Глава 7

«…Tell them all I know now,

Shout it from the rooftops,

Write it on the skyline:

All we had is gone now…

Tell them I was happy,

And my heart is broken,

All my scars are open.

Tell them what I hoped would be

Impossible, impossible,

Impossible, impossible…»

James Arthur – Impossible

Это было неловко.

Очень.

И то, что Дамиан был ее непосредственным начальником, чертовски все усложняло.

Девушка избегала встреч с ним уже как почти неделю. Как ни странно, но и он не мучал ее своим присутствием, по минимуму контактируя с Эви.

Напрямую они не разговаривали. Самое большее, что Йохансен делал – присылал на электронную почту все нужные документы и изучал ее отчеты. Если были какие-то ошибки – в письменной форме подробно указывал и объяснял, как их исправить. На этом все.

Сначала Эви нравился подобный формат общения.

Он больше не трепал ей нервы, не выводил из себя, не дразнил, не заваливал работой.

Эви должно было стать комфортно – спокойная атмосфера в офисе и больше свободного времени для сына.

Но… чего-то не хватало.

Девушка постоянно была как на иголках. А их демонстративная игра в «кошки-мышки» действовала Эви на нервы. Она всегда предпочитала открытый вызов холодной войне.

Было бы наивно считать, будто Дамиан оставил ее в покое.

Нет.

Наверняка выжидал удобный случай, чтобы нанести удар в спину.

В этом Эви даже не сомневалась. Была научена горьким опытом.

«Я могу сидеть здесь и злиться с каждой минутой сильнее… Или могу пойти в его кабинет и высказать свои претензии в лицо. Я ведь не трусиха. Так и поступлю. И будь что будет», – девушка решительно встала из-за стола и, прихватив папку с документами в качестве предлога, направилась прямиком в кабинет человека, которого имела несчастье называть боссом.

Она зашла в лифт и оценивающе пробежалась взглядом по своему внешнему виду.

Черный деловой костюм.

Собранные в идеально гладкий пучок волосы.

Красная помада. Ее любимая.

Образ дополняли туфли на высокой платформе.

То, что нужно.

Она усмехнулась, вполне довольная увиденным. У Эви никогда не было проблем с самооценкой.

Двери лифта открылись. Крепче сжав документы, она уверенной походкой направилась в кабинет Дамиана.

Сделала глубокий вдох, собираясь с силами.

Трижды постучала.

– Войдите, – послышался его раздраженный голос.

Рука девушки зависла над дверной ручкой.

«Кажется, он не в духе. Хотя… Боже, когда вообще этот придурок был в духе?!»

Выпрямив плечи, Эви открыла дверь.

Объект ее душевных терзаний сидел на своем черном кресле, изучая документы с самым мрачным видом.

Она обратила внимание на небольшую щетину на его лице, плотно сжатые губы, нахмуренные брови… И даже так Йохансен был возмутительно красив.

Дамиан был настолько погружен в работу, что не обратил на ее приход внимания. Татуированная рука потянулась к галстуку, ослабляя его и позволяя свободно повиснуть вокруг шеи.

– Нам нужно поговорить, – прямо объявила Эви, положив документы перед ним на стол.

Йохансен медленно поднял голову.

Его молчание не облегчало ей задачу.

Парень пробежался глазами по ее телу, но взгляд его остался непроницаем. Словно стеной любовался.

– Чем могу помочь? – наконец, выдавил он из себя.

– Прекрати, – сжала зубы девушка. – Давай нормально обсудим то, что произошло.

– Да о чем ты говоришь? – Дамиан издал пренебрежительный смешок. – Разве что-то произошло?

– Слушай, в ту ночь мы немного забылись, но это не причина сейчас избегать друг друга. Если честно, мне некомфортно так работать. Есть много вопросов, которые сложно воспринимать в письменной форме и их…

– Мне плевать, что тебе там удобно, – бесцеремонно перебил ее Дамиан. – Ты настолько незначительный в моей жизни человек, что… – прищурился холодно он, сделав паузу. – Я просто не хочу тратить на тебя время. Свои обязательства перед компанией я выполняю, проверяя твои бесполезные отчеты и давая советы. На этом все. Ничего, кроме работы, я обсуждать с тобой не намерен.

– Ты вообще себя слышишь? – Эви пыталась держать себя в руках, но мудак выводил ее из себя.

Бесполезные?!..

Да она старалась, не покладая рук!

– Я говорю именно про работу! Я не могу продолжать делать это в дистанционном формате. И терпеть твои выходки – тоже!

– Ничего, научишься, – снисходительно улыбнулся Дамиан. – Что-то еще, мисс Коллинз?

– Да. Пошел ты на хрен, – она в сердцах показала ему средний палец и развернулась, чтобы пойти прочь.

Было очевидно, что конструктивного диалога ей с Дамианом не построить.

– Вижу, зашел в самое подходящее время, – послышался чей-то веселый смешок.

Эви опустила руку с неприличным жестом, заливаясь краской.

Дерьмо.

Ну, почему мистер Гринберг зашел именно в этот момент?!

«Какой позор…»

Ей хотелось провалиться сквозь землю.

– Дамиан, ты опять доводишь сотрудников? Мне поступают жалобы, – рассмеялся мужчина, упираясь руками об стол.

Девушка облегченно выдохнула. Хорошо, что у мистера Гринберга было хорошее чувство юмора.

– Клевета, дядя, – усмехнулся в ответ Дамиан, – Где ты видел, чтобы я кому-нибудь грубил?!

Эви обернулась, испепеляя его возмущенным «ты-это-сейчас-на хрен-серьезно?» взглядом.

«Пора убираться отсюда. Как раз уйду под шумок…»

Она уже взялась за ручку двери, когда ее неожиданно окликнули.

– Задержитесь, мисс Коллинз. Вы нужны мне оба.

Девушка замерла. Дамиан озадаченно вскинул брови.

Мистер Гринберг улыбнулся, окинув племянника и Эви загадочным взглядом.

– Если это касается документов на оформление имущества миссис Уилсон, я их уже предоставила. Только что, – осторожно добавила девушка.

– Нет. Дело в другом.

Эви неохотно подошла к столу.

– Садитесь, – мужчина махнул рукой на свободное кресло. – Как вы знаете, сегодня вечером состоится благотворительный аукцион, – произнес он, когда Эви села.

– Да, мы обсуждали это, – кивнул спокойно Дамиан. – Я помню, что отправлюсь туда сегодня.

Эви напряглась, когда задумчивый взгляд мистера Гринберга остановился на ней. Он смотрел так пронзительно, что девушке стало не по себе.

Нервно заерзав, она улыбнулась:

– А я тут при чем?

– Составишь Дамиану пару.

– Ни за что!

– Да я лучше умру! – одновременно с ней рявкнул Дамиан.

– Ого, какие вы дружные. Видите? Уже сошлись в одном вопросе, – ухмыльнулся мужчина.

– Дядя, хватит издеваться, – одернул его Дамиан, заскрежетав зубами. – Я пойду туда с Энж, как и всегда.

– Ты не потащишь туда человека, который не разбирается в нашем деле, – сердито ответил мистер Гринберг.

Пока они спорили, сердце Эви перевернулось в груди. В голове крутилось только одно.

«Кто такая Энж?»

Как и всегда.

У него есть девушка?

Как она выглядит?

Сколько ей лет?

Какой у нее адрес?..

«Успокойся!» – приказала себе Эви, стараясь контролировать дыхание. Потому что воздуха внезапно стало катастрофически мало. Легкие сжались.

«Или забыла, что он сделал? Почему ты удивляешься? Глупая».

– Я все сказал, – повысил голос мистер Гринберг.

Эви вздрогнула.

– Ты отправишься туда с Эвелин. Она станет твоей спутницей на этот вечер.

– Но я не хочу, – подала голос девушка.

Дамиан прищурился и саркастически выдал:

– А я прямо сознание теряю от желания заявиться туда с тобой.

– Хватит язвить, – осадил его дядя. – Вы туда не развлекаться идете. Мне нужно, чтобы вы наладили контакт с мистером Шоу – нашим потенциальным клиентом. Он сейчас в поисках хорошего адвокатского бюро, и вам необходимо убедить его выбрать нашу компанию. Это действительно важная сделка, связанная с крупными суммами. Действуйте с умом.

– У меня есть право выбора? – процедил сквозь зубы Дамиан.

– Нет. Я не предложил вам, – мистер Гринберг наклонил голову набок. – А поставил перед фактом. Считайте это частью рабочего процесса. Разумеется, если у вас все получится, вы получите за это вознаграждение.

Эви встрепенулась. Ее глаза сразу загорелись.

«Ладно, так и быть, потерплю».

– Хорошо, – воодушевленно произнесла девушка. – Мы вас не подведем, – радостно улыбнулась, игнорируя сверлящий взгляд Дамиана.

– Вот! С таким энтузиазмом и надо подходить к рабочему процессу! – поддержал ее мужчина и обратился к племяннику. – Бери пример.

Дамиан был настолько ошеломлен этим поворотом событий, что не нашелся, как ему отреагировать на столь оскорбительное заявление.

Брать пример! Ему! С этой… этой…

Он не мог подобрать цензурных слов.

– Ваше пригласительное, – мужчина протянул Эви черную пластиковую карточку. На ней серебристыми буквами было выгравировано ее имя. – В списки вас тоже занесли. Я позаботился об этом, проблем возникнуть не должно. Отправляйтесь сейчас домой и собирайтесь. Я приношу извинения, что не предупредил вас об этом заведомо, но идея пришла мне в голову совсем недавно. Мероприятие начнется в четыре. У вас достаточно времени, чтобы привести себя в порядок.

Девушка кивнула.

– Я рассчитываю на вас, – мужчина перевел тяжелый взгляд на Дамиана.

Тот выдавил самую фальшивую из своих улыбок.

– Конечно, дядя. Только что я скажу Энж? Ты не считаешь, что это крайне оскорбительно? Она ведь готовилась к этому вечеру.

– Мне не нравится эта девушка, – невозмутимо отозвался мистер Гринберг. – И что-то не припоминаю, чтобы у тебя были проблемы с выпроваживанием девушек, – он сделал многозначительную паузу. – Придумаешь что-нибудь, не мне тебя учить…

Эви ощутила тошноту. Несмотря на все, что Дамиан с ней сделал, слышать о его связи с другими было просто невыносимо для нее даже на физическом уровне.

До сих пор.

– Если разобрались со всем, я оставлю вас, – пробормотала девушка и бросилась прочь из кабинета.

Ей срочно нужно было остыть, пока она не наговорила лишнего. Или не запустила в Дамиана чем-то тяжелым.

«Кобель недоделанный…»

***

– Кажется, она все не так поняла, – задумчиво произнес дядя Дамиана, проводив взглядом девушку, вылетевшую из кабинета пулей.

– Да плевать, – пробурчал парень. – Ей необязательно знать правду.

– О том, что ты хранишь целибат? – насмешливо спросил мистер Гринберг.

– Не вижу ничего смешного, дядя, – нахмурился Дамиан. – Я, вообще-то, парень порядочный. Так что никаких добрачных связей.

– Да что ты говоришь, – мужчина издал смешок. – Ты забыл, как однажды напился и признался, что у тебя б…

– Очень некультурно с твоей стороны припоминать тот унизительный вечер, – перебил его обиженно Дамиан и поморщился. – Умеешь же ударить побольнее.

– Просто констатирую факты. Может…

– Не «может». Не хочу больше говорить об этом.

– Мы еще вернемся к этому разговору, – мужчина усмехнулся и уселся в кресло. – Но пока стоит обсудить дело мистера Беккера.

– Отлично. Мы как раз вчера провели аудит…

***

– Малыш? – Эви приложила мобильный к уху. – Слышишь меня?

– Мамочка? Ты меня сегодня заберешь пораньше? – надежда в голосе Кайдена заставила сердце девушки виновато сжаться.

– Прости… Сегодня ты останешься на продленке. Обещаю забрать тебя в восемь.

Грустный выдох послужил ей ответом.

– Мам, пожалуйста, только не задерживайся.

«Как в тот раз», – справедливо послышалось ей. Но малыш промолчал. Никогда ее ни в чем не упрекал. Понимал и не истерил.

Эви со стыдом вспомнила прошлую неделю, когда задержалась на целый час. Воспитательница не устроила сцен – Эви доплачивала продленку, и женщина была очень понимающей, но ее маленький сын… Он смотрел на нее потерянно, разочарованно.

Потому что она в очередной раз не выполнила свое обещание.

Ни сказок на ночь, ни мультиков, ни прогулок. Эви полдня работала, а остальную половину – писала научную работу в магистратуре, где обучалась заочно. Ни на что другое просто сил не оставалось.

Уволиться она не могла – дурацкий штраф, к тому же, мистер Гринберг, с которым у нее состоялся отдельный разговор… Так просто ей было не соскочить.

– Милый, прости меня.

– Все нормально, мам. Я поиграю на планшете пару часиков. Ничего страшного, – успокоил он ее.

Глаза девушки защипало.

«Лучше бы я сидела без работы, чем вот так…»

Эви открыла рот, чтобы дать ему очередное обещание, но вовремя прикусила язык.

Незачем клясться в том, чем ты не уверена.

Черт побери.

– Скоро все это закончится. Верь мне, солнышко.

– Я всегда тебе верю, мам. Не беспокойся за меня и не грусти. Ладно? – она почувствовала его обнадеживающую улыбку даже через расстояние.

– Я очень сильно тебя люблю, милый. Ты ведь это знаешь?

– Знаю, мам. Я тоже тебя люблю, – Кай тихо вздохнул. – Меня зовут, пойду.

– До вечера, малыш.

Эви провела тыльной стороной ладошки по глазам, вытирая слезы.

– Зачем мне эти идиотские деньги, если мой сын несчастен?

Она уронила голову на колени, сжимая зубы.

– Но что мне делать? Мистер Гринберг говорит, что тяжело только первые два месяца. Потом можно будет брать меньше дел, главное, сейчас влиться в процесс и разобраться во всей этой документации…

Самое идиотское, что она даже не могла перечить мистеру Гринбергу – договоренность между ними держала ее на крючке.

– Ладно, Кай… Зато в следующем году мы будем полностью свободны и богаты. Мама сможет тебе купить все, что ты захочешь. Мы не будем ютиться в этой маленькой квартирке, у тебя, наконец-то, появится велосипед, и… – она резко выдохнула. – Мы уедем. Как можно подальше от него. Все у нас будет в порядке. Только надо немножко перетерпеть. Нельзя сейчас сдаваться.

Эви поднялась с кровати, взяв себя в руки. Ее взгляд наполнился решимостью.

– Я не позволю никому с собой играть.

Сборы не заняли много времени. Через полтора часа девушка вызвала такси.

Уже выходя из дома, покрутилась перед зеркалом, оценивая свой внешний вид.

Ее волосы спадали на плечи и спину мягким волнистым каскадом, словно мерцающий водопад. Красное платье на бретельках облегало ее стройную фигуру, выделяя каждый плавный изгиб тела. Она выглядела в нем хрупкой и изящной, как фарфоровая кукла.

Эви не стала наносить макияж, ограничившись сверкающим клубничным блеском для губ и тушью.

Веснушки ярко выделялись на ее бледном лице.

Девушка усмехнулась, вспоминая, как в школьные годы тщательно скрывала их за макияжем.

Теперь ей было все равно, считает ли ее кто-то красивой. Она хотела оставаться собой.

И где-то в глубине души надеялась, что когда-нибудь найдется человек, который примет ее настоящую.

Не убежит, услышав историю ее жизни.

Не отвернется, как отвернулся он.

Эви резко выдохнула.

О чем бы она ни думала, мысли все равно возвращались к Дамиану.

Она знала, с чем это было связано.

«С моей ложью…»

Она скрывала от него их сына.

Врала ему.

Лишила возможности стать отцом.

Это была самая жестокая месть за его предательство.

Но, наказывая Дамиана, она причиняла боль и Каю…

Сын давно уже не был неосознанным малышом. Как и говорил Кристиан, мальчик имел полное право познакомиться с папой, узнать всю правду и самому решить, хочет ли, чтобы этот человек стал частью его жизни?..

А она даже выбора сыну не предоставила. Это было несправедливо.

– Прости, Кайден… – глядя в зеркало, она видела в отражении только лгунью. Не выдержала. Отвела взгляд. – Когда-нибудь мама расскажет тебе всю правду…

***

Дамиану не нравилось идиотское мероприятие.

Совершенно скучное, фальшивое.

Один сплошной фарс.

И его плохое настроение не имело никакого отношения к девушке с огненными волосами, которую он старательно игнорировал последнее время.

Совсем нет.

Их клиент посетил только аукцион, после чего спешно ретировался.

Благо пронырливой мисс Коллинз удалось его перехватить в нужный момент.

Дамиан стоял поодаль и с интересом наблюдал за тем, как Эви заводит разговор с клиентом, как убеждает его в чем-то.

Он был удивлен ее изворотливостью.

«Хотя, если вспомнить… Она ведь училась в Беркли».

Йохансен неохотно признал, что девушка всегда была умной. Даже шесть лет тому назад.

С Эви было интересно общаться, она, казалось, разбиралась в любой теме – от политики и истории до искусства.

Конечно, ей с легкостью удалось очаровать мистера Шоу, разговорить и тем самым «подготовить почву» для Дамиана, который довел дело до конца.

Клиент выбрал их компанию. Цель сегодняшнего вечера была достигнута.

«Понятно, почему дядя настаивал… Потенциал у нее хороший для юриста, пригодится…»

Дамиан отошел покурить буквально на пару минут, а когда вернулся в зал, то заметил свою подчиненную уже в компании. Которая ему сразу не понравилась.

Потому что этот мужчина стоял слишком близко к ней. Почти вторгаясь в личное пространство.

«Когда вообще успела?!» – зло подумалось он.

«Почему она его не отталкивает от себя?» – пронеслась следом более раздражающая мысль.

Дамиан засунул руки в карманы, сжал зубы, молчаливо наблюдая за неприятной картиной.

«Не мое дело. Это – не мое дело».

«Дурак, ты правда считаешь, что она пять лет жила, как в монастыре?

Что хранила верность? Кому? Тебе?

Человеку, предавшего ее?

Растоптавшего чувства?..

Насильно заставившего себя возненавидеть?..»

Перед глазами все расплывалось. То ли от слез, то ли от ливня.

Она, упавшая перед ним на колени и цепляющаяся за его ноги. Умоляющая не уходить.

Он, давно уничтоженный внутри. Мертвый. Бросающий ее.

– Меня душит твоя любовь, Эви, – Дамиан рассмеялся, громко, перекрикивая шум дождя. – Не видишь? Тошнит меня от тебя. От чувств твоих выворачивает. Не люби. Потому что я уже давно перестал. Не взаимно, понимаешь? Хочу, чтобы тебя просто не существовало. Чтобы ты исчезла из моей гребаной жизни. Каждый раз, когда до меня дотрагиваешься, я хочу кожу с себя снять. Каждый раз, когда вижу тебя, ощущаю желчь в горле. Блевать хочется, до спазмов в животе. Каждый раз, когда слышу твой голос, то оказываюсь там. В комнате, где стены покрыты кровью. Я в аду, ты это понимаешь? Каждый раз, когда чувствую твой запах, оказываюсь на коленях, вопящим о помощи, снова чувствую отвратительный металлический запах смерти. Вот что для меня значит твоя любовь. Вот что ты для меня значишь.

– Пожалуйста, пожалуйста, Дамиан, прекрати… – Эви смотрела на него своими огромными, полными слез глазами, цеплялась за его пальцы, рыдала, а он не чувствовал ничего, кроме пустоты. – Я все равно люблю… Люблю тебя… Я тебя так сильно люблю…

– Тогда я сделаю все, чтобы убить эту любовь своими руками.

– Не уходи…

Она сжимала его пальцы с такой силой, словно от этого зависела вся ее жизнь.

– Прошу… Выбери меня, а не…

«Месть».

– Отпусти мою руку.

Она протестующе помотала головой, всхлипывая. Уткнулась головой в его колени. Не сдаваясь.

– Пожалуйста, Дамиан, я ведь не смогу тебя после этого простить.

– Мне и не нужно твое прощение. Клянусь, я найду способ заставить тебя меня возненавидеть.

Он сделал это самым жестоким методом.

Так, что самому тошно стало от себя.

Дамиан вздрогнул, возвращаясь в реальность.

Эви улыбалась. Тепло, ненаигранно.

Она, блядь, улыбалась.

Не ему, конечно. Улыбалась какому-то мужчине в дорогом костюме.

И это мгновенно перевело того в касту «придурков» в глазах Йохансена.

– Мы сюда флиртовать пришли или работать, я не понимаю? – прошипел Дамиан себе под нос. – Клиента уговорили, пора и по домам разъехаться. Нечего репутацию компании портить, вешаясь на первого встречного. Совсем охренела, я так вижу.

Эви вежливо беседовала с вполне симпатичным, приятным мужчиной. Дэррен – так его звали, по удивительному совпадению оказался одним из руководителей организации "JK-Group", оказывающей юридические услуги жертвам насилия, где она проходила ранее преддипломную практику. Она с интересом обсуждала с ним идею расширения филиалов корпорации, когда мужчина пригласил ее на танец. Причин отказываться у Эви не было.

Она давным-давно забыла, каково это – флиртовать с кем-либо. Эви уже не была бунтующим подростком, без которой не проходила ни одна вечеринка. Она не ходила на свидания, не переписывалась с мужчинами, не обменивалась номерами…

На самом деле эта страница жизни для нее давно была закрыта.

Эви Коллинз была абсолютным, безнадежным однолюбом.

А еще в ней всегда жил страх.

Что от нее отвернутся, что разочаруются, когда узнают, кто она на самом деле…