Цитаты из книг автора «Нина Федорова»

Мне чужда эта сердечная открытость, эта доступность для всех. Меня унижала бы жизнь с сердцем, открывающимся, как незапертая дверь, для всех. Нужно ли это вообще? Разве нельзя без этого быть полезным человеком? Я имею свой метод во всем. Зачем именно обнимать и целовать бедняков, чтоб они рыдали у меня на груди, когда можно помочь, и не видя их, на расстоянии? Я сделала много для помощи населению в этом городе, спокойно посылая мой чек кому следует. Да, сколько я раздала денег? – Вдруг при слове деньги что-то дрогнуло в ней. – Так я даю только деньги. А за деньгами ли я льнула к Бабушке? Деньгами ли она помогала мне? И спасли ли бы меня деньги? – Она отложила вязанье. – За деньги ли и Бабушка нянчилась со мной, как будто бы я была

Ну вот, – уже весело подхватил профессор, – научно Вы знаете все о человеческом мозге, а вот не ответили мне ни на один вопрос. Это и есть участь точных наук; точно они неприложимы к фактам жизни. Ну, поставь

Допустим, Вы начали догадываться, что местное правительство, войска, полиция и часть населения уже сошли с ума. Что делаете Вы? Вы отсылаете жену в совершенно фантастическую страну, где публика бегает в припадке «амок»[7] между обедом и вечерним чаем, чтобы ваша жена поискала там уголок для мирной и спокойной жизни. Если Вы позволяете так обращаться с Вами – прекрасным, благородным, образованным и добрым человеком, – с Вами, а значит, и с частью человечества, подобной Вам, – и молчите, и будете молчать до смерти, то есть пока Вас все-таки убьют, то, скажите же мне, доктор, кто тут сумасшедший – Вы или ваши преследователи?

Если мир начинает распадаться только на две группы, все же лучше быть жертвой, чем палачом».

Если культура не делает человека лучшим – зачем она?

от всего спрятаться и заснуть. Я не вижу ни в чем той красоты, вид которой когда-то захватывал мое дыхание. Я не верю в лучшие дни. Я ни на что не надеюсь. И только теперь я увидела себя со стороны, и мне стало страшно. Как помочь? И можно ли этому помочь?»

Она думала: «Пусть ушли и молодость, и красота! Зачем они мне теперь? Но что, если и духовно я так же обезображена? Может быть, и душа моя тоже потускнела, поблекла и сморщилась. Я входила в жизнь с возвышенными идеалами – что я теперь? Мир казался прекрасным, а теперь он ужасает меня. Что изменилось: все в мире или все во мне? Что изменило меня? То, что я недоедала долгие годы, могло разрушить мое тело – пусть! – но неужели это же иссушило и мою душу? Я больше уже не смеюсь. Я не радуюсь. Я ни к чему не спешу, наоборот, мне хочется

бедный человек – это тот, кто живет настоящим. Он – нищий. Он жалок. Его жизнь скучна в математически точном ходе деталей. Им управляет неумолимый закон механики. А мечтатель? Он парит высоко. Он неуязвим. И помни, Дима, только человек с воображением может быть творцом; без него – он раб четырех арифметических действий.

Воображаемые чувства и их воображаемый источник сильней настоящих. Самый

ей прийти в голову: «А вдруг ни я, ни этот бал, ни это бальное платье не существуют?» – Вот что я Вам на это скажу, – возразила Роза гневно, вставая со скамейки. – Допустим, я не сомневаюсь, и я одеваюсь. Но если Вы сомневаетесь, что этот Ваш костюм существует, то зачем Вы вообще по утрам одеваетесь?!