Книга или автор
0,0
0 читателей оценили
123 печ. страниц
2020 год
16+
5

Стихи. Том 1
2019—2003
Наталья Владимировна Патрацкая

© Наталья Владимировна Патрацкая, 2020

ISBN 978-5-4498-2588-9 (т. 1)

ISBN 978-5-4498-2589-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Стихотворения 2019—2015

«Кто о чем, да все о старом…»

 
Кто о чем, да все о старом,
я о том, да ни о чем.
Просто все меня достало,
я здесь вовсе ни при чем.
 
 
Все при деле, при работе,
я на пенсии сижу.
Я сама себе в заботе,
что я автор всем твержу.
 
 
Кто я буду, да откуда?
Там давно я не была,
не родилась от верблюда,
дочкой папиной слыла.
 
 
Все давно-давно исчезло,
ни при ком и ни при чем.
Мало что мне интересно,
том за томом кирпичом.
 

Море в апреле

 
В апреле прозрачное море,
синеет один небосклон,
Мой взгляд отдохнул на просторе,
Вот дюна – огромна как слон.
 
 
Иду я прибрежным песочком,
шагаю навстречу волне,
не трогаю море носочком,
спокойна погода вполне.
 
 
Песочек весь светлый и мелкий,
приятно идти по нему,
Уходит он в море, где мелко.
Прохладно? Тепло? Не пойму.
 
 
Огромное светлое небо,
и солнце еще не палит.
Я съем бутерброд свой из хлеба,
он маслом и сыром залит.
 
 
Еще не проснулись отели,
еще нет палаток с едой.
Не все искупаться хотели,
Нептун не пускает седой.
 

«Клен и береза, рябина, сирень и хоста…»

 
Клен и береза, рябина, сирень и хоста,
где-то внизу между ними растет. Все просто.
Просто кому-то идти по двору с ребенком,
я молчаливо с балкона смотрю совенком.
Старая бабка хожу от двери до двери,
как же мне боли мои все мне – надоели.
А ведь полвека прошло лишь с тех пор, любили.
Чувства и мысли давно на запор – забыли.
 

«Скамейка, семейка, жалейка и пень…»

 
Скамейка, семейка, жалейка и пень,
бордюры, светильник, аллея, сирень.
Прекрасный асфальт и надежная плитка.
Таежная грязь возле входа в калитку.
Проспекты, бордюры, асфальт, вензеля —
узнает читатель, где бродит семья.
ТВ, СТС, ТВЦ, ТНТ —
на клавиши жмет одиноко Мегрэ.
Он долго бы жал и терпел его пульт,
но в это мгновенье источник всех пуль
увидел он молча. А, то НТВ,
где вечно стреляют и есть из чего,
а люди играют его самого.
 
 
Метро, МКЦ, электричка, забор,
концерт эстакады и новый собор.
Вот ФОК, садик, школа и умный лицей,
где каждый талантлив иль ум – лицедей.
Вам «Тройка» в награду. «Пятерочка»? Нет.
«Магнит» с вами рядом. А, впрочем, Привет.
 

«Огромные древние липы…»

 
Огромные древние липы
цветут где-то там в вышине.
Аллеи прямые могли бы
быть вышиты на простыне.
 
 
По ним ходят прямо и косо,
по ним все дороги ведут,
то к клубу, где можно с откоса
смотреть на экран старых пут.
 
 
То прямо пройти до столовой,
в большой и загадочный зал,
с диетой, до боли знакомой,
и гулкий как будто вокзал.
 
 
Пройти от статуй до лечебки,
иль к корпусу с дивной водой,
и убраны в парке все щепки,
что падали в ветер волной.
 
 
И манит людей танцплощадка,
здесь ужин уходит за час.
Движения лечат нещадно,
но пары так редки сейчас.
 

Один танец

 
Танцует круто одинокий
мужик красиво.
Слегка подкачен, очень строгий.
Все мысли льстивы.
Но речь груба его прямая,
текст без извилин.
В июне нет покоя мая,
он сыч иль филин.
 
 
И я купила вдруг стекляшки,
пред ним блеснула.
Не понял мысли он Наташки,
иль рядом Тула.
А он стоит перед глазами
уже неделю.
И песни льются голосами,
но нет Емели.
 
 
И танцы, танцы среди парка
вмиг потускнели.
А он ушел один под арку,
но вальс успели.
Возможно, был он здесь по брони,
чтоб танцевали.
Какие здесь деревьев кроны!
Для чувств позвали.
 

«Танцевальный зал под небушком…»

 
Танцевальный зал под небушком,
а в столовой каши, хлебушко.
Гладь бассейна привольная,
отдыхающих жизнь вольная.
А листочки, как салфеточки,
все цветут на липах веточки.
 
 
Тульской области окраинка,
да ведь это просто Краинка,
санаторий водный, грязевый,
отдыхающие – князи здесь.
А листочки, как салфеточки,
все цветут на липах веточки.
 
 
Если сделаешь все правильно,
станешь сильной ты на Краинке.
А влюбляться просто некогда,
а конфеты ешь из Вологды.
А листочки, как салфеточки,
все цветут на липах веточки.
 

«Пиво из холодного стакана…»

 
Пиво из холодного стакана
выпью с воблой я наедине.
Время ощущаю чистоганом,
вижу твой портрет я на стене.
 
 
Здравствуй, мы не виделись три года,
облик твой, как пиво на столе.
Знаешь – вновь прекрасная погода.
Память, как картошка, вся в золе.
 
 
«Горько» кто бы нам сегодня крикнул,
теплым вновь становится стекло.
Помнишь – наш костер и в небо искры,
время очень быстро утекло.
 
 
Годы пролетают, как столетья,
пиво вновь нетронутым стоит.
Воблу ты любил сквозь лихолетья,
облик твой с портрета улетит.
 
 
Пиво из холодного стакана
стало теплым в солнечных лучах.
Вобла пролежала без изъяна,
где-то без меня и ты зачах…
 
Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
254 000 книг 
и 49 000 аудиокниг
5