Глава 14
Проклятые Юнь с желтыми глазами

Игла проткнула палец, и на коже тут же выступила капелька крови. Ян Юмэй весьма долго смотрела на нее, прежде чем сунуть в рот. Она тут же почувствовала слегка сладковатый вкус крови Юнь. Вышивка в ее руках постепенно приобретала образ орхидеи с бабочкой. Понять, что вышито на платке, можно лишь зная идею. Все же Ся Юань не интересовалась шитьем и каллиграфией, так что ее навыки были весьма скудны. Для Хуанъянь это оказалось большим ударом по самолюбию. Когда-то она обыграла в шитье одну из небожительниц, а теперь все пальцы исколола.

В голове все еще крутились слова Чунь Цин. Неужели это правда? Ян Юмэй практически ничего не знала про Тай Фансиня, она даже не уверена, что у него остались привычки Мин Ханя. Что с ним случилось, раз он убил советника Цю? И убивал ли?

На подоконник опустилась птица, издав негромкое пощелкивание. Ян Юмэй взглянула на белого воробья с голубыми узорами. Советник Юнь был весьма могущественен, раз мог управлять сразу несколькими десятками тешоу. Даже удивительно для испорченного Юнь, к которым тешоу старались не приближаться.

– Куда ты снова идешь? – возмутилась Бай И, смотря, как Ян Юмэй переодевается в одежду служанки.

– К советнику Юнь. Ты будешь вместо меня, чтобы не пугать Чунь Цин.

– И зачем он тебе нужен? Сама ведь частично из Юнь.

– Так ты можешь притвориться мной?

Закатив глаза, лисица протянула руку:

– Дай свою прядь волос, иначе не смогу принять твой облик. Только учти, что без своих хвостов я только шичэнь смогу продержать чужое лицо.

Отрезав прядку, Ян Юмэй отдала ее Бай И. Та вспыхнула голубым пламенем в руке лисицы, и она встряхнула головой, представ в облике Ся Юань. Взяв в руки пяльцы с вышивкой, лисица поморщилась при виде узора, спеша переделать его.

Покинув дворец Старого Холода, Хуанъянь стала следовать за механическим воробьем, который терпеливо ждал ее, перелетая с ветки на ветку. Так они дошли до Министерства расследований, где ожидал Юнь Чан. По сравнению с их вчерашней встречей он выглядел достойно: его одежда напоминала наряды людей из Южной Хэ. В белых волосах было множество серебряных украшений, а на шее сверкали цепочки с мелкими лазурными камешками, которые красиво переливались на свету. Понятно, почему многие чиновники во дворце недолюбливали великого советника – мало того, что в его руках целая армия тешоу, так вдобавок он из страны «степных варваров».

Ян Юмэй мысленно вздохнула. Она вспомнила свои украшения для волос, изготовленные из костей светлых духов. Благодаря им Хуанъянь могла обращаться в стайку белых мотыльков и перемещаться из Нижнего Мира в Верхний. Вернуть бы их обратно…

– Появились ли у тебя какие-то мысли? – поинтересовался Юнь Чан, сидя за столом и с прищуром смотря на Ян Юмэй.

Не став отпираться, она рассказала о том, что пришло в голову.

– Ты смышленая, хотя и неграмотная, – похвалил советник, поднявшись с места. – Я собираюсь отправиться в Дом Цю, так что ты поедешь со мной.

– Разве я смею? – тут же попятилась назад Ян Юмэй. – Я простая служанка, у меня полно дел…

– Хочешь, чтобы я обвинил тебя в убийствах? – спросил Юнь Чан и, дождавшись, когда девушка закачает головой, открыл дверь во двор. – Тогда поторапливайся, у меня еще есть и другие дела.

Они вышли в заснеженный двор. Снег здесь достигал двух чжанов! Словно никто никогда не чистил это место.

Советник Юнь тихо свистнул, и гора снега вздрогнула и рассыпалась, чуть не похоронив их под собой. Схватив Ян Юмэй за руку, Юнь Чан отступил, с прищуром смотря на нее и ожидая, что та скажет.

Под снегом оказался громадный синьфэн, чьи металлические пластинки-перья золотом сверкали на свету. Поднявшись на лапы, он оказался выше дворцовых крыш! От удивления Хуанъянь не могла пошевелиться, она смотрела на тешоу и пыталась поверить своим глазам.

Она знала этого синьфэна, ведь когда-то он принадлежал ей, демонице Хуанъянь. А до этого Юнь из первой эпохи.

– Это Дао, – произнес Юнь Чан имя, которое знала Ян Юмэй. Так и не дождавшись ее реакции, он скрестил на груди руки и недовольно произнес: – Ты не удивлена?

– А должна? – растерянно спросила Хуанъянь.

Разочарованно цыкнув, советник Юнь подошел к Дао, жестом веля ему припасть к земле. Ступив на крыло, он протянул Ян Юмэй руку:

– Забирайся.

Ладонь Юнь Чана оказалась горячей. Он аккуратно провел Хуанъянь на спину синьфэна, велев сесть в небольшую ложбинку, и устроился за ее спиной. Ощутив знакомое тепло от металлических перьев, Ян Юмэй тяжело сглотнула. Дао был единственным тешоу, которого она смогла приручить и который сражался вместе с ней против Верхнего Мира.

Хуанъянь словно повстречала старого друга, близкого сердцу, но тот не помнил ее. Теперь у Дао новый хозяин.

Оттолкнувшись от земли, синьфэн легко взмыл в небо. Ян Юмэй поспешила пригнуться к его шее, схватившись за длинные перья по бокам головы, которые не давали упасть. Она невольно прислушивалась к каждому металлическому шороху и стуку шестеренок, но даже спустя три тысячи лет Дао продолжал прекрасно работать. Этот тешоу уже давно пережил своего создателя и теперь служил его потомкам.

Расправив крылья, синьфэн полетел к одному из Домов времен года, что расположился в старом квартале Хэчжоу. Возьми они повозку, добирались бы шичэнь до поместья семьи Цю, а так путь занял не больше одной чашки чая.

Дао с лязгом опустился на крышу одного из домов семьи Цю, сломав когтями несколько черепиц, которые со звоном упали на землю. Слуги всполошились, а к тешоу уже бежал мужчина, чье лицо покрывала испарина. Остановившись в паре чжанов, он низко поклонился и произнес:

– Приветствуем великого советника Юнь в Доме Цю! Управляющий Чоу к вашим услугам!

Спустившись по крылу Дао на землю, Юнь Чан подхватил Ян Юмэй, не дав ей упасть, и поставил ее рядом с собой. Управляющий даже не взглянул на нее, продолжая любезно смотреть на советника.

– Глава Цю здесь?

– Он покинул поместье рано утром. Если у советника Юнь есть вопросы, то этот управляющий готов на них ответить! Прошу вас, за мной.

Мужчина провел их в дом, налил Юнь Чану чай и сел напротив. Ян Юмэй осталась стоять, со скучающим видом смотря в окно. Служанки и евнухи собрались вокруг Дао, не решаясь подойти ближе и восторженно перешептываясь. Когда тот внезапно раскрыл крылья, они с визгом убежали, а синьфэн издал клекот, словно смеялся над ними. Эта старая птица ничуть не изменилась.

– С каким вопросом достопочтенный советник пожаловал в Дом Цю?

– Я расследую дела о самоубийствах служанок, – ответил он, не прикоснувшись к чаю и не сводя с управляющего Чоу внимательного взгляда. Тот заерзал на стуле. – Оказалось, все они принадлежат семье Цю. Взгляните.

Он протянул управляющему лист бумаги, на котором были перечислены имена служанок. Быстро просмотрев их, управляющий Чоу кивнул и отдал список обратно:

– Это девушки из боковой ветви. Императрица И лично отбирает их каждый год.

– У одной из них был золотой браслет на руке.

– Девушек из боковой ветви глава Цю одаривает браслетом за хорошую службу, – пояснил управляющий, уже осторожней сказав: – Обычно они, помимо служения императрице И, выполняют задания главы Цю.

– Могли ли их убить за то, что они узнали то, что им не положено? – прямо спросил Юнь Чан.

По сравнению с управляющим Чоу, который нервно ерзал на месте, советник Юнь казался расслабленным, словно тигр, наблюдающий за своей добычей.

– Я… не могу этого знать, прошу простить, – взволнованно произнес управляющий. – Без разрешения главы я не могу ответить на некоторые вопросы советника.

– Я понимаю, – не стал настаивать Юнь Чан. – Если управляющий Чоу поделится еще чем-то, что будет полезно при расследовании, этот советник не поскупится на награду.

Юнь Чан положил на стол увесистый мешочек и подтолкнул его к мужчине. Управляющий засуетился, бросил взгляд на дверь и все же взял деньги, быстро спрятав их в рукав.

– У этого управляющего совсем голова дырявая, простите старика, – хрипло рассмеялся управляющий Чоу, наклонившись, и тихо произнес: – Не берусь утверждать, но глава Цю и императрица И якобы ищут возможность найти и открыть Хранилище рода Юнь.

Ян Юмэй тут же взглянула на мужчину, и глубоко в ее глазах сверкнули белые искорки.

Хранилище Юнь, вновь оно. Хуанъянь и Ляньцин уже когда-то искали осколки, ведущие к нему, и отыскали пять, в этой жизни Ян Юмэй случайно нашла еще один. Скорее всего, найденные во второй эпохе осколки до сих пор на Небесах, а остальные, замаскированные под украшения, спрятаны от чужих глаз.

Без ключа не найти и не открыть Хранилище, а тот, кто это сделает, получит тайны всех трех Миров. Конечно, даже в третьей эпохе люди не теряли надежд отыскать его. Человеческая жадность не знает границ.

– Благодарю управляющего за информацию, – поднялся Юнь Чан. – Больше мы не посмеем вас отвлекать. Идем.

Ян Юмэй послушно зашагала за советником, видя его напряженные плечи и широкие шаги. Взобравшись на синьфэна, который тут же взлетел в небо, Юнь Чан наклонился и прошептал на ухо Хуанъянь:

– Что думаешь насчет его слов?

– Никто, кроме Юнь, не знает, где спрятаны осколки ключа от Хранилища, однако у императрицы И есть власть. Если кто-то узнает, что она собирается сделать, то попытается опередить ее. Чем не повод для убийства служанок?

Юнь Чан кивнул, направив Дао к Тайгуну. Приземлившись во дворе Министерства расследований, синьфэн припал к земле, позволяя слезть с его спины. Хуанъянь хотела немного задержаться, но побоялась вызвать лишний интерес у советника.

– Советник Юнь, можете мне кое-что пояснить, а то эта глупая служанка не понимает, – поинтересовалась Хуанъянь, войдя в дом вслед за Юнь Чаном.

– И что же?

– Почему вы взяли меня? Разве вы не могли в одиночку отправиться в дом Цю?

– Мог, но ты отвлекла внимание управляющего Чоу. Явись я один, он бы решил, что этим делом занимаюсь только я, и вряд ли бы сказал так много; явись я со стражником, управляющий попытался бы сгладить все углы. Я пришел со слабой беззащитной служанкой. А значит – без намерений кого-то обвинить или арестовать.

– Эта Юмэй поняла мысли советника, – поклонилась она. – Если у вас больше нет других поручений, могу я уйти?

– Возьми это. – Юнь Чан кинул ей металлический шарик размером с детский кулак. – Если найдешь новую зацепку – кинь его в воздух, и он даст мне знать.

– Благодарю.

Ян Юмэй направилась к дверям, остановившись на полпути и обернувшись к советнику:

– Могу ли я спросить еще кое-что?

Юнь Чан молча уставился на нее.

– Вы ведь один из Юнь, разве вам не доступны знания о Хранилище?

– За кого ты меня принимаешь? – удивился великий советник, откинувшись на спинку стула. – Я не настолько стар, вдобавок мои родители не были полноценными Юнь, хотя и принадлежали к этому роду.

Так он чистокровный Юнь, родившийся от двух полукровок. Хуанъянь с трудом поборола удивление – она и не думала, что таким образом можно воскресить род Юнь, впрочем, что еще от них ожидать?

– Тогда прошу простить мою дерзость. Я покину вас.

Она ушла, и Юнь Чан шумно выдохнул, бросив взгляд на окно, из которого было видно дерево, чьи ветви укрывали шапки снега.

На одной из них сидела черная птица, которая поспешила вспорхнуть и улететь, пропав за крышами домов.

⁂

– И какой он?

– Кто? – не отвлекаясь от шитья, спросила Ян Юмэй.

– Советник Юнь.

Бай И лежала на кровати, махая ножками в туфельках с вышитыми узорами и поедая орешки. Словно богатая госпожа, которая не ведает тягостей.

– Как и все из Юнь – странный.

– А ты много Юнь встречала? – Лисица усмехнулась и подползла к Ян Юмэй. – Даже я за свою длинную жизнь так ни одного и не увидела!

– И сколько ты уже живешь?

– Больше девяти сотен лет, раз смогла столько хвостов отрастить. Никакого уважения к старшим, – фыркнула Бай И, подперев ладонями щеки и выжидающе смотря на Ян Юмэй. – Так какой этот Юнь Чан? Красавец?

– Его лицо скрыто за маской, однако у него желтые глаза, – безразлично ответила Хуанъянь.

– И что? – не поняла лисичка.

– Ты не знаешь, что означают желтые глаза Юнь? – удивилась Ян Юмэй, отвлекаясь от вышивки.

– Как будто ты знаешь.

– Знаю, – вздохнула та. – Его кровь проклята. Такие Юнь рождаются раз в несколько тысяч лет, и никто не знает, от чего это зависит. Их считают неполноценными и изгоняют из рода либо запирают и не дают спокойно жить.

– Ого, а сестрица многое знает, – удивилась Бай И. – И чем же выражается их «проклятье»? Только желтыми глазами?

– Не только. Их кровь ядовита: если выпить много, то умрешь в муках, а если попробуешь каплю, то станешь рабом такого Юнь. Что, все еще желаешь с ним встретиться?

На этот раз лисица промолчала, задумчиво накручивая на палец длинный локон. Она молчала весьма долго, так что Ян Юмэй продолжила вышивать: постепенно на белой ткани появлялся красный мотылек, сидящий на нежных голубых цветках лилии.

– Получается, Хуанъянь тоже была проклятой Юнь? – внезапно спросила Бай И. – По легендам, у нее ведь белые волосы и желтые глаза.

– Скорее всего.

– Ты хоть знаешь, кто такая Хуанъянь? – вскинула бровь лисица.

Ян Юмэй не ответила. Конечно, она знала, кто такая Хуанъянь, она лично являлась ею.

– Говорят, Хуанъянь вот-вот должна возродиться, только разве это возможно? – вздохнула Бай И, закинув в рот пару орешков. – В Нижнем Мире все только этого и ждут!

– Неужели? – заинтересовалась Ян Юмэй, отложив вышивку. – И что же там говорят про Хуанъянь?

– После ее смерти Нижний Мир ослаб, впрочем, и небожителей больше не осталось. Однако из всех сильнейших демонов я могу вспомнить только главу Бай, да и себя приписать. Вот только лисы никогда не стремились возглавить остальных – у нас и своих проблем хватает.

Нижний Мир не забыл про Хуанъянь, и в груди той разлилось тепло.

Она вернется, когда свершит свою месть. Вернется во дворец клана Черной Крови и займет трон отца, вернув Нижнему Миру былое могущество. Раз больше нет Небес, то никто не посмеет ее остановить. Но сперва…

– Ты знаешь, куда дели вещи Хуанъянь? Колокольчик, украшение и алое платье? – поинтересовалась она у Бай И.

– Понятия не имею, – честно призналась лисица. – Сама хотела достать что-то из этого, но нигде не находила.

Куда же Мин Хань дел вещи Ян Юмэй? Не мог же он их уничтожить? Да и вряд ли они в Верхнем Мире.

Устало вздохнув, Ян Юмэй опустила голову на колени. И почему она вынуждена собирать саму себя по кусочкам, словно фарфоровую вазу? Как же хотелось пойти к Тай Фансиню и задушить его, но пока еще рано.

– Бай И.

– Чего?

Выпрямившись, Хуанъянь взглянула на лисицу. Доев орешки, та лениво разлеглась на кровати, протянув руки с острыми коготками к горячей печке.

– Хочешь получить один из своих хвостов?