Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
Написать рецензию
  • takatalvi
    takatalvi
    Оценка:
    21
    Вам следует принять во внимание, что между моим глазом и глазом барана, находящегося по ту сторону моря, барана, которого я никогда не видел, гораздо больше общего, чем между моим глазом и моим ухом.

    Мейстер Экхарт, вы странный. Ну, немножечко.

    Проповеди – они и есть проповеди, и стиль текста соответствующий; рассуждения здесь занимают очень мало места, все в форме напутствий, впрочем, этими напутствиями автор пытается вбить в головы верующих собственные представления о боге, душе и человеческом бытии, которые сплошь заполонены образами, Ничем и серафимами.

    Все бы ничего, но только впечатление такое, что Экхарт чуть ли не залпом опрокинул и Библию, и всего Августина, Дионисия Ареопагита (все ждала, пока он оставит в покое ангельскую иерархию, в особенности серафимов – не дождалась) и Фому Аквинского, не переварил толком и тут же выплеснул в речах. То есть, представления собственные у него, конечно, имелись, но только не до конца сформированные, зыбкие какие-то, что ли. Недостаток теологического знания – да пусть чужого, но тщательно проработанного! – очень чувствуется. Экхарт зацепился за «ничто» и «нигде» и повторяет их чуть не через каждые два слова, рискуя подвернуться под горячую руку инквизиции, а потом, как нам сообщается, пытался объяснить, что его не так поняли… «Да как же тебя понять-то, коли ты ничего не говоришь!» Ну, кроме этих постоянных «ничто» и «нигде» без толковых обоснований, которые понять можно только однозначно. А еще он призывает отрешиться от всего и вся, что, в целом, совет неплохой, хотя в утверждениях о необходимости размазать собственную душу до полного забытья (Бога включая) ради просветления Экхарт явно переборщил.

    Хотя в целом чтиво не сказать, что неприятное или бесполезное. Читается легко, есть несколько интересных мыслей и изящных выражений.

    Читать полностью
  • BlueFish
    BlueFish
    Оценка:
    10
    Время есть то, что не дает свету достичь нас. Ничто так не мешает познать Бога [сознание единения], как время. И не только время, но преходящее; не только преходящие вещи, но преходящие стремленья; не только преходящие стремленья, но сам налет и запах времени...

    Знакомство мое с Экхартом произошло самым подобающим образом.
    Чуть ли не во всех книгах моего летнего чтения внезапно стали появляться отсылки на некоего Мейстера Экхарта, средневекового мистика, о котором прежде абсолютно ничего известно мне не было. Эрих Фромм, Тэйтаро Судзуки и даже, кажется, Карен Хорни вне зависимости, так сказать, от национальности и фокуса интересов согласно взялись цитировать Мейстера Экхарта. Остальных я не помню, но, надо сказать, масштабность явления впечатляла.
    А недавно, в довершение ко всему, Экхарт встретился мне на страницах уже художественного произведения - "Доктора Фаустуса" Манна, как бы говоря - забудь про все и окунись в то, о чем я говорю, больше ничего тебе не нужно и, на самом-то деле, никогда не будет нужно. И как бы мне хотелось то же самое посоветовать всем!
    Я скажу о нем несколько слов - может, кто-то его откроет, а кто откроет его в должной готовности, с должной восприимчивостью, не сможет уже жить дальше так, как прежде. Это голос человека, созерцающего самого Бога - в себе самом и всем сущем - и не созерцающего более никаких границ между этим и тем.

    Где кончается тварь, там начинается Бог. И Бог не желает от тебя ничего большего, как чтобы ты вышел из себя самого, поскольку ты тварь, и дал бы Богу быть в тебе Богом. Малейший образ твари, который ты создаешь в себе, так же велик, как Бог. Почему? Потому что он отнимает у тебя целого Бога. Ибо в то мгновение, когда этот образ входит в тебя, Бог со всем божеством Своим должен удалиться. Но когда этот образ уходит, входит Бог. Бог так сильно желает, чтобы ты вышел из себя самого (поскольку ты тварь), словно все Его блаженство зависит от этого. Ах, милый человек, какая тебе в том беда, если ты предоставишь Богу быть в тебе Богом? Выйди же, ради Бога, из самого себя, чтобы ради тебя Бог сделал то же. Когда выйдут оба - то, что останется, будет нечто единое и простое. В этом едином Отец рождает Сына в глубочайшем источнике. Там расцветает Святой Дух и там возникает в Боге воля, которая принадлежит душе. До тех пор, пока эта воля пребывает неприкосновенной для твари и всего созданного, - она свободна.

    Удивительно, что, вполне понимая и принимая все это, живя по таким законам, человек не возносится на небо сразу же, но продолжает вести активную мирскую деятельность и хозяйствовать в нескольких десятках монастырей.
    Даже и не знаю, можно ли его проповеди читать в порядке отвлеченного самообразования. С меня они всякий раз обдирают все шкуры, которыми я смею себя обернуть. Все цивилизационные наслоения распадаются в прах.
    И слова все глупые, которыми я об этом пишу. Не надо вообще об этом писать, нельзя ограничивать такие книги и таких людей, но я скажу, что для меня Экхарт - один из пределов человеческого света и возможности человеческого становления. А что до наивности мистиков - о, дай Бог нам всем такой "наивности", как у Экхарта: и просить больше не о чем будет.
    Единственный, с кем могу сравнить его по глубине, - Чжуан-цзы.

    И когда я возвращаюсь в глубину и основание божества, в течение и в источник его, никто не спрашивает меня, откуда я и где я был. Никто не ощутил моего отсутствия. И это значит: Бог приходит.
    Благо тому, кто понял эту проповедь! Если бы здесь не было ни одного человека, я должен был бы сказать ее этой церковной кружке.
    Найдутся жалкие люди, которые вернутся домой и скажут: я сяду на свое место, буду есть свой хлеб и служить Богу. Я говорю воистину, эти люди должны оставаться в заблуждении, и они никогда не смогут достичь того, что дается другим, которые следуют за Богом в его нищете и обнаженности! Аминь.

    В конце жизни, несмотря на высокое положение Экхарта в иерархии, церковники судили его за своеобразие его проповедей. Даже и не знаю, такая вот трагикомедия; см. первую цитату.

    Читать полностью
  • malcolm
    malcolm
    Оценка:
    3
    А мне нравятся мистики.
    Тут дело даже не в том, насколько лично мне близки их идеи, обладаю ли я "учёным незнанием", насколько глубоко я спускаюсь в "сокровеннейшую глубину" и частенько ли на меня снисходит "фаворский свет".
    Просто в них есть что-то такое искренне-наивное, что-то ну настолько преданное тому, во что они верят, что их приятно читать.
  • Diomed
    Diomed
    Оценка:
    2

    Более самой книги меня поразило предисловие перводчика. Я отнюдь не думал, что человеческий ум может достичь подобной высоты мысли. Автор предисловия, разбирая позицию Экхарта в вопросе "номиналий", утверждает:

    Теперь символы равны формальным отвлеченным понятиям. Для нас микрокосм и макрокосм разьединены. Человек думает, что его духовный мир оторван от окружающего мира. Это крест и проклятие нашего времени, и отсюда его материализм, с одной стороны, и абстрактный идеализм - с другой.

    Для Экхарта символ был той же реальностью, а понятия - живыми существами и живыми силами обьективного духовного мира, в котором он жил полной творческой жизнью. Напрасно люди, желая почтить Экхарта и сравнять с собой, переносят его в бесплодную пустыню абстракций. Зеленеющий и цветущий дух Экхарта питается неиссякаемыми глубинными ключами мира. И как жив этот дух, и как он живит!

    По всей видимости, автор данных рассуждений питается исключительно солнечной энергией, которая выходит потоками "духовности" сквозь поры кожи, не оскверняя организм физиологическими процессами. Ведь столь ясные мысли могли возникнуть только в пространстве "обьективного духовного мира", местонахождение которого остается для меня загадкой. Что же до воззрений и представлений самого, так называемого, Мейстера Экхарта, то их можно было бы назвать довольно эфемерными, если бы и это не было слишком большим комплиментом. По всей видимости, в его текстах многие находили возможность "духовных практик" и безмятежного растворения сознания в неведомости мира. Огромная часть его рассуждений касается агностицизма, принципиальной невозможности познания человеком неких божественных истин, которые чудесным образом открылись ему. Здесь он не отличается от других теологов Средневековья, которые вещают так, словно сами присутствовали рядом с создателем в момент сотворения мира. В то, что Экхарт был наделен какими-то сакральными знаниями, недоступными для других, тоже верится с трудом, учитывая следующую его мысль:

    Если бы кто-нибудь обладал искусством и властью стянуть в одно настоящее мгновение время и все, что когда-либо произошло за шесть тысяч лет или еще произойдет до конца мира, это было бы свершением времен.

    Т.е. Экхарт мыслил в рамках традиционной церковной догматики и, конечно, малость ошибся со своими шестью тысячами лет. Как и всякий ревнитель веры, он проповедует нищету, но нищету "духовную". В попытках понять ее значение видимо прошла жизнь его последователей. Материальная нищета, как мы видим, обошла его стороной: в пятнадцать лет Экхарт поступил в Эрфуртский Доминиканский орден, впоследствии стал его приором и викарием Тюрингии, обучался в Страсбурге, Париже и Кельне; занимал пост главы Саксонского ордена; в 1311 году занимал кафедру в высшей школе Парижа, а с 1312 по 1320 гг. - кафедру Страсбургской богогсловской школы Ордена. Но все это, безусловно, мелочи жизни, и главным для него оставалась "духовная" нищета.

    Возможно чтение текстов Экхарта следует сопровождать колокольным звоном, дабы хоть отчасти воссоздать ту великолепную атмосферу весенней лужайки, пения птиц и звука ручейка, пробегающего вдоль церковных стен, в которых звучали его проповеди. Средневековье вместило в себя много замечательных титанов мысли и нам даже трудно представить сколь серьезные вопросы занимали умы этих ученых мужей. Так, например, Экхарт пытается решить вопрос, поставленный, так называемым, Святым Бернардом Клервоским:

    Святой Бернард говорит:"Почему глаз мой познает небо, а не ноги? Потому что глаз мой больше похож на небо, нежели ноги мои. Если надлежит душе моей познавать Бога, она должна быть подобна небу".

    Благодаря чему душа сознает в себе Бога и и постигает, как Он близок ей?

    Вероятно, решая подобные вопросы (в числе которых, почему зрительные рецепторы расположены не в ногах) Мейстер Экхарт не мог отвлекаться на более мелочные, которые становятся обьектами внимания современной исторической науки. Таковым, безусловно, был "Процесс Тамплиеров", проходивший в соседней Франции с 1307 по 1314 гг. Это событие прошло незамеченным, что удивительно, ведь тот же Бернард Клервоский, канонизированный католической церковью, покровительствовал Ордену Тамплиеров.

    Читать полностью
Другие книги серии «Александрийская библиотека»