Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Измаил-Бей

Добавить в мои книги
80 уже добавили
Оценка читателей
4.5
Написать рецензию
  • lazarevna
    lazarevna
    Оценка:
    4

    Изумительный пролог:

    Опять явилось вдохновенье
    Душе безжизненной моей
    И превращает в песнопенье
    Тоску, развалину страстей.
    Так посреди чужих степей,
    Подруг внимательных не зная,
    Прекрасный путник, птичка рая
    Сидит на дереве сухом,
    Блестя лазоревым крылом;
    Пускай ревет, бушует вьюга...
    Она поет лишь об одном,
    Она поет о солнце юга!..

    Двенадцать строк, вереница образов... Каждый последующий отрицает предыдущий: песнопение - безжизненность; вдохновение - тоску; лазоревое крыло - дерево сухое; ревет, бушующая вьюга - солнце юга. Обнаженная душа юного поэта -"птички рая посреди чужих степей", состоящая из противоположностей и противоречий. Сливаясь воедино, они непостижимым образом рождают неоспоримую, унылую гармонию диссонанса.
    А что же дальше?
    Дальше - маскарад, на который Печорин явился в черкесском костюме Измаил-Бея. Имел успех у дам и девиц. Как всегда, вызвал зависть и раздражение мужчин, настолько сильное, что был готов быть убитым своими же "товарищами". Правда, и сам готов убить, а уж о сломанных им, походя, судьбах и говорить не приходится. А чего Печорин изобразить не смог бы, так это ненависти. Измаил-Бей ненавидел Россию. Печорин ненавидеть не мог: пофигизм иссушил и заморозил.
    Вот так семнадцатилетний Мишенька Лермонтов начинал свой спуск (восхождение) в адские бездны (на адские вершины) - к Печорину и, совсем уж глубоко (высоко) и темно, - к Арбенину.

    Читать полностью