меньше. Собрались, как космонавты в автономный полет.
    Все эти колбасы, пакеты, банки, плитки и прочее необходимы были для того, чтобы не умереть с голоду и прилично сыграть. Суточных выдавали в среднем пять-восемь долларов в день. За пятьдесят дней получалось 250–400 долларов. Тратить их на еду преступно. Ведь на эти деньги необходимо купить родным приличную одежду, обувь и прочее, что было в Союзе дефицитом и являлось пределом мечтаний.
    И покупали, представьте! Детям, женам, мужьям, родителям… Одноразовые зажигалки – шикарный подарок друзьям!

    Замечательная книга, очень живая и теплая. Если вы с удовольствием (как я) читали мемуары Данелия, Рязанова, Гурченко - без сомнений берите эту книгу, и вы несомненно отроете новые грани замечательного актера, человека и гражданина (как я рада, что за последнее время мне не пришлось разочароваться в Олеге Валерьяновиче как в некоторых других ранее любимых актерах, писателях итд), и что Басилашвили подтвердил свое звание не только замечательного актера, но и человека несомненной душевности, порядочности и нравственности.

    Читать полностью
  • Imbir
    Imbir
    Оценка:
    15

    Был у меня период всепоглощающего увлечения театром. Мне это настолько нравилось, что без преувеличения могу сказать, что на тот период я очень хорошо разбиралась в театральных постановках, театральной классике, театральных новинках. Имела свое мнение, суждение о театральных режиссерах... Обожала поговорить с людьми, настроенными на мою волну на эту тему. Собирала программки и любила потом их разбирать вспоминая, что именно зацепило меня в той или иной театральной постановке. Ну, а то что я не могла пропустить ни одной театральной премьеры - это и так понятно... Еще очень любила смотреть старые моногамные театральные постановки с любимыми актерами... Что люблю до сих пор... Хотя жизнь конечно закрутила...

    Поэтому эту книгу я взяла в руки рассчитывая именно на воспоминания о театре, о Товстоногове, о великом БДТ...
    И я не ошиблась. Здесь очень много именно театрального, которое перемешивается с личным окутанным легкой грустью. Книга сама по себе очень "мягкая", много говорящая о характере автора, о его чувствах и его боли. Неспешная, с попытками разобраться в себе том прежнем и принять себя настоящего. Дающая возможность ощутить, прочувствовать ушедшее время, заглянуть туда от сюда - как там и тогда жили, о чем думали, как надеялись, как справлялись с невыносимыми трудностями и просто верили...

    Читать полностью
  • Оценка:
    Не понятно почему, книга волнует. Искренне изложено, но чувствуешь сопри частив событи.ях. Случилось знакомство с интересным человеком!