Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

«Кофе» — Мария Сорока

Книга доступна в стандартной подписке
Оценка читателей
4.67

Кофе
Мария Сорока

© Мария Сорока, 2015

© Юлия Тугаринова, дизайн обложки, 2015

© Сергей Скуратович, дизайн обложки, 2015

© Виктор Шестак, иллюстрации, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru


Часть первая. Бар «Куро-лоли»


Глава I. Зоя

Зоя стояла спиной к барной стойке и невидящим взглядом смотрела на большой блестящий зал, суетливых людей и тяжелые шторы на окнах. На секунду время остановилось. А потом побежало так быстро, что Зоя даже и не пыталась за ним успеть. Ее тонкие ручки с еще детскими припухлостями мертвой хваткой вцепились в шелковый передник. Сердце бешено колотилось, и с каждым ударом ему становилось все теснее в грудной клетке. Зоя ощущала движение теплой крови по организму. Постепенно крови становилось все больше, она перестала умещаться в венах. Кровь начала наполнять Зою, как хрустальный графин. Вот она уже подошла к горлу и потекла по языку. Соленая, теплая, она просочилась сквозь плотно сжатые зубы и вытекла наружу тонкой бордовой струйкой. Струйка быстро побежала по бледным губам, четкой линии подбородка, стала подбираться к тонкому изгибу шеи.

Зоя опустила взгляд на руки. Кровь сочилась из-под ногтей, окрашивая кончики пальцев и создавая красные разводы на белом переднике.

Тело стало предательски дрожать. Такой мелкой, гадкой дрожью, от которой невозможно избавиться. Вместе с ним вздрагивала каждая складочка на белой хлопковой блузке с кружевными вставками. Вздрагивали бантики на пышном подьюбнике, вышитый цветок на черной юбке, рюши на высоких белых гольфах и даже застежки на миниатюрных черных туфельках с высоким квадратным каблуком.

Люди исчезли, мир окрасился в бордовые тона. Кровь стала сочиться из древесных столешниц, металлических вешалок, из щелей потрескавшейся краски на стенах. Тишина и спокойствие дышали на Зою обжигающей теплотой. Стало хорошо и свободно. Зоя почти привыкла к стекающей с губ крови. Ее перестала пугать кровавая каша под ногтями. Зое понравилось отсутствие звуков. Сердце стало успокаиваться. Зоя сделала глубокий вдох… И вдруг ощутила запах.


В реальность Зои стремительно ворвался запах кофе. Насыщенный, тяжелый. Он обрушил на Зою все детали окружающего мира. Слова говорящих, кричащих, поющих одновременно людей. Запахи духов, машин, свежих тостов. Цвета пыли, модных брюк, лучей солнца, падающих из окна. Ощущение бесконечного движения со всех сторон.

Белоснежный передник Зои не был в крови. Кровь возобновила свое неощутимое движение по венам. Сердце стало колотиться реже. Еще не до конца придя в себя, Зоя посмотрела на пол и с досадой обнаружила, что стоит в луже кофе среди осколков чашки.

Справа возникла девушка.

– Зоя, ты чего?

За окном послышался вой сирены.

– Зоя, Зой, смотри! Смотри – там скорая подъезжает! Там что-то произошло. Ты ничего не видела?

Большая часть посетителей повскакивала со своих мест, прильнула к окну, выбежала на улицу. Оставшиеся за столиками увлеченно болтали по телефону или интересовались у окружающих о происшествии на улице.

– Зоя, пойдем, посмотрим!

Зоя облизнула сухие губы и разгладила несуществующую складку на юбке.

– Зоя, я не хочу одна идти. Вдруг там что-то страшное?!

Зоя пустым взглядом смотрела в окно, видя там лишь спокойно плывущие облака.


В тот день, когда Зоя родилась, белые-белые облака также плыли по голубому небу. Вечерело. Измотавшийся врач командовал уставшей будущей матери Зои, что делать. В отделении ярко горели лампы, воздух был тяжелый, сновали надоедливые медсестры. Обстановка была серая, почти угнетающая. Будущая мать Зои мечтала поскорее выписаться из больницы и переступить порог квартиры, держа на руках малышку. Врач мечтал о припасенной в кабинете уже откупоренной бутылке коньяка.

Но Зое было достаточно и этих невзрачных красок. Как только она родилась, ее большие серые глаза вытаращились на окружающий мир, и сердце замерло от восхищения. Необъятное пространство, теплые руки, огромные живые существа, желающие ей добра… У Зои перехватило дыхание и, не издав не звука, она маленькой восторженной куклой повисла в руках врача.

Врач прислушался, попробовал нащупать сердцебиение, покрутил Зою в руках и без особых эмоций констатировал:

– Ребенок мертв.

– Как мертв?! – дрожащим хриплым голосом прошептала мать Зои.

Еще не утратив связь с матерью, малышка ощутила на себе волну боли и отчаяния. Это был такой неожиданный контраст с тем, что Зоя почувствовала в самое первое мгновение появления на свет! Не зная, что делать и как помочь матери, Зоя заплакала. Ее плач развеял застывшую в воздухе горечь, и в комнате как будто стало еще светлее.

– Ребенок жив, – констатировал врач, и инцидент был исчерпан.

Так Зоя узнала, что, даже тихо радуясь красоте окружающего Мира, можно сделать что-то плохое. Конечно, она не запомнила тот случай, но первый страх, первый испуг, первая тревога навсегда отложились где-то в глубине сознания.

Зато возможность потерять Зою хорошо запомнились ее родителям. У них вошло в привычку смотреть на нее и с ужасом думать, что было бы, ни будь дочери сейчас рядом. Они души не чаяли в Зое и окружали ее такой заботой, на которую только могут быть способны родители.

Зоя отвечала им такой же безграничной любовью. Она росла спокойным послушным ребенком. С первой минуты жизни в ней засел страх снова чем-то расстроить близкого ей человека. Поэтому Зоя прикладывала все возможные усилия, чтобы родители были рады и гордились ею.


Кроме спокойствия в Зое развивалась замкнутость. Сверстники казались ей скучными и похожими друг на друга. Взрослые (большая часть) слишком занудными и серьезными. Но Зоя всегда верила, что где-то обязательно есть люди, с которыми ей будет интересно, которые привнесут в ее жизнь что-то новое и необычное. Однако такие люди все не появлялись. Единственными, с кем Зое по-настоящему нравилось общаться, были ее родственники. Но и это общение основывалось не на духовной близости, а на взаимной любви и привязанности. Так что, почти всю школьную жизнь Зоя не знала ничего о дружбе, вечеринках и свиданиях. Большую часть свободного времени она проводила за книгами с красивыми историями или в интернете, рассматривая милые картинки.

Зоя вообще была буквально помешана на всем милом. Она любила медвежат Teddy и брелки с Hallo Kitty, юбки в стиле Мини Маус и кружевные колготки. Зоя коллекционировала открытки первой половины прошлого века и кольца с цветочками, розовые блески для губ с разными ароматами и рецепты пирожных, разноцветные ленточки и иллюстрации к «Алисе в Стране Чудес». А когда она узнала в интернете о стиле Gothic&Lolita, то окончательно утвердилась в своем мироощущении. Зоя удивилась тому, насколько сильно этот стиль одежды и жизни, основанный на образе старинных фарфоровых кукол, подходит ее видению мира. Зоя стала носить исключительно пышные юбки до колена, туфли – только на перепонке, блузки и джемперы – с бантиками. Она еще активнее принялась подбирать особенные аксессуары и выискивать в интернете приторные фотографии и картинки.

На почве нового увлечения Зоя наконец-то завела себе компанию. Это были такие же поклонницы стиля Gothic&Lolita, с которыми Зоя познакомилась в интернете. Они виделись нечасто, но каждую встречу превращали в настоящий праздник. Как истинные куклы, устраивали чаепитие, а также ходили в театр или на органные концерты, периодически организовывали фотосессии для себя и своих необычных костюмов. Зоя не считала этих девушек своими подругами – они иногда критиковали ее костюмы и порой не приглашали на встречи узкого круга. Но Зоя воспринимала их как приятную данность и с удовольствием принимала участие во всех их затеях.


Неожиданно пришел выпускной. Зоя слышала отовсюду, что «детство закончилось», но не могла взять в толк, как именно это произошло. Мир вроде бы не изменился, и с ее взглядами ничего особенного не произошло. Но, к сожалению, суровая действительность все-таки заставила Зою оторваться от чтения очередной книги и пришивания бантиков на новую сумку. Нужно было как-то определяться в дальнейшей жизни.

Зоя сделала несколько невнятных попыток сдать вступительные тесты, но все их благополучно провалила.

– Ничего, на следующий год поступишь, – неудачно скрывая свое расстройство, попробовал утешить папа.

– Угу, – ответила Зоя из-под одеяла. После окончания школы не нужно было больше вставать и куда-то идти.

– Но ты придумай, чем этот год заниматься, – сказала мама и добавила: – Ну, так… Чтобы от безделья с ума не сходить.

– Угу, – ответила Зоя.

Она уже придумала, что будет делать дальше.

Зоя любила кофе. Ей нравилось вдыхать его аромат, нравилось сжимать в ладошке зерна и пробовать при варке новые специи. Не печалясь о проваленных тестах и долго не раздумывая, Зоя пошла учиться на барриста. Родители отнеслись к ее выбору снисходительно. Зое очень понравилось изучать сорта и вырисовывать шоколадной стружкой рисунки на молочной пенке. В фантазиях Зоя видела себя настоящей волшебницей, творящей чудеса с помощью турки и кофейного аппарата. Зоя была самой прилежной ученицей в группе и жадно запоминала все тонкости кофейного искусства.

Кофе… Этот напиток вдохновлял Зою и проникал в ее сознание, как наркотик. Сосредоточившись на варке, Зоя рисовала в голове картины стиля эпохи Возрождения и современного поп-арта, представляла шумные балы и религиозные празднества майя. Перед ее глазами возникали узоры из чистейших оттенков кофе, ванили, корицы, меда, карамели и шоколада. Занимаясь варкой кофе, Зоя будто танцевала под звуки клавесина и придавала живости даже строгому механическому «эспрессо».

Еще на выпускном вечере в голове Зои зародилось решение покинуть родительский дом. План назревал медленно, но неотвратимо. Каждый день Зоя терзала себя мыслью, что из нее получилось совсем не то, чего хотели бы мама и папа. Конечно, как любые хорошие родители, они наверняка хотели видеть Зою популярной целеустремленной девушкой. А в результате… Они хотели, чтобы Зоя стала самостоятельной перспективной студенткой. А от всех этих определений осталась только сомнительная самостоятельность. Полный провал при поступлении стал для Зои определяющим событием. Она решила: «Я должна уйти». И ушла.

В рассуждениях Зои прекрасно уживались мысли о том, что она обуза для родителей, и о том, что отец с матерью ни за что ее от себя не отпустят. Поэтому избавление родителей от груза в виде себя, Зоя представляла себе как побег.

Ничего остросюжетного из ее «побега», конечно, не получилось. Просто в начале августа Зоя отпраздновала свое совершеннолетие. Через неделю получила сертификат барриста. А на следующий день проснулась, собрала вещи, оставила записку «Не ждите к ужину я позвоню» и, пока кто-нибудь не вернулся с работы, тихо ушла.


Зоя медленно спустилась по ступенькам подъезда, поставила чемодан на пол, нажала на кнопку и толкнула тяжелую металлическую дверь. За дверью Зою ожидал новый мир. Вроде бы такой же, как и раньше. Но все было уже не так прозаично. Переступив порог подъезда, Зоя окунулась в необъятное и загадочное море взрослой жизни. Теперь весь мир дышал на нее, норовил утянуть в сети судьбы и завертеть в круговороте настоящей городской жизни, которая была незнакома маленькой тихой школьнице. Зоя даже представила, как уже сегодня будет рассказывать:

– Весь мир дышал на меня!

«…Перегаром», – мысленно сострит ее главный слушатель.

Она знала, что этот слушатель примет ее только такую: сбежавшую, уверенную в себе, отрезавшую все пути к отступлению. Тащить винтажный чемодан без колесиков через весь город, а потом еще на восьмой этаж дома с неработающим лифтом, было тяжело. Но с каждым шагом Зоя становилась все увереннее и решительнее. Преодоление последних ступенек запомнилось ей как великое восхождение. Разгладив скомкавшийся подъюбник и поправив миниатюрную сумку в виде пуделя, она подошла к двери. Обивка была в нескольких местах порвана и заклеена скотчем. Зоя прислушалась к орущей из-за двери музыке. Мелодия была незнакомая. Слова – не разобрать.

Зоя несколько раз вполголоса проговорила заготовленную ранее речь. «Здравствуй… Я решила…» – Зоя шевелила губами, проглатывая слова и буквы. Наконец, она встала вплотную к глазку и дрожащей рукой нажала на кнопку звонка.

Никто не открывал минуту, две, три. И вот, наконец, по ту сторону двери кто-то вскинул правую бровь, посмотрел в сторону прихожей, от которой вроде бы доносились какие-то звуки, сделал музыку потише, дождался повторного звонка и натянул джинсы.

Когда дверь распахнулась, Зоя не могла сдержать радостной улыбки. Ее всегда до внутреннего визга радовали эти взлохмаченные волосы, свисающие джинсы, шипастые браслеты и разноцветные фенечки. У него было много странностей и критическое отношение ко всему на свете. Зоя гордилась тем, что причастна к его жизни и занимает в ней значительное место.

– Привет, – сказала она нарочито-смущенно.

– Привет, – сказал он и с непонятной Зое эмоцией посмотрел на чемодан.


Зарегистрируйтесь, чтобы прочитать всю книгу «Кофе» и получить три дня доступа к еще 122 000 книг.