Накануне перед сном я долго размышляла о предстоящем деле. Что-то не давало мне покоя. И я не понимала что. На такой случай у меня всегда есть план действий – мои гадальные кости. Я кидаю их каждый раз, когда начинаю новое дело.

Три двенадцатигранные гадальные кости с цифрами от одного до тридцати шести при броске образуют комбинацию из трех чисел. Каждая из них имеет свое значение. Эти предсказания очень помогают мне во время расследования. Единственное, что кости не могут, так это установить факты преступления.

«4+17+33» – «Всегда что-то может казаться невозможным, пока это не будет сделано. Рискни!» Отличный совет. Тем более что риск – это мое второе имя.

Я взглянула на часы. Пора выезжать в полицию, чтобы ознакомиться с делом. Я подъехала в отделение к Володе в заранее обговоренное время.

Поднимаясь по лестнице на третий этаж, я услышала голос Володи. Он в это время отчитывал подчиненного в коридоре.

– Пройди в мой кабинет, Таня, – обратился ко мне он. – Я сейчас подойду.

Еще минут пятнадцать подполковник Кирьянов втолковывал своему подопечному, как правильно заполнять протокол. Я видела Володю разным: скромным, смелым, отчаянным и даже в моменты слабости. Но таким разъяренным своего боевого товарища я еще не встречала.

– Совсем бестолковые. И чему только их учат в этом институте?! – негодуя, швырнул он на стол дело. – Ну как можно так безалаберно заполнять протокол? Ты только послушай: «Гражданка Смирнова имеет на иждивении пятилетнего сына, нигде не работающего». Как можно работать в пять лет? Или вот еще: «Гражданка Василенко вела себя буйно. Своим криком она мешала остальным спокойно отдыхать в вытрезвителе».

– Володь, ну ты забыл, что сам был юным и совершал ошибки? Бывает, научатся.

– Так они не хотят учиться. Я скоро поседею с этими бестолковыми лентяями. Но тебе сейчас не до моих проблем. Вот дело пропавшей Фроловой, – достал Кирьянов папку из сейфа. – Изучай. Хочешь чай или кофе?

– От кофе не отказалась бы. Только не растворимый. Ты же помнишь, что я пью только сваренный?

– Обижаешь, Тань! Я разве не показывал тебе наше новое приобретение? – Кирьянов указал на стоящую в углу кофемашину. – Сложились недавно с ребятами и купили.

– С удовольствием попробую. Готовь, – озадачила я Володю, а сама приступила к чтению дела.

– Не хочу показаться пессимистом, но вряд ли тебя что-то выведет на ее след. Мы расследовали все вдоль и поперек. Девушка просто испарилась, – прервал царившее в кабинете молчание Кирьянов.

– Володя, ты же понимаешь, что этот физический процесс с человеком не пройдет. Не могла она просто так исчезнуть. Что-то же с ней произошло. Пойми, девочка так мечтала стать врачом, по словам матери, на учебу летела как на крыльях. Вряд ли она добровольно решила сбежать. Тут определенно попахивает криминалом. Делу явно не хватает свежего взгляда, – резюмировала я.

Почти двести страниц уголовного дела прочитались на одном дыхании. Действительно, с первого взгляда ничто не говорило о том, куда могла бесследно исчезнуть Лиза. Скромная и неконфликтная девушка пропала средь бела дня. По показаниям охранника университета, в последний раз ее видели выходящей из вуза с девушкой. Посреди учебного дня. Описания внешности совпали с ее однокурсницей Мариной Игнатьевой.

И вдруг спустя семь лет она снова появилась. Она ли это? И если это Лиза, то в чьей машине она ехала, куда она направлялась и где была все эти годы? Пока только вопросы и ни одного ответа. Что же я упускаю?

Завершив дела в полиции, я отправилась за ответами в медуниверситет. Туда, где Лизу, возможно, видели в последний раз.

Здание Тарасовского медицинского университета – одно из самых старинных и красивых в городе. Оно находится в центре, в трех кварталах от отделения полиции. Я заметила, что внутренняя атмосфера помещения полностью соответствует его внешнему убранству.

Высокие потолки, длинные коридоры, резные двери – в этом здании когда-то очень давно жили самые богатые люди нашего провинциального города. А сегодня это альма-матер будущих врачей.

Мой путь лежал на кафедру психиатрии, где когда-то училась Лиза. Не успела я постучать в дверь, как она резко распахнулась. Показалось, что молодой человек как будто ждал чьего-то прихода. И он был явно в отличном настроении.

– О! И что такая красивая девушка забыла в нашем скромном заведении? – с нескрываемым сарказмом спросил меня незнакомец.

– Здравствуйте, меня зовут Татьяна Иванова. Я частный детектив. Расследую исчезновение студентки вашего вуза. А вас как зовут?

– Я Матвей Семеренко, доцент, работаю здесь на кафедре психиатрии.

– Извините, я вас не отвлекаю? Мне показалось, вы кого-то ждете.

– Нет, я ждал только вас. Вы, наверное, насчет Фроловой?

Высокий голубоглазый блондин спортивного телосложения загородил собой дверной проем и улыбался во все свои тридцать два белоснежных зуба. Его короткие вьющиеся волосы колыхались на легком сквозняке, а хитрые глаза уже раздели меня до нижнего белья.

«Такому красавчику бы в фитнес-клубе работать инструктором, а не научные статьи писать. Или в кинобоевиках играть супергероев», – промелькнуло в моей голове.

– Да, я насчет Лизы Фроловой. А вы ее знали?

– Она была моей однокурсницей. Татьяна, может сразу на «ты»? Чего мы будем зря время тратить на формальности.

– А вы так со всеми незнакомками общаетесь?

– Только с красивыми частными детективами.

– Так что вы… ты можешь сказать про Лизу?

– Да я уже семь лет назад сказал все полиции. Ничем помочь не смогу. Я с ней толком и не общался. На уровне «привет-пока». Она была не в моем вкусе.

– Как ты можешь описать ее? Какой Лиза была в стенах университета?

– Про таких говорят – серая мышка. Именно это определение ей больше всего подходило. Не выделялась. Всегда сидела с книжками на первой парте. В общем, не в моем вкусе.

– А какие тогда девушки в твоем вкусе?

– Яркие, эмоциональные, симпатичные. Как ты.

– Спасибо, конечно, но мы сейчас говорим о Лизе. У нее были друзья на курсе?

– Вроде бы она общалась с одной. Марина… Иванова или Игнатьева… Точно не помню фамилию. Она еще подрабатывала в приемной секретарем. Ей деньги нужны были, она сирота. Но она так и не доучилась. Бросила на первом курсе. Примерно в то же время, когда пропала Лиза.

– Это все, что ты помнишь?

– Пойми, мы учились вместе всего ничего. За полгода я имена однокурсников-то не всех запомнил. А уж чтобы о них что-то знать… Были девчонки на курсе более выделяющиеся. А на эту Лизу я и внимания не обращал. Тут я помочь не смогу, – сказал Матвей и отвел взгляд.

– Может быть, ты помнишь тот день, когда она пропала? Это произошло тринадцатого февраля.

– Вот ты спросила. Я не всегда помню, что вчера делал. А уж о событиях семилетней давности и подавно. Учился, наверное. Да я говорил все полиции. Бесполезен я как свидетель.

– Ну почему же. Кое-что я узнала. Из ваших однокурсников кто-то работает тут еще в университете?

– Только я. Остальные все по больницам да частным клиникам. Татьяна, а ты замужем?

– Нет. С какой целью интересуешься?

– Бойфренд?

– Я замужем за работой. Пожалуйста, давай закроем эту тему, – пыталась я остановить приставания Матвея.

– Хотелось бы встретиться и поболтать вне стен этого большого и угрюмого здания. Ты привлекательна, я чертовски привлекателен, как говорилось в одном известном фильме. Мы красиво смотрелись бы. Например, в ресторане. Как тебе мое предложение?

– Рановато для ресторана. Ничего не могу обещать. Не забывай, что расследую дело.

Наглость – второе счастье. Определенно эта поговорка полностью оправдывала себя в отношении Матвея. Что-то было мне неприятно в этом молодом человеке. Напористость, излишняя назойливость и раздражающая самоуверенность. К тому же фамилия показалась мне знакомой.

– Скажи, почему мне кажется знакомой твоя фамилия? – все-таки спросила я Матвея.

– Наверное, потому, что ты видела эту фамилию в списке руководства вуза. Мой отец – ректор этого университета. Кирилл Владимирович Семеренко. По линии отца у нас все были врачами. Дедушка, прадедушка и прапрадедушка. А я решил, так сказать, не позорить династию и продолжить семейное дело.

– Похвально.

– Таня, может быть, угостить чаем? Ты пробовала сливовый? У него такой особенный и незабываемый аромат. Привез его недавно из путешествия.

– Нет, спасибо. Возможно, в другой раз.

– Будет и другой раз? – никак не отступал мой собеседник.

Мне очень хотелось поскорее бежать из этого места от назойливого ухажера. Но прежде необходимо было получить сведения о подруге Лизы. Я должна была с ней поговорить. Если они были близки, то Марина могла что-то знать о ее последних днях перед бесследным исчезновением.

– Как мне узнать контакты подруги Лизы – Марины?

– Если только в деканате что-то подскажут. Хотя за семь лет много чего могло произойти. Номер наверняка сменила сто раз или вышла замуж да уехала уже в другой город.

– Попытка не пытка. Спасибо, Матвей.

– Может, дашь мне свой номер телефона? Не беспокойся, надоедать тебе не буду. Максимум приглашу на чашечку кофе, а потом как пойдет…

– Ты очень самоуверенный молодой человек. Как тебя терпит жена?

– А я в разводе. Был женат. Дважды. Не сошлись характерами ни с первой, ни со второй женой. Сейчас абсолютно свободен, – подмигнул мне он.

Неожиданный звонок моего мобильного спас меня от навязчивых ухаживаний Матвея. Моим спасителем стала Ленка.

– Тань, сегодня вечером сможешь прийти ко мне? Хочу познакомить тебя с Филиппом, – прощебетала мне в трубку подруга.

– Привет, Володя, я слушаю тебя, – сделала я вид, что говорю с Кирьяновым.

– Ты чего, подругу узнавать перестала? Совсем заработалась!

– Я подъеду к тебе в течение часа.

– Вечером, Таня, я жду тебя вечером, к семи. И, пожалуйста, давай сразу обговорим запретные темы. Никаких разговоров о моем бывшем. Даже имени его не упоминай. И про мои волосы – ни слово. Смотри на меня так, как будто я всегда была такой.

Действительно, Ленку с новой прической я еще не видела.

– Хорошо, я поняла тебя, – завершила я разговор.

– Прости, Матвей, работа зовет.

– Володя – это кто? Ухажер?

– Это мой коллега. Подполковник полиции.

– Понял. Больше не смею тебя задерживать, Таня, – произнес Матвей. – Деканат прямо по коридору и налево вторая дверь. На двери – табличка. Не ошибешься.

Матвей открыл дверь, чтобы показать мне, куда идти. Неожиданно в дверном проеме возникла молодая девушка – стройная голубоглазая блондинка.

– Извините, Матвей Игоревич, я вам помешала? – виновато произнесла она тонким голоском.

– Нет, Машенька, все в порядке. Моя гостья уже уходит. А ты заходи, – и глаза Матвея загорелись как у мартовского кота.

Теперь я поняла, кого он ждал и для кого так резко распахнул дверь, когда услышал стук каблуков.

В коридоре было многолюдно. Студенты толпились около открытых аудиторий. Проходя мимо них, я вспомнила свои студенческие годы. Веселые и беззаботные. Пять лет, проведенных в стенах Тарасовской академии права, пожалуй, были одними из самых лучших в моей жизни. В этом мы, скорее всего, были похожи с Лизой. Учиться я любила.

Кое-как я протиснулась сквозь толпу и нашла нужную мне дверь. Она была приоткрыта, и я постучалась.

– Что вам? – буркнула на меня женщина, едва я успела переступить порог деканата.

– Здравствуйте, я Татьяна Иванова, частный детектив. Расследую дело о пропаже студентки вашего университета семь лет назад, тринадцатого февраля две тысячи четырнадцатого года. Лизы Фроловой.

– И что? – дама почти в преклонном возрасте была явно не в духе и отвечала сквозь зубы.

– Я узнала, что Лиза дружила с однокурсницей по имени Марина. Фамилия то ли Игнатьева, то ли Иванова. Не могли бы вы дать мне хоть какие-то координаты девушки?

– Я вам что, справочное бюро? Ничего я вам не дам. Пишите запрос на имя ректора. Ждите официального ответа. Ходите, разнюхиваете тут. С чего вдруг спустя семь лет снова взялись за это дело? – было такое ощущение, что я пролезла в логово разъяренного тигра.

Еще одно мое слово – и она набросится на меня.

– Вы же понимаете, что на запрос уйдет месяц. Расследование дела снова затянется. И так уже упущено слишком много времени, – попыталась я хоть как-то смягчить собеседницу.

Но женщина-стена оказалась неприступной.

– Ничем помочь не могу. Меня вызывают к проректору. Разговор окончен. Прошу вас покинуть помещение деканата. И без запроса не возвращайтесь.

Женщина резко поднялась со своего стула и вышла в коридор. Только она скрылась за углом, меня тихонько окликнула молодая девушка. Она, как оказалось, в момент нашего разговора тоже была в деканате. Я не заметила ее за монитором и кучей бумаг.

– Извините, Татьяна, я случайно услышала ваш разговор с Ольгой Николаевной. Она очень строгая, но неплохой человек. Любит порядок и не любит незнакомцев. Вы ищете Марину? – спросила меня она.

– Да, а вы кто?

– Меня зовут Надя. Я работаю методистом здесь, в деканате, совсем недавно. Но историю исчезновения слышала. Очень жалко девушку. Так надеялась, что найдется живой. Могу поискать вам личное дело Марины. Но только быстро, пока Ольга Николаевна не вернулась.

– Вы бы меня очень выручили, Надя.

Девушка достаточно быстро отыскала в компьютере данные Марины. Как оказалось, Марина Игнатьева – выпускница детского дома города Тарасов. Она поступила в университет по льготе как сирота.