Цитаты из книг автора «Марина Ефиминюк»

– Понимаете, девочки, теперь мне откроется дорога в большую литературу. Уверена, что стану новой Шарли Пьетро! Рита не удержалась. Сложила руки в молитвенном жесте, возвела очи к потолку и пробормотала скороговоркой: – Святые угодники, пусть она подавится и перестанет нести чушь. Аминь.

– Я думала полночи и поняла, что мы следуем воле святых угодников! – провозгласила она. – А?! – Мы оставим Суслика… – Суслика? – немедленно перебила я и перевела взгляд на синего ящера. – Ты назвала дракона Сусликом?

– Нет, конечно. Как бабуля Пиботи? – перевела я тему разговора. – Застала жениха с любовницей, разорвала помолвку и решила умереть. Еле отговорили от покупки нового савана. К чему траты? Она еще прошлый не использовала. – Рита вздохнула. – А столы нам дадут?

В сарае стало тихо, как в склепе. – София, ты не ранена? – с тревогой в голосе вопросил Ленар. – Нет, только придавлена, – прокряхтела я, пытаясь оттолкнуть дракона, но после всплеска магии силы точно развеялись в воздухе. – Потерпи секунду.

Лицо Риты моментально поскучнело. Чтобы понимать, когда у феи скучнело лицо, то выглядело это так, будто уроженка Волшебного леса собиралась жительнице западной провинции перегрызть глотку. Или хотя бы как-нибудь проклясть. Какое счастье, что Ри была феей только наполовину и колдовать не умела.

С носа моментально соскочили большие очки в тяжелой оправе и звякнули о дощатую сцену. Тихо извинившись, преподаватель потянулся за окулярами, и из кармашка пиджака выскользнуло чернильное перо с колпачком. Следом из рук выпал кожаный портфель. Коллективно затаив дыхание, мы ждали, когда он рухнет сам, но не случилось.

Хотя, полагаю, даже на панихидах было веселее. В поместье колдовского семейства точно. Мы только бабку Вермонт четыре раза хоронили, а потом три месяца по дому отлавливали неупокоенный бабусин дух!

– Алинка, что случилось? Почему ты звонишь среди ночи? Все хорошо? Ты попала в аварию? Тебя арестовали? Ты в коме? – Мама, – хмыкнула я в трубку, – как бы я тебе позвонила, если бы была в коме? – Тогда зачем звонишь? – Просто, – вздохнула я. – Хотела сказать, что люблю тебя. – Ты пьяная? – Нет, – рассмеялась я. – Признавайся, что случилось? Коллекторы окна побили? – Что… мама, какие еще коллекторы? – сморщилась я. – У меня даже кредитов нет. Люблю вас с папой. Спокойной ночи.

– Раньше здесь были притоны, – поделился воспоминаниями Эверт. – Место всегда пользовалось дурной славой, а когда открылась магическая дверь, то переулок посчитали проклятым. Сейчас сюда даже бродяги опасаются заходить, Мельхом отпугивает. – Но ты не побоялся постучаться в магическую дверь, – заметила я. Переулок действительно выглядел мрачным, как в фильме о зомби-апокалипсисе. – Ты познакомилась с моей матушкой, – с тоской вздохнул ученик. – Я бы постучался в ворота преисподней, если бы она решила, что там обязаны учить магии.

Тут недалеко есть таверна. Обычно все наши неприятности были связаны с попытками поесть на людях и начинались с фразы Макса: «Недалеко есть отличная таверна». В горной таверне я напилась в хлам от одной рюмки шикера, напугала хозяина и, самое обидное, ничегошеньки из веселья не запомнила, а в последний раз мы до заведения даже не добрались. – Хорошая таверна? – на всякий случай уточнила я. – Паршивенькая.