– Должен признать, в каком-то роде я даже рад, что оказался здесь…

– И почему же?

– В нашем мире не хватает вот таких вот вещей.

– У вас, что там нет подобных игр?

– Нет куда уж там, в наших жизнях нет азарта, со временем души всех моих соплеменников выцветают.

– Хм, понятно, не повезло тебе. А у нас тут полно подобных игр.

– Правда и каких, например? Искренне улыбнувшись просил Генки.

– Покажу тебе в следующий раз ответил Кан. – А пока давай продолжим с этой.

– Ну как бы мат. Неуверенно прошептал Генки.

– Что? Вот блин и вправду… Я проиграл. Ответил Кан не скрывая горечь своего поражения.

– Ну так, во что поиграем еще?! Воскликнул Генки, распаленный своей победой.

Кан, униженный своим поражением, оттолкнул игральную доску прочь и гневно удалился из клетки, не произнеся ни слова в ответ на предложение своего соперника.

За дверью его ждали Таккаль и Ваан.

– Ну что наигрался? Спросил с издевкой Ваан.

– Ты дурак, во все я не играл.

– Ага, как же.

– Ну, что скажешь, он нам врет?

– Думаю они смогут излечить принца, но станут ли это делать, другой вопрос.

– О чем это ты? Врезался в разговор король.

– Может быть он и выглядит слегка женоподобно, но он опасен, во время игры можно многое узнать о характере противника, даже, если не видишь его самого. Он умен, смог выучить ходы спустя всего каких- то двадцати минут, он тут же приспособился к ней и более опасней всего, то что он умеет рисковать, правда только будучи уверенным в победе. С этим можно работать. Думаю, он пришел сюда полностью уверенным, что выберется отсюда живым, у него должна быть подстраховка.

– В итоге мы все равно в том же месте, где и были до этого. Подытожил Ваан.

– Ну, в принципе да. Неохотно согласился с собеседником Кан.

– И, что нам по-твоему делать? Задал вопрос брату Таккаль.

– Ждать. Коротко ответил Кан.

– Хочешь проверить его слова? Поинтересовался король.

– Да, если в ближайшие дни, недели принцу станет хуже, то думаю можно будет согласиться с его предложением, в ином случае от него нам совершенно никакой пользы.

– Кроме его расы. Ворвался в беседе Ваан.

– Хочешь развязать войну? Спросил Кан.

– А почему нет? Мы уже давненько не были на войне.

– Да, что с тобой в детстве такое случилось, что ты весь поломанный такой!? Возмутился Кан.

– Успокойтесь. Никто ни на кого нападать не будет, но Ваан правильно подметил на счет него. Вдруг не мы хотим развязать войну, а они, а он всего лишь разведчик, посланный сюда под странным предлогом? Раздумывал король.

– В таком случае откуда он узнал о самочувствии принца? Думая об этом я сомневаюсь, что он разведчик. Поделился своим мнением Таккаль.

– То же верно. Согласился с братом Кан.

– Судя по всему и правда думать об этом бесполезно.

– Так, что делаем, выступаем или нет? Поинтересовался Ваан.

– Я склоняюсь к твоему предложению. Ответил король, посмотрев на Кана. – Мы подождем и посмотрим, на какой вариант нам укажет время. И да, Кан, тебя я попрошу сблизиться с ним на сколько это возможно, играй с ним, разговаривай время от времени вдруг он проговориться, о чем- ни будь.

– Хорошо.

Выбор.

Спустя две недели ничего не происходило, на протяжении этого времени Кан регулярно навещал своего подопечного, но с того самого момента не узнал о своем друге совершенно ничего, чего он выведал в первый раз, конечно он рассказывал о своих землях многое, даже очень, но в сущности он совершенно ничего не знал про него самого, что еще сильнее распаляло любопытство Кана. Но по правде говоря после третьего разговора с пленником ему стало скучно, он просто продолжал навещать его потому что так приказали. Существо, сидящее прямо перед ним порядком, наскучило ему, но мысль об этом не давало ему спокойствия, мысль о том, что это и было его планом, чтобы усыпить его бдительность.

– Почему ты ничего о себе не рассказываешь? Поинтересовался Кан.

– Как это я ведь многое рассказал о себе, я сказал тебе: какой мой любимый цвет, что я люблю есть, сказал, что обожаю лошадей за их глубокий взгляд, что еще тебя интересует?

– Меня интересуют твои личные мотивы?

– Мои личные мотивы? Я ведь уже ответил на этот вопрос, когда вы схватили меня, я здесь, чтобы спасти принца.

– Опять этот холодный ответ. Раздался голос в голове Кана. – Я хотел бы узнать, что- то более личное, не какие- то приказы, я хочу знать, чего бы ты хотел достичь, или же сделать, ответь мне по секрету.

– По секрету? Переспросил Генки.

– Да, по секрету. Ну вот давай я начну и скажу тебе чего мне нравиться делать… Я люблю смотреть как люди трудятся и делают все возможное изо всех сил…

– И, что же тебя подбивает на это?

– Мне нравиться их взгляд, когда они столько выучивали что-то или не важно, что, но они очень старались чего-то достичь и в самый важный момент у них это не получается, меня заводит их взгляд поражения.

– А ты очень жестокий человек не так ли?

– Ну… Я бы так не сказал, но если тебе так кажется, то я допущу такую вероятность.

– Но благодаря твоему примеру я понял, чего ты хочешь от меня, тебе нужен мой самый заветный секрет.

– Да, именно так, я хочу, чтобы ты поделился им, как я поделился с тобой своим.

Кан упал в ступор, когда после сказанных слов, Генки засмущался и отдалился от собеседника. Что же такое ужасающее скрывал не только от него, но, возможно, и от всего мира?

– Я люблю… Ну, если на чистоту… Мне нравиться…

– Да, сколько можно, ответь и все…

– Ну это ведь не с проста называется заветным секретом… В общем я люблю… Растения…

– Что? Переспросил недоумевающий Кан, размышляя о способах убийства живых существ подорожником. – И это твой самый сокровенный секрет?!

– Да.

– Да это вовсе не секрет, а просто обыденное занятие.

– Ты не понимаешь! Впервые повысив голос ответил Генки.

Кан тут же бросил свою текущую деятельность и внимательно стал слушать монолог собеседника.

– Меня с самого детства воспитывали как шпиона, воина, но мне не нравилось это, мне нравилось наблюдать за тем как со временем из семечка вырастает цветок, каждый раз, когда меня куда-то отправляли я возвращался лишь для того, чтобы только увидеть на сколько изменился мир со времени моего отъезда. Вот и все.

– Прости.

– За, что? Разве тебе не нравиться такой взгляд как у меня сейчас, разве ты не наслаждаешься этим?

– Я сказал это лишь в шутку, но услышав, что ты рассказал мне, я хотел бы раскрыться и тебе в ответ на это. По правде говоря, я не люблю взгляд людей и, впрочем, всех живых, разумных существ. С самого детства на меня смотрели, как на неудачника, постоянно сравнивая меня с якобы более успешными детьми, но посмотри на меня сейчас, я занимаю высокий пост и мне стало нравиться смотреть людям прямо в глаза, заглядывая к ним в душу. С тобой, по правде говоря получилось все наоборот, даже не фокусируясь на глазах я все же смог заглянуть тебе под кожу.

После сказанного Кан направился к выходу и прошептал заветную фразу, которую его собеседник явно хотел услышать:

– Я верю тебе.

В другом же конце замка творилась какая-то неразбериха, все служанки бегали то взад, то вперед.

Первыми на крики прибыли Таккаль и Лок, они вовсе не были в общей компании, а прибежали с совершенно разных сторон коридора, на раздающиеся крики женщин.

– Что здесь произошло?! Сразу же задал вопрос Таккаль.

– П… Принц!

– Что с ним? Ворвался в разговор Лок.

– От принца исходит сильный жар, его кожа, словно покрывается чешуйками.

– Что?! Протрубили в один голос Лок и Таккаль.

Они тут же направились в комнату принца, чтобы своими же глазами убедиться в правдивости сомнительного источника.

Их удивлению не было предела, все сказанное ранее оказалось чистой правдой, войдя в комнату они словно оказались в бане, пройдя еще пол пути до пункта назначения, пот с них начал лить плотным градом. Лок остановился не в силах продолжать, но Таккаль продолжил путь вперед, он своими глазами увидел, чешуйки на теле принца, но это были не совсем чешуйки в нормальном понимании этого слова, это были чешуйки, напоминающие что-то вроде татуировки. Красные чешуйки покрывали все его тело от ног до головы, даже лицо было покрыто ими.

Таккаль хотел попробовать прикоснуться к нему на сколько это было возможно, но его инициативу прервал король, окликнув его, когда тот вошел в покои.

– Что с ним?! Спросил возмущенный отец.

– Кажется, все что говорил пленник, сбывается. Ответил Таккаль.

– То есть, что? Спросил Лок.

Король ничего не ответил ему, но приблизившись к Таккалю, он посмотрел на своего сына, и они удалились прочь.

Как оказалось, дальше они тут же рванули в тюрьму, чтоб как можно более глубже понять сложившуюся ситуацию.

На их пути как раз предстал Кан. Они в мгновение ока оказались прямиком у его лица.

– Ты, что-то выяснил? Беспокойно спросил король.

– Да, мы с ним поговорили, и кажется я ему начинаю верить, а что случилось, что за спешка?

– Вот и мы кажется начинаем ему верить. Ответил король и направился к заключенному.

– Что стряслось, брат? Спросил Кан Таккаля.

– Я не смогу этого объяснить, что произошло даже, если и сам видел это, но кажется здоровье и правда в опасности.

– Так вот почему я слышал столько криков?

– Да. Подтвердил Таккаль и они оба тоже направились за королем.

Внутри они уже втроем наблюдали за Генки и расспрашивали его обо всем и обо всех своих переживаниях и опасениях. Но они очень ошибались о приватности своего разговора, в трещине в сантиметрах двадцати от пола, если хорошенько присмотреться, можно было заметить еле проглядывающийся сквозь тьму глаз, который за все это время никто из находящихся в этом помещении, так и не заметит.

– Так, что нам теперь делать? Спросил король.

– Я ведь уже говорил, с каждым днем его конец все ближе…

– Так ты его сможешь вылечить или нет? Спросил Таккаль.

– Лично я не смогу, я простой солдат, в такие деликатные дела меня не посвящают, но могу уверить вас в одном, если его тело отреагировало именно таким образом каким вы мне его описали, то беспокоиться пока не о чем, это значит, что его разум и тело противятся этой неизвестной силе.

– А, когда перестанет противиться, тогда, что? Поинтересовался Кан.

– Тогда стоит переживать…

– Что делаем дальше. Отрезал от неуверенности Таккаль и спросил своего друга.

– Эта передышка была лишь для собственного убеждения, теперь я полностью уверен, что нам делать, я не могу просить вас об этом, но лично я должен это сделать и сделаю, я отправлюсь с Генки и вылечу своего сына.

– Но ведь вам нельзя с ним видеться? Ответил Кан.

– Ничего как- ни будь справлюсь. Улыбнулся король.

– Что за разговоры, я не понял, разве мы ранее это не решили, можете быть уверенными я иду с вами. Ответил Таккаль.

– Что за пафос слетел с твоего языка? Открыв дверь спросил Ваан. – Я тоже иду с вами, надеюсь поездка будет веселой.

– Спасибо вам за все. Тогда решено, собираемся и выдвигаемся через неделю. Заявил король!

В путь.

Как и упоминалось ранее, собравшись с мыслями и провизией королевская свита выдвинулась в путешествие. Их было не много всего пятьдесят человек, что для человека такого статуса в те времена, было совершенно ничтожно иметь такое количество сопровождающих.

На удивление короля начало вылазки выдалось уж совершенно гладким, знать совершенно ничего не предприняла для его остановки, что еще более заставляло его разум углубляться в этом вопросе. Тут было три варианта, которые пришли ему в голову: первое и самое сомнительное, так это то, что знать приняла решение и одобрила его приемника в случае его собственной кончины. В этот вариант ему верилось с трудом, поскольку, если бы даже он выбрал своего приемника из самой этой знати, все равно нашлись бы, те кто не одобрил бы даже самый оптимальный выбор. Второй вариант мог бы быть правдой, если Лок, так яростно выступавший против этой авантюры, вступился за него, что честно говоря то же пахло не совсем подходящим вариантом…

– О чем задумались? Спросил Таккаль.

– Думаю, что все ли будет в порядке? Ответил король.

– Могу сказать на чистоту?

– Да, давай.

– Вам сейчас не о престоле нужно думать, будем решать проблемы по мере их поступления. Если в данный момент думать о результате совершенно не касающегося нас дела, мы можем потерпеть поражение в этом.

– Как же я могу не волноваться?

– Вам нужно не волноваться, вот почему вы оставили на престоле Кана, да, о чем тут волноваться, ему же будет помогать Рю.

– Что ж тут ты наверно прав, в таком ты всегда прав.

– Больше всего меня заставляет беспокоиться, он. Посмотрев на скачущего в правом краю, Хьякана, ответил Таккаль.

– А, что с ним?

– Вы же знаете. Я никогда не смогу довериться такому человеку, как он, поскольку ваш отец не смог отправить его отцу подмогу, потому что тот был слишком гордый и вспыльчивый, я не думаю, что его сынок, не такой.

– Ты и правда так думаешь, он ведь служит мне верой и правдой уже несколько десятков лет, да он не много скользкий тип, но все же я не думаю, что он так уж сильно печалиться о делах давно минувших дней?

– Возможно так и было бы, но его мать то все помнит. Женщины, имеющие обиду это очень опасная смесь, к тому же, вам никогда не было странным, что он никогда не обвинял вас или же относился с каким-либо пренебрежением?

– Да уж, мой отец всегда говорил опасаться женщин, думаешь она травит его разум?

– Не знаю, но имея выбор, остаться в безопасности или отправиться не зная куда, да еще и с потомком убийцы своего отца, сами видите какой счет 2:0.

– Этот факт конечно заставляет задуматься, но он служит мне верой и правдой уже более двадцати лет, просто так я не посмею отвергнуть его… Но я подумаю над твоими словами, ведь только тебе я могу верить безоговорочно. – О!

– Что такое? Удивился внезапно реакцией короля Таккаль.

– Вот это место, здесь мы и устроим привал, ведь уже темнеет и не имеет смысла продолжать путь в темноте.

– Хорошо. Привал! Обратился ко всем Таккаль.

Приближающаяся опасность.

Как только солнце показалось из-за горизонта, все путники тут же бросились собирать палатки и продолжать путь.

Их путь сопровождался все возможными природными преградами, сначала было просто, первое время путь пролегал через ровные бескрайние степи очень богатой зеленью и живностью, после дорога сменилась на более капризную сейчас им нужно было то подниматься, то спускаться на холмы и небольшие горы, ибо обходить их было нельзя потому, что так они потеряли бы больше времени, чем идти на прямик. После этого примерно после двенадцати дневного странствия дорога стала совершенно не выносимой, степи и холмы полностью сменились каменистой местностью, вся дорога была усыпана мелкими и на много большими камнями, так что приходилось останавливать повозки и прочищать путь, чтобы хоть как-то более благополучно миновать постоянно возникающие на их пути преграды.

– Ты точно знаешь куда идешь?! Спросил чуть гневно Таккаль путеводителя.

– Простите, но это единственный короткий путь. Ответил Генки.

– Можно было хотя бы предупредить, что будет так тяжко. Согласился с товарищем Хьякан.

– Простите, об этом я не подумал.

Король смотрел то на обвинителей, то на обвиняемого, он видел, как в их разумах разгорается ненависть, даже в своем самом близком друге он начал видеть это, вся эта ситуация его очень сильно настораживала, но он не знал, что ему нужно было сделать, чтобы хотя бы на короткое время погасить разгорающееся пламя в их разумах.

Тогда смелая улыбка развязалась на лице Ваана, это увидели все участники беседы.

– Что смешного, нам скоро будет нечего есть, если продолжится такая дорога? Потребовал разъяснений от своего друга Таккаль.

– Ничего. Покачал головой Ваан.

– Ну от чего-то ведь тебе стало смешно?

– О да! Резко ответил Ваан.

Таккаль понял, что бессмысленно продолжать расспросы и переключился на другой вопрос:

– Слушай, а почему ты пошел с нами?

– Что, серьезно хочешь знать?

– Да…

– Могу повторить, хоть я это уже и говорил, я подумал, что с вами будет весело вот и отправился, а что?

– Весело? Мы же направляемся к черту на куличики, даже не имея ни единственного понятия где это место находится?

– Я же говорил. Весело… Ну, если честно, то я отправился с вами потому что мне скучно, а я из тех людей или человека, которому не особо нравиться жить.

– Что значит не нравиться? Насторожился Таккаль, ровно, как и Хьякан.

– Ну не нравится просто и все тут, а сражения придают мне смысл моего существования, может быть это и иллюзия, но я рад видеть ее в таком виде.

– А ты оказывается тот еще безумец.

– Нет, я просто трезво мыслю, вот и все…

Не успел Ваан закончить свою мысль, как возле его лица пролетела стрела. Они оказались в ловушке, проходя самое неподходящее место. Они проходили сквозь ущелье, горы, это было странное место, словно одну из большой цельной горы высотой примерно в тридцать метров, какой-то силой откололи середину и получили ущелье гор близнецов.

Все тут же насторожились, подняли щиты вверх и тщательно выискивали источник данного акта агрессии.

Но как оказалось далее это был лишь предупредительный выстрел, после одной единственной выпущенной стрелы выстрелов более не было произведено.

И практически сразу же на вершине из одной из гор показалось три человека, у двоих из них были длинные белоснежные волосы, у другого же были короткие и такого же цвета, как и у остальных из этой троицы, кожа была темной, но на ее фоне на их телах были заметны красные линии, которые напоминали венозную систему человека. Две стороны обменялись мимолетными взглядами, и незнакомцы исчезли из поля зрения.

Обеспокоенные люди тут же вооружились и на этот раз уже как следует подготовились к внезапному нападению.

Все они думали, что вот-вот на них полетит целая волна стрел, но они все не летели и не летели. В конце концов оказалось, что нападавшие вовсе не хотели этого, а пропали они из их поля зрения лишь потому что спускались с возвышенности.

В близи они еще больше устрашали, примерно, как викинги англичан. Каждый из них был ростом под два метра и это были еще самые маленькие процентов шестьдесят не много превышали эту отметку.

Обменявшись теперь уже близкими взглядами, превосходящая масса противника снова натянула стрелы и направила в сторону его врага.

Затем один из беловолосых с короткой стрижкой взглянул на короля, а потом немножко в сторону, в направление в котором стоял Хьякан. Он тут же громко и четко потребовал всем чужакам отступить в сторону, кроме короля. Его голос был устрашающим и громким, словно гром в ясную погоду. От одного его звучания люди забывали, как дышать, но кое-что было заметно, каждый раз, когда он гневно требовал от них отступления назад, под его ногами загоралось ярко красное свечение, это свечение чем- то напоминало корни деревьев, что конечно имел еще более устрашающи эффект на неподготовленных умов. Казалось даже, что его же люди слегка побаивались его. С другой стороны, это было и понятно, чтобы собрать таких могучих солдат в свою армию, нужно иметь огромную силу, но такое волшебство они видели впервые.

– Кто вы такие и, что вам нужно?! Спросил Таккаль.

– Что ж полагаю, можно ответить на этот вопрос ходячим трупам. Меня зовут Пуад. Ответил короткостриженый. Слева от меня Сархет, а справа Кавэн. Теперь перейдем к другому вопросу, я хочу, чтобы этот человек сделал шаг вперед.

– Зачем? Поинтересовался Ваан.

– Затем, что я так думаю я так сказал. Затем, что если он выйдет вперед, то сегодня умрет только он, остальных же мы отпустим, а, если нет, то умрут все, решайте.

Все онемели от такого предложения, но тут можно было ответить без утайки, что для остальных эти слова придали уверенности в собственном спасении, вот только они побаивались показать свои истинные желания, рискуя тут же быть осужденными.

Несколько мгновений миновало с долетевших до их разумов слов, но поскольку они не изъявили своего выбора мгновенно Пуад приказал стрелять.

– Стойте! Я пойду. Ответил король.

Но их вождю не понравилось такое стечение обстоятельств и стрелы, натянутые на тетиву, так и попрощались со своими хозяевами и поимели новые знакомства.

– Черт! Я же согласился! Впервые в жизни повысил свой голос король на глазах у публики.

– Долго решался, а теперь выйди вперед, пока я не добил остальных твоих людей.