Наши за границей. Юмористическое описание поездки супругов Николая Ивановича и Глафиры Семеновны Ивановых в Париж и обратно

4,5
32 читателя оценили
300 печ. страниц
2013 год
Оцените книгу
  1. Roman-br
    Оценил книгу

    Книга о путешествии русского купца и его супруги по Европе. Не зная немецкого и едва зная "табуреточный" французский, супруга служит переводчиком супругу. Парочка попадает не раз впросак и в массу комических ситуаций. Ценность книги в том, что и сегодня видится прямая параллель с новыми русскими за границей. Однако, ....из других произведений русской литературы, например из "Взбаламученного моря" Писемского, предстает совсем иной образ русского купца за границей. Практичный, говорящий по немецки, ничуть не нуждающийся в чьей-либо помощи. Герой Лейкина дает в долг в Париже несколько сот франков первому встречному русскому, не может отличить иностранные банкноты и.т.п. Насколько я могу судить по остальной литературе 19-го века, это совсем не было свойственно купцам. А вот если бы путешествующие были, скажем, парочка помещиков, все выглядело бы вполне правдоподобно. Все таки купцы зарабатывали свои деньги, выбивались "наверх" из самых низов, а не получали состояние как наследство, которое затем прогуливали.

  2. Kozmarin
    Оценил книгу

    а я читала эту книгу - и видела себя. Не сразу. Сначала я видела своих соотечественников. Это легко через призму сатиры смотреть на других - а примерить её мощные лекала на себя? Каково?
    Всё началось с того, что Глафира Семеновна начала замечать в Париже места, знакомые по книгам. Ну я тоже в свой первый день в Париже поперлась в Люксембургский сад, ибо там - встреча двух звезд, Козетты и Мариуса, из Les Misérables. Если Лейкин и иронизирует над склонностью Г.С. к бульварным романам, то это выходит, хотя бы, по-доброму.
    Поверхностное знание иностранных языков? О да. Тут героям не повезло: им пришлось столкнуться и с неметчиной, и с французщиной. Целых два языка. И они не живут в современном мире! Сейчас достаточно английского языка. Почти всегда. И в этом вся беда. Я достаточно хорошо знаю английский язык, и мне его практически везде хватало. И я умудрилась прожить несколько месяцев в Германии, даже не удосужившись начать изучать немецкий язык (о чем я сейчас дико жалею - и жалела в процессе чтения этой книги). Г.С. поначалу испытывала робость и неуверенность, когда ей приходилось говорить на немецком. Но она пыталась и, хоть и коряво, говорила. По-моему, это достойно, как минимум, не порицания.
    Знание только комнатных и питейных слов? О да, знакомо... Я как-то укатила в Мексику на неделю со словами "из испанского знаю только Tacos и Tequila - не пропаду". А что, не стыдно - это только, когда человек в первый раз в языковой среде легко на данном языке о философии Канта размышляет?
    Мнительность и недоверие к иностранцам. Ну да, это вообще в природе человека, не только русского. Оборотная сторона медали - доверие к соотечественникам. Николай Иванович тут, конечно, показал русского человека во всей красе! И в этой черте я тоже узнавала себя: недоверие, как вцепляюсь в людных местах в сумку, ибо страшно заграницей остаться без денег и без паспорта.
    Путаница с поездами. Конечно, в век интернета легко критиковать и относиться пренебрежительно к людям конца 19-го века, которые в первый раз за рубеж поехали. Ни тебе программ по телевидению, ни блогов, говорящих о "подводных камнях" той или иной страны. Ну и откуда же простой купеческой семье знать, что там, в заграницах, да и то не во всех, нужно обед на станции по телеграмме заказывать?
    Ой, поезда - это еще что. Вот сколько раз меня в моей карьере путешественника ставила в тупик сантехника!..
    Лезть со своим уставом в чужой монастырь всегда плохо. Но именно через сравнение себя и их (как у нас и как у них) идет познание разных культур. Именно так: сначала "Эй, это не так делается", а потом "ааа, можно и так, оказывается".

    Было, конечно, много моментов, когда я дистанцировала себя от героев. Истерика со змеей в еде (правда, я как-то тоже отказалась есть крокодила), жадность при оплате счета (хотя, в современном мире, это неплохая черта - когда в туристических местах тебя пытаются надуть и раскрутить на деньги). Но в целом, я, с опытом жизни в трех странах, помимо России, и с багажом самостоятельного (не по турпутевке) посещения около 20 стран, не могу сказать, что я лучше Николая Ивановича и Глафиры Семеновны. Наверное, в этом особый посыл хорошей литературы - заставить читателя поставить себя на место героя, пусть даже и нелицеприятного. Спасибо, Николай Лейкин!

  3. arktus
    Оценил книгу

    С супругами Ивановыми я познакомилась в Италии, куда они ездили смотреть как зреют апельсины. Я смеялась над курьезными случаями в которые попадали Николай Иванович и Глафира Семеновна из за нежелания понять чужую культуру и незнания итальянского языка. Плохой немецкий и французский не спасали положение так как никто из итальянцев его не знал, а если и знал то не лучше Ивановых. Понятно, что итогом такого общения было полное непонимание коренных жителей и туристов. В том путешествии по "сапогу" супруги упоминали о своем посещении всемирной парижской выставки. Мне стало интересно и я решила ознакомиться с их путешествием в Париж.

    Ох......... краснею... закрываю лицо руками... и готова провалиться со стыда. Я подозревала, что первое их путешествии прошло не без приключений, но я не думала что было все так "плохо". Во-первых, они отправились за границу не зная толком ни одного иностранного языка, только хвастались друг другу в "учености". А во-вторых, им даже в головы не пришло, что Европа не Россия и у каждой страны своя культура, быт и традиции. От этого многие их неприятности, из за которых они выглядели то смешно,то глупо. Читая я улыбалась и радовалась, что к путешествию в Италию Ивановы хоть немного подготовились и подучили языки.

    Любителям хочу рекомендовать и аудиокнигу "Наши за границей". Станислав Федосов читает профессионально, озорно и интересно.

  1. – Да уж само собой, не нашим рязанским олухам чета! А только, Глаша, ты вот что… Не зови меня теперь Николаем Иванычем, а просто мусье Николя… Париж… ничего не поделаешь. Въехали в такой знаменитый французский город, так надо и самим французиться. С волками жить – по-волчьи выть. Все по-французски. Я даже думаю, потом в каком-нибудь ресторане на французский манер лягушку съесть.
    28 марта 2019
  2. И ведь что обидно: не можешь даже обругать его, мерзавца, не зная по-французски ругательных слов. Глаша! – обратился он к жене. – Ты бы мне хоть три-четыре ругательных слова по-французски сказала, чтоб я мог выругаться при случае. – Как я скажу, ежели я сама не знаю… Нас ругательным словам в пансионе не учили. У нас пансион был такой, что даже две генеральские дочки учились. Все было на деликатной ноге, так как же тут ругательствам-то учить!
    28 марта 2019
  3. Шаг за шагом добрались супруги среди толпы до спускной машины, которая уже сразу спускала из второго этажа вниз, и встали в хвост, дабы ждать своей очереди. Здесь Николай Иванович опять увидал столик с продающимися почтовыми карточками, не утерпел, купил еще одну карточку и тотчас же написал в Петербург самое хвастливое письмо одному из своих знакомых – Терентьеву. Он писал: «Сидя на вершине Эйфелевой башни, пьем за ваше здоровье. Вокруг нас летают орлы и дикие коршуны и стараются заклевать нас. Ветер ревет и качает башню из стороны в сторону. Сейчас один орел вцепился в шляпку Глафиры Семеновны и хотел сорвать, но я убил его зонтиком. Находимся на такой ужасной высоте, что даже днем звезды на небе видны, хотя теперь солнце. Каждая маленькая звезда кажется здесь аршина в три величины, а луна так больше Гостиного двора, и на ней видны люди и разные звери. Спускаемся вниз, потому что уж больше невтерпеж сидеть. Прощайте. Будьте здоровы». Письмо это Николай Иванович не прочел жене и сразу опустил его в почтовый ящик. Через четверть часа супруги сидели в карете спускной машины и катились по отвесным рельсам вниз.
    30 апреля 2018

Автор