Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Солдат великой войны

Солдат великой войны
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
127 уже добавили
Оценка читателей
4.17

Впервые на русском языке – роман от автора «Зимней сказки» и «Рукописи, найденной в чемодане». «Солдата великой войны» сравнивают с книгами Ремарка, Хемингуэя, Пастернака. Казалось бы, о войне сказано очень много и очень многими, но каждая судьба, перекореженная колесом истории, интересна по-своему.

Герой романа Хелприна, Алессандро Джулиани, – профессор эстетики. Спустя полвека после Первой мировой войны он проходит некогда пройденный путь по дорогам, которые тогда, в 1914-м, были освещены таким же ярким солнцем, но все было совсем иначе, потому что шла война и солдаты, сбивавшие в кровь ноги на этих дорогах, могли в любой момент умереть.

«Я пообещал себе перечитывать эту книгу по крайней мере один раз в десять лет для проверки души», – пишет читатель. Мало книг, о которых можно так сказать.

Лучшие рецензии
winpoo
winpoo
Оценка:
61

«Я просто профессор жизни,
Студент факультета смерти…»

(П.Неруда)

Это для меня третья книга автора – очень ожидаемая, желанная и в каком-то смысле - знаковая. После «Рукописи, найденной в чемодане» я прочно занесла М.Хелприна не просто в любимые авторы, а в авторы, близкие мне по духу. Он - из тех немногих писателей, которым как будто бы иногда удаётся «подслушать» мои мысли, понять то, что занимает мой ум, и откликнуться - дать пищу для этого ума в виде самобытных историй или занимательных экзистенциальных вопросов, над которыми было бы интересно подумать. И это всегда так восхитительно синхронистично!

Мне сразу понравился Алессандро-старик с его вздорным характером и своеобразными привычками, безмерной толерантностью к незрелости чужого ума, бесконечной эрудицией и внутренней глубиной такого масштаба, что в ней может утонуть десяток таких, как Николо. Профессор эстетики (хотя это и звучит как-то несерьёзно и даже выспренне для книжного героя) – для него это не статус и не работа, это - образ жизни, особая ментальность и собственный, почти совершенный, внутренний космос, коренным образом отличающийся от адаптивных привычек повседневности, которые многим сегодня заменяют интеллект. Но он и не просто профессор эстетики – он профессор жизни, специалист по её радостям и возможностям, что даёт ему способность всегда и везде быть самим собой, не прогибаясь под какие-то стереотипы, тренды или мнения. Он великолепен в своей самодостаточности и в какой-то трагической полноте жизнеощущений. Его жизнь, его опыт позволяют ему находить если не красоту и гармонию, то хотя бы внутренний порядок во всём, даже в самых тяжёлых и непредсказуемых ситуациях. Рядом с таким человеком хочется не только пройти дистанцию между двумя городами, а прожить рядом жизнь, слушая, разговаривая, размышляя, задавая вопросы. Наверное, мы любим людей не только за то, что нас тянет к ним физически или они говорят нам, что любят нас, – мы сходим по ним с ума из-за их привлекательного опыта, который непредсказуемым образом вдруг включает нас и начинает вращаться вокруг нас, обогащая и меняя, хотя раньше принадлежал только им самим и… мог бы принадлежать им и дальше. Вот эта сконцентрированность другого на нас, ощущение, что мы в его космосе № 1 – основа привязанности и благодарности. Для меня с Алессандро в любом его возрасте была бы преодолима любая энтропия повседневности.

Он мне понравился молодым и рьяным, лёгким на подъём, готовым во всём пробовать жизнь на вкус, рисковать, эпатировать, искать, влюбляться… В каждом проявлении его личности плещется такая самобытность, такая полнота рефлексий, ощущений собственного «Я» и joie de vivre, которые уже почти не встретишь в других поколениях мужчин. Видимо, последствия обеих Мировых войн привели их к болезненному осознанию хрупкости, мимолётности жизни и почти изъяли эволюционно присущий их полу авантюризм и столь привлекательную для женщин bravery. Достаточно прочитать письмо Алессандро отцу с фронта, и ты почти проваливаешься в этот ментальный оползень и сразу очень много понимаешь про мужчин, про хрупкость их самосознания, уязвимость чувства собственного достоинства и куда как больший страх перед жизнью и смертью, чем у женщин. Войны страшны не только миллионными человеческими жертвами, но и вот этой безвозвратно перевернувшейся ментальностью, последствия которой навсегда меняют послевоенный мир, делают людей другими – не лучше и не хуже, просто другими – и навсегда, как бы не хотелось вернуться в тот, прошлый, прогретый человеческой подлинностью мир человеческих отношений, где ещё разговаривали друг с другом, стремились понять и быть понятыми. Война отнимает тебя прежде всего у тебя самого и только потом – у других.

Эта книга - о той тонкой грани между жизнью и смертью, которая только и даёт возможность осознать и прочувствовать в полной мере и то, и другое. Сталкиваясь многократно со смертью в её немыслимых проявлениях, Алессандро воспринимает жизнь совершенно иначе, чем те, кто не прошёл войну, - более остро, жгуче и объёмно, хотя, может быть, не так умозрительно-ценностно, как это сделал бы тыловой кабинетный философ. Книга построена как рассказ о судьбе солдата Первой мировой войны – местами до слёз трагический, местами кажущийся до обморока неправдоподобным, но ни один эпизод из которого не может быть вычеркнут, поскольку это нарушило бы хрупкое равновесие жизненного мира героя, его трагический гедонизм и противоречащую всему волю к жизни. В каком-то смысле «Солдат…» – иллюстрация к кантовской максиме. Я не знаю, может быть, Алессандро и есть – реальное, а не абстрактное воплощение кантовской максимы в проекции на его «заброшенность» в Первую мировую войну.

Когда-то на просторах Интернета мне попалась подборка фотографий солдат, снятых до, во время и после участия в боевых действиях, после демобилизации. Хотя я и ожидала нарастания угрюмости, отчуждённости, погруженности в себя и отстранённости от происходящего от этих юных мужчин, фотографии произвели на меня сильное впечатление. Я бесконечно долго вглядывалась в их лица, пытаясь понять, что же утеряно в эти окаянные дни, что пришло на смену, как случившееся их изменило, восстановим ли прежний юношеский статус «победности» и уверенности в себе… А сейчас то же самое со мной сделал текст М.Хелприна – и теперь уже не образы, а слова показали мне, как происходит возмужание сознания, как приходит зрелое преодоление твоей бессмысленной и беспощадной втянутости в то, что расходится с твоей внутренней сущностью и в чём ты никогда бы по доброй воле участвовать не стал. Алессандро спасла лишь его собственная личность, память детства, любовь к отцу. А у кого-то даже этого не было... Но на одних защитных механизмах долго не протянешь, личности нужен мир - во всех смыслах этого слова. Такие книги лучше всего убеждают, что войны, во имя чего бы они не были начаты, - это иррациональное зло, противоречащее самой природе человеческого в человеке. И даже если после прочтения книги мы не становимся пацифистами, мы иначе воспринимаем многое в нашей жизни и смерти. Книга М.Хелприна хороша тем, что она порождает в читателе индивидуальные смыслы - в неимоверных количествах за раз.

Алессандро показался мне близким и в зрелости, хотя она в романе – самый короткий отрезок жизни. Пережив ужас войны, он не утратил способность понять и простить, сострадать и милосердствовать. Он не сумел разучиться любить. Значит ли это, что человеческое в человеке всё же неубиваемо? Или это единичный счастливый случай? Зрелость его – тоже иная, преломленная через уникальный опыт войны, эмоциональных и смысловых утрат, в каком-то плане даже – убийств смыслов. Война - это не просто конфликт политических образований в форме ведения противоборствующих военных действий, это ещё и утраты, страх, боль, надежда, письмо из дома, кусочек шоколада в пайке, тайное купание на передовой и... постоянное ожидание смерти, внутренняя готовность к ней, почти принятие... Вот зачем нужно писать и читать такие книги: даже если твоя жизнь не знает похожих потрясений и испытаний, ты должен иметь представление о том, каково это – жить иначе: труднее, больнее, горше, не меряя жизнь одной лишь своей линейкой. Мне думается, людям очень важно знать, как оно бывает, когда рамки твоей жизни меняются обстоятельствами, которые тебе достались, каково это – жить почти вопреки здравому смыслу, любить, продолжать видеть волшебство и красоту мира … После таких книг появляется возможность лучше осознать, какое это благо – жить в мирное время. Просто жить. Самим собой. Для самого себя. Для своих любимых.

«Солдат…» мне позволил лишний раз убедиться: в жизни не нужно, да и не должно быть никаких мест для подвига, жизни человека нужно всего лишь пространство для жизни, свободное от несвободы и открытое для любви и благоговения перед красотой и многообразием сущего. Десятая глава - почти гениальна.

P.S. Здесь можно посмотреть разные по событиям и смыслам фотографии времён Первой мировой войны, которые, как мне показалось, могли бы стать иллюстрациями к этой книге, если ей вообще нужны иллюстрации: http://ribalych.ru/2014/02/20/neopublikovannye-redkie-fotografii/

Читать полностью
atgrin
atgrin
Оценка:
16

Настоящая красота – это не просто соединение, но и разложение. После того, как нити сплетены и связаны, их можно расплести и развязать, и каждая вновь пойдёт своим путём.

Жил-был итальянец Алессандро Джулиани, уроженец Рима, сын известного адвоката, с детства воспитанный в достатке, представитель университетской молодёжи довоенной Италии, Италии начала прошлого века. Высокий, статный, сильный, спортивный, умный, образованный, умеющий мыслить логически, мастер красноречия и риторики, не признающий автомобили, обожающий лошадей и верховую езду, любитель плавания и альпинизма, воспеватель прекрасного: искусства, женщин, душевных порывов (благородства, справедливости, смелости, честности, доверия, любви). Ему прочили великолепную карьеру в любой области, конечно, он должен был попасть на войну, хотя и не стремился туда.

Этот ребус легко решить, стреляя в людей на другой стороне. Именно поэтому война продолжается и продолжается…

Книга Марка Хелприна «Солдат великой войны» разделена на десять повестей, названных главами, и имеющих сквозную нумерацию, но, в принципе, их не обязательно читать все сразу, можно даже не подряд – каждая вполне может восприниматься самостоятельно, как отдельная история об одном из периодов жизни главного героя. Детство, юность, первая любовь, служба в армии, участие в секретной операции, заключение в тюрьме, старость (об этом, кстати, первая и последняя главы, объединяющие всё в одну законченную историю).

Чем ближе к концу, тем более вязким становится время, и ты, как в замедленном движении, видишь признаки вечности.

Хелприн пишет очень необычно. Вроде бы и серьёзно, но в то же время с усмешкой; иногда излишне романтично, а иногда – отвешивая читателю волшебные пендели сапожищами солдатского юмор; то он восхищается красотой, искусством, любовью, и тут же насмехается над теми, кто видит лишь выспренно «возвышенные» красивости, и кривит нос от пыли, пота, или ужасается от вида крови или запаха дерьма. А от описания искреннего уважения к простым людям, твёрдо стоящим на ногах, желающим обычных радостей и простой жизни, без сказочных богатств и утончённых изысков, он изящно переходит к презрению, издеваясь над ограниченностью и зашоренностью, необразованностью и безграмотностью.

Время трещало по швам и рвалось над их короткими жизнями оглушительными взрывами.

Герои романа разнообразны и открыты, они с радостью делятся собою с читателем. Исступлённо извергают свои безумные идеи о мироустройстве (вы, например, знаете, что все в этом мире пронизано Вселенском Соком?), уверенно рассуждают о могучей силе ритуалов (если, пока ты на войне, в твоём доме ежевечерне заводят часы, то, конечно, никакая пуля тебе не страшна), откровенно хвалятся похабными мечтами о совокуплении с носорогом. Но иногда некоторые из них говорят на такие темы, от которых начинает что-то звенеть внутри (видимо, те самые душевные струны, натянувшиеся и затянувшие бесконечно тоскливую и невыразимо прекрасную мелодию вечного одиночества). Места в романе хватило всему и всем, его в это романе предостаточно – как-никак, 764 страницы.

Она вышла замуж для другого. Думая о её лице, я сразу засыпаю, потому что она так красива, и я так её люблю, что грусть выталкивает меня из реальности в сон.

Больше всего эта книга по ощущениям похожа на фильм «Отель "Гранд Будапешт"». Та же безумная, забавная и трагическая Европа времён Первой мировой войны. Войны ужасающей и романтичной одновременно, войны в стиле ретро, винтаж-войны, с её противогазами, аэростатами и авианалётами «этажерок», окопной тактикой и кавалерией, шинелями и неуместными касками с шишаками, с заснеженными бело-серыми Альпами, ярко-красной кровью, остекленевшими взглядами убитых и потухшими – выживших.

Никто не знает, что именно следует спасать, а потому ничего и не спасается.

Эпизоды сменяют друг друга, заканчиваются одни приключения, начинаются другие, жизнь идёт своим чередом. Алессандро теряет близких, друзей, знакомых, боевых товарищей, убивает врагов, чудом избегает смерти сам, бесстрашно воюет и доблестно сражается, обвиняется в дезертирстве, искупает свою вину кровью, попадает в плен, и ищет, всегда ищет (даже когда не понимает этого) смысл своего бытия, пока не находит любовь. Подобно героям классических русских романов (а Хелприн не только не скрывает, но и несколько раз прямиком кивает на Александра Сергеича и Михаила Юрьевича, странно, что не заикнулся про Льва Николаевича), мальчик по фамилии Джулиани, превращается в мужчину, а затем убелённого сединами старца, всей своей жизнью (а также множеством смертей) отвечая на извечный вопрос, который человек с незапамятных времён задаёт себе (думая, при этом, что вопрошает Всевышнего), «Зачем я?»

Я понимаю, что мне суждено оставлять очередные куски своего сердца в тех или иных местах, но всё равно люблю Бога каждым атомом естества, и буду любить, пока не упаду во тьму небытия.

ПС. Книга мне очень понравилась, но я получил бы гораздо большее удовольствие от неё, если бы при её издании была проведена серьёзная редакторская работа. Местами казалось, что таковой просто не было, а потому нет и грамотности в тексте: множество опечаток, грубейшие пунктуационные и орфографические ошибки, иногда в тексте отсутствует часть слова, а, случается и такое, что слово пропущено целиком, а о его наличие догадываешься по общему смыслу предложения. В этом томе ЭКСМОграфы превзошли сами себя. Замечу, что я не обладаю стопроцентной грамотностью, и замечаю обычно только очень броские ошибки.

Читать полностью
Другие книги серии «Интеллектуальный бестселлер»