Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Цитаты из Дорога на две улицы

Читайте в приложениях:
3609 уже добавило
Оценка читателей
4.2
  • По популярности
  • По новизне
  • Свадьба была пышной – тут уж постарались Яшкины родители от души. Родни много, знакомых море. Яшка – единственный сын. Да и денег в семье никто не считал – тетя Рива, Яшкина мать, работала маникюршей в «Красном маке» – популярное у московских модниц место.
    3 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Времени действительно было полно.
    Для планов, раздумий, решений. Выводов.
    Впрочем, при чем тут выводы? Жизнь продолжалась.
    И в наших выводах и заключениях она по-прежнему не нуждалась.
    И в этом было главное – ее продолжение.
    И в который раз она выводила на перекресток – туда, откуда всегда есть дорога на две улицы.
    На какую из них – ты всегда выбираешь сам. В одиночку. Такие правила.
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Жизнь – это перекресток, девочка! Всегда есть дорога на две улицы. Всегда. Ты уж мне поверь! Даже если сначала ты этого не увидишь.
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Жизнь – это перекресток, девочка! Всегда есть дорога на две улицы. Всегда.
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • Жизнь – это перекресток, девочка! Всегда есть дорога на две улицы. Всегда. Ты уж мне поверь! Даже если сначала ты этого не увидишь.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • душноватой сладкой зеленью, раскаленным асфальтом, южной пылью и жареным мясом из придорожного ресторанчика, Гаяне замолчала и словно окаменела. Вытянулась в струну и беспокойно теребила поясок от платья.
    Елена скинула плащ и обмахивалась журналом.
    – Здесь всегда душновато, – тихо сказала Гаяне. – Влажность большая.
    Елена растерянно кивнула и посетовала, что не взяла веер. Тот, «карменовский», что Леля привезла из Мадрида.
    Сели в машину и двинулись в город.
    Елена удивлялась незнакомым пейзажам – совсем мало растительности, длинные «шеи» нефтяных качалок. Овцы, пасущиеся на
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • взгляд с одного на другого.
    – Познакомься! – предложила Ольга. – Твоя племянница. Маша. И ее сын, Луконин Арсений, четырех лет.
    Машка резко замолчала и замерла с широко открытыми глазами. Несколько минут она разглядывала Ирку, а потом с тревогой посмотрела на Ольгу.
    Ирина встала и подошла к Машке.
    – Вот так выглядит чудовище! – улыбнулась она. – Тебя, наверно, мною пугали в детстве?
    Машка неопределенно мотнула головой, покраснела и, переведя взгляд на Ольгу, беспомощно спросила:
    – И как же так, Леля? Как теперь?
    Ольга пожала плечами:
    – Так. Твоя тетя Ира – большая мастерица всяких «сюрпрайзов», как она изволила выразиться. А как дальше… Не знаю. Наверно, мужественно, как всегда. Ведь нам с тобой не привыкать?
    Машка в волнении сглотнула слюну и кивнула.
    А что еще оставалось делать?
    В своей комнате раскашлялась Гаяне.
    – Кто там у вас? Призраки? – беспокойно дернулась Ирка.
    – Призрак – это ты, Ира. А там – Гаяне. Если ты помнишь такую.
    – И она теперь здесь? – Ирка удивленно вскинула брови. – Не родительский дом, а дом престарелых. А ты по-прежнему благодетельница! Мать Тереза просто!
    Ольга согрела молока и пошла в комнату к Гаяне. Машка села напротив Ирки и с интересом ее разглядывала.
    – Рогов нет, – рассмеялась та, – клыков тоже! Ну, что робеешь?
    Машка опять покраснела.
    – А парень у тебя отличный, – кивнула Ирина на притихшего племянника. – Хорошенький такой, кудрявый. Папаша имеется?
    Машка отрицательно мотнула головой.
    – Ясно, – вздохнула тетка, – мать-одиночка. Вполне в духе семьи.
    Когда Ольга вернулась на кухню, чтобы сварить кашу для Гаяне, Ирка торопливо засобиралась.
    – У вас тут лазарет. Боюсь заразиться. Ну, понимаешь, времени у меня не так много.
    Она подошла к Машке, внимательно на нее посмотрела и провела ладонью по щеке. Потом потрепала по кудрявой голове Арсюшу и кивнула Ольге:
    – Спасибо за теплый прием.
    Ольга сделала книксен.
    В коридор вслед за Иркой засеменила все еще ошарашенная Машка.
    Ольга прижалась лбом к холодному и влажному оконному стеклу.
    Как там говорится? Встретились, поговорили…
    Голос крови, ау? Чушь все это. Никакого голоса нет и в помине.
    Она смотрела, как сестра вышла из подъезда, села в ожидавшую ее машину и подняла голову. Увидев
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Правильно говорит умница Элька – сначала проблемы взросления, муки становления, месячные, надежды, как правило неоправданные, порушенные идеалы и похороненные мечты, роды, кормление, снова порушенные надежды и опять погребенные мечты – уже про детей, дальше климакс, внезапно подкравшаяся старость, болезни, дряхление, и… И в общем, все! Финита ля комедия!
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • пускали по делам и к подружкам. Предлагали поехать на море с компанией друзей
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Старость – это не только опыт и мудрость. Старость – это еще и обиды, и требования. И эгоизм, и нежелание понять и посочувствовать. И капризы, вечные капризы
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Жизнь – это перекресток, девочка! Всегда есть дорога на две улицы. Всегда. Ты уж мне поверь! Даже если сначала ты этого не увидишь.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • отношения у Елены с Борисом, как ни странно, потеплели.
    Просто они снова стали разговаривать.
    А это в семейной жизни, как оказалось, самое главное.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Она покачала головой – нет, не стоит. Потому что чужое горе глубже, чем это самое пресловутое счастье. Счастье измерить можно, а горе без дна.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Старость – это не только опыт и мудрость. Старость – это еще и обиды, и требования. И эгоизм, и нежелание понять и посочувствовать.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • И еще казалось, что больше ничего и никогда в ее жизни не случится. В смысле – необыкновенного, яркого, волнующего. Как короток бабий век! Правильно говорит умница Элька – сначала проблемы взросления, муки становления, месячные, надежды, как правило неоправданные, порушенные идеалы и похороненные мечты, роды, кормление, снова порушенные надежды и опять погребенные мечты – уже про детей, дальше климакс, внезапно подкравшаяся старость, болезни, дряхление, и… И в общем, все! Финита ля комедия!
    В мои цитаты Удалить из цитат
Другие книги серии «За чужими окнами»