Книга или автор
0,0
0 читателей оценили
254 печ. страниц
2019 год
12+

«Много лет размышлял я над жизнью земной.

Непонятного нет для меня под луной.

Мне известно, что мне ничего не известно! -

Вот последняя правда, открытая мной».1

Омар Хайям, Рубаи.

«Небо какое красивое…»

Человек стоял возле ограды, ведущей в маленький садик, позади незнакомого ему дома.

Просто улица и резной забор, вдоль которого высажены кусты рододендрона. В глубине небольшой, почти сельский домик. Уютное чириканье птиц.

Рассвет.

Джентльмен стоял, прислонившись к железным прутьям, и глубоко дышал, устремив взгляд в голубое, еще чуть окрашенное восходом солнца, небо.

Такой хороший день… Воздух холодными струйками входил в его пылающие жаром легкие и со свистом вырывался через совсем не характерное для человеческого тела отверстие в боку. Ему было неудобно, что кровь, под давлением неспешно покидающая тело, может вот-вот промочить сюртук и шокировать случайного прохожего. Он никогда никого не шокировал и конечно очень неприятно связывать конец своей жизни с таким обстоятельством. Но человек пытался об этом не думать. Он сосредоточенно вглядывался в облака, будто стараясь рассмотреть там свою будущую обитель. Облака были редкими, перистыми, удивительно красивыми на фоне синеющего неба.

«Чудо как хорошо». – пробормотал он заплетающимся языком. Пальцы рук уже совсем не слушались и, по-хорошему, нужно было отпустить оградку, присесть на мостовую, сберечь остатки сил. Но мужчина упорно сопротивлялся. Он не слышал голоса рассудка, который заглушало нарастающее давление в ушах. Шум, постепенно обволакивающий его, вытеснял звуки улицы и был похож на бой туземных барабанов. Прекрасное сопровождение для перехода в мир иной.

Он улыбнулся этой мысли. «Скоро. Совсем скоро все это кончится для меня» – улыбка блаженного освобождения не сходила с его уст до тех пор, пока они не стали мертвы. И, оставив бренное тело на мостовой, возле резной, увитой зеленью, ограды, со счастливой улыбкой на застывшем лице, душа устремилась в столь милое молчащему отныне сердцу, небо. С последним вздохом пальцы державшие железные прутья, разжались. Тело бывшее некогда джентльменом, грузным мешком, повалилось на проходившего мимо другого джентльмена. Началось 27 мая 1856 года.

Понедельник. 27 мая.

***

Майлз, виконт Мортон, лежал распростертый на мостовой Шеррингтон стрит. На груди его покоился, в прямом смысле этого слова, мужчина средних лет с остекленевшими глазами, огромной бородой и устрашающей своей неестественностью улыбкой.

«О Боже!» – виконт вряд ли мог позволить себе большее, поэтому в воззвании к высшим силам слилось множество эмоций. Он зашевелился, затрепыхался, однако мертвый джентльмен был отягощен лишним весом и со стороны виконт без сомнения напоминал барахтающегося лапками вверх майского жука.

«О Боже…» – уже спокойно, даже задумчиво пробормотал он.

Улица была пуста.

Солнце только поднялось, скоро должны были выйти со своими тележками торговцы и разносчики газет, но… Майлз невольно застонал. Только не здесь. Здесь им делать нечего. Может быть, появится молочник, но публика эта трусливая и не захочет ввязываться в неприятности. А иначе как неприятностью распростертых посреди мостовой джентльменов, один из которых уже отдал Богу душу, назвать нельзя. Позвали бы хоть полисмена.

Немного передохнув, он снова попытался освободиться. Однако, ни навыки борьбы, ни общая тренированность тела не позволили ему в одиночку победить примерно 160 килограмм неживого веса. Майлз попробовал придумать что-то более унизительное, чем в таком положении объяснять полисмену что случилось, но это было сложно.

Ему почудился слабый аромат лаванды. Такие неожиданные видения… Виконт моментально ответил на собственный вопрос. Гораздо хуже любых объяснений, будет отсутствие полицейского. Все мышцы тела уже невыносимо ныли. А грудь… Ему с трудом удавалось дышать медленно и ровно.

Улица была подчеркнуто пуста.

Виконт сосредоточился на дыхании.

Это Лондон. Большой, шумный город. Здесь в шесть утра на самой скучной улице умудрились столкнуться два человека. Один насмерть. Здесь есть люди и рано или поздно они обязательно появятся. Главное сохранить силы к тому времени и дать знать, что он еще жив.

Спустя еще несколько минут Майлз подкорректировал собственную мысль. Главное, чтобы к моменту появления людей он был все еще жив.

Тело давило.

Оно давило вниз. Вжимало в острые камни мостовой. Продавливало с каждым выдохом все глубже. Виконт лежал под ним уже не меньше пяти минут, и складывалось ощущение, что мертвый джентльмен просто не хочет уходить из этого мира один.

Теперь, когда момент борьбы был безвозвратно упущен, выбраться самостоятельно у Майлза не получилось бы ни за что. Оставалось только молиться.

Запах лаванды стал отчетливее.

Может быть, так пахла смерть? Виконт не решился развивать эту мысль. Он вообще уже думал довольно обрывочно и в основном о вечном.

Так как обзор его тоже очень сократился, Майлз не сразу заметил, что рядом оказалась бледная, перепуганная девушка.

– Вам помочь? – Она склонилась над телами. Темные волосы падали на лицо. Она откидывала пряди и смотрела на виконта огромными, просто огромными, затопленными ужасом глазами.

– Да, пожалуйста. – Он изо всех сил сдержался, чтобы не застонать. Пугать девушку… Пугать единственного человека, который оказался рядом в таких обстоятельствах, не самая здравая мысль.

– Этот джентльмен имел несчастье умереть в том момент, когда я проходил мимо. Буду очень благодарен, если вы позовете полисмена и доктора. И кого-нибудь сильного, чтобы освободить меня. Гхм, – он на секунду замялся – последнее, в приоритете.

– Конечно! – Девушка будто очнулась от сна. – Доктор живет как раз за углом, его дворецкий сходит за полисменом. Я скоро вернусь! Никуда не… – она вспыхнула, – ой, простите.

– Ну что вы. – Майлз нашел в себе силы улыбнуться. – Обещаю оставаться здесь до самого вашего возвращения.

Девушка резко развернулась и побежала вдоль по улице. На пол пути она остановилась, оглянулась, всплеснула руками и, не раздумывая дольше, скрылась за углом.

Через несколько минут Майлз был окружен людьми. Со стороны, а в это утро ему на много чаще чем обычно приходилось думать о том, как он выглядит со стороны, зрелище становилось все более и более странным.

На тротуаре стояли доктор, помощник доктора, полисмен и помощник полисмена. Все они жарко спорили о том, откуда взялся труп, как он собственно стал трупом и кому из присутствующих первому следует действовать в данной, не простой, ситуации.

Как мог понять случайный свидетель их беседы, никто из них не сталкивался прежде с мертвым человеком в силу молодости или профессиональной специализации. С прискорбием, виконт отмечал, что именно обстоятельство новизны интересовало их всех гораздо больше, чем присутствие живого человека под мертвым. В то же время девушка никого не слушала, а просто задумчиво ходила вокруг пострадавших.

«Театр абсурда». – Виконт продолжал дышать. – «Совсем недавно я думал, что погибну в одиночестве. Но нет! Смерть наступит в окружении этих добрых людей и очаровательной девушки».

– Господа! – Внезапно девушка заговорила. Она все еще была бледна, но голос и манеры стали гораздо увереннее. – Господа!!! – От второго окрика все, наконец, обратили на нее внимание. – Я позвала вас сюда в такой спешке, чтобы вы помогли освободить еще живого джентльмена. Или вы хотите получить сразу два трупа? Один из них, между прочим, виконт Мортон, если я не ошибаюсь. – Она выразительно указала на Майлза, который мог уже только слабо кивнуть. – Не потрудитесь ли убрать с него тело?!

– Мисс Джейн, прошу вас… – Начал было доктор, но информация о титуле все же проникла в его перепуганный мозг. – А ведь и правда, давайте-ка освободил молодого человека. Он уже порядком натерпелся.

На все согласный полисмен, зубной врач и их помощники словно коршуны принялись кружить над своей тяжелой задачей.

Улица тем временем, хоть и была сама по себе довольно тихой, постепенно заполнялась любопытными. Люди останавливались, чтобы рассмотреть странное действо получше. Кто-то просто шел медленнее обычного, откладывая срочные дела ради удивительного зрелища.

Стараясь дистанцироваться от собственного позора как можно дальше, Майлз закрыл глаза. Грудь уже нестерпимо болела от веса, давившего, словно могильная плита. Сравнения в голову шли мрачнее некуда, а эти олухи так и продолжали исполнять вокруг него непонятный ритуальный танец, не зная с какой стороны взяться. Сам виконт командовать ими уже не мог. Попытки выбраться самостоятельно лишили его остатков сил, боль становилась тупой и всеобъемлющей. Дышал он с трудом.

– Что же это такое?! – Девушка почти плакала. – Вы возьмите его здесь и здесь. Он уже сознание потерял, пока вы не можете решиться! Вы, да вы, хватайте его за руки и тяните в сторону тротуара. Раз, два…

Поток чудесного свежего воздуха ворвался в легкие виконта, тело будто воспарило. Этот чудесный миг второго рождения он помнил потом всю оставшуюся жизнь.

Майлз пошевелил ногами и руками, ощупал ребра. Вроде ничего не сломано. Шатаясь, не без помощи девушки, он смог подняться, но только для того, чтобы сесть в стороне, привалившись к ограде. Какое-то время он просто старался надышаться, наглотаться воздуха.

Вокруг сновали люди. Шеррингтон стрит теперь гудела, словно сбитое осиное гнездо. Но какая разница, если в твое на половину раздавленное тело с каждым вздохом врывается жизнь.

Прошло не меньше двадцати минут, прежде чем он смог сосредоточиться на окружающем мире.

Теперь тишайшая и скучнейшая улица выглядела как ярмарочная площадь в субботнее утро. А главное, хотя вокруг мертвого джентльмена сновали десятки людей, никто, определенно ни один из них, представления не имел, что делать дальше.

Юный полисмен жмурился от ужаса. С блокнотом наперевес и зеленым от подавленных эмоций лицом, он прохаживался вдоль тела, ожидая старшего по званию.

Доктор, который оказался зубным врачом, стоял в сторонке, давая прохожим краткие объяснения и свои веские медицинские суждения.

Майлзу стало как-то очень грустно. Наверняка этот человек, который так не вовремя и нелепо испустил дух, заслуживал большего уважения чем то, что было ему оказано. Тело даже не перевернули. А ведь он умер с улыбкой на лице.

Виконта передернуло. Как жаль, что этот символ гармонии человека с собственной судьбой, будет теперь преследовать его в страшных снах.

Молодой человек решил, что нужно откланяться. Раз уж день не задался с самого начала, лучше провести его за воротами собственного дома. Он с видимым усилием поднялся. И очень вовремя, потому что на встречу, готовый к рукопожатию, спешил детектив Флеминг из Скотленд-Ярда.

Майлз опешил.

– Виконт! Рад приветствовать вас! Хотя, лучше бы мы, как и договаривались, встретились в среду на турнире по шахматам.

– Не стану спорить, это было бы намного лучше. Какая потрясающая встреча, Теодор! Я не знал, что это твой участок. – Майлз искренне улыбнулся. Он естественно был бы больше рад общению с приятелем за партией в шахматы, но все же увидеть знакомое и, что важнее, не глупое, лицо именно сейчас, было приятно.

– А это и не мой участок. Но я услышал твое имя и решил проверить, все ли в порядке. – Детектив с сочувствием взглянул на приятеля. – В порядке? Ты весь в крови.

– О! – Майлз быстро взглянул на свой сюртук. Тот был полностью красным.– Это не мое, с него натекло.– Виконт кивнул на тело. – Я не ранен.

Девушка и детектив во все глаза недоверчиво таращились то на него, то друг на друга.

– Я не ранен! – Виконт еще раз для убедительности похлопал себя по груди. – Хотя выглядит просто ужасно, согласен. – Он устало выдохнул. – Да что ж такое?! Выходит, этот человек умер не от сердечной болезни?

– Совсем не похоже. – Флеминг смотрел, как полицейские переворачивают тело, являя зевакам окровавленную сорочку и глубокую дыру в боку. – Как же ты не почувствовал кровь?

– Ой, я тогда слишком много всего чувствовал, а потом, знаешь ли, чувства и вовсе притупились! – Майлз удрученно взирал на окружающую суету. – Как же я попаду домой в таком виде?

– Пойдемте ко мне.

Виконт и детектив оглянулись и недоверчиво посмотрели на девушку.

– А что? Мой отец конечно поможет вам в такой сложной ситуации. Наверняка у него найдется запасная сорочка и вы сможете немного отдохнуть в тишине. – Она пожала плечами, как бы не настаивая на приглашении. Другого выхода все равно не было, так что, к чему настаивать?

– Конечно иди, Мортон! – Детектив первым пришел в себя. – Вы ведь не далеко живете, мисс…

– Дженкинс. – Девушка присела в очаровательном, совершенно не подходящем случаю, реверансе. – Мы с отцом живем прямо в этом доме. Шесть по Шеррингтон стрит, детектив.

– Прекрасно. Иди, Майлз. Тебя угостят чаем, дадут возможность переодеться, а вечером, я приеду к тебе в гости. – Тео развел руками. – Формальности. Я обязан буду задать вопросы по поводу происшествия.

– Конечно. – Майлз встряхнулся. – Буду рад угостить чем-нибудь подходящим. А теперь, моя спасительница!– Он с улыбкой повернулся к девушке. – Куда вас проводить, мисс? Я хотел бы выразить по дороге самую горячую признательность за участие в моей судьбе!

Девушка смущенно улыбнулась и указала на калитку.

– Сюда, виконт. Вам сюда.

***

Джейн пришла в себя только когда оказалась дома.

В гостиной на их с папой потертом диване сидел сам виконт Мортон. Девушка невольно улыбнулась от того настолько неуместен он был в этой маленькой комнатке, уставленной разношерстной, хоть и вполне подходившей друг другу, но совершенно старой уже, мебелью.

Вокруг были книги и море безделушек, привезенных отцом из его миссионерских путешествий. Столики, усыпанные географическими журналами, кресла и огарки свечей. Все в этой комнате говорило о ее обитателях как о людях, которые любят путешествовать, кто в фантазиях, а кто на самом деле. Большие окна с почти прозрачными стеклами пропускали яркий свет. Он путался в легких шторах и пучками выхватывал самые интересные сюжеты из жизни домочадцев. Например, хозяина и его совершенно неожиданного гостя.

– Кхм… – Джейн сделала легкий реверанс, не вполне определив, как ей теперь следует себя вести в присутствии высокотитулованного джентльмена. – Виконт. Очень любезно было с вашей стороны помочь мне добраться до дома.

Майлз открыл было рот…

–Ты хорошо себя чувствуешь, доченька?!

… и закрыл рот.

– Она у меня очень, очень чувствительная девочка. Уж поверьте любящему отцу. – Мистер Дженкинс, бодрый старичок с копной седых волос и небольшой профессорской бородкой, с трепетом обходил вокруг дочери, словно она была фарфоровой статуэткой. – Выпьешь чаю, милая? Это должно вернуть краски на твое лицо.

– Да, папа. Хорошая мысль. Чай всегда придаем мне бодрости. – Девушка присела на свободное кресло и заставила себя замолчать. Присутствие виконта начало ее смущать и глупые замечания это только подтверждали.

На время, пока Мистер Дженкинс отдавал распоряжения слугам, гостиная погрузилась в сладостное молчание.

Майлз получил передышку после миллиона благодарностей от хозяина дома. Он наслаждался легкостью собственного тела, навалившейся усталостью и девушкой, что присела как раз напротив окна. Она действительно выглядела очень хрупкой и бледной, что конечно не удивительно, после стольких переживаний.

Он немного откашлялся.

– Как вы себя чувствуете, мисс Джейн?

– О! Спасибо, виконт, хорошо. – Она задумчиво смотрела куда-то за его спину.

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
260 000 книг
и 50 000 аудиокниг