Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Несколько лет в деревне

Несколько лет в деревне
Бесплатно
Добавить в мои книги
21 уже добавили
Оценка читателей
3.0

«Задавшись благими намерениями, я отправился в деревню хозяйничать, но потерпел фиаско. Несколько лет жизни, тяжёлый труд, дело, которое я горячо полюбил, десятки тысяч рублей, – всё это погибло, прахом пошло…»

Лучшая рецензия
Notburga
Notburga
Оценка:
7

О том, что Николай Гарин-Михайловский был в большей степени инженером, чем писателем, свидетельствует не только его биография, но и литературное творчество - по крайней мере та небольшая часть его произведений, с которой я успела познакомиться.

Автобиографические очерки "Несколько лет в деревне" и "В сутолоке провинциальной жизни" предельно документальны (в статье отмечается, что автор изменил лишь некоторые имена собственные, но с точностью указал расстояния между населёнными пунктами), наполнены большим количеством экономических деталей и по большей части скупы в эмоциональном плане (к примеру, Гарин-Михайловский мимоходом упоминает о рождении сына, зато долго и подробно рассказывает о проекте двенадцатипольной системы хозяйства).

Первый из очерков получился более цельным и в то же время более пессимистичным - авторское предисловие сразу настраивает читателя на негативный лад:

Задавшись благими намерениями, я отправился в деревню хозяйничать, но потерпел фиаско. Несколько лет жизни, тяжёлый труд, дело, которое я горячо полюбил, десятки тысяч рублей, - всё это погибло, прахом пошло...

Эти слова настроили меня на попытку решения двух главных вопросов русской интеллигенции - "что делать?" и "кто виноват?" - в отдельно взятой ситуации: молодой инженер с семьёй приезжает в деревню Князево (в реальности - в имение Гундуровка), где на правах помещика собирается усовершенствовать местное хозяйство на благо крестьян - и в итоге терпит крах. Со всей однозначностью определить виновника так и не удалось. Точней, виноватыми получились практически все. Наивный барин, пытавшийся за краткий период времени в корне изменить уклад крестьянской жизни, отказавший деревне в строительстве кабака и принуждавший жителей к выслушиванию непонятных лекций по сельскому хозяйству и политэкономии. Сами тёмные крестьяне, не оценившие своей выгоды (не только возможной, но и уже полученной) и оправдывающие своё бездействие упованием на Бога. Кулаки-провокаторы, побуждающие бедняков совершать поджоги. Хищные дельцы, вынуждающие сбывать хлеб по убыточной цене.

Но в очерке рассказывается и об успешных хозяйствах, достаточно разнообразных. Среди их владельцев есть и немцы-менониты, и консервативный помещик Чеботаев, призывающий относиться к имению, как к банку, и купец Юшков, не боящийся технических новшеств. Почему именно рассказчик потерпел неудачу, мне было до конца не ясно - многое из того, что в его хозяйстве оказалось неудачным, у других вполне работало.

Дальше...

Сам автор в следующем очерке "В сутолоке провинциальной жизни", рассказывающем в том числе и о продолжении хозяйственной деятельности в Князеве, возложил всю ответственность за свои неудачи только на себя, отмечая, что напрасно пытался изменить быт крестьян против их воли. Тем не менее, следующий проект Гарина-Михайловского оказался более успешным - узкоколейная железная дорога, построенная благодаря его кипучей деятельности, действительно улучшила жизнь его деревни. При этом часть крестьян так и осталась недовольна:

Землю нашу под дорогу отбираете, теперь ни пройти, ни проехать с одного поля в другое; в деревнях от чужого народа, бродяг проклятых, дрянь всякая завелась... Что с того, что и много денег, да цены им не стало, - всё в кабак тащат.

Помимо темы строительства железной дороги, которая должна была стать ключевой, автор вводит и другие сюжетные линии, но это не идёт на пользу произведению, которое в наше время напоминает блог. Вот главы про интриги на выборах в дворянском собрании, вот - про светскую жизнь, про голод и эпидемии в деревне, а вот - про чувашский праздник весны. Всё это друг с другом практически не связано, автор перескакивает с одной темы на другую, а ярко изображённые персонажи не принимают практически никакого участия в развитии сюжета. И нет бы завершить повествование на светлой ноте, когда крестьяне начинают признавать пользу железной дороги, - нет, дальше идёт пересказ историй о суевериях, сектах и преступлениях в крестьянской среде - занятно, но без какой-либо логики в повествовании.

Драма "Зора", вошедшая в книгу, рассказывает неправдоподобную историю любви молодого британца, зачем-то поехавшего в Россию осуществлять промышленные проекты, и наивной чувашской девушки. История - отчасти о "бремени белого человека", отчасти о чистоте примитивных народов, утраченной современной цивилизацией, но эти идеи, представляющие богатую почву для произведений искусства, нашли, на мой взгляд, весьма бедное воплощение.

В очерках есть действительно сильные моменты - к примеру, страшные картины деревни, гибнущей от тифа, рассказы о страхе крестьян перед врачами, романтичное описание чувашского праздника, те же драматичные истории преступлений. На основе этих воспоминаний можно было бы создать полноценный роман, но автор стремится прежде всего к дотошному описанию своей деятельности, деталей торговли зерном и преимуществ узкоколейной железной дороги перед ширококолейной. Эти описания, должно быть, были важны для самого автора и его коллег-инженеров и хозяйственников, но для тех, кого интересуют прежде всего события и характеры, очерки будут чересчур сухими и отстранёнными, несмотря на интересные лирические отступления.

Читать полностью