Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
Написать рецензию
  • korsi
    korsi
    Оценка:
    95

    ...суровая сказка, хорошо рассказанная добрым, но мучительно правдивым гением.

    Заглавием своей книги Горький явно кивает Толстому, дружески, но чуть насмешливо.
    Передо мной лежат две книги, очень похожие: посреди однотонной обложки крупно написано слово «Детство». Одна книга библиотечная, заклеена скотчем, даже имени автора не видно. Так что просто — детство. Два детства лежат передо мной.
    Кладу руку на книгу Толстого, и кажется, что она гладкая, как весенний лист, как старинная полированная столешница, как тёплый лошадиный бок или рукав шёлкового платья. Счастливая, невозвратимая пора.
    Трогаю книгу Горького. Ой, больно! Жжёт и колется. Раскалённое железо, щёлочь, мокрой розгой наотмашь. Невольно задаёшься вопросом: а было ли детство? А может, детства-то и не было?
    Однако самая главная разница между этими настолько разными «Детствами», мне кажется, вот в чём. Повествователь у Толстого — взрослый, он оглядывается на прошлое затуманенным слезой умиления взором и себя самого видит как бы издалека и сверху. Повествователь у Горького — и есть сам ребёнок, Лексей, Олёша, Лёня, пермяк-солёны уши, голуба душа. Именно и только его чистый взгляд, неутомимый интерес к людям, тонкое сочувствование даже такому, чего пока не понять умишком, освещает всю эту тараканью тьму удивительным светом. Так и выходит, что детство — это не уходящая пора слёз умиления, шалостей и сластей по праздникам, а нечто большее, особое состояние, девство души и сознания. Состояние, когда вокруг не люди, а сказочные богатыри, царевичи, говорящие медведицы — большие, удивительные, сильные существа, несмотря на всю их ничтожность, уныние и слабость.
    А ещё: представляете ли вы себе, сколько на самом деле в этой книге скрыто детств?
    «Я сама на всю жизнь сирота!» — это мать.
    «Я, гляди, на четырнадцатом году замуж отдана, а к пятнадцати уж и родила» — это бабушка.
    «Меня так обижали, что, поди-ка, сам господь бог глядел — плакал!» — дед-мучитель.
    Рядом с ребёнком все большие становятся по-детски открытыми, настоящими, отпускают на волю исстрадавшуюся душу и рассказывают то, чего самим себе говорить побоялись бы. Тут в этой маленькой книге открывается ещё один потайной простор: невольно окидываешь взглядом всех, о ком здесь рассказано, а мыслью охватываешь всех, о ком не рассказано, — и понимаешь, что всякий и каждый из этих тёмных и злых людей вырос из собственного детства, которое, поди, тоже было не менее тёмным и злым.
    Ох ты, Русь, мутный взгляд исподлобья. Что всё это за грязь? Откуда вся эта боль? К чему вся эта сила?

    Долго спустя я понял, что русские люди, по нищете и скудости жизни своей, вообще любят забавляться горем, играют им, как дети, и редко стыдятся быть несчастными.
    Вот такая книга. «Точно кожу с сердца содрали».
    Читать полностью
  • Shishkodryomov
    Shishkodryomov
    Оценка:
    52

    Неистребимо мощно. Это даже не повесть, а большой по объему рассказ. Глубоко, неоднозначно, будоражаще. Рекомендую всем, кто робщет на Горького. И остальным тоже. Воровской темы, поднятой Шаламовым в "Очерке преступного мира" не нашел. Шаламов рассуждает о том, что человек-автор видел, хотя речь даже не о том - как этот человек что-то воспринял и понял, а - как он это изобразил в литературе. Обнаружил он с Горьким некую общность - даже не взглядов, а мировосприятия. Бывает.

  • innashpitzberg
    innashpitzberg
    Оценка:
    43
    – Приглядевшись к людям, я знаю, синьор, помнить – это всё равно, что понимать, а чем больше понимаешь, тем более видишь хорошего, – уж это так, поверьте!

    Несколькими словами Горький может создать незабываемый образ.

    Несколькими фразами Горький может нарисовать красивейший пейзаж, или интересный ландшафт, или изобразить бурное море или спокойную бухту.

    Несколькими абзацами Горький расскажет историю, которую не сразу забудешь.

    На нескольких страницах Горький расскажет историю, которую не забудешь никогда.

    Вы говорите, что Горький скучен? - Тогда вы точно не читали его рассказы и "Сказки об Италии".

    – Кто же любит в декабре? В это время уже родятся дети…
  • Kotofeiko
    Kotofeiko
    Оценка:
    43

    Это не совсем сказки и не совсем быль. Истории о далёкой жаркой стране, о жизни простых людей, написанные таким языком, что видишь, как за окном плещется море и сияет солнце, даже если читаешь их в ночном затихшем городе. И, поскольку книга всё же называется "Сказки", то я и читала их в детстве, многого, может, не понимая, но у Горького найдутся истории для любого возраста и состояния души.

    Когда перечитывала "Сказки об Италии", приятнее всего было находить главы, которые запомнились ещё с той поры. В книге нет единого сюжета, это и в самом деле множество разных историй, похожих на сказки. Я помню, как люди копали туннель в самых недрах нашей Земли, какие чувства их переполняли, едва они встретились со второй командой землекопов... А парень-атеист и религиозная девушка, которые любили друг друга, но он не хотел венчаться, а она - расписываться в мэрии?

    Вот мать. Даже не так. Горький называет её - Мать. И рассказывает несколько историй о Матерях, но сильнее всего глава о Матери предателя. О сыне, который решил уничтожить город, "где каждый камень помнит его ребёнком".

    А другая сказка про мать и дочь? Про Нунчу, красивую, гордую, сильную, и про тихую Нину, которая выросла и словно стала затмевать своею красотой мать. Нунча чем-то похожа на Джулию из "Театра" Моэма: ей тоже захотелось показать, что женщина лишь хорошеет с годами, что "жизнь узнаешь далеко за тридцать". Напоминает она и молодую Изергиль: Нунча любила многих мужчин, но никогда не её не привлекал звон золотых монет. И танцевала тарантеллу лучше, ярче, страстнее всех...

    Помнила я ещё и сказку про маленького Пепе, наверное, потому, что в то время, когда я читала книгу в первый раз, он мне был близок по возрасту. Есть ещё история, которая мне не запомнилась раньше, но очень понравилась теперь: про мужчину, который напрасно обвинил в измене свою любимую, ударил её, а потом, узнав правду, отрубил себе руку! Жестоко, конечно, излишне романтично, кажется, что такое бывает только в сказках и любовных романах... Но проблему насилия в семье решает сразу.

    И хоть я люблю дождь, снег (особенно сейчас, август, 30 градусов), а в жаркой Италии я бы совершенно точно не прижилась, когда смотришь на эту жизнь со стороны, видишь её красоту. Это как смотреть на сияющее в лучах солнца море и пляж, лёжа в тени под ветвями деревьев, со стаканом прохладного сока или лимонада...

    Читать полностью
  • Zelenoglazka
    Zelenoglazka
    Оценка:
    23

    В подростковом возрасте без конца читала и перечитывала. И сейчас перечитываю иногда и сама не знаю, почему? Разве можно получать удовольствие от чувства свинцовой тяжести, засасывающей, как болотная трясина, тоски? Никто из русских классиков не оставляет такого давящего ощущения, как Горький. Беспросветность, мутная беспросветность, столь типичная для российской действительности... Как несчастная Варвара, мать маленького Лексея бросает в тоске: "Если б не он, ушла бы я, уехала! Не могу больше жить в аду этом..." Да куда уедешь-то от такой жизни? Замуж, в другую семью, в другую область? А будет ли там что-то иное, чем беспробудное пьянство, избиения, ругань, измывательства на женщинами и детьми, дикие буйные выходки? Никакой радости нигде, никакой любви друг к другу. И религия тоже не приносит света и умиротворения.

    Какова причина всего этого: бедность, ранняя привычка к спиртному, отсутствие интересов в жизни? Должно быть, все вместе. Так жила бОльшая русского народа - в деревнях, селах и небольших городах. А самое ужасное - судя по рассказам, в российской глубинке и в наше время именно так и живут. Ничего не изменилось.

    Читать полностью