«Манюня» — это книга о счастливом советском детстве… от которой взрослых может «хватить родимчик» в том числе и от смеха. И виной тому будет не кто иной, как Наринэ, которая Абгарян. Юрьевна.
Все три книги цикла «Манюня» рассказывают о двух подружках – Маньке и Нарке, их семьях, друзьях, врагах, влюбленностях и прочих треволнениях. Встречаемся мы с девчонками, когда им по 10 лет и они в прямом смысле провалились на выступлении хора музыкальной школы. По сути, о музыкалке, летних каникулах или значительных выходных и девочковых приключениях в эти дни история и рассказывает. Учатся Нарка с Манюней в разных школах, поэтому будни идут своим чередом. И, надо отметить, разные школы – это спасение для их города, иначе мало ли до каких разрушительных высот добрался бы гений их изобретательности.
Сама Наринэ называет эту дружбу «истеричной». О, да! Самое удивительное для меня не только отношения между девочками. Отношения между их семьями – вот что меня нет-нет, да поражало. Папы стали закадычными братьями, мама с Ба – не подружки, но дочки-матери. Ба распространила свою бабушкость на всех пятерых детей – одну свою и четырех Абгарянских… Идиллия. Но в моей жизни так не случалось, поэтому для меня это все-таки из разряда фантастики. Рада, что в этих семьях получилось так. Все чтение завидовала и училась.
Чем особенно откликается книга, это тем, что в ней затронуты почти все основные события уже не детства, но еще не подросткового периода. Отрочество – самое верное название. Дружба, первая любовь «не по возрасту», походы к врачам и в гости к соседям, поездки на море и шашлыки, пионерлагерь, запретные игры и вопросы взросления, приезды дальних родственников и отношения с ближними, принцессность и деликатесные удовольствия.
Понравилось, что это не просто писанина «почитайте-ка байки из моего детства, посмейтесь», хотя первая книга построена именно по этому принципу. В трех книгах герои поворачиваются разными сторонами своих характеров. Например, о национальности Ба напрямую говорится только во второй книге, а вообще за все время истории она из гром-Ба превращается в женщину, которая может всплакнуть, помириться с кровным врагом и похихикать над внучкиными проказами. Девочки растут и расцветают. Папы показаны и как семьянины, и как профессионалы, и как вообще хорошие парни.
Единственное, чего мне не хватило — это послесловия. О себе, Манюне и Каринке Наринэ написала совсем немного. Но что там с дядей Мишей и его любовными похождениями? Примирилась ли Ба с какой-то из его женщин? Что случилось в Рудиком? Они с Каринкой поженились? О своей семье она немного рассказывает еще в «Зулали», ну и в «Понаехавшей», наверное... Опять же — изобрел ли дядя Миша что-то, достойное всесоюзного внимания?
С одной стороны для меня эта книга стала плечом к плечу с Санаевским «Похороните меня за плинтусом», при всем оптимизме и ностальгических манипуляциях. И следом за «Манюней» в этом списке шагает Маша Трауб с ее «Нашей девочкой». А сколько их, еще мне не известных? Довольно коммерческая получилась жилка. «Плинтус» экранизировали, «Манюню» адаптировали для десятилеток. Трауб просто подзаработала на публикаии. С другой стороны, образ Ба оперирует не только к бабушке-самодуре из «Плинтуса», но и к обаятельным еврейским женщинам, которым палец в рот не клади, откусят. И тут уже приходят на ум Розочки и Сарочки из бородатых одесских анекдотов. И это вызывает симпатию и даже сочувствие.
Прочитав «Манюню», решила дать шанс недочитанной мной «Понаехавшей». Да, это не «Зулали», не «С неба упали три яблока» и не «Люди, которые всегда со мной». Но это жизнь человеческая. Теперь я готова принять «Понаехавшую» уже не просто как литературную историю, а как биографический факт интересного мне человека. Да и все книги, пожалуй, перечитаю однажды в хронологическом порядке. Уж очень мне нравятся истории о горной деревеньке под самым небом, ее жителях и их потомках. А не это ли залог успеха?
Понятно, что это не нетленка, а скорее отпускное чтение. Но занимательное и душевное!
Отдельно о каждом томе мои мысли тут:
о "Манюне"
"Манюня пишет фантастическЫй роман"
"Манюня, юбилей Ба и прочие треволнения"