Книга или автор
4,6
5 читателей оценили
199 печ. страниц
2019 год
6+

Михаэль Энде
Джим Пуговка и Чертова дюжина

Глава первая,
в которой все начинается с загадочного толчка

В Медландии, как правило, стоит хорошая погода. Но бывают, конечно, и дождливые дни. Случаются они, правда, нечасто, но зато уж если начинает лить, то льет как из ведра. Вот именно в такой день и начинается наша история.

Шел дождь. Он шел, и шел, и шел, не переставая. Джим Пуговка сидел в кухне у госпожи Каакс. Тут же была и принцесса Ли Ши, которая приехала погостить на каникулы. Каждый раз, приезжая в Медландию, она старалась привезти Джиму какой-нибудь красивый подарок. Однажды она преподнесла ему стеклянный шарик, в котором виднелся какой-то китайский пейзаж. Потрясешь такой шарик, и в нем начинает идти снег. А еще она подарила Джиму яркий бумажный зонтик от солнца и очень удобную точилку в виде маленького локомотива.

В этот раз принцесса привезла чудесный китайский ящичек для рисования. И вот теперь дети сидели за столом и рисовали. Тут же пристроилась и госпожа Каакс. Водрузив очки на нос, она читала вслух какую-то толстую детскую книжку и при этом еще умудрялась очень ловко щелкать спицами – она вязала Джиму шарф.

Рассказ, который как раз начала читать госпожа Каакс, был очень увлекательным и интересным, но Джим все никак не мог сосредоточиться и время от времени поглядывал в окошко, по которому сбегали струйки дождя. Дождь лил так сильно, что сквозь пелену воды даже не видно было железнодорожной станции Лукаса, где под навесом, надежно укрытый от сырости и холода, под надзором Кристи стоял маленький Максик.

Но только не подумайте, что это был тоскливый дождь, какой частенько случается у нас. Нет, совсем наоборот. Дожди в Медландии были всегда очень веселыми. Они создавали впечатление своеобразных водных концертов. Капли лихо тарабанили по жестяным козырькам, выбивали сложные дроби по желобкам на крыше. Булькая, неслись говорливые ручейки, которые, попадая в гулкие водосточные трубы, звучали как целый оркестр. Бурные потоки с веселым клекотанием стекали по мостовым и собирались в необъятные лужи, чей шуршащий плеск напоминал аплодисменты восторженной публики.

Джим увидел, как Лукас вышел из здания станции, посмотрел с интересом на небо, забрался на свой паровоз и устремился под дождь. Максик остался стоять на станции. За это время он здорово подрос и доходил уже Кристи до котла. По размерам он запросто мог сойти за паровоз для узкоколеек, во всяком случае Джима, который все-таки был еще только половинкой подданного, Максик вполне устраивал, и в небольшой кабинке машиниста Джим чувствовал себя очень уютно.


Лукас сделал несколько кругов по острову, просто для того чтобы никто не говорил потом, будто в Медландии поезда в плохую погоду не ходят. Затем он поставил Кристи под навес рядом с Максиком, поднял воротник, надвинул поглубже фуражку и зашагал в сторону домика госпожи Каакс. Джим вскочил с места и открыл дверь другу.

– Брр, ну и погодка! – сказал Лукас, входя в дом и отряхивая с фуражки капли воды.

– Добрый день, Лукас! – сияя во всю физиономию, поздоровался Джим.

– Добрый день, коллега! – ответил Лукас.

Правда, Джим не знал, что значит это слово. Он только понимал, что так, наверное, должны приветствовать друг друга машинисты паровозов. Он посмотрел украдкой на Ли Ши. Интересно, обратила ли она внимание на это? Но принцесса, казалось, не увидела здесь ничего особенного.

Лукас поздоровался с дамами, потом уселся в кресло и спросил:

– Может быть, вы угостите меня чашечкой чая с хорошей порцией рома?

– Ну конечно, Лукас, – отозвалась тут же госпожа Каакс. – В такую погоду самое подходящее дело – пить чай. Тогда не простудишься. Ли Ши как раз привезла целую пачку отборного китайского чая. Глоточек рома у нас, разумеется, тоже найдется для вас.

Пока госпожа Каакс разливала чай, от которого шел удивительно вкусный запах, Лукас с интересом разглядывал рисунки детей. Потом они убрали со стола все рисовальные принадлежности, потому что все уже было готово к чаю. Госпожа Каакс приготовила небольшой сюрприз – она испекла большую ром-бабу золотистого цвета, посыпанную толстым слоем сахарной пудры. О том, что эта ром-баба буквально таяла во рту, лишний раз и говорить нечего, ведь всем известно, что госпожа Каакс была непревзойденной мастерицей по этой части.

Когда от угощения не осталось и крошки, Лукас откинулся в кресле и достал свою трубку, а Джим последовал его примеру – он вынул ту трубочку, которую подарила ему на помолвку Ли Ши. По-настоящему-то Джим, конечно, не курил. Лукас отговорил его, объяснив, что если рано начать курить, то тогда замедлится рост. Джим еще был все-таки половинкой подданного, и в его планы не входило застревать на этой стадии.

На улице уже сгустились сумерки, дождь поутих, в кухне было тепло и уютно.

– Ли Ши, я давно уже хотел спросить у тебя, – сказал Лукас, раскуривая трубку, – а как там поживает госпожа Зубпер?

– Она все еще погружена в глубокий сон, – ответила маленькая принцесса своим певучим голоском, – но у нее теперь такой сказочный вид! Она вся сверкает от кончика хвоста до самой макушки, как будто сделана из чистого золота. Папа велел приставить к ней круглосуточную охрану, чтобы ничто не потревожило ее волшебного сна. Он приказал сразу же сообщить ему, когда драконша начнет просыпаться. Он тотчас же даст вам знать об этом.

– Отлично, – сказал Лукас. – Уже недолго осталось. Она ведь говорила, что будет спать один год.

– По расчетам нашего Цвета Учености, это важное событие должно произойти через три недели и один день, – уточнила Ли Ши.

– Тогда я первым делом спрошу у драконши, откуда меня похитили пираты из Чертовой Дюжины и кто я такой, – сказал Джим.

– Да, да, это важно узнать, – вздохнула госпожа Каакс, и голос ее звучал очень печально.

Она боялась, что Джим тогда навсегда уедет из Медландии, а значит, она снова останется одна. С другой стороны, она, конечно, понимала, что Джиму обязательно нужно выяснить тайну своего рождения. Поэтому она ничего больше не сказала, только еще раз тяжело-тяжело вздохнула.

Потом Джим достал коробку с играми, и вся компания принялась играть – в «Мельницу», и в «Колпачки», и в разные другие игры.

Как всегда, чаще всех выигрывала принцесса. В этом не было ничего нового, но Джим в душе никак не мог с этим примириться. Ли Ши, конечно, ему очень нравилась, но она нравилась бы ему еще больше, если была бы не всегда такой ловкой и смекалистой. Он даже согласился бы ей иногда поддаваться, но куда там поддаваться, коли она и так все время выходила победительницей.

На улице уже совсем стемнело, дождь прекратился. Неожиданно в дверь кто-то постучал.

«Кто бы это мог быть?» – подумала госпожа Каакс и пошла открывать. На пороге стоял господин Пиджакер. Он сложил свой зонтик, поставил его в угол, снял шляпу и поклонился.

– Здравствуйте, здравствуйте! Я вижу, вы посвятили сегодняшний вечер играм – несомненно, это весьма полезное времяпрепровождение. Знаете ли, любезные друзья, я сидел у себя дома, и мне стало как-то одиноко, и тогда я подумал: а не будет ли с моей стороны слишком невежливо, если я попрошу у вас разрешения присоединиться к вашему обществу?

– Очень даже вежливо, мы вам всегда рады, господин Пиджакер, – сказала приветливо госпожа Каакс и поставила на стол еще одну чашку. – Садитесь, господин Пиджакер, – пригласила она гостя к столу, наливая ему чай из большого пузатого чайника.



– Спасибо! – поблагодарил господин Пиджакер. – Я должен вам признаться, что последнее время меня очень мучает одна мысль, и мне бы хотелось узнать ваше мнение по этому вопросу. Дело заключается в следующем. Каждый житель Медландии чем-то занят, а я – нет. Я только гуляю и существую в качестве подданного. Больше ничего. Вы, конечно, согласитесь со мною, что так не может продолжаться вечно, это никуда не годится.

– Ну что вы! – возразила госпожа Каакс. – Мы все вас очень любим таким, какой вы есть.

– Именно за это мы вас и любим, – уточнила принцесса.

– Благодарю вас, друзья, – сказал господин Пиджакер, – но такое существование, без всякой цели и смысла, – это в конечном счете не может называться нормальной жизнью. А между тем я могу о себе сказать, что человек я очень даже образованный, у меня довольно хороший запас знаний, так что порой я и сам удивляюсь: чего только нет в моей голове! Но, к сожалению, мои знания никому не нужны.

Лукас откинулся в кресле и задумчиво выпустил в потолок несколько больших клубов дыма. Помолчав некоторое время, он сказал:

– Я думаю, господин Пиджакер, ваши знания обязательно еще понадобятся.

В этот самый момент раздался страшный треск, и все ощутили сильный толчок, как будто что-то наскочило на остров.

– Ой! – воскликнула госпожа Каакс и от страха чуть не выронила чайник. – Вы слышали?

Лукас уже вскочил на ноги и, на ходу натягивая фуражку, бросил Джиму:

– Пошли, дружище! Надо посмотреть, что там такое!

Друзья побежали в сторону Ново-Медландии, откуда происходил, как им показалось, толчок. Дождь хотя и кончился, но на улице стояла непроглядная тьма, так что прошло некоторое время, пока глаза привыкли к темноте и стали хоть что-то различать. С трудом они разглядели, что к берегу прибилось нечто очень большое.

– Может, это кит? – высказал предположение Джим.

– Нет, смотри, оно не двигается, – сказал Лукас. – Скорее похоже на корабль.

– Эй! Э-ге-гей! – раздался вдруг чей-то голос. – Есть тут кто-нибудь?

– Есть! – откликнулся Лукас. – А кого вам надо?

– Это, случайно, не Медландия? – спросил тот же голос.

– Это Ново-Медландия, – уточнил Лукас. – А вы кто?

– Я почтальон, – жалобно отозвался голос с корабля. – Из-за дождя я совершенно сбился с курса. Да еще темнотища такая, что дальше своего носа ничего не видать, вот я и наскочил на ваш остров. Мне очень жаль, вы уж извините меня, пожалуйста!

– Ничего страшного, – успокоил его Лукас, – все нормально. Поднимайтесь к нам, господин почтальон!

– Да я бы с удовольствием, – ответил почтальон, – но у меня целый мешок писем для машиниста Лукаса и Джима Пуговки. Он такой тяжелый, что мне одному его ни за что не дотащить.

Друзья поднялись на борт корабля и помогли почтальону спустить мешок. Совместными усилиями они кое-как дотащили его до домика госпожи Каакс.

Мешок прямо лопался от многочисленных писем. И каких тут только не было форм, размеров, цветов, какие только экзотические марки не мелькали на конвертах, ведь эти письма прислали друзьям из Индии, Китая, Германии, с Северного полюса и экватора – короче говоря, со всего света! Написали их дети, а кто, вроде Джима, не умел сам писать, продиктовал текст взрослым или просто нарисовал картинки.

Все они были наслышаны о приключениях двух друзей и теперь, желая узнать какую-нибудь подробность, приглашали Джима и Лукаса в гости, а некоторые писали просто так, в знак уважения к мужественным путешественникам.

Наверняка кто-нибудь из моих читателей захочет тут узнать: а дошло ли его письмо? Конечно дошло. Я могу это засвидетельствовать со всей определенностью.

А еще в мешке были письма от тех детей, которых тогда Джим и Лукас освободили вместе с Ли Ши из драконьего города.

– Нам нужно будет обязательно всем ответить, – сказал Лукас.

– Но ведь я… я не умею писать! – испуганно воскликнул Джим.

– Да, я и забыл, – пробормотал Лукас. – Придется, значит, мне самому заняться этим.

Джим молчал. Впервые в жизни он по-настоящему пожалел, что не умеет читать, писать и считать. Он готов был уже сказать об этом вслух, но в этот момент раздался голосок Ли Ши.

– Вот видишь! – с некоторым ехидством сказала она. Больше она, правда, ничего не добавила, но уже одного этого хватило, чтобы у Джима пропало всякое желание делиться своими мыслями.

– Ну ладно, сегодня все равно уже поздно, – сказал Лукас, – отложим это дело до завтра.

– Тогда я, пожалуй, останусь здесь и подожду, пока вы напишете ответы, – решил почтальон, – чтобы забрать все письма с собой.

– Это очень любезно с вашей стороны, – поблагодарил его Лукас.

– Если вы ничего не имеете против, – вмешался тут в разговор господин Пиджакер, – то я могу вам предложить переночевать у меня. Нам будет о чем поговорить. Вы, как почтальон, наверное, хорошо разбираетесь в географии, а эта наука меня всегда необычайно занимала.

– С удовольствием, – радостно согласился почтальон и поднялся, готовый следовать за господином Пиджакером. – Желаю всем доброй ночи! Наверное, очень приятно иметь столько друзей, – сказал он еще напоследок, обращаясь к Лукасу и Джиму.

– Да, – согласился Лукас. – Ведь правда приятно, Джим? – спросил он, улыбаясь. Джим кивнул в ответ.

– Это более чем приятно! – воскликнул господин Пиджакер. – Это просто чудесно! Доброй ночи, дамы и господа!

С этими словами он вышел на улицу и направился к своему дому. Почтальон поспешил за ним, но на пороге еще раз обернулся и сказал:

– Мне очень неудобно, что мой корабль наскочил на ваш остров. Завтра утром я непременно принесу свои извинения королю Альфонсу Без Четверти Двенадцатому за причиненное беспокойство.

После этого он побежал догонять господина Пиджакера. Лукас тоже пожелал всем спокойной ночи и пошагал, оставляя за собой целый шлейф дыма, к своей железнодорожной станции, где под навесом рядом с большим толстым Кристи мирно спал малыш Макс.

Скоро во всей Медландии погасли огни. Ее обитатели тихо посапывали в своих постелях, ночной ветер шелестел в кронах деревьев, и где-то рядом глухо шумел морской прибой.

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
260 000 книг
и 50 000 аудиокниг